Шипы кровавой розы

Глава 14

Тело Каэлана всё ещё висело на балке, раскачиваясь на ветру, как чудовищный маятник. Его безупречный чёрный доспех был покрыт пылью и грязью, а изящная, аристократическая голова безвольно свесилась набок. Смерть уравняла всех: и его, великого стратега, и простого солдата, лежавшего у моих ног с пробитой грудью. Я смотрел на него, на этого своего главного противника, и не чувствовал ничего. Ни триумфа, ни ненависти, ни даже удовлетворения. Лишь пустоту и ноющее понимание того, какую цену мы заплатили за эту победу.

— Ваша светлость?

Я обернулся, рядом стоял командир первого легиона

— Город наш, — доложил он, и в его голосе не было ни капли радости. — Последние очаги сопротивления подавлены, потери пока подсчитываем.

Я молча кивнул. Я и без него это видел. Площадь, улицы, дома, всё было усеяно телами. Моими, чужими, всё смешалось в одну кровавую кашу. Повсюду двигались наши солдаты, но это было не триумфальное шествие победителей, а скорее, работа похоронной команды. Они растаскивали трупы, собирали раненых, которых было не меньше, чем убитых, тушили последние пожары.

— Приказ по армии, — мой голос прозвучал устало — Заняться ранеными в первую очередь! Лазарет развернуть в здании ратуши, оно меньше всего пострадало. Убитых, и наших и темных, собрать и подготовить к сожжению. Мы не можем допустить эпидемии. Сформировать патрули, прочесать каждый дом, каждый подвал. И самое главное…

Я повернулся и посмотрел в ту сторону, где за городскими стенами, на побережье, всё ещё виднелся зловещий силуэт того, что было нашей главной целью.

— Портал, — закончил в итоге. — Усилить охрану втрое, никого не подпускать. Корина и всех его сапёров немедленно ко мне. Заодно подогнать две артиллерийские батареи. Бить прямой наводкой, если кто покажется с той стороны.

Через полчаса мы стояли перед этим чудовищным сооружением. Стационарный портал тёмных эльфов был похож на гигантские, вросшие в землю когти какого-то доисторического чудовища. Десятки изогнутых, чёрных, как обсидиан, арок, сплетаясь между собой, образовывали круг диаметром не меньше тридцати метров. Поверхность арок была покрыта сложной, пульсирующей багровым светом вязью рун. Воздух вокруг него вибрировал и гудел, а в центре, там, где должна была быть пустота, клубился тёмный, почти осязаемый туман, в котором периодически угадывались какие-то призрачные пейзажи.

— Ну и хреновина… — с уважением протянул Корин, поглаживая свою бороду. Гном, как и я, был покрыт копотью и кровью, но в его глазах горел живой профессиональный интерес. — Никогда такого не видел, мощная штука!

— Сможешь это взорвать? — спросил, не отрывая взгляда от пульсирующего тумана.

— Взорвать можно всё, что угодно, Железный, — усмехнулся гном. — Вопрос лишь в количестве взрывчатки и времени. Но здесь… — он подошёл ближе, с опаской коснувшись конструкции портала. — Здесь всё не так просто. Эта штука защищена магией, мощной и многослойной. Видишь эти руны? Это не просто украшение, а замки, которые держат всю конструкцию. Если мы просто заложим заряд, большая часть энергии уйдёт впустую, в молоко. Мы её, конечно, повредим, но не уничтожим. А они, — он кивнул в сторону тумана, — скорее всего быстро восстановят.

— Что предлагаешь?

— Нужно сначала вскрыть эти замки, — Корин начал ходить вокруг портала, что-то бормоча себе под нос, тыча пальцем в руны. — Найти ключевые узлы, точки напряжения. А потом ударить по ним, одновременно.

— У нас нет на это времени, — я покачал головой. — Мы не знаем, когда хозяйка портала решит им воспользоваться. Эта штука должна быть уничтожена буквально сейчас же.

— Тогда остаётся только один вариант, — Корин остановился и посмотрел на меня. — Нам понадобится всё, что у нас есть. Вся взрывчатка, которую мы притащили с собой. Мы обложим эту дрянь со всех сторон, создадим кумулятивный эффект. Ударная волна должна будет не просто разрушить, а буквально испарить её. Но…

— Но?

