Повелитель Рун. Том 9

Глава 17

— Это какая-то бессмыслица.

Слова Ауры не давали мне покоя. Да и сама ситуация казалась абсурдной. Война? Есть ли у сестры хоть какой-то шанс на победу?

— Ты во мне сомневаешься? — на лице девушки промелькнула обида.

— Просто все это как-то слишком внезапно… — я зажмурился и стал массировать виски.

— Для тебя внезапно. Я готовила этот план много лет. — Аура вздохнула. — Могу только представить как это звучит. Но ждать больше нельзя. Твоё состояние… вызывает опасения. Я не могу рисковать.

Внезапно, она слегка задрожала и слегка сжав плечи, осторожно взяла меня за руку.

— Пожалуйста, прости, что я скрыла от тебя такую тайну.

Я посмотрел на взволнованную сестру и отвел взгляд.

— Ты ведь уже извинилась.

— Но ты так и не сказал, что прощаешь меня. Прости меня. Ради тебя я сделаю все что угодно.

— Я не злюсь. И ни в чем тебя не обвиняю. — спустя несколько томительных секунд ожидания я все же выдохнул. — Но все что ты сделала трудно принять.

Глядя на поддернутые влажной пеленой глаза Ауры я не знал, что и думать. Я давно не был альтруистом и не собирался читать сестре морализаторские нотации. Но все-таки понимание, что запущенные жернова войны в ближайшее время могут перемолоть бесчисленное количество жизней, коробило меня до глубины души.

— Что мне сделать, чтобы загладить вину? — жалобный голосок Ауры, наверное, мог бы растрогать даже камень.

— Ты можешь остановить это безумие?

— Невозможно. — сестра тут же решительно замотала головой.

За годы, характер Аурилии сильно изменился. Её властность, решительность, хладнокровие и беспощадность в рекордное время прославились по всей империи. Но когда она возвращалась домой и оставалась со мной наедине, она всегда была всё той же доброй и нежной девушкой, что и в детстве. Я просто не был способен её ненавидеть. Поэтому чистейшая незамутненная семейная любовь между нами не могла померкнуть и сейчас.

— Можешь подробнее объяснить свой план?

Всё, что мне оставалось, — смириться и плыть по течению. Всё равно никаких сил на то, чтобы помешать Ауре, у меня не было.

— Конечно. — Глаза сестры загорелись. — Мой первый этап — перекрыть поставку продовольствия с юга…

Девушка говорила и говорила. Она показывала карты, называла имена, а я всё больше поражался масштабу её подготовки.

— А почему ты решила, что эти старики пойдут за тобой? — Наконец обсуждение коснулось сильных магов обеих сторон. — Твой дар мог бы повлиять на обычных людей и слабых магов, но самые сильные…

— Я не совсем точно описала эту способность. Она усиливает природное обаяние и харизму. Я не могу превратить врага в союзника. Но тех, кто настроен ко мне хотя бы нейтрально, мне гораздо проще убедить следовать за мной.

— А магия душ? — Этот вопрос тоже не давал мне покоя.

— Карательные походы не были фальшивкой. Мне на самом деле приходилось убивать многих людей. — Аура опустила взгляд в пол. — Я решила, что раз некоторых вещей не избежать, лучше использовать эти смерти для важного дела. Тебе это противно?

— Не говори глупости. — Я в который раз сегодня тяжело вздохнул. — И как ты их использовала?

Вместо ответа Аура вытащила из пространственного браслета серый кристалл размером с кулак и протянула мне.

Я тупо уставился на высокоуровневое хранилище душ. Из-за отсутствующей у меня силы я не мог проверить его объём, но судя по внешним признакам и при условии, что оно заполнено под завязку, энергия внутри была эквивалентна душам десяти тысяч смертных.

— И сколько у тебя таких?

— Много. — Голос сестры был тихим.

— Сколько?

— Сотни. Чуть-чуть меньше тысячи. Энергия внутри уже более-менее очищена, поэтому её можно использовать и для формаций, и для усиления личных способностей.

— Что же ты наделала…

Конечно, наличие тысячи кристаллов не значило, что сестра пустила под нож миллионы. Души простых смертных в сравнении с душами сильнейших магов были как светлячки на фоне Луны. И всё же цифры в любом случае должны быть ужасающими.

— Я ни о чём не жалею. Если бы не я, это сделал бы кто-нибудь другой.

— Нет, Аура. Дело не в их смерти. Ты лишила этих людей шанса на перерождение. Я ведь объяснял тебе, почему магия душ — это самое последнее средство. — Во мне не было гнева, лишь глубокая печаль. — Как ты вообще смогла провернуть что-то настолько масштабное под носом у императора?

