Полозов. Мертвый сезон. Том 2

Глава 25

Естественно, с этими залётными мужиками никто ничего делать не стал. Да и глупо было наказывать, если разобраться, случайно попавших не в то время и не в то место людей, за то, чем промышляла практически вся Вторая. Тогда уж переделывать весь существующий здесь социум, что уж мелочиться?

Но наказ больше не соваться в это место всё же был им дан. Полозов-младший прекрасно понимал по их кислым лицам, что если эти субчики здесь когда-то и появятся, то это уже будет явно не по их воле.

Ещё не до конца уверовав в то, что их просто так отпустили и ничего не сломали, лиходеи задали стрекача, убедившись, что их силуэты достаточно скрылись в темноте улицы.

— Нога — закрытый перелом, — раздался со спины флегматичный голос Сергея. — Лёгкое сотрясение. Накол нескольких рёбер с правой стороны. Общее переутомление. Ей бы стационар дня на три-четыре, питание, и общеукрепляющие процедуры. Если бы я не видел результатов своего же диагностирования, я бы подумал, что ты её вытащил из какого-то портового борделя, где она отпахала пару суток под командой фрегата, — укоризненно добавил он.

— Неважно, откуда я её вытащил, — устало вздохнул Пётр. — Сколько?

— Три цены от стандартной, — пожал плечами Сергей. — Остальное — дело твоё.

— Не круто? — нахмурился Полозов, но лишь для виду. Сергей никогда лишнего не брал. — Втрое?

— Время, — целитель загнул палец. — Тяжёлое состояние девушки. Вовремя оказанная помощь. И снова…

— … время, — проворчал парень, доставая из кармана заранее отложенную сумму. И надо же — угадал, что Сергей запросит тройную. — Тебе не надоело всё мерить временем?

— Поживёшь с моё, быстро научишься ценить, — с затаённой горечью произнёс Сергей, небрежно бросая скрученный рулон наличности в свой саквояж. — Время — единственное, на что ты не можешь повлиять.

— А как же здоровье? — хмыкнул Петя.

— Причём здесь здоровье? — удивился мужчина. — Веди правильный образ жизни, не жри всякую гадость, не пей алкоголь, ходи вовремя к целителям, а не тогда, когда припрёт, и здоровье будет на высоте. Но вот к тебе, Пепел, это совершенно не относится, — поморщился он. — Ты из той категории, кому время всегда будет важнее собственного здоровья, что бы ты не делал.

Петя хотел ответить что-нибудь язвительное, но осёкся, когда Сергей напоследок обернулся уже в дверях.

— И поверь мне, это не комплимент. Я видел подобных тебе. И вот ещё что… если ты думаешь, что твой криво сляпанный «морок» скрывает настоящий облик, я вынужден тебя разочаровать. Найди хорошего колдуна, который согласится стать твоим наставником, мой тебе совет…

Фраза осталась висеть над влажными камнями мостовой, а целитель неспешно двинулся прочь от антикварной лавки. Туда, куда минуту назад ускакали галопом грабители.

Пете лишь оставалось запереть дверь на засов, понимая, что объяснений от Сергея, который сам по себе был весьма странной личностью, он бы не дождался, даже попытавшись.

Случись такое счастье, целитель, как всегда, ответил бы настолько обтекаемо и водянисто, что лишь добавило бы Пете размышлений. Нет, не сегодня.

Не просто так Сергей ему это сказал. Не просто так.

Оставшееся время до рассвета Петя предпочёл банально проспать. Закатив приметный пароцикл в лавку и навесив на многострадальные двери сигнальный конструкт, он поднялся на третий этаж, где, завалившись рядом со спящей девушкой, даже не потрудившись снять ботинки, он провалился в крепкий сон.

Разбудил его лёгкий шорох.

Глаза парня были закрыты, но дремота уже испарилась. Сквозь приоткрытые глаза он наблюдал, как Алиса тихонько поднялась с постели, бросив на него странный взгляд.

— Можешь не притворяться, — пробурчала она, поплотнее запахивая сюртук с чужого плеча. — Я знаю, что ты не спишь.

— И не собирался, — пробурчал парень, потягиваясь. — Ты как?

— Бывало и получше, — невесело усмехнулась девушка, внимательно вглядываясь в зеркало. — Спасибо, — уже тише проговорила она.

Полозов ничего не стал отвечать.

Вскочив с кровати, он первым делом потянулся к поводку сигнального конструкта, который, перед тем, как лечь спать, навесил на входную дверь.

