Профессор магии на полставки

Глава 17

— Не думал, что это когда-то скажу, но это отвратительная идея, — сказал Ворон, будто прочитав мои мысли. — Ты же представляешь, чем это может обернуться?

— Конечно. Скорее всего, я встречусь с главой ИСБ, — довольно ухмыльнулся я, потягивая руки. — Мы с ней в хороших отношениях. Слишком хорошо она меня знает, чтобы месить меня в одну кучу с остальными. Тем более после всех пойманных мной преступников.

— Мне кажется, она тебя хорошо знает по совсем другим причинам, — с намёком произнес Ворон, хлопая крыльями.

— Ну что ты начинаешь. Она молода и шикарно выглядит, пусть и слегка старше меня — это совсем мелочи. То, что во время наших постоянных дискуссий и споров возникает страсть, так это нормально. Тем более когда оба этого хотят, — усмехнулся я и подмигнул Ворону, на что тот отвернул взгляд. Не нравилась ему почему-то глава ИСБ, как и любые упоминания о ней. — Всё со мной в порядке будет. Грех отказывать себе в таком развлечении. Тем более оно все равно меня затронет. Не пойду сейчас, они продолжат искать ко мне подход. Знаю я таких настойчивых идиотов, уверенных в своей непогрешимости, проходили.

— Это ты про… — я не дал Ворону договорить.

— Не надо вспоминать эту гадюку, — я скорчил недовольную мину. — Что было в гильдии Алхимиков, то остается в гильдии Алхимиков. Кстати, хорошо что напомнил. Надо будет ещё с главой алхимического корпуса познакомиться после турнира.

— Почему после? — с недоумением спросил Ворон.

— Сейчас в этом смысла мало. А вот когда я возьмусь за алхимию для студентов, делая свои фирменные рецепты, тогда придётся. У Зориной таких ингредиентов точно не будет. Как бы мне самому в Аномалию за ними идти не пришлось. С одной стороны, вроде неплохо, но сколько времени придется потратить.

— Настолько хочешь сделать их сильнее? — прокаркал Ворон, взлетая в воздух и летя вперёд меня.

— Я ж говорил. Взялся делать дело, делай хорошо. Да и от этого никому хуже не станет, — я развёл руками и добавил: — Ладно, надо бы тренировку заканчивать и к ритуалу готовиться. Ещё и к Голицыной заглянуть, обсудить план лекции. Дел невпроворот.

— А простолюдины?

— До завтра подождут, никуда не денутся.

С княгиней Голицыной разговор прошёл быстро. Она упомянула, что тоже состоит в союзе с графом Оболенским, и что рада меня там видеть. Мы с ней поговорили на обыденные темы, после чего обсудили план лекции. Совместные занятия было решено провести через три дня. Как раз она будет выступать перед непослушной группой старшекурсников, которые по чистому совпадению открыто занимают сторону Чернышева.

Что ж, если так радеют за своего преподавателя, то пусть, мне плевать. Главное показать, что представляет собой древняя магия. А уж там слухи сами пойдут, укрепляя авторитет княгини. Да и мой, само собой, тоже. Пусть ещё сильнее воспринимают меня как демона и боятся. Страх тоже можно использовать в свою пользу.

Зелья я тоже быстро сварил. Их простота играла мне на руку. Конечно, я мог сварить зелья получше, но тогда пришлось бы ждать, чтоб они настоялись хотя бы пару недель. Это я молчу уже о редких ингредиентах, которые вряд ли нашлись бы в Академии. Разница того не стоила.

Уже перед приходом Морозовой, я продолжил изучать историю родов моих студентов. Просмотрев большинство открытых источников, я не нашёл ничего, что хоть как-то могло навредить репутации рода за последние сто лет. Хотя пару интересных деталей я вычленил оттуда.

Например, год назад в поместье Громовых произошло землетрясение, в результате которого пострадали два десятка слуг. Прибывшие на место геологи не нашли причину даже спустя неделю расследования. Дело зафиксировали как несчастный случай, и вскоре об этом инфоповоде забыли.

Однако у меня появились свои мысли на этот счёт. Это как раз объясняло, почему здоровяк так усердно сдерживается на занятиях.

Род Алеевых тоже, судя по всему, скрывал тайну. За последние триста лет кто-то выявил закономерность. В каждом поколении один представитель рода всегда умирал при загадочных обстоятельствах, и каждый раз это связывали со смертью в Аномалии. Первое, что бросалось на ум — проклятие. Однако делать выводы я не торопился. Это надо у самого парня выяснять. Да и проклятие такого рода должно быть изощрённым и сложным.