— Бабахнет очень знатно, — закончил гном. — И я не уверен, что стена Крейгхолла выдержит. Да и нам лучше быть отсюда подальше, когда всё это рванёт.

— Плевать на стены, — отрезал я. — Главное, чтобы от этой дряни не осталось и пыли. Сколько тебе нужно времени?

— Часов восемь, не меньше. Для грубого удара нужна тонкая работа. — усмехнулся бородач.

— Тогда не будем терять время!

Гном приложился к своей фляжке, крякнув, а затем приказал собрать своих сапёров, которые споро принялись за работу. А я вернулся в город. Нужно было начинать поиски второй, не менее важной цели.

Чертово Обсидиановое Сердце. Я не знал, что это такое, как оно выглядит. Все пленный эльфы перед смертью лишь посылали нас далеко и надолго. Но, с учетом того, что мы уже обшарили солидную часть крепости, Сердце находится где-то под цитаделью, в самых глубоких подземельях. Найти и уничтожить его было так же важно, как и уничтожить портал.

Цитадель Каэлана, возвышавшаяся в центре города, была крепостью в крепости. Высокие стены, узкие бойницы, единственный, хорошо охраняемый вход. Мои гвардейцы уже взяли её под контроль, но внутри, я был уверен, нас ждали сюрпризы. Собрав штурмовой отряд, провел короткий инструктаж.

— Задача простая, — сказал бойцам, стоя перед входом в цитадель. — Мы спускаемся вниз. Ищем артефакт этот поганый артефакт и уничтожаем его. Пленных не брать, на сюрпризы реагировать огнём.

Мы вошли внутрь, цитадель встретила нас гулкой тишиной и запахом смерти. Везде были следы недавнего боя. Тела гвардейцев Каэлана, моих солдат, гильзы, лужи крови. Мы спускались всё ниже и ниже, по узким, винтовым лестницам, которые, казалось, вели в самую преисподнюю. Чем ниже мы спускались, тем холоднее и сырее становился воздух. Фонари, которые мы несли с собой, выхватывали из темноты мокрые, покрытые плесенью каменные стены, с которых свисали ржавые цепи. Похоже, раньше, эту часть подземелий использовали по-другому.

Спустя два часа поисков стало понятно, таким количеством мы будем искать Сердце до следующего пришествия темных. Вернувшись ко входу в подземелья, связались с поверхностью. В итоге наши поисковые отряды сначала увеличились до трех сотен, а спустя пять часов, до шести сотен. Но все тщетно, все откровенно устали, но какую-то часть этих катакомб мы изучили, даже накидав подобие карты. Стало ясно, нужен системный подход.

Отпустив всех на отдых, отдал приказ готовиться к подземной экспедиции. Будем создавать промежуточные охраняемые блокпосты, на которых хранится вода и запасы еды, постепенно расширяя свое присутствие в подземельях. Что самое интересное, как только я отдал все распоряжения, меня буквально выперли в новые покои. Видите ли, негоже командующему шариться в затхлых тоннелях. Высказав свое неудовольствие усмехнувшейся Лире, я привел себя в порядок и решил немного отдохнуть. Глаза открыл спустя сутки…

Обед мне притащили прямо в спальню, компанию составили Лира и Урсула. Пока я молча поглощал обед, Лира аккуратно меняла повязку бурчащей орчанке, что она сама в состоянии это сделать, за что заработала щелбан и наставления о том, что шрамов на теле и так много, а если не следить за швами и чистотой, то этот новый будет писец какой страшный на вид. Когда я отвалился от еды, словно клещ, эти две оторвы смотрели на меня с каким-то детским умилением, от чего я почувствовал себя нерадивым ребенком, который отказывался кушать целую неделю, а теперь, наконец, позволил в себя впихнуть две порции.

— Не надо так на меня смотреть — сказал с укоризной. — И вообще! Порадуйте меня, скажите, что нашли Сердце.

— Еще четыре часа назад — улыбнулась Лира, наблюдая, как я подорвался, словно в задницу ужаленный.

— И чего не разбудили? — взвился, глядя на них.

— Ты спал так крепко, что не услышал, как обрушилась соседняя сильно поврежденная башня — откровенно заржала Урсула — поэтому, мы решили тебя не трогать.

