Повстанец

Глава 10

Главарь группы боевиков прищурился:

— Нет, теперь так не получится… Несите сюда Дзиму, в каком бы состоянии тот не находился. Да поскорее! Ах да и приведите ту кралю-зверолюдку, — он похотливо усмехнулся. — Я хочу с ней побеседовать… Для начала. Узнать, почему она проявила неуважение и проигнорировала нашу честную компанию.

Позади лидера боевиков раздались смешки, несколько бойцов с нескрываемой похотью взглянули на парочку миловидных деревенских женщин — уж больно та нимфа расшевелила им фантазию.

В толпе жителей началось непонятное шевеление с перешептываниями.

— Я… я расскажу, куда подевался ваш человек и куда ушла та зверолюдка! — из толпы выбралась Роза Владимировна, испуганно крича и расталкивая остальных, и упала перед боевиками на колени, в ее глазах застыл ужас. — Только не трогайте нас! Вчера в деревню заявились чужаки!

— Заткнись, дура! — гортанно рявкнул Олег, но тут же получил прикладом в живот и кривясь опустился вниз, будучи не способным сделать даже вдох.

— Говори, — Манеш с ненавистью глянул на старосту и направил дуло автомата ему в голову. — Иначе…

…Договорить он не успел.

Пфск! — раздался рокот, похожий на сверкнувший неподалеку разряд электричества.

Чувство опасности Манеша взвыло за мгновение до выстрела, он даже почти успел поставить телесную броню. Однако даже успей он — это его бы не спасло.

Половину черепа снесло сверхзвуковым ионизирующим зарядом. Боевики поначалу непонимающим взглядом проводили падающее наземь тело главаря.

— Ложись!

В толпе жителей деревни раздался громкий мужской крик, и вперед вышли несколько крепких мужчин с автоматами в руках. Активировав энброню, они открыли по боевикам огонь на поражение.

Но пираты оказались людьми не из робких. Они быстро сориентировались: смогли уплотнить биозащиту, отступить и попадать наземь, открывая ответный огонь.

Правда они не сразу поняли, что их прицельно атаковали также и сзади, из перелеска по дороге в деревню, откуда они пришли.

Вдобавок, сбоку, со стороны солнца, на боевиков неожиданно напала размытая фигура с грозно выглядевшей саблей и всего за пару ударов вскрыла защиту самого крайнего боевика, отрубив тому голову.

— Сдавайтесь или положим всех нахрен! Вы окружены, черти!

Рявкнул я и увернулся от пары очередей, которые по касательной задели мою биоэнброню.

После первого убийства, да еще такого… с обезглавливанием, я не почувствовал ровным счетом ничего. Ничего. Наверное, в моей парадигме мира убивать врагов все равно что дышать.

Такая у меня возникла аналогия на грани сознания, пока я по непредсказуемой траектории двигался к следующему противнику.

Может у Свята был талант убивать, но он просто об этом не знал?..

Посторонние мысли в бою более меня не посещали.

Ловким движением я оказался сбоку от залегшего пирата, разрубая его оружие надвое, после чего рухнул наземь, уходя от возможных пуль.

Оказавшись по-пластунски, я тут же еще несколько раз рубанул, высекая саблей искры из телесной брони незадачливого пирата, который дрожащими руками пытался перевернуться и выхватить свое холодное оружие.

В отличие от первого бойца в ранге ученика — этот оказался более живучим, имел второй ранг, поэтому так быстро вскрыть его энергетическую защиту у меня не получилось.

Тем не менее, увидев, насколько быстро и беспощадно я расправляюсь с его энброней, пират в ужасе закричал:

— Прошу! Не убивай! Я сдаюсь! Сдаюсь!

— Лежи тихо! — пригрозил ему пальцем, после чего осторожно выглянул.

Тем временем раздался еще один крик о сдаче, затем еще один и еще. Противники довольно быстро поняли всю бесперспективность своего сопротивления.

Да и как им сопротивляться, если фактически они находились в голом поле, с низкой растительностью, простреливаемой со всех сторон, в окружении неизвестного количества хорошо вооруженных врагов.