То, что я парня спас, ещё ничего не значит. Не такие у нас доверительные отношения, чтобы он стал делиться тайнами рода. Тем более не факт, что это проклятие вообще будет связано с ним — старший брат же умер.

Однако больше всего меня зацепил род Беловых. Мало чем примечательный графский род, владеющие небольшой частью Сибири. Никаких огромных сетей предприятий они не имели, акциями не владели, да и сильные маги у них не рождались очень долгое время. По всем параметрам род давно должен был угаснуть и на его место прийти новый, но нет. Живы и здоровы.

И что пожалуй самое странное — у них практически не было врагов. Точнее не так — они появлялись, но долго не жили. Как ни крути, а Беловы со стороны выглядят теми ещё пауками. Да и их наследник вызывает такое же ощущение.

За что он получил S-ранг, я изначально не понял, и не видел в нём большого потенциала.

На моих занятиях Белов показывал слабые результаты. Пусть умело, он в основном использовал только нейтральную магию. Стихийная давалась ему очень слабо, да и сам парень не выглядел сильно заинтересованным в моих занятиях. Не выкладывался на полную и выглядел всегда отстранённым ото всех.

Сначала я думал, что это часть характера. Бывают такие люди, которым не нравится общество, да и вполне реально, что его заставили учиться. Мотивации нет, вот он и прикладывает минимальные усилия, чтобы пройти дальше.

Теперь интуиция мне подсказывала, что дело тут нечисто. Хотя куда копать я знаю.

Стук в дверь вырвал меня из мыслей. Ладно, потом с этим разберусь. Пытаться уделить каждому студенту равное внимание невозможно физически. Так что буду помогать раскрывать их скрытый потенциал по очереди. И первой будет Морозова.

К дому Алексея Дмитриевича Лидия практически привыкла. Даже несмотря на давящий в нем мрак, он перестал казаться чужим. Скорее наоборот, она чувствовала себя здесь защищённой.

Случай с похитителями ей показал, что безопасного места в мире нет. Даже избавившись от кошмаров, всегда найдутся те, кому будет выгодна её смерть. И этот страх будет вечно преследовать девушку.

Значит у неё не осталось выбора, кроме как взять всё в свои руки уже сейчас. Даже если у этого будут свои риски для жизни. Даже если правда будет очень болезненна.

Поэтому она сидела здесь, на диване, и смотрела на три флакона, фиолетового, жёлтого и красного цветов. На полу же находился неактивированный многосоставной магический конструкт, служивший для ритуала.

— Фиолетовый отключает любую боль, в том числе ментальную. В качестве побочки у вас на время отключится инстинкт самосохранения и появятся признаки апатии. Грубо говоря, вам ни до чего не будет дела, — спокойно объяснял Алексей Дмитриевич, в то время как его фамильяр смотрел девушке прямо в глаза. — Жёлтый стабилизирует состояние. Побочки останутся, но будут действовать слабее. Красный — яд. Он погрузит вас в глубокую дрёму. Не в такую, как прошлую. Вы испытаете не сон или кошмар, а, скорее…

— Вы испытаете то же, что испытывают сущности тьмы, — продолжил вместо него Ворон. — Мы не обладаем тем спектром эмоций, что обладают люди. Мы чувствуем страх. Мы чувствуем одиночество. Мы чувствуем боль от безысходности. И вместе с этим в нас кипит ненависть. Вы всё это испытаете. С контрактами обычно легче, они временные, но мой хозяин действует на перспективу. Позже вы поймёте почему. А сейчас советую не тянуть время и пить.

— Всё будет в порядке, — увидев тёплую улыбку на лице преподавателя, Лидия сразу же выпила фиолетовый флакон, а за ним желтый и красный.

Прошло несколько секунд, и ничего не произошло. Она ожидала, что уснёт, но нет. Вместо этого она услышала лишь внутренний голос:

«Мне сломать печать?»

— Да… — сказала она, и её душа словно вырвалась из тела.

Сколько времени прошло? Лидия этого уже не помнила. Время давно потеряло всякий смысл. Да и не была она уверена, что здесь вообще применимо слово время.