Найдя лишь обрывок от него, Петя почувствовал, как сердце забилось быстрее.

— Замри! — одними губами прошептал парень, потянув в себя разлившуюся в воздухе силу.

Жестом наказав не двигаться, парень осторожно, стараясь не скрипнуть ни одной половицей, выглянул за дверь.

В лавке царила тишина. Обманчивая тишина.

Обновив «морок», Петя двинулся по лестнице вниз. Натянутые, словно струны, нервы только обострили чувство неправильности происходящего.

Пете даже на миг показалось, что он услышал дыхание тех, кто сейчас находился в лавке.

В том, что они были с Алисой не одни, парень был уверен, поскольку сюда невозможно было попасть, не потревожив его сторожевой конструкт. Причём он был потревожен так, что сам Полозов ничего не почувствовал.

Здесь нужно понимать, что подобного рода «сторожки» и «сигналки» всегда стараются завязывать на неприятные ощущения наложившего конструкт при срабатывании: уколы в ладонь, зубная боль, зуд…

И чем сильнее неприятные ощущения, тем больше вероятность того, что сигнал о пересечении означенной зоны будет распознан вовремя.

Вот только Петя никак не мог пропустить активацию собственного конструкта. Даже будучи вымотанным.

Это свидетельствовало только о том, что внизу находится кто-то, кто точно так, как и сам Пётр, мог развеивать либо переносить вплетённые в предметы конструкты на другие поверхности.

Того, кто сидел на чудом уцелевшем стуле, Петя ну никак не ожидал увидеть в столь ранний час.

— Я искренне надеюсь, что прежде, чем вы начнёте делать глупости, мы с вами просто поговорим, — холодно произнёс Полозов-старший.

Вот это был сюрприз…

Онемение, волной прокатившееся от кончиков пяток до макушки, моментально вспотевшие ладони и бешеный стук сердца…

Хорошо, что «морок» это маскирует, иначе всю гамму обуревающих Петра чувств и ощущений непременно заметили бы нежданные визитёры.

Да, странный тип, которого если переодеть, сложно будет отличить статью от деревенского кузнеца, какими их представляют все, был тоже здесь. Из образа деревенского силача выбивались только глаза: оценивающие, умные и холодные.

Такие глаза обычно бывают у убийц.

Не тех, кто случайно пырнул в тёмной подворотне своего подельника, чтобы не делиться барышом, нет. Подобный взгляд присущ людям, которые не терзаются муками совести. Никогда. Для них неважно, кто сегодня покинет этот мир: старик или годовалый ребёнок.

Бездушные механизмы, для которых жалость и сострадание — лишь набор звуков. Вот только что этот тип делает рядом с его отцом?

Неужели Петины художества настолько стали поперёк горла Тайному Приказу, что по его душу прислали особого специалиста?

— Кто вы такой, и что вам здесь нужно? — постарался, как можно ровнее произнести Петя, попутно формируя конструкты паралича.

За последние несколько месяцев парень настолько поднаторел в их построении, что получались они уже на автомате. Делая это без добавления силы, Петя научился полностью сформировывать вязь, а потом только закачивать в неё силу.

Изначально это требовало лишь времени, и Полозов-младший понимал, что только тренировки помогут ему значительно расширить связующий канал между сформированным плетением и его энергетическим каркасом. Теперь Петя мог напитывать конструкт силой практически мгновенно.

Разумеется, парень прекрасно понимал, что если бы не сущность прорыва, до подобного результата Пете нужно было бы идти ещё несколько лет.

И сейчас, не считая родового дара, это было его главным преимуществом.

— Загадочный Пепел, ряд убийств в Светлореченске на протяжении нескольких месяцев, пожар в особняке Филинова, его последующее убийство, смена владельца в «Орхидее», — спокойно начал Захар Андреевич, положив ногу на ногу, будто явился не на поимку опасного преступника, а просто пришёл на посиделки со старым приятелем. — Долгое время эти факты оставались для меня между собой не связанными. Ты прокололся в особняке Филина, Пепел, — буквально выплюнул Полозов-старший. — Неумение правильно подбирать подельников сыграло с тобой злую шутку.

Конструкты уже рвались с привязи, но Петя медлил, понимая, что этот вариант мужчины уже наверняка предусмотрели. Но у него есть чем их удивить. Так что можно послушать их сейчас, чтобы понимать свои ошибки. Да и не было смысла сейчас отрицать очевидное. Не та ситуация.