Вскоре огонь со стороны пиратов и вовсе стих.

Не считая пятерых убитых, в плену оказалось девятнадцать головорезов. Что с ними делать — пока не ясно. Вербовать пока рано. Пусть посидят связанными взаперти.

С нашей стороны потерь — ноль… Если не считать дорогого, почти на вес золота, заряда к гаусс-пушке. Разумеется, после снятия главаря, Ларавель по моим указаниям стала вести прицельный огонь из обычного огнестрела.

Со стороны жителей — шестеро раненных, которым сразу оказали первую помощь. Самым тяжелым оказалось ранение в плечо на вылет.

Не все жители успели вовремя попадать после команды ложись, хотя их тихо до этого предупредили. Тем не менее мои новоявленные бойцы справились на пять с плюсом и прикрыли зевак своими телесными бронями, после чего и сами залегли на землю.

Приходилось действовать быстро, откуда мне было знать, что среди деревенских найдется настолько… глупая женщина. То-то эта бебелина мне сразу не понравилась, голова вообще отсутствует, сплошные эмоции.

Признаюсь честно, не удержался. Спокойно приблизился к Розе Владимировне, которая глупо озиралась, и наотмашь молча дал ей пощечину. Она упала и тихо зарыдала, держась за щеку и боясь встречаться со мной взглядом.

Из-за ее действий жертв могло быть больше. Намного больше. Тут же передо мной возник защитник сивых и убогих:

— Прошу Двейн… Не бей ее больше! — Олег с признательностью посмотрел мне в глаза, крепко ухватив за руку. — Она сама осознает свою ошибку.

— И не собирался. Просто немного ускорил процесс, — сплюнул я.

— Спасибо тебе, — поблагодарил Олег, переведя взгляд на вереницу пленных пиратов. — Рано или поздно, но нечто подобное все равно бы случилось…

— Не будешь обвинять?

— За что?

— За пропажу смотрящего… Да и сегодняшний инцидент, насколько я понял, начался с моей подчиненной. Так некстати сверкнувшей своим дефиле у всех на виду.

— Нет, Двейн, — покачал головой староста. — Хотя ты наверняка имел скрытые мотивы.

— Верно, — не стал отрицать очевидное я. — Но кто мог знать, что бандиты придут так скоро… Олег, ты ведь понимаешь, что мы теперь в одной лодке? Я бы даже сказал, что в моей лодке. Убийство и пленение своих людей Накул вашей деревне не простит.

— Понимаю… — Олег пожевал губами вопрос. — Какие твои дальнейшие планы?

Я усмехнулся.

— К вечеру собери всех жителей на главной площади. Я со своими ребятами отлучусь кое-куда ненадолго… Ты вроде говорил у тебя есть несколько моторных лодок и гидроциклов?..

В проеме нашей гостевой хижины нос к носу столкнулся с Ларавель, которая уже успела переодеться в темное боевое облачение. Гаусс-винтовка висела у нее за спиной.

Хитро прищурившись, я завел ее обратно в дом и нагло зажал в уголке. В плену оказались и ее нежные губы.

Не хотя я оторвался на мгновение:

— Вель, ты ведь могла не показываться на глаза бандитам.

— Я… Ай! Свят, мр-р!

Я ущипнул ее за ягодицу, слегка смял и в наказание потрепал ее мясистую часть.

В ответ Ларавель легонько стукнула меня кулачком, очаровательно взглянув из-под бровей.

— Ты же вчера обмолвился, что тебя нужно завоевать доверие жителей деревни… Вот я и решила тебе помочь. Разве я сделала что-то не так?

Ларавель состроила огорченное лицо и опустила взгляд.

— Ну-ну, — ласково улыбнулся я, наблюдая за ее игрой.

— Ну-у…

Передразнила меня она и сама пошла в атаку, куснув меня за шею и запуская руку мне под футболку и поглаживая штаны, которые успели набухнуть от напряжения.

— Ладно… — прервал я на самом интересном месте. — Не сейчас, мне еще речной марш-бросок делать. Тридцать километров по мелким речушкам до океана, шутка ли… В общем, остаешься за главную. Не шали здесь без меня… После приду, проверю и накажу за сегодняшнее.