Она чувствовала себя блуждающим огоньком, бродящим во тьме. Она не чувствовала тела и не видела ничего, за исключением блуждающих фантомов. Отдалённо они напоминали людей, только сотканных из теней. В груди каждого из них горел маленький шарик света, который немного освещал им путь.

Однако ни связаться с ними, ни как-то взаимодействовать Лидия не могла. Всё, что ей оставалось, это и дальше блуждать, не имея перед собой никакой цели. Она уже не помнила, как здесь очутилась и что вообще делает. Всё, что она чувствовала, это лишь одиночество.

Больше всего ей сейчас хотелось тепла. Тепла…

Разум девушки словно бы прояснился. Она начала вспоминать разговор. Да, она говорила с преподавателем, а затем увидела перед собой чёрный туман. Он проник в её тело, сказав цепляться за то, что ей дорого.

— Это только начало, — словно бы эхом раздалось в густой тьме.

Тьма рассеялась, и Лидия увидела себя маленькую, в родовом поместье. Маленькая девочка сидела на полу, в подвале и смотрела отрешённым взглядом в пустоту. Вокруг неё ходили фантомы, тихим загробным голосом что-то обсуждая между собой.

— Хватит со мной спорить, — отчётливо она услышала чей-то голос. Посмотрев в сторону говорившего, она увидела чёрный сгусток, казавшийся ей бездной. — Я делаю это на благо рода.

— Она твоя дочь, бесчеловечный ты ублюдок! — Лидия попыталась обернуться на голос, однако не могла. Её взгляд словно бы оказался прикован к одному месту. — Ты хоть понимаешь, что она или умрёт, или будет страдать всю жизнь? Она для тебя только ресурс⁈

— Я уже начал ритуал, ты ничего не изменишь, — голос звучал ещё холоднее, чем прежде. — Она заключит договор и подчинит сущность. Если не справится — это будет только её неудача. И такая мне не нужна!

— Ошибаешься, — второй голос наполнился злостью, а затем взгляд девушки застелил яркий свет.

Прошло мгновение, прежде чем она увидела маленькую плачущую девочку, разрушенный подвал и фантомов, нависающих прямо над ней.

— Провал… — услышала она, прежде чем её сознание снова утонуло в пучинах тьмы. — Скройте её от чужих глаз и измените воспоминания. Она не должна ничего помнить.

Несмотря на происходящее, Лидия оставалась спокойной. Происходящее казалось привычным кошмаром, поэтому она позволила себе плыть по течению, отстраняясь от лишних мыслей. Больше всего сейчас девушке хотелось покоя, чтобы остаться наедине с собой.

Сейчас было важно другое. Это из-за её семьи она большую часть сознательной жизни прожила в аду. И теперь Лидия поняла, почему к ней так холодно относились. Поняла, почему мамы вдруг не стало, когда появились эти кошмары.

Она спасла её ценой своей жизни.

Лидия не могла двигаться, не могла говорить, но от злобы ей хотелось стиснуть зубы и крушить всё подряд, чтобы выплеснуть накопившееся эмоции.

Сколько времени она пробыла в таком состоянии, девушка не знала, но вскоре гнев стих. На его место пришла холодная ярость и желание… нет, не отомстить. Месть не вернет ей любимого человека. Должна восторжествовать справедливость. Значит она станет сильнее и самолично узнает у отца, зачем он так поступил. А дальше, если придётся, убьёт его и сама возглавит род.

— Поистине говорят, что в тихом омуте черти водятся, — вновь она услышала насмешливый голос из тьмы. — Надеюсь, ты будешь помнить эту ярость. Я помогу тебе добиться своей цели.

Стоило голосу замолкнуть, как Лидия почувствовала странную ментальную связь. Словно её и сущность тьмы связывала невидимая нить, дёрнув за которую, она бы призвала дремлющую внутри силу.

Не успела девушка разобраться в том, что произошло, как яркий свет ударил ей в глаза, и она почувствовала приятный запах еды. Щурясь и держась за висок, она подняла голову и не увидела перед собой преподавателя. На кухне его не было, однако какие-то странные звуки шли со стороны заднего двора.

Недолго думая, девушка поднялась и пошла в сторону двора. На улице уже сверкало солнце, и там же пребывал Алексей Дмитриевич, готовя… шашлыки на мангале.

Как готовя — его тени сами переворачивали шампуры. Над углями висел маленький магический круг, что раздувал угли как вентилятор. Сам же хозяин дома лежал на гамаке, качаясь из стороны в сторону.