— Ладно, хватит прохлаждаться. Нас ждут великие дела! — я бодро подскочил. Ко мне тут же подскочила Лира, так как в глазах потемнело, а голова пошла кругом.

— Тебе еще бы поспать пару дней, дорогой — мило улыбаясь, произнесла лисица, заботливо держа меня стальной хваткой за плечо.

— Как только, так сразу — ответил, покосившись на ухмыляющуюся орчанку — собирай парней, хочу прогуляться по старым мокрым тоннелям.

— Нет бы пригласить девушек на свидание, выбрав полянку с видом на морской берег — горестно, сказала Лира — а ему все туннели подавай. Михаил, у тебя родственников среди гномов не имеется случаем? Борода тебе к лицу, но это не точно.

— Очень смешно — зыркнул на ржущую Урсулу — погнали!

Спуск занял почти два часа и то только потому, что мы шли по кратчайшему пути, проложенному разведчиками. Наконец, мы оказались в огромном, круглом зале. Из него на другой стороне виднелись четыре тоннеля. Но судя по тому, что только в чрево одного смотрел ствол пулемета, нам надо было именно туда. Здесь же за импровизированными баррикадами из песка, когда только успели, прятались два взвода стрелков и десяток лисичек Лиры. Освещение установили так, чтобы он слепил всех, кто идет из тоннеля, при этом охранения максимально долго оставалось незамеченным.

Как только я прошел половину этого зала, стало понятно, что разведка не ошиблась. Сердце бешено забилось, а в так ему где-то на подкорке отбивался ритм артефакта.

— Господин — шепотом сказала одна лисичек Лиры, кивнув мне в знак приветствия.

— Что там дальше? — так же шепотом спросил у девушки.

— Еще один зал, больше этого раза в четыре и гораздо выше — рапортовала разведчица — Много колонн, что держат потолок. В конце зала однозначно находится нужный нам артефакт. От него фонит так, что страшно приближаться.

— Уничтожим с расстояния — пожала плечами Урсула, на нее тут же шикнули, так как голос орчанки отразился от стен эхом — чего?

— Там охрана! Мы даже нес могли посчитать сколько их там — продолжила лисичка — Но среди них есть сильные маги. Двое поперлись за нами, еле отогнали. Хорошо парни быстро подоспели, после парочки залпов, темные вернулись обратно.

— К штурму готовы? — спросил у командира взвода стрелков.

— Ждем наших клыкастых парней от орков, они должны притащить штурмовые щиты. — кивнул лейтенант.

Я кивнул, мы молча уселись за мешками с песком, медленно потекло ожидание.

Спустя три часа, мы услышали шум, который ни с чем не перепутаешь. Гул тяжелых шагов десятков орков, закованных в тяжелую броню. Через десять минут в зал начала втягиваться колонна орков, за ними шли еще два взвода стрелков, которых возглавлял сам Асаи.

— Железный! — приветствовал меня старший из них, ударив кулаком себя по нагрудной пластине. — Какова наша цель?

— В конце этого тоннеля еще один зал, его охраняют темные, в том числе маги. Задача простая: освободить помещение от эльфов с минимальными потерями — коротко ввел в курсе дела орка.

— Понятно — кивнул орк, посмотрев на туннель.

Его бойцы перестроились, прикрывшись щитами в три ряда, и медленно пошли вперед, постепенно скрываясь в туннеле. За ними потянулись стрелки, после чего уже пошла наша компания. Тоннель был довольно широкий в котором было полно отнорков и выступов, за которыми прятались наши стрелки, прикрывая щитоносцев. Спустя пятнадцать минут, мы достигли нового зала. Зал действительно был огромный. А самое главное, я почувствовал то самое давление, о котором говорила лисичка. Наша цель неярко светилась в конце зала, медленно мерцая полумраке.

Когда наша фаланга построилась вширь и устремилась к Сердцу, мы, наконец, смогли лицезреть охрану. Чуть больше четырех десятков эльфов отделились от стен. С десяток одеты в магические балахоны, остальные в тяжелые доспехи. Оружие в их руках подозрительно поблескивало зачарованием.

Я подал знак, и мои гвардейцы, рассредоточившись, взяли магов на прицел.

— Именем Железного Вождя, — громко сказал, мой голос гулким эхом отразился от стен. — Сложите оружие, и, возможно, я сохраню вам жизнь.