— Буду ждать, мой господин, и приму наказание с достоинством, мр-р! — кокетливо подмигнула она и послала воздушный поцелуй.

К вечеру большинство взрослого населения деревни собралось на главной площади. К тому моменту я смотался до корабля и обратно.

Заложив руки за спину, я стоял перед раскладными столиками, специально вытащенными по случаю. Сейчас они ломились под весом полностью загруженных спортивных сумок и железных ящиков.

За моей спиной находилось одиннадцать головорезов вместе с Сэмом. В данный момент безоружных. Еще чуть дальше — на втором этаже ближайшей хижины боком сидела Ларавель, ловко свесив одну ногу с окна. Оружия на показ у нее тоже сейчас при себе не имелось. Но это только видимость. Она контролировала как площадь с жителями деревни, так и моих бойцов, которым еще предстояло заслужить доверие. Как минимум у половины из них лояльность под вопросом. Впрочем, остальные с виду уже видели во мне своего лидера. Либо смирились, либо прочувствовали перспективы.

Жители деревни перешептывались и с любопытством смотрели в нашу сторону. В их глазах отсутствовала враждебность, ибо сегодня я и бывшие пираты всецело смогли доказать, что находимся на их стороне. Разве что на лицах нескольких мужчин я заметил опасения и легкую задумчивость.

Дождавшись, когда почти все соберутся, я подал знак подчиненным, и они методично стали расстегивать сумки и доставать из ящиков винтовки, пистолет-пулеметы и даже несколько реактивных гранатометов. Всего более сорока единиц огнестрельного оружия, не считая гранат и пистолетов.

У всего мужского населения деревни заблестели глаза.

— Попрошу минутку внимания! — бодро заговорил я и дождался, когда последний легкий гомон стихнет, после чего продолжил уже более проникновенным тоном. — Мне рассказали о ситуации в вашей деревне. На протяжении более чем пятнадцати лет вы испытывали на себе гнет того, что называется правом сильного… Вас эксплуатировали как последних собак, забирая мясо и оставляя одни лишь только кости.

Лица одних жителей деревни побагровели, других — побледнели. Раздались гневные выкрики в духе «не тебе судить, мальчишка», «по какому праву…», но их быстро погасили, давая мне договорить.

— … И взгляните кто это делал, — усмехнулся я, махнув рукой в сторону сарая со связанными людьми Манеша, — какие-то голозадые пираты с едва стреляющем оружием… При первом же сопротивлении они готовы засунуть головы в песок, разбежаться или взмолить о пощаде.

Позади меня раздалось пара сиплых вдохов и несогласных сопений.

— Эти бандиты точно также потрепаны жизнью, как и вы, возможно они имели еще более худшие стартовые условия существования, чем у вас. Даже наверняка… Однако у них по крайней мере хватило духа взять судьбу в своих руки! — яростно взмахнул рукой я. — А вы… взгляните на себя! Все эти годы любой пришлый относился к вам как к скоту, с которого можно поиметь молоко и шкуру! Вас стригли как дешевых овец, и вы не получали ничего взамен! Скажете не так, а, Олег⁈ — взглянул я на старосту.

На него посмотрели и все остальные жители. Олег потупил взгляд и вздохнул.

— Но вы думаете — виноваты руководители вашей деревни? Виноват Олег и ему подобные⁈ — на лицах некоторых появилось согласие, они и вправду так думали, но я жестоко обломал их. — А вот и нет! Олег и остальные пытались сохранить хотя бы то, что у вас есть! Староста точно такой же, как и вы, плоть от плоти, кровь от крови… Что снизу, то и сверху! Виноваты вы сами! Вы сами все эти годы вели себя на убой! На заклание и презрение! Неужели вы не хотите ничего изменить⁈

Кровь кипела на лицах многих мужчин — и женщин тоже.

«Хотим!» — почти одновременно крикнули десятки человек. На задумчивых лицах других также застыло выражение молчаливой поддержки и согласия.