Я видел, что она чувствовала себя виноватой. И в то же время видел, что она была твердо убеждена, что сделала именно то, что требуется.

— В стенах дворца эта тема под запретом. И в столице людям не слишком понятна ситуация в других регионах. Но на самом деле дела империи не слишком хороши. Непрерывные войны истощили казну. Чтобы поддерживать праздную роскошь столицы, нужно всё больше и больше денег и ресурсов. Больше завоеваний. Если бы император время от времени останавливался, чтобы закрепиться на занятой земле, подавить волнения и ассимилировать людей, то, возможно, всё было бы не так плохо. Но сейчас правда в том, что если остановить войны, экономика страны быстро рухнет под собственным весом. Так что я просто воспользовалась ситуацией. Оказалось, что императору не слишком интересна собственная империя. Всё, что его волнует, — это собственная сила. Поэтому региональные лорды и согласились меня поддержать.

— Вот оно что… — И всё же я не мог не нахмуриться. — Я, конечно, отчасти подозревал что-то подобное, но не думал, что всё настолько масштабно. Но если всё действительно так… То всё-таки зачем этим старикам ты? Не думаю, что твоя харизма может повлиять на мастеров Отречения.

— Она и не повлияла. — Аура спокойно кивнула. — Для них я лишь удобная фигура, которую можно использовать. Наша мать была наследной принцессой второго по величине королевства на этом континенте. У нашего покойного дедушки не было других детей. Так что с точки зрения крови я и ты благороднее детей императрицы. Это, кстати, тоже одна из причин, по которой они нас ненавидят. Наши родственники по материнской линии поддерживают меня добровольно и искренне, что касается остальных… Если переворот закончится успешно, многие регионы выйдут из состава империи, снова восстановив прежние страны. Это в лучшем случае. В худшем они попытаются полностью уничтожить столицу и разделить остатки империи между собой.

— И… Это твой план? Или я что-то не так понял?

— Это мой план. Временно потерять несколько регионов — это небольшая цена. Позже мы все вернем. А насчёт возможного уничтожения столицы — хотеть что-то и сделать это — две большие разницы. Поэтому мне и нужно столько кристаллов. Если лорды попытаются переиграть наше соглашение, их будет ждать очень неприятный сюрприз.

— Ты очень в себе уверена. — Я горько усмехнулся.

— У меня был хороший учитель. — Аура тепло улыбнулась. — Положись на старшую сестру. Я ни за что не подведу.

— Я не сомневаюсь в твоём таланте… Но император на пике Отречения. Отречение Души — это совсем не шутки. Насколько я знаю, других мастеров такого уровня в империи нет. Как ты планируешь с ним справиться?

— Личная сила в этот раз ему не поможет. Если бы он достиг Вознесения — это другое дело, но Отречения Души недостаточно для того, что я ему приготовила.

Легендарная стадия Вознесения была мечтой любого мало-мальски талантливого мага. Мне самому было очень интересно узнать об этом уровне. Но в императорской библиотеке были одни лишь только слухи и предположения об этом этапе. Оттого было вдвойне непонятнее, откуда об этой стадии стало известно.

— Ты собираешься лично принять участие в финальном сражении? — Я зацепился за слова Ауры. — С седьмой ступенью в такой битве нечего делать.

— Когда мы доберёмся до места назначения и будем в безопасности, я начну готовиться к переходу к Отречению.

— Ты слишком торопишься. — В моём голосе прорезалась тревога. Талант Ауры был беспрецедентным. Без природной одарённости даже с моими наставлениями она не смогла бы прогрессировать так быстро. Но даже так Отречение в её возрасте — это было уже за гранью здравого смысла.

— Я не тороплюсь. Я помню всё, что ты мне говорил. Все твои лекции. Я чувствую, что готова. Это не спешка, это стопроцентная уверенность. — Девушка выглядела решительно.

— Даже так, Отречение Страстей и Отречение Души… — Я попытался было возразить, но сестра мягко, но решительно меня остановила.

— №@?№. Я не стану отсиживаться в стороне. Это неизбежно. Сколько раз мне повторять? Ради тебя я готова на всё что угодно.

— Что я хочу, это чтобы ты была счастлива и оставалась в безопасности. — Покачав головой, я без особой надежды посмотрел Ауре прямо в глаза.

— Разве ты не видишь здесь парадокс? Я буду счастлива только когда остановлю твоё проклятие. Другого не дано.

— Этот ритуал настолько хорош?

Мы наконец-то перешли к главному слону в комнате. Какой смысл будет в войне и завоеваниях, если найденная Аурой ритуальная магия не сработает?