Одна из фигур медленно подняла голову, до этого неподвижно смотря в пол. Из-под капюшона на меня посмотрели горящие безумным, фанатичным огнём глаза.

— Глупый варвар, — прошипел маг. Его голос был сухим и скрипучим, как будто он не говорил сотни лет. — Вы уже мертвы, просто ещё не поняли этого.

И в тот же миг все маги одновременно вскинули руки. Пол под нашими ногами покрылся огненными рунами, а Обсидиановое Сердце в центре зала запульсировало с удвоенной силой, издав низкий, утробный гул. Стало трудно дышать, а в голове застучали тысячи молоточков. Аура чистой ненависти и страха, исходившая от артефакта, давила на разум, вызывая тошноту и панику.

— Огонь! — заорал, пытаясь перекричать гул в ушах.

Мои гвардейцы открыли ураганный огонь по магам. Десятки винтовок рявкнули одновременно, и зал наполнился грохотом и пороховым дымом. Но пули, которые ещё пару дней назад рвали на куски элитную гвардию Каэлана, здесь были бессильны.

— Коллективный барьер! — крикнула Лира, её лицо было бледным. — Не ошибусь, если скажу, что они связаны с Сердцем, которое подпитывает магов! Иначе, как они тут выживают.

Маги, не обращая внимания на наш бесполезный огонь, пошли вперед, ближники выстроились перед ними, готовые прикрыть от любой атаки. Они двигались медленно и плавно, как будто плыли в воде. Руки магов, высунувшиеся из широких рукавов, плели в воздухе сложные, светящиеся узоры. И пол под нашими ногами буквально взорвался.

Из рун, которые ещё мгновение назад были просто светящимися символами, вырвались столбы чёрного пламени. Они били из-под земли хаотично, без всякой системы, превращая пол в смертельное минное поле. Один из моих гвардейцев, не успев отскочить, оказался прямо в центре такого столба. Его крик был коротким и страшным. Я видел, как его тело чернеет, съёживается, превращается в обугленную головешку за считанные секунды.

— Назад! — я оттащил в сторону другого солдата, которого едва не постигла та же участь. — Рассредоточиться! Не стоять на месте! Рубите контуры на полу, чтобы сломать плетения!

Но это было легче сказать, чем сделать. В тесном зале, где каждый метр простреливался огнём, укрыться было негде. Мы метались, как крысы в ловушке, пытаясь увернуться от огненных гейзеров. Ещё двое моих парней погибли, прежде чем мы смогли приспособиться к этой атаке.

Лира и её лисички не пытались прорваться напролом. Они, как призраки, скользили вдоль стен, метая в магов свои отравленные стрелы. Но и это было бесполезно, кинжалы, стрелы, пули просто отскакивали от невидимой преграды.

— Мы не можем их пробить! — крикнула мне Лира, уворачиваясь от очередного огненного столба. — Пока это Сердце живет, они почти неуязвимы!

Она была права. Нам нужно было уничтожить артефакт. Но как это сделать, если мы не могли даже подойти к нему? Маги, стоявшие вокруг него, были не просто стражами. Они были частью его защитной системы.

И тут меня осенило. Если мы не можем пробить их щит, значит, нужно заставить их самих его опустить. Вопрос в том, как далеко распространяется барьер. Выстрелил почти в потолок, сразу выдохнув. Барьер не бы сплошной стеной, это уже бодрило, наверное, никто не предполагал, что найдется кто-то, кто сможет сигануть на высоту больше шести метров. А вот кинуть что-то…

— Гранаты! — заорал я. — Гранаты, по три каждый! Бросайте по большой дуге!

Мои гвардейцы, которые до этого лишь беспомощно отстреливались, поняли мой замысел. Десятки гранат полетели в сторону постамента. Они падали на пол, катились, и через несколько секунд зал содрогнулся от серии оглушительных взрывов. Густой, едкий дым от взрывов начал заполнять зал. Когда он немного рассеялся, стало видно, как темные в тяжелой броне щитами и собственными телами прикрывают магов от взрывов. Но, как ни крути, осколки нашли прорехи в обороне. Один из ближников лежал на земле без движения, ее трое пусть и несельно, но истекали кровью. Один маг заработал осколков по голове, который вырвал клок волос.

— Ещё! Не останавливайтесь! Дымы туда же!