«Хорошо, что они пока не знают про Краевск, — мелькнула запоздалая мысль. — Хотя это уже ничего не решает».

— Кстати, можешь сказать своей девице, чтобы она спускалась, — подал голос здоровяк. — Я знаю, что она наверху.

На звук шагов Алисы Петя даже не обернулся, лихорадочно просчитывая пути отхода. В том, что им придётся прорываться с боем, парень не сомневался.

Вот только как это сделать, чтобы окончательно не засыпаться, парень пока не знал. Всё решит лишь первый удар. Только чей?

Полозов-младший бросил мимолётный взгляд на стену, у которой сейчас стоял пароцикл, небрежно накрытый старой грязной шторой, которую Петя нашёл здесь же на полу. Зачем он, перед тем как идти спать, укрыл «Барс», он сейчас себе и сам не смог бы ответить.

Был маленький шанс, что эти двое ещё не успели заглянуть под тряпьё, срисовав Петин пароцикл, иначе придётся заявлять о пропаже транспорта, снова сочиняя небылицы князю.

— Я советую вам не упорствовать, — пальцы Захара Андреевича нервно обхватили набалдашник трости, — и хочу предупредить вас, что помещение оцеплено. На усиление вызван взвод жандармерии, периметр квартала тоже полностью заблокирован.

— Зачем вы всё это нам говорите? — осторожно поинтересовался Петя, предчувствуя подвох, помимо озвученного его родителем.

— Да всё просто, — снисходительно улыбнулся князь. — Мне нужна полная картина произошедшего. И я намерен её восстановить с помощью вас. Да вы и не в том положении, чтобы торговаться, уважаемый Пепел. А девушку, как мне сказали, зовут Алиса? Ведь так?

«Влипли, — скрипнул зубами Пётр. — Это они могли узнать только от Афанасия. И то, где их с Алисой можно найти, и то, кем они являются на самом деле. Только почему отец продолжает обращаться к нему, как к Пеплу?».

Петя сомневался, что Афанасий мог по доброй воле поделиться подобной информацией с князем и его странным сопровождающим. А на дознание, в народе зовущееся пытками, времени бы им не хватило.

Значит, вывод только один, и он, к сожалению, неутешительный. Этот второй — менталист.

Вероятность практически стопроцентная.

И сейчас индекс опасности здоровяка вырос по Петиной шкале почти вдвое.

«Этого нужно будет глушить первым», — решил для себя парень.

Секунду помедлив, Петя продолжил спуск по лестнице, на которой он первоначально застыл, словно соляной столп.

В голове мелькали мысли одна за другой.

«Что именно они раскопали в голове у Афанасия?».

«Знает ли родитель настоящую личность Пепла?».

«Успели ли они срисовать „Барс“?».

И наконец самая главная мысль: «Как их собираются брать?».

В то, что периметр окружён, Петя не поверил ни капли, прекрасно понимая, что на это князю тоже не хватило бы времени.

Значить вязать их будут увещеваниями, либо наоборот — по самому жёсткому сценарию.

Петя почувствовал, как его веки вдруг начали тяжелеть. Какого чёрта, если на него не действуют всяческие ментальные ухищрения?

Поводок, удерживающий конструкт паралича, со звоном лопнул. В одно мгновение, напитавшись силой из энергетического каркаса, сияющая вязь ударила менталиста в грудь и растеклась по всему телу, осыпаясь искрами.

Грохот упавшего тела был, наверное, слышен и на улице, поскольку веса в здоровяке было не меньше ста двадцати- ста тридцати килограмм.

Князь даже бровью не повёл.

— Нападение на служащих Тайного Приказа грозит любому жителю империи пожизненной каторгой, — монотонно начал перечислять Захар Андреевич, загибая пальцы. — Ежели деяние совершено без злого умысла, то можно обойтись двадцатью пятью годами.

— А не нужно было лезть мне в голову, — фыркнул Пётр. — Пока вы не предпринимали никаких попыток, вас никто не трогал. Да и не написано на вас, что вы служащие Тайного. Сами виноваты.

Сила спешно втягивалась в энергетический каркас Полозова-младшего. И сейчас он сетовал лишь на то, что это происходило слишком медленно. Неизвестный конструкт, который формировал князь, грозил завершиться гораздо раньше.

— Найди нормальную обувь, — приказал Пётр Алисе не поворачивая головы. — Приведи себя в порядок, мы скоро уходим. Не мешкай!