— Более чем хорош. Мне кажется, он идеально подходит в твоей ситуации. Ты разделишь своё бремя с миллионами. Проклятие будет вынуждено действовать на каждого человека по отдельности. Это точно сработает.

Мне очень хотелось ей верить. Но прошлый опыт не позволял мне радоваться раньше времени. Слишком уж много раз я обжигался до этого. С другой стороны, эта злобная магия никогда не действовала одинаково. Иногда она была слабее, а иногда гораздо сильнее. Но одно я знал точно: её сила напрямую зависела от моих магических возможностей. Например, в этой жизни, если бы я стал изучать магию раньше, то к этому времени уже наверняка был бы мёртв. Ведь статус при рождении тоже играл сильную роль. Знатное происхождение и магический талант гарантированно вызывали преждевременное срабатывание катастрофической полосы невезения.

Это тоже, кстати, было непонятным моментом: если план сестры увенчается успехом, разве мой статус не повысится? Это должно усилить действие проклятия. А с другой стороны, если действительно получится разделить его с целой нацией, неужели негативное влияние не будет сведено к незначительному минимуму?

— Если этот ритуал настолько хорош, почему я о нём не знаю? Наш отец его использует? — Я задал следующий закономерный вопрос.

— Это ритуальная магия, если так можно сказать, наше наследство. Разъяснений по его действию в архиве почти нет, поэтому никто не знает, что он является чем-то значительным. Подробности я узнала от нашего прадеда по маминой линии.

— Он ещё жив? — Я с удивлением приподнял брови.

— У нашего биологического отца своеобразное чувство юмора. Он счёл забавным разрушить духовные каналы старика, чтобы тот не мог использовать магию и лишь беспомощно наблюдал за растущей империей. Но хотя прадед и потерял силу, он не потерял влияние. Это явная ошибка императора. Он презирает слабых, и это ему аукнется. Старик встретился со мной тайно. Рассказывал о прошлом нашей мамы. Очень жалел, что не может тебя увидеть, когда понял, как сильно мы с тобой ненавидим императора. Так речь зашла о Наследии и семейных техниках. Тогда-то я и узнала об «Императорской Удаче». Оригинальное название техники, кстати, «Удача Правителя», но прадед попытался обмануть императора и изменил название и скрыл часть описания. Как он мне признался, он даже хотел, чтобы наш отец её использовал.

— Зачем? — Это желание мне показалось очень странным.

— Дело в том… — Аура слегка замялась. — Для тебя эта ритуальная магия действительно подходит очень хорошо. А вот этому ублюдку очень бы не повезло, если бы он её использовал.

Заметив мой заинтересованный взгляд, сестра слегка прокашлялась и продолжила.

— Во-первых, она завязана на нашу кровь и на чужаков подействует заметно слабее. Но самое главное, тот, кто пользуется удачей правителя, не может развивать магию.

— Ты шутишь? — Мои глаза расширились.

— Появление этой ритуальной магии уходит корнями в глубокую древность. — Аура продолжила объяснение. — Когда сильные мистики повсюду, как правитель может быть слабым? Однако, где хороший правитель найдёт достаточно времени, чтобы развивать свои магические способности? Если не развиваешься — слаб и не вызываешь уважения. Если развиваешься — слишком мало времени уделяешь стране. Создатели ритуала хотели исправить эту проблему. Заклинание шлифовалось и улучшалось поколениями, и в итоге Удача Правителя стала чем-то уникальным. Но, к сожалению, уникальным настолько, что обычная мана вступала с этим состоянием в конфликт.

— Значит, прадед хотел, чтобы император использовал ритуал и собственноручно отрезал бы себе шанс добраться до Вознесения? — Меня поразила догадка.

— Так и есть. — Аура кивнула. — Но он перестарался. Слишком сильно пытался привлечь внимание ублюдка. Биологический отец узнал про этот важный нюанс и отказался от использования ритуала.

— Понятно.

Я решил, что на данный момент углубляться в этот вопрос бессмысленно. Сработает ритуальная магия или нет, заранее узнать невозможно. И я уже понял, что отговорить сестру от её восстания у меня никогда не получится. Всё зависело только от неё.

Добравшись до ближайшей союзной крепости, входившей в альянс мятежников, мы перебрались в воздушную лодку и отправились на восток, где нас уже дожидался прадед.

А после, гражданская война официально началась.

Первый месяц войны.

Начало было довольно тихим. В один день десять южных регионов просто перестали отвечать на запросы столицы. Поставки зерна и магических кристаллов оборвались. Императорские шпионы, рассредоточенные в тех краях, как будто испарились. А когда император отправил отряды карателей для выяснения обстоятельств, назад не вернулся никто.