Мы бросали гранату за гранатой. Дыма стало так много, что уже было трудно дышать. Маги, стоявшие в центре, закашлялись. Их идеальный, монолитный строй дрогнул, охрана Сердца начала отступать.

— Они не могут вечно держать барьер и не дышать! — крикнула Лира.

И она была права. Один из магов, тот, что стоял ближе всех к нам, на секунду опустил руки, чтобы прикрыть лицо от дыма. И в ту же секунду его плетение сбилось. В коллективном барьере, который они держали, образовалась крошечная, почти незаметная брешь.

Но Асаи, который до этого момента стоял неподвижно, как изваяние, только этого и ждал. Его винтовка, казалось, выстрелила сама. Пуля, выпущенная с невероятной точностью, прошла сквозь брешь и вонзилась магу прямо в глаз. Фанатик рухнул, как подкошенный, не издав ни звука. И в тот же миг коллективный барьер, лишившись одного из своих элементов, ослаб. Не исчез совсем, но стал тоньше и нестабильнее.

— Да! — я понял, что мы нащупали их слабое место. — Цельтесь в Сердце! Огонь на подавление!

Мы обрушили на них новый шквал огня. Теперь пули не растворялись в воздухе. Они с глухим стуком бились о барьер, оставляя на нём мерцающие рябь, как на воде. Щит держался, но он уже не был таким непробиваемым.

Маги, поняв, что их тактика пассивной обороны больше не работает, перешли в атаку. Чёрное пламя из-под пола исчезло. Вместо этого они начали метать в нас шаровые молнии. Десятки светящихся, потрескивающих сфер заметались по залу, отскакивая от стен, от пола, от потолка.

Это был сущий хаос. Мы прятались за колоннами, падали на пол, пытаясь увернуться от этих смертоносных шаров. Один из них попал в гвардейца, стоявшего рядом со мной. Раздался оглушительный треск, и парень, дёрнувшись в страшной конвульсии, обуглился заживо.

В этот момент в бой вступили лисички Лиры. Они, как акробатки, прыгали, кувыркались, уворачиваясь от молний, и метали в магов свои смертельные подарки, пытаясь найти ещё одну брешь в их защите. Асаи удалось подстрелить двух из прикрытия магов. Но даже этого было мало. Маги темных перестроились, форма барьера изменилась, а затем они пошли в контратаку. Нас начали откровенно выдавливать из зала.

— Я тут подумал, что вам помощь не помешает! — услышал до боли уже родной голос.

— Корин! — радостно крикнул. — Ты как здесь оказался!

— Стреляли!.. — пожал плечами гном. — да и сложно не заметить, как очень быстро собрались штурмовики со щитами и лучшие стрелки Асаи.

— С чем пожаловал? — спросил у гнома, прячась от очередной шаровой молнии, что с треском пролетела мимо.

— Пушка устроит? — ехидно спросил Корин.

Я на мгновение опешил.

— Пушка? Как вы её сюда дотащили⁈

— Не твоя забота! — усмехнулся гном в ответ.

— Давай, дорогой, работай!

А бой продолжался, мы потеряли ещё троих. Нас оставалось все меньше против десятка почти неуязвимых магов. Они теснили нас к выходу, который сейчас был нужен как воздух.

Наконец, в проёме, ведущем в зал, показались новые фигуры. Десяток гномов, кряхтя и матерясь, втащили на себе пушку.

— А ну, расступись, мелюзга! — пробасил он, отпихивая моих гвардейцев. — Дайте дорогу настоящему искусству!

Это было сюрреалистическое зрелище. Древнее подземелье, фанатичные маги, и посреди всего этого — блестящая сталью и смазкой современная пушка.

— Заряжай болванкой! — скомандовал Корин.

Маги, наконец, поняли, что происходит что-то явно вне их понимания, от этого еще более опасное, чем одиночные выстрелы Асаи. Темные с удвоенной яростью обрушили на нас шквал молний и огня, пытаясь помешать гномам. Но орки, встав живым щитом, приняли удар на себя, давая артиллеристам драгоценные секунды.

— Готово!

— Огонь!

Пушка рявкнула, выстрел в замкнутом пространстве был оглушительным. Я думал, что у меня лопнут барабанные перепонки. Снаряд ударил в невидимый барьер.

Щит выдержал, но он весь пошёл волнами. Я увидел, как маги, державшие его, пошатнулись, а у одного из них из носа пошла кровь.

