Статус: В целом – ученик

Глава 19

Город гулял и веселился! Флаги развевались на ветру, музыка гремела на площадях. Менестрели, барды, дудочники, барабанщики задавали ритм для танцев и песнопений.

Варги протискивались сквозь толпу, собирая на себе внимание подвыпивших гуляк. Мом пушистикам не нравилось, что чужие люди тянут к ним руки. Пришлось свернуть на менее людную улицу.

Брячедум тоже ворчал, что народу слишком много, а выпивка за эти дни закончилась. Его новый пояс увеличил объём выпитого на порядок, избавил гнома от похмелья и опустошил запасы. А я улыбался, глядя на счастливые лица горожан.

Мы миновали главную площадь, где на импровизированной сцене выступали бродячие артисты. Жонглёры подбрасывали горящие факелы, акробаты кувыркались, барды в толпе людей пели о славе нового союза, на ходу придумывая слова.

Люди были счастливы: аплодировали, смеялись, одобрительно кричали артистам.

— Чего это они так развеселились? — пробурчал Брячедум, спрыгивая с Ворчуна.

— Овьедо присягнул Телемаху, — ответил я, тоже спешиваясь. — Союз растёт. Люди чувствуют, что будущее становится стабильнее и понятнее.

Ещё спускаясь с холма, я задавался тем же вопросом. Алисе тоже стало любопытно, и она оперативно отправилась вынюхивать свежие новости. А заодно хотела проверить, не разорили ли запасы нашего ресторанчика, о котором она бредила уже вторые сутки кряду.

Мы оставили варгов у конюшни возле нашего ресторана. Для них было отдельное помещение с загончиком.

Конюшня же принадлежала не нам, а соседу, но так как мы постоянно на варгах разъезжали, хоть у нас и имелись лошади, то Граф договорился и арендовал часть помещения чисто под наших зубастых скакунов. Крепыш и Ворчун получили заслуженный отдых.

Я похлопал Крепыша по шее. Он довольно рыкнул и вгрызся зубами в свой обед.

Внутри ресторана нас уже ждали, как и предупредила Алиса. Александр, Граф, Маша, Герда, Джоана, Джованни, Имирэн, Василий и Мэд. В общем, весь основной состав кабанов-авантюристов.

Все сидели в отделённом от общего зала помещении за большим столом, заставленным блюдами. Запах жареного мяса, свежего хлеба и пряностей ударил в нос ещё на входе.

Алиса материализовалась рядом со мной.

— Наконец-то! — Её глаза загорелись. — Я уже умираю с голоду!

И она бросилась к столу, начала хватать всё подряд: жареную курицу, рыбу, перепёлку, утку, снова курицу, рыбу… Случайно схватила морковный пирог и скривилась.

— Маша, забери эту гадость, пока мне плохо не стало!.. — бросила она его в соседнюю тарелку. Прямо в салат… И продолжила набирать мясо.

Отбивные, котлеты, тефтели, стейки… Вскоре треть блюд оказалась набросана в гору перед Алисой. За этим рыбно-мясным бастионом я её даже не видел.

Повар вышел из кухни, услышав шум, увидел эту картину и поклонился. Улыбнулся, глядя на её аппетит.

— Вижу, госпожа довольна, — произнёс он.

— Ты мой форофый! Фкафу в фледующий раф тебя с фобой… — она проглотила всё то мясо, что с трудом поместилось в её жадный ротик, — с собой на захват вражеской крепости взять! — выдохнула Алиса и принялась набрасывать вилку за вилкой новую порцию.

— Спасибо, госпожа, но мне и на кухне, хорошо, — постарался скрыться от неё повар. От греха подальше…

Мы с Брячедумом тоже сели за стол, когда закончили круговые обнимашки. С прекрасной половиной нашего отряда. Брячедум на автомате полез обниматься с эльфом и, только когда тот отпрянул от него с уродливой гримасой на лице, опомнился и сам дёрнулся, будто от прокажённого, с таким же выражением отвращения на лице.

— Ты… больной гном! Куда лезешь своими грязными руками⁈

— А хер ли ты разоделся в платья свои? Как бабища! Я с дороги, глаза устали. Увидел смазливое личико в платьице, подумал: девку новую в отряд приняли!

— Это наш традиционный праздничный наряд, а не женочий платье, тупой твой борода!

— А вот бороду мою не трогай! А то я тебя так трону… Кстати! В морду бы тебе дать, чтобы меньше на бабу был похож! С фингалом тут мало девок ходють… Александр. Ну-ка, подержи его! Я буду бить аккуратно, но сильно! — начал разминать кулаки Брячедум.

— Кто-нибудь, выбросьте эти бродяга в свинарник, где ему самый место! — закатил глаза эльф.

