Сарай

Глава 10

10

Через несколько минут я уже катил по знакомым коридорам станции к арендованным апартаментам. У двери меня уже ждала риэлтор — женщина лет сорока, в безупречно сидящем деловом комбинезоне тёмно-синего цвета, с гладко зачёсанными в тугой пучок каштановыми волосами. Она была красивой в той строгой, уверенной манере, которая внушает доверие.

— Господин Артём, добро пожаловать, — она вежливо улыбнулась, отступая в сторону.

— Здравствуйте, — кивнул я, проходя мимо неё в помещение.

Студия с нейтральным, успокаивающим интерьером. Всё было привычно и функционально. Но я отметил для себя несколько приятных деталей: на столе стояла небольшая голограмма с меняющимся изображением инопланетных пейзажей, а в углу тихо гудел новый, более мощный очиститель воздуха, наполняя комнату лёгким ароматом хвои.

— Мне здесь всё нравится, — сказал я, поворачиваясь к риэлтору. — Подтверждаю оплату на два дня.

— Прекрасно, господин Артём. Буду рада помочь, если что-то понадобится, — она кивнула и, пожелав хорошего дня, удалилась.

Дверь закрылась. Я остался один в тишине, нарушаемой лишь ровным гулом систем станции. Первый этап выполнен. Теперь нужно было ждать вестей от Славы и готовиться к переговорам, которые могли решить судьбу моего флота.

Следующим шагом я мысленно отдал поручение Тёме:

— Проверь на нашем складе наличие узлов и агрегатов, подходящих для модернизации «Быстрого». Двигатели, генераторы, всё, что вписывается в наш план. Если таких нет — просканируй торговые площадки Мира Фатх. Найди оптимальные варианты по цене и характеристикам, закажи с доставкой на склад «Звёздного Утиля». И ещё, пропиши в навигационном искине закладку, которая будет отслеживать перемещения курьера, сход с основных магистралей, долгое отсутствие Славы на корабле, нештатные ситуации поломки и силовой захват «Быстрого» или самого Славы. Пусть всё нештатное по средствам ретрансляторов направляется мне на нейросеть.

«Задача принята к исполнению. Анализ займёт приблизительно 20 минут, — доложил Искин. — Параллельно продолжается поиск поставщиков тяжёлого оборудования.»

Пока Тёма работал, я решил заняться финансами. Вышел из апартаментов и углубился в лабиринт станции. Переход по её анфиладам и коридорам всегда завораживал. Узкие служебные туннели с пучками кабелей под потолком сменялись просторными, залитыми мягким светом галереями с голографическими витринами. Я проходил мимо открытых кафе, где станционники поглощали синтезированную еду, мимо магазинов с запчастями и гаджетами, мимо рекламных проекций, настойчиво предлагавших всё — от страховки жизни до туров на планету-курорт.

Вскоре я оказался перед знакомым, ничем не примечательным снаружи помещением — филиалом межзвёздного банка. Переступив порог, я попал в пространство тишины и прохлады. Сразу передо мной, собравшись из мириад светящихся частиц, возникла проекция сотрудника — элегантного менеджера с безупречной улыбкой.

— Господин Артём, добро пожаловать. Рады вас видеть. Чем могу быть полезен? — его голос был бархатистым и безличным.

— Хочу пополнить счёт, — коротко сказал я.

— С удовольствием помогу вам.

В этот момент ко мне бесшумно подлетел и завис на уровне груди парящий терминал с тёмным, матовым экраном. На нём светилась надпись: «Приложите цифровой носитель».

Я на секунду задумался, какой из трёх кристаллов использовать. Выбрал тот, что потяжелее — с 40 с лишним миллионами кредитов от Славы. Достал его из внутреннего кармана и приложил к указанной области на терминале.

Экран вспыхнул, по нему пробежали строчки кода. Проекция сотрудника тут же отреагировала:

— Операция произведена успешно. Сорок два миллиона триста пятьдесят тысяч кредитов зачислены на ваш лицевой счёт. Баланс обновлён. Всё ли вас устраивает?

— Всё устраивает, спасибо, — кивнул я, забирая кристалл.

— Хорошего дня, господин Артём.

Я вышел из банка, откровенно порадовавшись. Вся процедура заняла меньше минуты. Ни паспортов, ни вопросов, ни подозрительных взглядов на крупную сумму. Чистая, отлаженная технология для клиентов определённого уровня. Именно за это я и ценил серьёзные финансовые институты.