Единицы не соглашались и были сами себе на уме, но они молчали. Они боялись. Боялись перемен и что их текущий уклад жизни поменяется в худшую сторону. Их тоже можно понять… Но поводырь всегда тот, за кем стоит сила. Сейчас сила стояла за мной. Сейчас я диктовал направление, в какую сторону двигаться этой маленькой общине.

— Это правильный ответ, — с одобрением в голосе произнес я. — У меня сердце кровью облилось, когда я узнал, что люди одной со мной плоти, говорящие на том же языке, что и я… Находятся в таком бедственном положении! Я хочу предоставить вам выбор изменить свою судьбу! Хотите услышать⁈ — взревел я.

«Да-а!» — громогласно ответили мне; теперь кричали почти все жители деревни от мала до велика. И даже пираты за моей спиной.

Как только все успокоились, я уверенно продолжил:

— Отлично… На днях я собираюсь очистить ближайшие окрестности от бандитов. Уничтожить Накула и его шайку. У меня полно оружия, но не хватает людей…

Намек поняли абсолютно все.

— Мы поможем! — крикнули самые горячие и бесстрашные головы.

Снова дождался пока буря утихнет.

— Я в вас и не сомневался… Завтра же рано утром будет произведен строгий набор и отбор кандидатов. Ибо я поведу вас не на убой, а за собой, как своих людей! Каждый из вас ценен сам по себе! Я приложу все усилия, чтобы после будущей битвы вы все вернулись домой к своим семьям! Живыми и невредимыми!

Вместе с самыми влиятельными людьми деревни я переместился в дом старосты, чтобы обсудить наши дальнейшие действия.

— Потрясающая речь, молодой человек! — сказал крепкий старичок в тельняшке и с наколкой морского флота на плече; вторая рука у него отсутствовала по локоть. — Эх, будь я молодым… — стукнул он по столу.

— Похвала из ваших уст для меня честь, — скромно ответил я.

И тем самым заработал еще пару одобрительных взглядов.

— Ну, на голодный желудок нечего балагурить, — на правах хозяина сказал Олег.

Вскоре накрыли простенький стол, состоящий из овощного рагу и тушеной рыбы, самогона и фруктовых настоек. Я подозвал одного из своих людей, щедро добавив на стол мясных консервов из своих запасов.

Больше не обращая внимания на остальных, принялся улепетывать пищу. С самого утра ничего не ел. Чтобы не лезть другим в тарелку и не тянуться через весь стол, принялся то и дело открывать консервы. Насытился я только спустя минут сорок активной работы руками и зубами.

Мое брюшко снова разбухло так, что пришлось ослабить ремень на армейских брюках. С самого освобождения из лаборатории и с тех пор как я взял ситуацию под контроль на корабле Аннет, ел я минимум за пятерых взрослых людей. Не будь я энхансером, и у меня бы уже давно случилось несварение желудка.

И это давало свои плоды. Я перестал выглядеть как скелет, обтянутый кожей, и уже успел набрать несколько килограммов жирка и сухих мышц.

— Двейн, ну и аппетит у тебя — дай боже!..

— Ага, в первый раз такое вижу, ептить!

Не преминули заметить собравшиеся, когда я закончил. Некоторые уже успели дернуть по стопке и раскраснеться, отчего разговор стал более расслабленным.

— Болезненное и голодное детство, — уклончиво улыбнулся я и из вежливости чокнулся, после чего смочил рот ядреным фруктовым пойлом.

Хорошо быть энхансером второго ранга, которому чтобы опьянеть — нужно специально постараться и ослабить внутренние природные защиты организма. Окажись здесь Святослав двухгодичной давности — он бы уже после первой рюмки местного самопляса мог «улететь далеко и надолго». Даже мне пришлось пару раз кашлянуть и заесть… Сколько тут градусов, шестьдесят-семьдесят? Или это с непривычки?

Впрочем, привычка у меня вряд ли возникнет. Я к подобному был равнодушен. Без всяких выкрутасов.

— Скажи, Двейн, — серьезно заговорил Олег. — Дай бог уничтожим Накула и его банду… Ну а дальше? Какие твои планы? Что ты будешь делать… эм, — он слегка замялся, — с розданным оружием?