Паладин. Книга 2. В погоне за наследием

Глава 8, в которой пора возвращаться в Форт

Когда древо и криады развеялись прахом, первые лучи Вара пробились с открывшегося неба в преобразившуюся долину. Покров исчез. Желтизна сошла с местных растений, уступая здоровому зеленому цвету. Природа вернулась к своему обычному состоянию. Только проплешины, выжженные драконьим огнем на зеленом покрывале, напоминали о состоявшемся бое. О местной уникальной флоре и фауне больше ничего не напоминало.

Я все также стоял, молча смотря на изменившийся вид позеленевшей долины и с силой сжимал рукоять воткнутого в землю меча. Как бы я не любил лето, здесь и сейчас я многое бы отдал, чтобы вернуть "золотую осень" и её обитателей. Произошедшие события крутились в голове, мозг истово искал объяснение и оправдание случившемуся, чтобы перелистнуть очередную главу моих приключений и попытаться вернуть себе самообладание. Без последнего настроиться на дальнейшее путешествие не получалось.

«Мог ли я сделать что-то иначе? Меня снова подтолкнули к решению дилеммы морального выбора, но как бы поступил я, если бы выбирал сам? Весь Омир с его многообразием или жители одной долины? А так ли на самом деле стоял вопрос? Или одним осколком наследия можно было пренебречь? И сколько правды в том, что криады были созданы ради этого события? В целом, сколько правды в том, что я делаю?»

— До чего же вы странный народ, иномирцы. Все рефлексируете, рефлексируете. Времени видимо у вас там свободного много. — подошел и плюхнулся возле моей правой ноги на задницу Луч.

Пушистый товарищ был уже в своей привычной маронской или кошачьей форме и для пущего сходства со своими земными родственниками, от которых он так неистово открещивался, начал совершенно по кошачьи вылизываться.

— О, от меня словечек заумных понабрался? И что за претензии, ты же сам думать постоянно предлагаешь. — посмотрел на испачканного марона, шерсть которого местами была выдрана, а местами подпалена и решил поумничать вместе с ним я.

Заметив мой изучающий взгляд и прочитав мои мысли, Луч фыркнул и затрясся. Грязь и ветки полетели в разные стороны, как от собаки. Поврежденные места начали распрямляться прямо на моих глазах и обрастать новой шерстью. Когда Луч остановился, а процесс восстановления был завершен, марон выглядел уже полностью целым и здоровым.

— Что так вылупился? Так лучше? Я между прочим аж с драконом дрался! Это на Наме вершина пищевой цепи!

— Любуюсь и горжусь!

— Фу, оставь эти все кошачьи нежности одноименным зверям со своей родины. Для меня это… Как у вас там говорят… Вот! Расизм! И вообще, для меня унизительно такое твое отношение. Ты ставишь своими нежностями себя выше, хотя я такое же разумное существо, да еще и поразумнее буду!

— Но, но, но! Не люблю когда ты заводишь эту шарманку. Что опять не так?

— В целом не плохо, если бы не т вои потуги с магией. Ты же видел, что чешуйчатый держал Древо под контролем. Оно управляло силой этого места. Поэтому, тебе ничего использовать из божественного арсенала и не удавалось. Если бы не удача и не я, тут бы и остался лежать, памятником самому себе.

— Ну я бы вклад королевы также не списывал... А о Древе... Я о его возможностях мог только догадываться и то, только после атаки по нам на перевале. Мог бы предупредить или подсказать, но тебя рядом не было. И, кстати! «Чешуйчатый» говоришь? А как же Альдашур Черный? Расизм!

— Ой все! — не выдержав ответной шпильки или обиделся за мою махровую неблагодарность марон и ответил очередной "подсмотренной" у меня фразой.

Делая вид, что на что-то неожиданно отвлекся, мой пушистый друг подобрался и снова куда-то резво ускакал. Увидев, что я наконец отвис и мой спутник нас снова покинул, дали знать о себе товарищи.

— Лотар! Если что, мы готовы!

Услышал я окрик Лары от того места, где все это время приводили себя в порядок члены нашего небольшого но очень результативного отряда.

«Эх...Хоть и нестерпимо хочется отдыха, надо выдвигаться к Форту…», — подумал я и выдернул из земли свой меч, а после крикнул, - Иду, иду!