Я уже был на полпути обратно к апартаментам, когда Тёма ко мне обратился.

— Артём, получено сообщение от Вячеслава. Он передал коммерческие предложения, обнаруженные на станции «Демонов Ночи».

В моём поле зрения развернулись сводные таблицы и спецификации.

— В наличии имеются:

Мобильная верфь класса «Кузница».

Происхождение: предположительно, трофей с верфи Военно-космических сил Республики Рампала. Состояние: б/у, но с невыработанным ресурсом силового каркаса (78%). Вместимость: до лёгкого крейсера. Цена: 67 млн. кредитов.

Промышленный синтезатор «Гефест»

(именно та модель, что мы рассматривали). Состояние: конфискован у банкротящейся корпорации, на хранении 2 года. Комплект матриц для печати деталей крейсерского класса входит в стоимость. Цена: 31 млн. кредитов.

Дройды-монтажники серии «Клещ-12».

Партия 24 единицы. Происхождение: списанное оборудование с судостроительной верфи Мира Фатх после модернизации. Цена за единицу: 95 тыс. кредитов. Партия: 2.28 млн.

Тёма сделал микро-паузу, и рядом с пиратскими предложениями возникли колонки с данными с легальных площадок.

— Я провёл сравнительный анализ. Аналогичная верфь на рынке Мира Фатх стоит от 85 млн. Такой же синтезатор — от 40-45 млн. Стоимость новых дройдов «Клещ-12» начинается от 150 тыс. за штуку.

Вывод: Предложения на пиратской станции более привлекательны по цене. Суммарная экономия при покупке всего пакета составит ориентировочно 30-35 миллионов кредитов. Риски: происхождение оборудования, отсутствие гарантии, возможное скрытое ПО или «закладки» в системах дройдов.

Я мысленно присвистнул. Я, конечно, предполагал, что у пиратов будет дешевле, но не настолько.

— Делать нечего, — пробормотал я вслух, уже предвидя хлопоты. — Придётся брать тот тяжёлый буксир, что я оставил на внешнем рейде. И лететь на станцию «Демонов Ночи» самому.

Мысль о визите к пиратам за таким лотом не вызывала энтузиазма. Но альтернатива — выбросить на ветер десятки миллионов — была ещё менее привлекательной.

Мысленно прикинув все риски и варианты, я всё же решил дождаться возвращения Славы. Это было логичнее: пока мы будем летать на пиратскую станцию за приобретениями, корабль Вячеслава, «Быстрый», будет простаивать. А если он останется здесь, то за то же время сможет пройти глубокую модернизацию. Так я сэкономлю не только деньги, но и самый ценный ресурс — время.

Приняв решение, я позволил себе небольшой отдых. Вернувшись в апартаменты, первым делом подошёл к продвинутому пищевому синтезатору, встроенному в стену. Через несколько минут синтезатор тихо пропищал. На подносе дымились: тарелка наваристых, румяных пельменей со сметаной, порция хрустящей жареной картошки с грибами и луком, и тарелочка с кисло-сладкими солёными огурчиками. Но главным сюрпризом стали два небольших стаканчика из толстого стекла, в которых плескалась кристально чистая жидкость.

— Тёма, это то, что я думаю? — мысленно спросил я, беря один стаканчик.

— На основании анализа нескольких тысяч исторических рецептов и молекулярного состава эталонных образцов я скорректировал синтез. Данная субстанция должна максимально точно соответствовать классической русской водке, — ответил Искин.

Я поднёс стаканчик к носу. Чистый, холодный, почти чистый спиртовой запах, без посторонних примесей. Сделал небольшой глоток. Огонь прошёл по горлу, мягко и уверенно, оставив послевкусие лёгкой горчинки и… да, то самое ощущение. Не химический суррогат, а именно водка.

— Браво, Тёма, — выдохнул я. — Браво. Ты превзошёл себя.

Я с удовольствием выпил первый стаканчик, закусил сочным пельменем, потом вторым, наслаждаясь каждым кусочком идеальной, «домашней» еды.

Насытившись, я устроился на широком диване. По моей мысленной команде на противоположной стене, размером со всю перегородку, ожил гигантский экран. Я начал с коммерческого канала. Голографические графики котировок редких металлов и сплавов танцевали в воздухе, диктор с безупречной дикцией зачитывал сводки о выгодных грузовых маршрутах. Потом я переключился на туристический канал. Роскошные панорамы планет-курортов с бирюзовыми океанами и золотыми песками сменялись кадрами из футуристических спа-комплексов. Загорелые, улыбающиеся модели обоих полов томно потягивали коктейли у роскошных бассейнов. Красиво, богато и очень далеко от моей реальности.