Происходящее выглядело настолько неестественным, что девушке казалось, будто она до сих пор не проснулась. Однако голос преподавателя быстро разубедил её в обратном.

— Я же говорил, что всё будет хорошо, — сказал он, повернув голову к Лидии и подмигнув. — Поздравляю с временным контрактом. Вы молодец. Теперь готовьтесь к новому индивидуальному виду тренировок. Но сначала отпразднуем вашу победу. Выбирайте лучшие куски, заслужили.

— Благодарю, — едва заметно кивнула студентка, не сдерживая улыбки.

Пусть Алексей Дмитриевич не захочет принимать этот факт, но теперь она точно перед ним в неоплатном долгу. А это в свою очередь значило, что у нее ещё больше поводов стать сильнее, чтобы отплатить ему за всю ту помощь, что он для неё оказал.

Прогресс Морозовой меня не мог не радовать. Заключить контракт с сущностью тьмы, даже с её осколком, когда тебе восемнадцать, на самом деле достойный результат. Это меня можно назвать уникумом, у которого попросту в то время не оставалось иного выбора. Тем более она прошла через тот же ритуал, что и я.

К слову, с ним у меня чуть не возникли проблемы. Его пришлось проводить в гостиной, благо лишние объекты никак ему не мешали. Изначально я собирался его провести в подвале дома, однако из-за близости к центру зачарования, плетения начинали конфликтовать. Такое открытие для меня стало неожиданностью, которую я запомнил и записал в блокнот, как возможную тему для исследований. Впрочем, это дело будущего.

Сейчас важно то, что я смогу научить Морозову управлять кошмарами и чёрной магии. Если к началу турнира она постигнет азы, то даже у старшекурсников возникнут проблемы. Даже у тех, кто знает, как противодействовать этой силе.

Правда, меня напрягал момент, как на меня многозначительно смотрела девушка. Точнее не так. Я чувствовал во взгляде благодарность, но за ней скрывалось что-то ещё.

Ладно, зацикливать внимание на таких вещах я не собирался. Мне ещё студентов учить, а потом ещё встретиться с «почтальоном».

На сегодняшних занятиях я решил провести тот же урок, что и в прошлый раз. Стать эдаким монстром Аномалии, которого нужно победить. В этот раз только без ограничений. Делал я это не просто так — завтра планировал провести, пожалуй, один из самых важных уроков для любого мага. Ради него я собирался даже пожертвовать временем для практики.

Как ни крути, если они не усвоят суть завтрашнего занятия, то победа на турнире им не светит.

Занятия прошли в этот раз больно уж спокойно. Фролова разве что злилась на то, что ей не удалось повторить вчерашнее заклинание. Ну и Лидия попыталась наслать на меня контролируемый кошмар. Попытка была хорошая, чтобы отвлечь внимание для остальных студентов, но увы, ментальную защиту никто не отменял.

Само собой, ещё я предоставил каждому список необходимых заклинаний. Заполнил я ночью, когда Морозова проходила ритуал. Совместил оба дела, так сказать. Легкий бугурт со стороны студентов был, потому что многие заклинания казались для них чересчур сложными, но не более того.

Завершив лекцию, я предупредил студентов, что дополнительных тренировок не будет, потому что у меня дела. Большинству было плевать, но часть студентов такому повороту неожиданно расстроилась. Правда я не особо понял причины — площадка-то свободная, занимайся самообучением сколько хочешь. Сами же этого добивались до моего прихода.

«Почтальона» найти не составило труда. Парень сидел в парке и кормил птичек кормом. Увидев меня, он всё понял без лишних слов.

Я подсел к нему рядом, установил вокруг нас звуковой барьер, после чего он сразу поприветствовал меня:

— Здравствуйте, Алексей Дмитриевич.

— И вам доброго дня, — сказал я, поскольку не знал его имени. Да и неинтересно мне оно было. — Догадываетесь, зачем я здесь?

— Догадываюсь. Меня ждёт один из двух вариантов. Либо вы сдаёте меня в ИСБ, либо идёте за мной, чтобы я провёл вас к организации.

— И вам при этом не страшно? — удивлённо приподнял я брови.

— Мне нечего бояться, когда я работаю на благое дело, — тихо рассмеялся парень.

— Будем считать, что вам повезло. Ведите меня к лидеру вашего движения, хочу поговорить с ним наедине.