***

Стражники и маги, преданные в распоряжение Леоне, нашлись в полевом лагере на выходе из долины. Они уже пришли в себя после магического сна и увидев изменения окружающей среды, сейчас угрюмо сворачивались, видимо, не дождавшись возвращения своего руководителя и уже отчаявшись его вернуть. Нас в этой суете даже не замечали.

«Отсутствие часовых, как по мне, в местном мире это недопустимая халатность.», - подумал я, подбираясь к невысокой ограде поднятой из кореньев и веток каким-то магом природы.

Леона, завидев издалека нарушение устава или по какой-то иной, неизвестной мне причине, изменила выражение лица на свирепое и унеслась вперед к лагерю, всем видом демонстрируя, что на разборки. Мы с Гересом переглянулись и пожав плечами, неспеша пошли следом за девушкой, как и весь наш отряд. Разумно посчитав, что там ей вряд ли грозит опасность. Весь отряд с интересом начал наблюдать за небольшим представлением.

Подлетев к какому-то жилистому высокому мужчине в дорогих помятых и местами пробитых доспехах, раздающему команды, Леона криками привлекла его внимание и попыталась дать пощечину. Последний, завидев девушку только когда она оказалась уже совсем рядом, ловко перехватил её руку и подхватив каким-то неуловимым движением на свои. Не мешкая, он тут же впился в губы Леоны в страстном поцелуе. От увиденного Герес аж хрюкнул.

— Это кто? — с удивлением спросил я.

— Фагар, сын барона Амоса Стремительного. Он уже давно сосватан Леоне нашими родителями, но в отличии от сестры, в неё умудрился влюбиться. Выспросил разрешение у отца и приехал в эту глушь, чтобы добиться её расположения.

— Ну, судя по тому, что она его еще не убила и не сопротивляется — у него это вышло.

— И это очень хорошо. Я знаком с ним. Он отличный воин и человек чести. — подытожил Герес.

Леона уже отлипла от своего кавалера и даже успела с ним мило пообниматься и о чем-то коротко пылко пообщаться, когда наш отряд достиг внешнего периметра, практически незащищенного полевого лагеря Зорких. У небольшой "живой" стены, забравшись на импровизированное место для часового, остался только Анкере. Все остальные подошли к образовавшейся на наших глазах семейной паре.

— Друзья, это Фагар Стремительный, первый сын Амоса Стремительного. А это отряд смельчаков, который не побоялся пробраться к Древу и спасти меня. Моего брата Гереса ты знаешь. Лотар, легендарный паладин собственной персоной. Лара и Тара, их сопровождающие. — представила нас Леона.

— Рад приветствовать вас. И благодарю вас за спасение моей невесты. — поклонился жилистый воин, все движения которого выдавали нерядовые навыки боя с одноручным мечом.

Не успел подивиться, что теперь могу читать такие вещи, как на меня нахлынули эмоции. Только сейчас, в уставший за бесконечные сутки мозг, пришло осознание, что я получил с наследия не только божественную магию, но еще и пакет божественного опыта и знаний. Осталось только теперь его бережно распаковать, чтобы не сойти с ума. Заглядывая в свое новое альтернативное прошлое постепенно. Но в целом — если я получил даже ту крупицу умений и знаний, которые Солнцеликий собирал годами или столетиями, в своем долгом походе к величию, то это невероятное усиление. Без оглядки на наработанные настоящим практиком нейромышечные связи. Повторяя самые эффективные из тренировок, хранящиеся в полученной памяти, рано или поздно смогу и навыки вернуть.

— Невесту? — спросил Герес пожимая руку Фагару и посмотрел на Леону.

— Да, я многое переосмыслила за последние сутки. Был повод и время. — ответила Леона, тепло посмотрев на брата и переведя взгляд на Фагара.

— Лотар, наслышан о твоих подвигах. — пожал руку Фагар и «отвисшему» от размышлений, мне.

— Благодарю, польщен. Насчет моих подвигов — люди многое говорят, но в жизни всегда все немного сложнее и менее ярко. — ответил я на рукопожатие и улыбнулся воину.

— А я вот убедилась, что это не байки. Все же голыми руками остановить дракона в нашем мире дано лишь только богам и единичным героям. — ответила Леона, улыбнувшись мне, а после переведя взгляд на пораженного услышанным Фагара, сказала, — Мне есть многое что рассказать. Альдашур не получил наследия.

