Сдайся мне

Глава 32

Маша

Марат долго стоит рядом, с высоты своего роста заглядывая мне прямо в глаза.

Он будто испытывает меня на прочность. Показывает свое превосходство. Ждет, когда окончательно сдамся.

Одного не понимаю, почему из всех женщин мира он таскается за мной? Или в этом кайф? Выбрать себе скромную правильную учительницу и развратить ее, сломать жизнь?

И я вдруг вспоминаю нашу первую встречу. Тогда Марат существенно выделялся из всех. Его аура захватывала, его приближение вызывало дрожь.

Так же и сейчас. Близость Марата невыносима. Особенно, учитывая, что я практически голая, а он одет. Но это не мешает мне чувствовать жар его кожи, ощутимый даже через ткань его пиджака и рубашки.

Мужчина долго смотрит мне в глаза, не отводя взгляда. Я делаю то же самое, пытаясь доказать, что мне не страшно, что я способна нести ответственность за собственные решения и действия.

А потом он опускает взор на мою грудь. На ноющие соски, напряжение в которых становится почти невыносимым. Как и пульсация между ног.

Я понимаю, что увлажнилась. Потекла для него. И я хотела бы дать заднюю, не позволяя Марату почувствовать это мое поражение, но уже поздно. Стою перед ним и ожидаю, когда прикоснется. Все тело трепещет в предвкушении.

Если сейчас Марат опустит руку мне в трусики, он все поймет.

Это все усталость. Желание организма сбросить напряжение, пусть и таким грязным неправильным способом.

Я хочу ощутить его руки. Как они тяжестью ложатся мне на талию, а потом спускаются ниже. Жажду забыться в них. Но ничего не происходит. Марат просто стоит вблизи, разглядывая меня, а затем, распалив меня до максимальных температур, произносит:

— Нет.

— Что? — само собой вырывается у меня.

Я будто разочарована внутри. Очень разочарована.

— Я не стану тебя трахать.

Марат издевается надо мной! Самым коварным образом!

— Тогда вали нахрен! — вдруг оживаю.

Сбрасываю вязкий транс. Позволяю себе произнести слова, которые никогда и никому не говорила. Была слишком правильной. Слишком хорошей для всех.

А что теперь? Что я получила?

Такая ярость вдруг просыпается. В первую очередь на себя. На свои поступки.

Но разве я способна была поступить иначе с Дашей? Разве могла бросить своих учеников?

Мне хотелось быть примером для всех. Для каждого из них. И для себя самой. А теперь я стою в одном белье перед мужчиной, и я в отчаянии. Мне не хватит всех слов мира, чтобы выразить, что я чувствую. Что тревожит душу, разрывая ее на части. Что отравляет сознание и мысли.

Я рвусь в сторону, потому что хочу скоре скрыться от Марата. Не хочу видеть его рожу! То, как он смотрит! Как касается меня без рук. Как от одного только его взгляда печет внизу живота.

— Куда?! — рыкает в этот момент он, хватать меня за плечо.

Не позволяет уйти.

Тянет на себя.

Вдавливает в свой крепкий торс.

Обнимает руками.

На моей коже пульсируют следы от его горячих ладоней.

И мне так хочется довериться ему. Ощутить крепкое мужское плечо.

Но я то знаю, как все на самом деле. Марат не святой, взявшийся помочь девушке в беде, он монстр, играющий со мной.

Я заставляю себя думать именно об этом, чтобы было больше сил оттолкнуть его.

— Отпусти! Ты же сказал, что не хочешь!

— Я этого не говорил!

— Но ты же…

Перестаю понимать его.

Только что четко произнес: «нет», а теперь тянет обратно.

— Думаешь, мне в кайф трахать бабу, которая делает мне одолжение? Я хочу чтобы ты сама просила.

— Что просила? — недоумеваю.

Но вдруг в памяти вспыхивают его недавние слова. То, что Марат сказал мне вчера.

— Просила трахать тебя, — подтверждает он. — Умоляла.

— Ни за что! Слышишь?! Никогда!

— Уверена? — усмехается мужчина, и его рука ныряет мне в трусики.

Миг, и она уже там.

— Ох… — испускаю я, когда неожиданно по всему телу пробегает острый ток удовольствия.