Сдайся мне

Глава 35

Маша

Не знаю, чего я ожидала. Какой-то бурной реакции? Улыбки на его лице? Громких слов о том, какая я грязная и неправильная учительница, и как мне повезло встретит такого, как он?

Не знаю. Ждала хоть чего-то. Малейшей реакции. Но Марат всего лишь отвечает:

— Жду в машине.

Он выходит из номера. Я падаю на обратно на кровать. Мне быть хоть чуть облегчения! Но его нет. Меня самой будто нет.

Лежу вот так неподвижно какое-то время. Безучастно гляжу в потолок. Пытаюсь убедить себя в том, что делаю все правильно. Что бы там не случилось дальше — так будет лучше для меня и моего Ванечки.

Потом заставляю себя подняться и бреду в ванную. Умываюсь прохладной водой и разглядываю себя в зеркале.

— Все обязательно будет в порядке, — уверяю свое отражение, хотя в глубине души понимаю — во всем есть сомнения. И они душат.

Одежду приходится поднимать с пола. Она так валяется там с тех пор, как я разделась перед Маратом.

Блузка выглядит не ахти. На юбке пятна, которые почему-то бросаются в глаза именно сейчас. Это засохшие белые капли, что я привезла еще из квартиры Марата, но почему-то так и не застирала. Да и какой теперь смысл?

Выйти из номера приходится босой. Одноразовые белые тапочки, единственная обувь, которая оказалась доступной, надел Ваня. Он вышел в них с тем мужчиной. Так что мне приходится покидать гостиницу босиком.

Если вчера, когда на адреналине убегала от Сережи, практически не замечала, насколько неудобно, то сейчас отчетливо ощущаю каждую неровность, а еще отвращение и жгучий стыд.

Мужчины ждут меня внизу, в фойе гостиницы. Марат удивленно смотрит в мою сторону.

— Маша! — бросается через весь зал Ванечка. — Там было ТАКОЕ! — возбужденно начинает он, но я быстро останавливаю малыша — все рассказы потом. Сейчас — самое важное.

— Ты почему меня не разбудил? — гневаюсь на него. — Тебе без взрослых пока нельзя! — журю Ванюшу. — Быстро рассказывай про обед!

— Ну, Маша! — надувает губы Ваня.

— Быстро, я сказала! — не сдаюсь, прищуривая глаза.

Мальчишка рассказывает все в подробностях, Марат и другой мужчина терпеливо ждут.

— Молодец, — хвалю ребенка, понимая, что он сделал все правильно. — Но в следующий раз так не делай! Опасно пока самому — ты маленький!

— Ну, Маша! Я большой, ты ведь говорила! — напоминает ребенок.

— Да, но в случае с твоей особенностью нужно быть особенно осторожным, обязательно пользоваться помощью взрослых, пока они не решат, что ты действительно можешь справиться сам. Ясно?

— Ясно, — опускает голову Ванюша.

— А теперь поехали, — обнимаю его. — Дядя Марат нас ждет, — улыбаюсь, когда Ваня вдруг поднимает на меня свой взгляд.

— Мне кажется, он хороший, — произносит мальчишка, тише, чтобы не расслышали другие. — В первый раз этот Марат мне не понравился, но сейчас я передумал.

— Иди давай! — стараюсь не показывать своего волнения. — Нас уже заждались.

Ванечка берет меня за руку, и мы подходим к мужчинам.

— Ты почему без обуви? — первое, что спрашивает Марат.

— А разве тебе твои шестерки не донесли? Я то думала, ты в курсе всего, — грустно усмехаюсь.

Это защитная реакция. Хочется уколоть. Сказать какую-нибудь гадость, хотя обычно мне это не свойственно. Да и не при ребенке же.

— И у него нет? — кивает в сторону Вани.

— Как видишь, — отвечаю я, но мой тихий голос перебивает громкий голосок Ванечки:

— Мы так быстро убегали из дома, что не успели обуться! — сообщает он на всеуслышанье, и я замечаю, как косятся на нас все присутствующие в фойе люди.

— Может, поедем уже? Или так и будем стоять?

— Дим, бери мальца, — Марат кивает в сторону ребенка. А сам делает шаг ко мне и ловко подхватывает на руки. Я даже чуть вскрикиваю от неожиданности. — Спокойно, учительница! Не босой же тебе по дороге топать.

Решаю не выступать. Все же мужчина прав — если есть возможность не наступать на грязный асфальт, ей нужно пользоваться.

Нас с Ваней усаживают в машину, припаркованную у самого входа в гостиницу. Она большая и черная — типичная представительница автопарка господина Марата.

Сам он, кстати, садится на переднее сидение, чему я очень сильно радуюсь.

— Дим, планы меняются, — обращается мужчина к своему холопу. — Нам нужно заехать в магазин.