Когда в Петину сторону рванулся непонятный, но сложный, конструкт, Петя лишь по знакомым фрагментам в замысловатой вязи сумел понять, что это что-то из разряда с е тей. Подобные завитушки он видел в конструкте ректора. «Сеть Посейдона», кажется.

Второй «паралич» сорвался в сторону князя, а фигура парня тут же рассыпалась пеплом. Да, родовое умение пришлось задействовать, поскольку князь — противник довольно серьёзный.

«Сеть» родителя, впившись в пустые ступени лестницы, бессильно рассыпалась, но парня это уже не волновало.

Соткавшись за спиной князя, Пётр снова повторил «паралич». Растекаясь по личной защите Полозова-старшего, конструкт исчез поглощённый аналогом «каменной сорочки», а сам князь молниеносно развернувшись, ткнул набалдашником точно в живот Петра.

Удар прошёл вскользь.

В самый последний момент Полозов-младший успел снова распасться на мельчайшую взвесь серых частиц, возникнув уже сбоку князя, метя кулаком ему в висок.

Полозов-старший уклонился играючи. Трость князя взвилась в воздух, а через мгновение сильный удар по предплечью парня отсушил руку, заставив Петю зашипеть от боли, выпав из стихии Пепла.

— А что мы так нахмурились? — усмехнулся князь. — Родовой дар дал сбой, да? Думал ты теперь неуязвим?

И прежде, чем Петя успел снова распасться в туманный пепел, ему прилетела жёсткая оплеуха, бросившая его навзничь. Оперевшись на руки, он попытался встать, сплёвывая кровь из разбитой губы, но в этот самый момент произошло то, что заставило его открыть рот от удивления.

На миг Петя забыл, как дышать.

Фигура родителя вспыхнула нестерпимым жаром, будто облитая керосином и подожжённая. Вспышка, и князь рассыпается яркими искрами, исчезая.

— Что за…

— А ты думал, что твой отец ни на что не способен? — прошипел силуэт сбоку, а следом последовала ещё одна затрещина.

Петя попытался снова задействовать родовой дар, но что-то ему мешало. На миг он ощутил себя тем самым, который ровно год назад пытался совладать с сущностью прорыва.

Когда бушующая в тебе родовая сила готова порвать тебя на мелкие клочки. Когда ты изо всех сил сжимаешь зубы, чтобы не орать от всепоглощающей боли…

Рванувшийся туман, в который превратился отец, обволок его, но вместо того, чтобы разъесть его кожу, пепельного цвета взвесь мягко и нежно обволокли Петра, после чего всё резко прекратилось.

— Поднимайся, — отчеканил князь, небрежно встряхнув свободной от трости кистью. — У тебя осталось очень мало времени, Пётр!

Сначала ему показалось, что он ослышался.

Пётр?

Полозов-младший сейчас пребывал в шоковом состоянии. Выходит, что отец с самого начала знал, что Пепел — это его собственный сын?

«Ну нет! — тут же резонно возразил внутренний голос. — Он не мог этого знать, посуди сам!».

— И что теперь? — раздался с лестницы тихий спокойный голос Алисы, которая уже поняла, что ситуация вышла из-под контроля. Увидев то, что ей видеть не предназначалось, девушка как-то успокоилась, смирившись.

— Ты, — князь повернулся к девушке, — Подойди сюда! — приказал он.

Когда Алиса выполнила его приказ, затравленно смотря на Захара Андреевича, князь сделал вовсе не то, чего она подспудно ожидала.

Вместо того, чтобы обездвижить её, он указал рукой на пароцикл, по прежнему накрытый шторой.

— Складывай всё туда!

С недоумением взглянув на корзинку с едой, которую она держала в руках, девушка на мгновение застыла, не в силах двинуться с места.

— Я невнятно говорю? — повысил голос Захар Андреевич, после чего с его пальцев слетел маленький конструкт, впитавшийся в руку девушки. — Не медли! И да: если я в какой-то момент почувствую, что метка неактивна, можешь сразу сводить счёты с жизнью. Второго предупреждения не будет. Ты меня поняла? — дождавшись кивка девушки, князь обратился к Пете:

— Теперь ты…

Полозов-младший, поджав под себя ноги, сидел и исподлобья смотрел на родителя. Происходящее казалось ему полным бредом.

«Посему, вместо того, чтобы арестовать нас, князь делает какие-то дикие вещи? Как это вообще произошло? Ну не должно быть у него родового дара! Не должно!!!».

