Разведена и «брак» не предлагать!

Глава 23

— Она моя внучка, — заявляет Грачев, когда приезжает ко мне на сеанс.

Садится в кресло для пациентов и протягивает мне конверт.

— И что теперь с этим делать, я не знаю.

— А что с этим делать? — улыбаюсь и присаживаюсь на диванчик напротив. — Поздравляю, вы дедушка.

— Да, но это совсем другое, — произносит задумчиво мужчина. — Мне что, забрать ее к себе?

— А вы позволите Танечке и ее бабушке жить в таких условиях? Вы же видели, как они жили до вашего появления.

— Я могу купить им дом, устроить Таню в другой садик, ежемесячно оплачивать содержание… — удивляется Грачев.

— Не сомневаюсь, что именно так вы и поступите, — фыркаю я и поднимаюсь, возвращаюсь на свое обычное место.

— Подождите, что-то не так? — хмурится Ярослав.

— Почему же, все так, вы, как обычно привыкли, просто откупаетесь. Хотя верно, я не в праве вам такое говорить.

— Ну почему же, я внимательно вас слушаю. Что вы предлагаете?

— Возьмите внучку и бабушку к себе. Вы же видели, Людмила женщина уже в возрасте и здоровье у нее не в порядке. А если опять что-то случится, как в этот раз? Представляете, какой это стресс у ребенка?

— Ну я могу нанять няню…

— Наймите хоть десять нянь. Но вы ее единственный близкий человек после Людмилы и снова оставляете Таню. Неужели вам самому не хочется приходить домой и проводить время с внучкой? У вас же никого нет.

— Вы предлагаете взять их к себе в дом? — удивленно смотрит на меня Грачев. — Исключено!

— О чем тогда говорить, вы все решили.

— Я не против, чтобы Таня пожила у меня, пока ее бабушка в больнице. За это время я решу вопрос с жильем и няней. Не беспокойтесь, я обо всем позабочусь.

— А я и не беспокоюсь, это ваше право решать, что делать с близкими людьми.

Какое-то время молчим, каждый думает о своем. Я в очередной раз убеждаюсь, что Грачев неисправим. Слишком привык быть властным и спокойно управляет всеми, не задумываясь о последствиях. Таня его родная кровь, продолжение рода, а он так легко от нее отмахивается.

— Вам решать, что делать дальше, а мне можно Таню навестить?

— Если вы будете появляться в моем доме, чтобы увидеть девочку, я готов ее оставить у себя, — усмехается Грачев.

— Как вы поступите с Кириллом? — увожу наш разговор на другую тему. Мне приятны эти комплименты, но я понимаю, что интерес Грачева ко мне временный. Я не такая молодая, как Юля, не стоит и начинать.

— Буду его искать, — пожимает плечами Ярослав. — А когда найду…

В его голосе звучит угроза, и я невольно передергиваюсь. Не простит он своего сына никогда. А тот его не простит. Так и будут жить, ненавидя друг друга.

После работы еду домой к Грачеву. Я купила Тане несколько игрушек и симпатичную теплую пижамку с мишками. Девочка выбегает ко мне совсем в другом виде. Радует, что Ярослав позаботился о том, чтобы внучка выглядела нарядно и опрятно. На ней шерстяное платье в клетку из мягкой шотландки с белым воротничком, волосы аккуратно заплетены в две косички со смешными бабочками на кончиках.

— Кристина! — обнимает меня Танюшка. — Как там бабушка? Бармалей отказался меня сегодня взять с собой.

— Кто? Бармалей? — смеюсь, прижимая девочку к себе. — Ты только дедушке не говори, какую кличку ему дала.

— А что такое кличка? — тут же загорается любопытством Таня.

— Это как бы второе имя, иногда бывает обидным.

— Бармалей — это обидно?

— Для твоего дедушки, думаю, что нет, — улыбаюсь я. — Но лучше не называй его так.

— Хорошо.

Провожу пару часов с Таней. Мы читаем книжки, гуляем по саду. Таня очень рада моей компании, а я почему-то сразу прониклась к девочке, еще тогда в нашу первую встречу. Рассказываю ей, как там бабушка, что всё у нее хорошо.

— У нее уже ничего не болит? — волнуется внучка.

— Говорит, что нет, но врачи хорошие, не переживай.

Няня девочке попалась милая, мне понравилась. Довольно приятная женщина лет сорока. Что-что, а персонал Ярослав подбирать умеет. Когда приезжает Грачев, быстро собираюсь домой, прощаясь с Таней и ее няней. Сталкиваюсь с Ярославом на крыльце, когда он только заходит в дом.

— Убегаете от меня, Кристина Ильинична? — усмехается он.

— Скорее стараюсь не надоедать, — вежливо отвечаю ему и ныряю в свою машину.

— Можете не стараться, — заглядывает в приоткрытое окно Грачев. — Сам удивляюсь, что я рад вас видеть. Не каждому нравится, когда ковыряются в его мозгах.

— Да я только начала, Ярослав Николаевич, — хмыкаю в ответ и уезжаю, помахав ему рукой.

Уже около дома меня застает звонок дочери, и я отвечаю по громкой связи.

— Мама, ты могла бы хотя бы иногда появляться дома? Почему у нас тут какая-то женщина живет, варит на кухне борщи? Ты начала сдавать комнату кому придётся?

— Аня, что я делаю у себя дома, тебя не касается. В том числе, когда возвращаюсь и во сколько ухожу. Если бы ты соизволила хотя бы иногда появляться, а не жить месяцами у чужих людей, то мы виделись бы чаще.

— Понятно, тебе всегда было плевать на меня, — грубо заявляет дочь.

— У тебя что-то случилось? — тревожусь я. — Почему ты разговариваешь со мной в таком тоне?

— Да потому что я хочу иногда видеть свою мать! — повышает голос Аня.

— Ясно, всё же что-то произошло.

— Ничего не произошло, — отвечает дочь таким тоном, словно мир вокруг нее рухнул.

— А если точнее?

— О, Господи, мама! Я беременна! И ты скоро станешь бабушкой, если тебе это интересно!

Нажимаю на тормоз, и машина с визгом встает как вкопанная. Позади меня раздаются недовольные сигналы, ладно я хотя бы уже повернула с трассы в сторону дома, и никто не въехал в зад. Ну вот и приплыла ты, Кики. Сорок пять, говоришь? Получай тогда ягодки, приплыли.