— Это невероятно! Отличная новость. Мне скорее нужно услышать эту историю, иначе я рискую сгореть от нетерпения... — изменившимся голосом проговорил Фагар.

— Простите, не хочу показаться невежливым, но это был тяжелый бой и долгий день. Наш отряд уже изрядно измотан, а еще необходимо понять, что с отправившимся вам на подмогу войском Териса. Предлагаю всем вернуться для полноценного отдыха в Форт.

— Да, прошу прощения. К сожалению, мы сейчас не можем предложить вам горячей пищи. Как мы отошли от ментального удара, я отдал приказ сворачиваться, а сам готовился выдвинуться к Древу за Леоной. Дайте нам немного времени, мы закончим сборы и выдвинемся вместе. — сказал Фагар, а после подозвал одну из одетых в походный костюм девушек, распорядился, — Муриела, подскажи нашим высокопочтенным гостям где разместиться для отдыха, а после подайте им еду и воду.

На этом основная часть наших разговоров закончилась и мы молча отправились за выделенной нашему отряду провожатой. Остановив нас на небольшой полянке у горного ручья, где еще были расставлены походные скамьи и оставались висеть навесы, Муриела попросила размещаться и убежала выполнять вторую часть поручения. После подоспели и лепешки с холодным травяным чаем. Полученное время позволило нашему небольшому отряду перекусить и даже привести себя в порядок, используя ледяную ключевую воду.

Следующий раз девушка вернулась за нами только через пару часов. Герес и Лара с Тарой даже успели прикорнуть. Я же, хоть и был смертельно вымотан, жадно просматривал воспоминания Солнцеликого. Начав с момента как он себя осознал, родившись в каком-то далеком и совершенно чуждом и Земле и Наме мире.

«Да, Луч. Теперь я тебя понимаю. Куда там тому кино или книгам. Можно даже уловить отголоски той боли или радости, как и иных эмоций, которые пережил тогда еще милый и беззащитный ребенок… Это поразительно! Какой-то VR с ощущениями.»

Боли, к сожалению, в непростой судьбе Бога было больше. Просмотренный опыт казалось начал корежить и мой характер и саму мою суть. Внутри росло непреодолимое желание самому себе помочь, во чтобы-то ни стало. Поэтому, просмотрев несколько детских лет, я занятное изучение прекратил. Побоявшись, что в таком уставшем состоянии не смогу сопротивляться наведенным из воспоминаний эмоциям и попросту потеряю себя, став совсем другим человеком. И прекратил как раз к появлению Муриелы и еще нескольких служивых, пришедших забрать нас и предоставленную нам походную мебель.

Выйдя на тракт уже в составе всего «полевого лагеря», обнаружили собирающееся в боевые порядки войско Териса. Воины также нас заметили, поэтому перестроение прекратили, а в нашу сторону оперативно выдвинулся отряд из десятка всадников на хортах.

— Ваши Величества! Слава Безликой! — закричал не доезжая до нас Терис, — С вами все в порядке?!

— Приветствую тебя Терис! Слава Безликой! Как видишь! — с улыбкой ответила ему Леона, — Что с вашим войском?

— На подступах к долине нас атаковали мощным заклинанием. Арнай, расскажи госпоже! — скомандовал Терис, повернувшись к одному из всадников, что видимо был здесь главным магом.

— Мы были атакованы мощным заклинанием ментальной магии. Защитные артефакты удара не выдержали, мы среагировать не успели… — ответил потупившись маг.

— Мы вас не виним. Держать щиты от всех видов угроз на марше просто невозможно. — поддержала подданных Леона.

Я снова хотел воспользоваться модным на земле термином «фасилитация» для завершения разговоров на тракте, но увидев мое лицо и поняв недовольство, Леона среагировала сама.

Дочь барона сообщила Терису, что Фагар теперь её жених, дабы исключить дальнейшие недопонимания и попросила перенести все разговоры на время дороги в Форт.

— Как мы, так и отправленный нам на выручку отряд уже изрядно умаялись, особенно после битвы с драконом. — завершила она свое короткое выступление.

— Драконом? Он остался в долине? Что произошло с криадами? — уточнил опешивший Терис и посмотрел на не менее удивленного Фагара.

— Долгая история. Дракона там уже нет, Лотару удалось его прогнать. Но нет больше и криад. Теперь это самая обычная территория. Давайте все же двинемся, дабы не терять время. — сказала резко посмурневшая Леона.