Дальше пошли развлекательные каналы. Я с полчаса наблюдал за игровым шоу, где участники в невесомости проходили полосу препятствий из светящихся колец, вызывая у меня снисходительную улыбку после «Орбитального Ниндзи». Потом — спортивный канал с репортажем о гонках на гравициклах по поверхности астероида. Яркие вспышки двигателей, виражи на грани срыва, восторг трибун… Я смотрел на всё это рассеянно, позволяя картинкам и звукам омывать сознание, вымывая остатки напряжения. Так, под мерный гул комментаторов и завывания моторов, я и заснул, утонув в мягких подушках дивана.

Проснулся я «утром» по станционному циклу. С помощью Тёмы заказал в том же синтезаторе любимый завтрак: двойную яичницу-глазунью, хрустящие полоски бекона, пару сочных жареных колбасок и большой стакан крепкого, сладкого чая. Съел всё с удовольствием, чувствуя, как энергия наполняет тело.

После завтрака решил прогуляться до «Звёздного Утиля» пешком. Вроде как вместо утренней зарядки. Я вышел из апартаментов и направился к лифтовым шахтам. Путь вниз, на производственные уровни, всегда был своеобразным путешествием по социальной пирамиде станции.

Начиналось всё с роскоши. Ковровые покрытия, живые растения в нишах, приглушённый свет, дорогие материалы отделки. Люди здесь встречались редко, двигались неторопливо, их одежда была скорее произведением искусства, чем утилитарной необходимостью.

С каждым уровнем вниз роскошь постепенно стиралась. Ковры сменились практичным антистатическим покрытием, живая зелень — голографическими панно с видами природы, приглушённый свет — яркими, ровными люминесцентными лампами. Появилось больше людей, их походка стала быстрее, целенаправленнее, комбинезоны — проще и функциональнее.

Я спускался всё ниже. Вот исчезли декоративные панели, обнажив пучки кабелей и трубы систем жизнеобеспечения. Здесь люди почти не смотрели по сторонам, поглощённые своими делами. Это был уровень ремонтных мастерских, складов запчастей, дешёвых столовых.

И здесь, на границе ещё приемлемой чистоты и начинающегося хаоса, находился мой «Звёздный Утиль». Я с лёгкой, почти ироничной радостью отметил, что предприятие всё-таки достаточно уважаемо, чтобы не ютиться на самых нижних, откровенно грязных и опасных уровнях.

С этими мыслями я подошёл к знакомым воротам с вывеской «Звёздный Утиль». Пора было приступать к работе.

Я пришёл на своё предприятие с одной конкретной целью — поработать руками, точнее, головой. Пройдя мимо офиса, где за стеклянной стеной мелькнули силуэты Брона и Сити, я сразу свернул к тяжёлой бронированной двери склада неликвида. Она была приоткрыта, пропуская наружу прохладный, пропахший озоном и металлом воздух. Я вошёл.

Первым делом оценил фронт работы. Склад представлял собой ангар в ангаре, заставленный стеллажами до самого потолка. Сюда свозили всё ценное, но «залоченное» — устройства с мёртвыми батареями, стёртыми серийными номерами, заблокированным заводским ПО или военным шифрованием. Здесь стояли ремонтные дройды. Рядом — сервисные дройды. На отдельных полках лежали навигационные искины — чёрные, обтекаемые «камни» с интерфейсными разъёмами. В углу стояла даже небольшая, похожая на гусеничный танк, установка для ремонта внешней обшивки.

Что удивительно, тот самый пустой контейнер из-под запчастей, на котором я сидел в прошлый раз, осуществляя взломы, стоял на прежнем месте, будто ждал меня. Я не стал терять времени. Смахнул с него пыль, устроился поудобнее и мысленно отдал команду:

— Тёма, приступим. Начнём с того дройда в первом ряду, слева.

«Принято. Установка связи… Обнаружен заводской криптографический барьер. Начинаю подбор ключевых алгоритмов через твои нейронные интерфейсы.»

Я ощутил лёгкое, почти приятное покалывание в висках. Перед моим внутренним взором замелькали водопады шестнадцатеричного кода, схемы логических цепей дройда. Моё сознание было проводником, живым кабелем, через который Тёма подключался к замку и перебирал отмычки со сверхчеловеческой скоростью.