— Ещё! — заорал Корин.

Второй выстрел барьер не выдержал. С оглушительным звоном он разлетелся на тысячи мерцающих осколков. Трое магов упали без сознания, остальные спрятались за щитами бойцов.

— Валите всех!

Слитный залп винтовок выбил из строя еще троих щитовиков эльфов, после чего на них обрушились орки, началась свалка. Но даже так маги неплохо отбивались, пусть и держались из последний сил.

Но технологическое превосходство зарешало. Стрелки, переместившись на фланги, начали выбивать всех подряд. Через десять минут все было кончено эффектным выстрелом Асаи, убившего последнего защитника сердца, попав в смотровую щель шлема.

Мы победили, но я знал, что главная задача ещё впереди…

Я стоял перед этим чудовищным артефактом, и чувствовал, как по спине бегут мурашки. Оно было живым, я не знаю, как, но это чувствовал. Чувствовал древнюю ненависть ко всему живому, что распространял этот артефакт. И я понимал, что просто разбить его, как какой-нибудь кристалл, не получится.

— Корин, — тихо позвал гнома. — У нас осталась взрывчатка?

— Пара брикетов, — кивнул бородач, с опаской поглядывая на артефакт. — Но я не уверен, что это хорошая идея, Железный. Мы не знаем, что будет, если эта штука рванёт. Может, серьезная часть тоннелей обвалится, а может, и весь город.

— А может, и ничего не будет, — возразил ему. — Но оставлять его здесь в рабочем состоянии даже лишний час мы точно не можем

Я подошёл к постаменту. Сердце, казалось, почувствовало моё приближение. Оно запульсировало чаще, а исходящий от него гул стал громче, настойчивее. Я чувствовал, как оно пытается проникнуть в мой разум, давит на волю, пытается подчинить

— Отойди от него! — крикнула Лира. Я увидел в её глазах неподдельный страх.

Я сделал шаг назад, с трудом отрывая взгляд от артефакта.

— Эту дрянь нужно уничтожить, — твёрдо сказал. — И как можно быстрее. Корин, готовь заряды.

Гном, поколебавшись секунду, кивнул своим гномам. Они с опаской подошли к постаменту и начали обкладывать Сердце брикетами со взрывчаткой, Корин в это время посла наверх посыльного, чтобы притащили самый медленный запальный шнур. Я же разослал бойцов во все стороны, чтобы все блокпосты немедленно поднимались наверх, захватив только оружие. Как только поднялся наверх, приказал немедленно покинуть Цитадель и отойти метров на сто.

Спустя четыре часа мы были готовы, началось тревожное ожидание в гробовом молчании. Войска ловили каждый звук по округе.

Вот он, легкий толчок…

Вместо дыма и огня из цитадели вырвалась невидимая волна чистой, концентрированной магической энергии. Она прокатилась по всему городу, и пошла дальше по побережью. Я почувствовал её, как удар, ноги подкосились, я еле устоял на ногах. А потом наступило чувство облегчения. Как будто из меня выдернули какую-то занозу, о которой я даже не подозревал. Дышать стало легче, а мир вокруг, который всегда казался мне немного тусклым и серым, вдруг обрёл яркие сочные краски. Я поднял голову и увидел, что все вокруг испытывают то же самое. Солдаты замерли, с удивлением глядя на свои руки.

А потом я увидел Лиру. Она стояла посреди своих девочек, запрокинув голову к небу. Её четыре хвоста сейчас стояли дыбом, как у наэлектризованной кошки. А кончик каждого хвоста светился мягким, голубоватым огнём.

— Магия… — прошептала она, и в её голосе было столько изумления и счастья, что я её едва узнал. — Она вернулась…

И не только к ней. Урсула, которая стояла рядом, тяжело опираясь на свой топор, вдруг выпрямилась. Рана на её плече, которая ещё недавно кровоточила, на глазах начала затягиваться. Я видел, как кожа срастается, как истончается рубец. А потом орчанка издала радостный первобытный клич, от которого зазвенели стёкла в уцелевших окнах. Она подпрыгнула на месте, а потом с разбегу врезалась в стену ближайшего дома, проломив её, как будто та была сделана из картона.

— Сила! — орала она, вылезая из пролома. — Я чувствую силу!