— Ты доставил мне множество проблем, сын! — вздохнул князь. — Сунул свой нос туда, в чём совершенно не разбираешься.

— Думаешь ты мне проблем не доставил? — огрызнулся Петя.

— Если ещё раз меня перебьёшь — пожалеешь! — спокойно произнёс князь, но от его слов Петю пробрало холодом. — Итак. Вы сейчас собираетесь, выводите пароцикл на улицу и через четверть часа чтобы в этом городе духу вашего не было! Я понятно изъясняюсь?

— И куда мы, по-твоему, должны ехать? — недоверчиво заметил Петя.

— Да мне плевать! — Полозов-старший повысил голос. — Когда ты решил с помощью родового дара проредить местный криминалитет, ты меня спрашивал куда тебе? А когда «Орхидею» под себя подгребал? Может тоже ты интересовался моим мнением? Почему молчишь? Вот поэтому я тебе и говорю — мне абсолютно плевать! Считаешь себя взрослым? Великолепно! Вот только и веди себя тогда, как взрослый! Чтобы духу вашего в Светлореченске не было, как минимум год, а то и несколько лет!

— Несколько лет? — ахнула Алиса. — И что потом?

— Потом будет потом, — поморщился Захар Андреевич. — Запомните одно! Ты, — его палец был направлен на Петю. — Забудь свою фамилию на это время. Ты меня понял? Никто не должен её знать, иначе за твою жизнь я не дам и ломаного медяка. Второе — никому не открывать родовой дар! Никому, понимаешь?

— Те, кто его видел, уже ничего не скажут, — пробурчал Полозов-младший, дождавшись необходимой паузы, до конца не понимая, что здесь и сейчас происходит.

— У тебя хоть есть мысли куда вообще ехать? — устало поинтересовался князь прервав молчание.

— Найду, — задумался Пётр. — А как же Державины? Им ты что скажешь?

— Это не твоя забота, — отрезал Захар Андреевич. — Для всех вы должны исчезнуть. И вот еще что… То, что я тебе подарил… Где оно?

— Сущность? — криво усмехнулся Петя. — Тебе нужно её отдать?

— Нет. Она тебе ещё понадобится. А теперь — вон отсюда.

— А как же оцепление? — ехидно поддел Петя. — Нет его уже?

— Почему нет? — удивился Полозов- старший, видя, как улыбка медленно сползает с лица отпрыска. — Есть. Но тебе оно проблем доставить не должно. И да: не вздумай никого покалечить или, не дай бог, убить!

— Вот так просто?

— А что, тебе снова отпустить оплеуху для понимания? — тут же вскипел князь

Петра и Алису долго упрашивать не пришлось.

Когда снаружи послышался звук движителя, Полозов-старший облегчённо выдохнул, тряхнув головой.

— Захар, ты совсем дурак? — еле слышно простонал с пола Смирнов. — Ты что задумал, идиот? Вообще ума лишился?

— А плевать уже. Я к этому слишком долго шёл, чтобы сейчас свернуть. Я надеялся, понимаешь? И вот — оно. Наконец-то! Да, если ты, конечно, решишь… И если.

— Заткнитесь, ваше сиятельство, — проворчал менталист, кряхтя поднимаясь и принимая сидячееее положение. — А хорош, стервец. Приложил так приложил… Старею, видимо, что не смог вовремя среагировать.

— Мне хоть не рассказывай, — скривился, словно от лимона, Полозов-старший. — Позволить свалить себя параличем? Ты? Да бред сивой кобылы!

— Нет, ну а что? — Смущённо потупился Смирнов. — Резко просто всё произошло. Этот Пепел — просто зверь лютый какой-то, —покачал головой он а потом неожиданно заржал. — Где-то я уже такое видел…

Через некоторе время антикварная лавка огласилась смехом уже двух глоток.

Когда смех постепенно сошёл на нет, а в лавке воцарилась относительная тишина, ее прорезал тихий вопрос князя:

— Это все хорошо! Вот только меня до сих пор мучает один немаловажный вопрос.

— Какой? — вяло поинтересовался Суворов, отряхивая одежду от пыли. — Куда они поедут?

— Вовсе нет, — князь Полозов непроизвольно катнул желваками. — Мне очень интересно, кто открыл моему сыну родовой дар?

Пятигорск, октябрь 2023 — февраль 2024 г.

Конец второго тома.

Продолжение здесь: https://author.today/work/326987