После секундной заминки и внимательного изучающего меня взгляда, опытный воин вернул себе самообладание и коротко извинившись, развернулся отдав указания своим людям. Часть воинов спешилась и передала нам своих хортов, после чего, сводный отряд втянулся в развернувшееся в обратном направлении войско.

Двигаясь по середине тракта, окруженные охраной из множества воинов, скорее пристроившихся погреть уши, Леона начала свой рассказ, часть из которого посвятила предыстории. Дабы все присутствующие, как новые участники событий, так и не посвящённые в детали старые, поняли что здесь происходило и для чего в целом был разбит лагерь.

***

При рождении девушка получила очень слабый источник. Поэтому, с детства рассматривала магические способности не как инструмент, а как науку. Так как полностью ни природную, ни божественную магию еще никто из живущих и почивших на Наме не познал, то профессий связанных с изучением принципов работы заклинаний и магии в целом, было достаточно.

Острый ум позволил девушке закончить магическую академию с отличием в ранге Магистр-Искатель, а располагавшаяся на территории отца аномалия, подсказали тему для дипломной работы и дальнейших изысканий — магия Солнцеликого.

Так как своенравный характер и исследовательский склад ума, претили девушке просиживать юбки на званных ужинах, балах и в праздном ничегонеделании, сразу по возвращению из академии она уговорила Дерека выделить ей людей, чтобы отправиться на изучение места, которое было хорошо известно не только в окрестных землях, но и во всей Империи.

Отец, уставший намекать своенравной дочери по поводу женитьбы с сыном своего восточного соседа Стремительного, для укрепления связей и создания союза против Ревущего, какое-то время еще противился, а после поддался на уговоры. Именно тогда, для безопасности Лагеря, Долина и была обнесена укреплениями и возник Форт.

Защита оказалась не лишней, в Долину до её возведения регулярно наведываться лихие люди. Сорванные растения очень быстро теряли свои свойства под лучами Вара, а вот пойманные полуразумные местные жители криады и прочая заряженная магией Солнцеликого от Древа живность, теряли магию только после гибели. Полученные же из добычи частицы магии давно ушедшего Бога, уже давно научились собирать и использовать, еще на границах Проклятой Пустоши. Похожий, хоть и более слабый, источник такого драгоценного ресурса под боком, вызывал острое желание и зависть у всех окрестных баронов. Непоколебимым в отношении использования богатства оставался лишь Дерек, на территории которого располагалась эта самая аномалия. Да и то, больше из-за дочери, вставшей на защиту обитателей Долины.

Леона интересовалась Долиной не как источником ресурсов, а как источником знаний. Поэтому Древо приняло её и всех её добросовестных помощников, изгнав из команды корыстных людей, шпионов и прочих мутных личностей. Принятая Древом она получила расположение и у криад.

Ир’ад, криада-вождь метсного племени, оберегающего и обслуживающего Древо, быстро сдружилась с Леоной и между расами начался культурный и информационный обмен. В этих изысканиях Леоне однажды и открылось знание, что Древо это сосуд для наследия ушедшего Бога. Исследование возможностей и силы этого великого артефакта началось командой разбитого полевого лагеря с двойным усердием.

К сожалению, нечистые на руку люди все же нашлись. Информация через доставщиков провизии попала в Форт, а после и вовсе в большой мир. Именно тогда активизировался Канис, а на защиту Дерека и этого места встал граф Марен Копьеносец. Какие цели преследовал граф - было непонятно. Человеком он был достаточно порядочным, но и в особой благотворительности замечен не был.

Прослышав про опасности, в Лагерь прибыл Фагар Стремительный, влюбленный в Леону.

Как я понял, к последнему девушка относилась скептически. Может считала его повернутым на сражениях воином. Но так как Древо посчитало намерения влюбленного воина искренними и гнать его не стало, то и девушка взглянула на Фагара иначе. И правильно. Такое пополнение, вместе с охраной из опытных и верных Фагару людей, стало хорошим вкладом в безопасность стремительно набирающего интерес и недоброжелателей места.

Хотя, слушая девушку и понимая сейчас, что лежало в Долине, я понимал и то, что все могущественные сущности прекрасно знали о наличии наследия еще задолго до людской молвы.

Вопрос того, кто заявится первым был лишь вопросом удачи охотников и времени. Опередил всех Альдашур.

