Сдайся мне

Глава 40

Маша

— З-здравствуйте… — чуть заикаясь, проявляет уважение мой мальчик.

Ваня быстро переводит на меня взгляд, чтобы убедиться, что все в порядке.

— Охренеть! — выдает свое заключение мужчина, и теперь он тоже смотрит в мою сторону, как и сын.

Но, в отличие от Ванечки, его взгляд немного пугающий и жесткий. Будто лезвие острого ножа поднесли к горлу.

— А я, кажется, понял… — циничная ухмылка на лице мужчины не несет нам с малышом ничего хорошего. — Ушлая шлюха втерлась в доверие и решила повесить на моего сына еще и чужого ребенка.

От слова «шлюха» меня передергивает. Не при ребенке же! У этого человека нет никаких моральных границ.

Ваня тоже напрягается, и это заметно.

— Ванюш, иди пока в свою комнату, — прошу мальчишку. Он мешкает и будто бы собирает бежать ко мне. — Быстро! — немного повышаю голос, чтобы показать — мой приказ не обсуждается.

— У мальца даже своя комната уже есть? — недовольно рычит незнакомый мужчина, когда Ваня бегом удаляется вглубь квартиры. — А ты, смотрю, быстро освоилась, сучка, — снова эта усмешка. Злая. Неприятная. Веющая опасностью.

Мужик надвигается на меня, и мне приходится отступить. Сделать шаг назад.

— Вы… все не так поняли. Я просто учительница, и Марат, он… он всего лишь помог нам.

Не знаю, будут ли иметь вес мои оправдания, но что еще я могу?! Накинуться с кулаками? Так он здоровый, как скала! Одним пальцем остановит, не позволив даже замахнуться. А вот его удар, уверена, сразу же отправит меня в нокаут.

— Позвоните Марату! Он подтвердит!

— Учительница, значит?! — задумывается на секунду незваный гость. — Заливаешь знатно! Долго роль пай-девочки репетировала?

— Что? — хмурю брови.

Почему он не верит?

Хотя, с чего верить? Он же меня совсем не знает. Зато, Марата, видимо, отлично.

— Знаю я вас, баб ушлых, на что угодно готовы, лишь бы к богатому члену прибиться! Но если у Марата сперма к мозгу прилила, то я тебя насквозь вижу. И с такими, как ты, разговор у меня короткий.

Мужчина уже очень близко. Практически вплотную. И он зол. Реально зол!

Рука сама совершает замах. Я не могу это контролировать. Соображаю, что натворила уже только тогда, когда внутреннюю сторону ладони болезненно саднит после пощечины, а глаза мужика наливаются еще большей яростью.

— Ах, ты, шлюха! — он с ненавистью толкает меня.

Лечу назад. Падаю на диван. Незнакомец делает шаг ко мне.

Не знаю, что он собирается сейчас делать, но мне очень страшно! Кровь кипит. Задыхаюсь.

Вспоминаю, что у меня еще есть Ванечка, которого обязательно нужно защитить. И такая ярость просыпается. Откуда-то берутся внутренние силы на борьбу. Я стараюсь отпихнуть мужика, брыкаясь изо всех сил. Руками, ногами — да чем придется!

Кожу жгут его болезненные захваты. Дышать почти невозможно, а футболка Марата почти ничего не скрывает из-за неравной схватки.

— Маша! — сквозь шумовую завесу слышу голос Вани.

Боже мой!

Кажется, он налетает на незнакомца сзади, пытаясь всеми силами оттащить его от меня.

— Да отцепись ты! — рычит на него недовольный мужчина и пытается сбросить лишнюю тяжесть с себя.

— Маша! — горланит ребенок, не собираясь слезать с мужика. — Отстань от Маши!

И меня гордость берет, с одной стороны, а, с другой, жутко, что Ванюше приходится в свои шесть лет переживать такое.

Пользуясь моментом замешательства нашего гостя, я пробиваю ногой ему в пах.

— Сука! — рявкает он, сжимаясь, но в тот же момент, кто-то с силой оттаскивает его в сторону.

— Что здесь происходит? — рычит Марат. К нему прижимается перепуганный Ванечка.

Я запыхавшаяся лежу на диване и спешу натянуть обратно на бедра задравшуюся футболку.

— С каких пор шлюх домой таскаешь, сын? — сжимаясь от боли выдавливает из себя мужчина. — Надеюсь, эта пизда не наплела тебе, что ребенок твой? Или ты настолько тупой?

— Скрылись! — гаркает Марат на меня и Ваню, резко кивая в сторону спален.

Мальчишка тут же подбегает ко мне, и я спешу подняться с дивана, чтобы исполнить приказ.

У меня отлегает от сердца. Радуюсь возвращению Марата, как никогда в жизни. Да что уж там? Я еще ни разу не была рада ему! А сейчас готова накинуться и расцеловать… Видимо, все действительно познается в сравнении.

— Ты испугалась? — спрашивает у меня малыш.

— Очень, — признаюсь я. — Зато ты был таким храбрым! Я сильно тобой горжусь!

Понимаю, ребенка нужно наругать за то, что выскочил, ослушавшись моего приказа, но я решаю отложить этот момент на потом, когда все эмоции схлынут.

— А я нисколько не испугался! — хвалится Ваня. — Я бы и сам этого старика завалил, если бы Марат не вернулся.

— Глупыш, — прижимаю его к себе.

Слышу, как Марат о чем-то спорит с отцом. В смысл не вслушиваюсь. Не хочу даже вникать.

Теперь то понятно, в кого он такой. Циничный и жесткий. Яблоко от яблони недалеко падает.

Мы с Ваней сидим в спальне какое-то время, пока разговоры за стеной не смолкают, и я не слышу, как захлопывается входная дверь.

Марат почти сразу появляется в дверях спальни и выглядит он очень недовольным.

— Малыш, иди погуляй с Антоном на площадке. Он ждет тебя в подъезде.

Ванюша смотрит на меня, ожидая разрешения, и я киваю, выражая его.