Магическая блокада, которую тёмные эльфы наложили на этот мир пятнадцать лет назад, пала. Уничтожив Обсидиановое Сердце, мы выпустили нашего долгожданного джинна из бутылки.

Волна эйфории, захлестнувшая Лиру и Урсулу, была почти осязаемой. А потом в меня уперлись две пары глаз, от взгляда которых мне стало не по себе. Так обычно хищники смотрят на бегающее по круге мясо. Лисица и орчанка переглянулись, кивнув друг другу, после чего медленно пошли в мою сторону. Две лисички Лиры, чей вид был почти такой же, также двинулись ко мне, пусть и не так уверенно. Но одного взгляда Лиры хватило, чтобы обе с испуганным писком отскочили назад.

— Дамы? — настороженно смотрю на них — все в порядке?

— Не совсем, Михаил — ответила Лира, а затем как-то нехорошо облизнулась, отчего у меня волосы на затылке встали дыбом.

— Нам требуется твое внимание, прямо сейчас — хрипло добавила Урсула, при этом заходила на меня сбоку, не оставляя шансов сбежать.

— А точно не подождет? Вон у нас люди растерянные стоят — делаю шаг назад и понимаю, что за спиной каменная стена, бежать некуда.

— Они справятся, не зря же ты так усердно гонял командиров — не мигая, произнесла Лира.

Я посмотрел с надеждой на моих офицеров, но те лишь сочувственно пожали плечами, раздавая громкие приказы, не желая связываться со смертельной угрозой в виде двух фурий, которых переполняли магические силы, требующие немедленный выход наружу…

Когда они, наконец, меня отпустили, и я, шатаясь, вышел из своих покоев, меня рядом с кабинетом ждал адъютант. Его лицо было бледным, но глаза горели восторгом.

— Ваша светлость! — выпалил он, не в силах отдышаться. — У нас по всей армии люди… они…

— Что они? — спросил, поправляя помятую одежду.

— Они светятся! — выпалил адъютант. — У многих открылся дар! Даже у тех, кто никогда не был магом! Обычные солдаты, и таких множество! Это настоящее чудо.

Я посмотрел в окно. И действительно, то тут, то там, над их головами вспыхивали и гасли слабые огоньки, кто-то неуклюже пытался поднять в воздух камень, у кого-то светились руки. Взрыв Обсидианового Сердца не просто снял блокаду. Он, как катализатор, пробудил скрытые магические способности у сотен разумных.

— Всех, у кого проявился дар, — я тут же взял ситуацию под контроль. — Всех переписать! Создать отдельные отряды. Назначить им инструкторов из тех, кто уже умеет пользоваться магией. Лира, займёшься этим!

Лисица, которая уже пришла в себя и снова обрела свой невозмутимый вид, молча кивнула, стоя возле двери.

— Это ценнейший ресурс, — продолжил вещать, как радио. — Мы не можем позволить, чтобы они поубивали друг друга или спалили лагерь своими неумелыми экспериментами. Всех изолировать немедленно.

К вечеру Крейгхолл было не узнать. Город, ещё утром бывший полем жестокой битвы, гудел, как растревоженный улей. Но это был не гул войны, а гул праздника. Победа, одержанная такой дорогой ценой и чудесное возвращение магии, всё это смешалось в один пьянящий коктейль эйфории, который захлестнул всю мою армию.

Солдаты, забыв про усталость, раны и потери, праздновали. Праздновали так, как могут праздновать только люди, которые ещё час назад смотрели в лицо смерти, а теперь получили не только жизнь, но и надежду. На центральной площади, той самой, что была усеяна трупами, теперь горели огромные костры. На вертелах жарилось мясо, которые мои запасливые орки умудрились найти в подвалах крепости. Из бочек, выставленных прямо на мостовую, рекой лилось эльфийское вино, терпкое и крепкое.

Я стоял на стене, на том самом месте, где ещё недавно разгуливали часовые Каэлана, и смотрел на это всеобщее веселье. Рядом, прислонившись к зубцу, стояла Лира. Она молча пила вино из серебряного кубка и тоже смотрела вниз.

— Ты не рад, Михаил? — тихо спросила она, не поворачивая головы.

— Просто устал, Лира, — честно ответил ей.