Через семь минут раздался тихий щелчок, и у дройда на корпусе слабо мигнул зелёный индикатор.

— Готово, — сообщил Тёма.

Я мысленно вызвал на внутренний интерфейс список оборудования на складе. Напротив строки с наименованием ремонтного дройда я добавил новый подпункт, прописав в него код доступа к устройству. И приступил к следующему устройству — сервисному дройду.

В ожидании, пока Слава прибудет на «Звёздный Утиль», я продолжил работать с неликвидом. До того момента, как Тёма сообщил, что прибывший «Быстрый» припарковался у боковой стены ангара, я успел взломать ещё двух дройдов. Я поднялся с контейнера и пошёл навстречу своему помощнику.

Слава уже ждал меня у своего корабля с широкой, довольной улыбкой. Я подошёл и крепко пожал ему руку.

— Здравствуй, Слава! Как дела?

— Всё хорошо, Артём! Все твои поручения выполнил. Как говорится, быстренько метнулся туда-сюда — и всё порешал.

— Ты же молодец, — кивнул я, но тут же сделал серьёзное лицо. — Ну, а как же моя просьба о рандомизации перемещения? Я же просил тебя путать следы.

— Артём, ну, я вроде бы как немного изменил маршрут… вернее, это мой первый маршрут от пиратской станции к станции Мира Фатх.

— Ну да, так-то ты прав, — я вздохнул. — Но всё равно прошу — не забывай о моих рекомендациях. А сейчас мы с тобой слетаем на внешний рейд и заберём с него тягач. Потом вернём «Быстрый» на площадку для глубокой модернизации. А потом полетим за покупками, о которых ты мне писал. Надеюсь, мощность тягача справится и сможет утащить за собой промышленный синтезатор и мобильную верфь.

Мы вдвоём зашли на борт курьера. «Быстрый» мягко приподнялся и, получив разрешение, плавно вылетел через шлюзовые ворота. Вырвавшись на причальную палубу, мы не стали торопиться и направились в сторону внешнего рейда — туда, где в ожидании стояли приобретённые мной когда-то тяжёлый грузовой корабль и буксир.

«Быстрый» уверенно и точно пристыковался к воздушному шлюзу массивного буксира. Я облачился в свой пустотный скафандр.

— Я перехожу на буксир, — сказал я Славе, уже направляясь к шлюзу. — Ты, как только я попаду на корабль, возвращайся на станцию. Оставь «Быстрый» на том же месте, облачайся в скафандр и выходи на причальную палубу — я тебя там заберу на буксире.

Шлюз «Быстрого» и буксира состыковались с едва слышным стуком. Я шагнул в короткий, слабо освещённый переходной туннель. За моей спиной раздался шипение закрывающейся двери. Ещё несколько шагов — и я оказался в шлюзовом отсеке буксира. Внутренняя дверь отъехала, впуская меня в знакомый коридор, ведущий в пилотскую рубку корабля.

Я прошёл по коридору, разоблачился от скафандра и устроился в массивном кресле пилота. Панели управления замерцали, ожидая команды.

— Тёма, активируй все системы. Проведи короткую диагностику.

«Принято. Активация основных систем… Диагностика… Все системы работают в штатном режиме. Реакторы — в режиме ожидания. Двигатели — готовы. Системы жизнеобеспечения — функционируют нормально.»

— Отлично. Выдвигайся к причальной палубе «Звёздного Утиля». Аккуратно.

Громадина буксира с глухим гулом ожила. Снаружи, на главном экране, медленно поплыли звёзды. Корабль плавно развернулся, словно просыпающийся левиафан, и на небольшой скорости начал движение к указанной точке.

Подлетев к причальной палубе, я увидел на экране знакомую фигуру в пустотном скафандре. Слава быстрым, уверенным шагом шёл к месту предполагаемой швартовки. Буксир причалил, и магнитные захваты мягко зафиксировали его.

Не прошло и минуты, как в шлюзовом отсеке раздались шаги. Вскоре Слава появился в дверях рубки, разоблачился от скафандра и, оглядевшись, с нескрываемым восхищением присвистнул.

— Вот это да… — он подошёл к небольшому диванчику у стенки и устроился на нём, не отрывая глаз от массивных панелей и огромных видовых экранов. — Вот это махина…

— Это пока что буксир, — заметил я, следя за показаниями. — Скоро тебе представится случай увидеть по-настоящему огромные корабли.