Сигнал Ауры сработал идеально. Те «мятежники», которых она якобы усмиряла годами, восстали в едином порыве. Те, кому она промыла мозги магией душ, теперь шли в бой с её именем на устах.

Я наблюдал за красивыми закатами из окна высокогорной крепости нашего прадеда и много размышлял. Иронично, но пока мир вокруг рушился, я впервые за десять лет чувствовал себя в безопасности. Здесь не было убийц, только тысячи солдат, готовых умереть за мою сестру.

Третий месяц.

Император наконец-то осознал масштаб угрозы. Дипломатов посылать было незачем — на юг он послал Четвертый Карательный Легион.

Битва при Озерных Долах стала первой настоящей резнёй. В ней проявился стратегический талант старшей сестры. Не самая сильная магия Ауры столкнулась с выучкой имперских мистиков. Но я видел отчёты: поля были усыпаны телами, а вода в озёрах на неделю окрасилась в бурый цвет. Поле боя выбирала она, и перед столкновением успела как следует подготовиться.

В ту ночь Аура пришла ко мне и долго молчала, просто уткнувшись лбом в моё плечо. Её руки мелко дрожали.

— Ещё сто кристаллов заполнены, братик, — прошептала она.

Я не нашёл, что ответить. Цена моей жизни продолжала расти.

Полгода войны.

Гражданская война — это безумный зверь, пожирающий собственную плоть. Экономика империи, о которой говорила сестра, начала сдавать. В столице усиливался голод, а в провинциях — расцвело повальное мародёрство.

Аура же, вопреки моим опасениям, не выгорала. Напротив, она приступила к прорыву на стадию Отречения Страстей.

Я старался как мог, но без магии какую помощь я реально мог ей оказать? Я серьёзно опасался, что пока она убивала тысячи людей на полях сражений, ей не добиться успешного прорыва. Но она справилась без проблем.

— Ты в порядке? — спросил я её однажды, когда она вышла из медитации после того, как отдала приказ сжечь захваченный город, отказавшийся перейти на её сторону.

— Пока у меня есть ты, — ответила она с пугающей искренностью. — Я всегда буду в порядке.

Я знал, что Отречение Страстей влияло на мага так, что его доминирующая мысль или эмоция усиливалась многократно. И мне даже не нужно было спрашивать сестру, чтобы понять, какая эмоция стала для неё центральной.

Год войны.

Мы продвигались к столице. Прадед, несмотря на разрушенные каналы, оказался гениальным стратегом. Он использовал ненависть регионов к императору как таран.

Но мой отец… Он тоже не был дураком. Он позволил нам подойти близко. Он позволил Ауре поверить в свою непобедимость. В какой-то момент мне даже стало казаться, что для императора всё это война — не большая игра.

У стен Драконьего Пика нас ждала засада. Сам император не явился, но он прислал своих «Теней» — мастеров шестой ступени, усиленных редкими и мощными эликсирами. Неожиданным нападением кулак убийц вырезал офицерский состав, а имперская армия взяла наше дезорганизованное войско в клещи.

Битва длилась три дня. Небо над пиком превратилось в сплошной каскад молний и огня. Аура впервые была на грани поражения. Чтобы переломить ход боя, ей пришлось использовать энергию сразу из сотни кристаллов душ.

Взрыв был такой силы, что половину горы просто стерло с лица земли.

Мы все же победили. Но когда пыль улеглась, стало ясно, что наши потери не позволяют продолжить наступление. Сестра была вынуждена отступить.

Два года войны.

… И вот мы стоим на границе Центрального региона. До столицы — три дня пути.

За год случилось многое. Мы побеждали и продвигались вперед. Проигрывали и отступали. Магия сильно меняет поле боя и масштаб боевых действий. Предугадать последствия даже одной единственной битвы практически невозможно.

Оглядываясь назад, я понимаю, что мы прошлись по краю. И все же мы снова здесь.

Проклятие внутри меня затаилось, словно в предвкушении той крови, которой ещё предстоит пролиться ради моего спасения. Но за прошедшие два года мне пришлось тяжело. Здоровье окончательно меня подвело. Вряд ли мне удастся протянуть ещё хотя бы полгода.

Аура это понимала и сильно торопилась. Из-за этого потери были ощутимо больше, чем могли бы быть. Она готовилась к финальному рывку.

— Скоро, — глядя на золотые шпили императорского дворца на горизонте, Аура стала необыкновенно спокойной. — Скоро мы закончим это. А ты наденешь корону.

Мне оставалось лишь кивнуть в ответ. Крови, пролитой во имя любви, хватило бы на целое море.

Надеюсь, это море не утопит всех нас.