Я посмотрел на огромные погребальные костры, которые пылали за стенами города. Там, в очищающем пламени, находили свой последний покой и мои солдаты, и воины Каэлана. Сегодня мы не делали различий. Смерть сделала их всех равными.

— Они празднуют, — сказал, кивая на площадь. — А я думаю о том, что будет завтра.

— А что будет завтра? — Лира подошла ко мне ближе, её плечо коснулось моего.

— Завтра, а может, прямо сейчас, Мортана узнает, что потеряла Крейгхолл, часть своего флота, одного из своих лучших генералов и, самое главное, Обсидиановое Сердце. Узнает, что магия снова нам доступна. И старушка придёт в ярость, ведь авторитет мы ей подорвали знатно.

— Но теперь у нас есть, чем ей ответить, — возразила Лира. — Ты видел, что происходит? Дар проснулся у многих. А мой мощно усилился… — она на мгновение замолчала, и в её голосе я услышал нотки, которых никогда раньше не слышал.

— Боюсь спросить, чем же ты владеешь? — покосился на лисицу.

— Много чем, как минимум я хороший эмпат, разве ты не понял это несколько часов назад? — коварно захлопала глазами Лира.

— Это другое — съехал со скользкой темы.

— Ах, ты про мою темную сторону? — Лира прижалась ко мне сильнее, смотря прямо в глаза. Теперь в них не было игривости, только взгляд убийцы — Меня учили с детства пользоваться своими возможностями, они, скажем так, специфические. Не боишься меня теперь?

— Не вижу в этом смысла — пожал плечами, еще сильнее прижав Лиру. — хотела бы убить, давно уже лежал в земле. Но одно меня все-таки тревожит.

— Что именно, дорогой? — спросила лисица, устраиваясь в моих объятиях.

— Твое прошлое, я ведь не знаю откуда ты — ответила, поглаживая ее по голове. Лира на мгновение напряглась, но тут же снова расслабилась. — Ты говорила, что твое княжество далеко и разорено. Не скажу, что мне это критично, но все же…

— Может, я хочу все забыть? — тихо сказала Лира — и не возвращаться туда никогда. А ты моя надежда начать все с чистого листа…

— Как скажешь, милая — продолжил гладить лисицу — пусть будет чистый лист. Твоя семья погибла на войне, ты осталась одна. Теперь я твоя семья.

— Спасибо — еле слышно произнесла Лира.

Мы помолчали, глядя на огни празднующего города.

— Ты должен спуститься к ним, — сказала Лира уже прежним, уверенным голосом. — Они ждут тебя. Ты их вождь и герой. Ты должен быть с ними в эту ночь.

Я знал, что она права, хоть мне и не хотелось.

— Иди, — она мягко подтолкнула меня в спину. — Тебе это тоже нужно. Хоть на час, хоть на минуту, забудь о том, что будет завтра. Просто будь с ними.

Я спустился вниз. И едва я появился на площади, как толпа взорвалась приветственными криками.

— Железный Вождь! Слава Железному Вождь!

Мне всунули в руки огромный рог, наполненный вином. Я сделал глоток, потом ещё один. Крепкое вино ударило в голову, и я, сам того не ожидая, улыбнулся.

Но даже посреди этого всеобщего веселья, я не мог избавиться от тревоги. Краем глаза я следил за патрулями, которые, четко следовали моему приказу, сменяли друг друга на стенах. Я видел, что часть командиров не притронулись к вину, проверяют посты и лазареты. Когда праздник был в самом разгаре, я нашёл командира первого легиона. Он, как и я, не разделял всеобщего веселья, стоя в стороне и с мрачным видом наблюдая за происходящим.

— Алекс— я подошёл к нему.

— Ваша светлость, — выпрямился легионер.

— Увеличь количество патрулей вдвое, — тихо приказал ему. — И пусть разъезды Ястребов прочешут побережье в радиусе двадцати километров. Я не верю в то, что Мортана оставит это просто так. Я хочу быть готовым к любым сюрпризам.

Старый вояка молча кивнул, понимая меня без слов.

Я вернулся на площадь, меня снова подхватили под руки, снова налили вина. Я смеялся, пел вместе с ними песни, слушал их хвастливые рассказы о сегодняшней битве. Я был с ними. Но часть моего сознания была там, на стенах, вместе с часовыми, которые всматривались в тёмное, враждебное море, ожидая нового удара.