По словам Леоны, об этом драконе в Варне было известно мало. Большую славу он сыскал в соседствующей с его территорией обитания Андаре. Но все же некоторые знания у закончившей с отличием академию девушки были. Все они сводились к тому, что дракон был хоть и своенравным, но как и боги, достаточно справедливым, а еще заботился о благополучии Намы, не давая сцепиться граничащим империям и помогая разумным по всему Омиру. Одно то, что периодически он появлялся при дворе у правителей Андары, охлаждало самые горячие головы в Варне, говорило о многом. И хоть такое его появление в Варне сулило много проблем, включая дипломатические, но видимо он высоко оценил риски для Намы и Омира и ради борьбы с новой напастью пошел ва-банк.

Прибыл дракон в лагерь прямо посреди дня. Создав портал на границе с территорией криад, он с его небольшим отрядом призрачных убийц, потерявших физическую оболочку воинов элитного отряда ассасинов Андары, прорвался через криад-защитников к лагерю. Фагару и его воинам удалось дать бой и уничтожить десяток ассасинов, но силы оказались не равны. Раскидав, но не убив небольшое войско Лагеря, дракон прихватил Леону и пробился с ней к Древу.

Ир’ада пыталась что-то объяснить напавшему, но разговора не получилось. Альдашур пленил и её, а после пытался сломить защиту Древа, сперва попробовав сделать это угрозами жизни хранительницы, но поняв бесперспективность этого пути, решил проломить волю Древа тупой магической силой. Коей, как я уже успел прочувствовать за наш короткий бой, у него было предостаточно.

— Именно здесь и подключился ваш отряд. — закончила Леона, когда Форт уже показался на горизонте.

Дальше в разговор влез Герес и в красках рассказал короткую историю нашего путешествия и сам бой. Послушать как это выглядело со стороны, было очень интересно и я не стал вмешиваться со своими комментариями, просто отдыхая и оглядывая живописные красоты местных гор в закатных сумерках.

— Когда Лотар вылетел из Древа, он был не похож сам на себя. Его глаза горели золотым огнем. От одного взгляда на него по коже начинали бегать мурашки. Правая же рука ярко горела Наследием. Бросившись к храбро сражающему с драконом марону на помощь, он в мгновение оказался возле громадной шипастой черной головы. И, не побоявшись жуткого магического пламени, исторгаемого чудовищем, ударил своим фирменным невероятным стилем по громадной морде. — чуть не свалился с хорта Герес, размахивая руками перед восторженными зрителями, проникшимися историей Леоны, а после и рассказом о бое, — Я, каюсь, вызвал при нашей первой встрече с Лотаром его гнев и поплатился за это. Тот мощный удар, чуть не выбивший из меня саму душу, запомнился мне на всю жизнь. Но Лотар был благосклонен и пощадил глупого мальчишку. Здесь же он бил наверняка. От удара Наследием, дракона отбросило как соломенную куклу на несколько десятков метров и протащило по траве. Чудом Альдашур выжил. Но поняв, что не соперник нашему Герою, дракон быстро ретировался порталом, огрызаясь и сыпля проклятиями как побитый дворовый мальчишка.

«Да что ты там вообще видел? Ты лежал чуть живой и готовился к личной аудиенции у Безликой. Ой, сам еще мальчишка…», — испытывая испанский стыд, я ехал стараясь сохранять нейтральное выражение лица, под восхищенными взглядами двигающихся в нашем окружении воинов.

— Леона, а почему он сразу порталом не мог к Древу попасть. — поравнялся с девушкой и задал негромкий вопрос я, чтобы хоть как-то сбить эмоциональный накал, после завершившегося пафосного рассказа.

— Долину охраняло Древо. Ты забрал наследие. Древо утратило свою силу. — печально ответила она.

— Да, насчет этого. Прости. Мне очень жаль криад и Ир’аду, которая мне очень помогла. Я не хотел, чтобы все получилось именно так…

— Не кори себя. Так распорядились Боги и судьба. Но у меня будет одна просьба: пусть жертвы разумных, которые отдают свои жизни и здоровье, чтобы вымостить тебе дорогу, не пропадут напрасно. Выполни свое предназначение! — сурово посмотрела на меня девушка и в отражении её глаз мне на мгновение почудился уже знакомый серый капюшон Безликой.