— Так! Всем встать! Взять чарки… Брячедум, хватай «Слёзы варга», — передал стакан наш командир. — А теперь залпом, не чокаясь, за нас и за успешное выполнение миссий, — произнёс Александр.

— За Фортуну! — добавил Граф с улыбкой.

— В пень твою Фортуну! За настоящую богиню! За меня! — поднялась Алиса, салютуя нам гусиной ножкой.

— За Алису и Систему, что нам благоволит порой, — поднялась Маша.

Каждый нашёл что сказать.

— За вас, друзья мои! — закончил я, и мы опрокинули в себя победные чарки.

Я поставил свою на стол и посмотрел на соратников.

— Выпили… А теперь делимся новостями? — предложил я и сразу же активировал артефакт звукопоглощения.

Все согласились. Видимо, всем есть что рассказать.

Маша начала первая. Её кража знамени в Шиле прошла идеально. Отвлекающий манёвр с баней сработал, псы потеряли след у Желтушьего ручья, погоня могла лишь глотать пыль. А в Крево Мэд поймал вора-невидимку Гильдии воров Шиля, что пытался украсть знамя Крево. Это был чистый разгром на поле битвы, что выбрал Архонт Шиля. После такого возможности увильнуть от своих слов и нарушить клятву у того просто не было.

Вместе с Шилем к союзу присоединилось более тридцати деревень, а его общее население выросло на тридцать две тысячи человек за счёт Марии и Мэда, чему Телемах был очень рад. И теперь даже Гильдия воров, имеющая в Шиле полулегальный статус, будет вынуждена сдерживать свои шаловливые ручки, соблюдать некие правила приличия. Иначе от неё останутся лишь воспоминания.

А уж про «волчика» Мэда и «зайчика» шильского мы слушали, не сдерживая смеха. По всему городу они носились, но у зайчика вскоре ножка заболела, Выносливость кончилась. А спрятаться от главы клана оборотней он не мог. Победа не только Телемаху помогла, но и моему другу. Мэд заработал славу и возвеличил своё имя.

Александр с Графом отчитались про Овьедо. Корабль-ловушка, торговля эльфийскими диковинками, Архонт Хорхе Мендес и его три жены… Рассказали, как напоили цели и утащили на другой берег Кревского озера, предварительно обчистив сокровищницу.

Граф, конечно, поразил своей сообразительностью. Обчистить её любой бы мог. А вот сделать это так, чтобы никто и не заметил, — вот это настоящий талант.

Он скромничал, отказываясь рассказывать подробности самого проникновения в святая святых города. Но факт оставался фактом. Осталось узнать, что же там интересного Граф набрал… Но это позже.

И вот пришла моя очередь. Рассказал про крепость Триждысемь, про барона Вяшту, Богиню азарта, игру, которая стоила успешному в прошлом авантюристу и его богине всего. Про то, как Алиса щекотала пером пленную богиню, которая сидела, привязанная к кровати, практически голая и с кляпом во рту, решил не рассказывать.

— В итоге Вяшта остался в одних трусах, без жалкого гроша в кармане. Ведь у него и карманов-то не было. И этот дурень попытался спрыгнуть с башни, когда мы уезжали, — усмехнулся я, заканчивая рассказ. — но его поймали. Теперь он будет расплачиваться с остальными до конца жизни.

Брячедум хмыкнул, наглаживая бороду:

— Хорошая, к слову, крепость. Место удачное. Жаль, что хозяин был мразью.

Я достал из пространственного кольца блокнот, в который записал добычу, и кинул его на стол, позволяя всем посмотреть, что мы получили в собственность. Помимо самой крепости, заботу о которой отдадим Телемаху. Думаю, он, как обычно, расплатится с нами торговыми привилегиями, налоговыми бонусами… Но был один момент, что устраивал нас всех: раньше он выдавал эти бонусы на территории Крево. Теперь же мы могли рассчитывать на весь регион!

Граф стал зачитывать вслух описания артефактов, а я комментировал, кому что достанется. Ориентировались мы, конечно же, на то, кому артефакт подходит, а кому нет.

— Кольцо Алчного Архимага… Кольцо Железной воли Бурлака… Я так понимаю, их себе возьмёшь? — уточнил у меня Граф.

— Да. Не вижу смысла пространственное кольцо объединять с твоим.

— Алчный Архимаг с проклятием… — задумчиво произнёс мой наставник и друг.

— Справлюсь. У меня Воля высокая, иммунитет к проклятьям частичный есть. Проверю на себе. Если не понравится, продам.

— Я бы себе взял, если бы у меня Воля была высокая. А так, чувствую, проблем будет много… — задумчиво произнёс Граф. — Сапоги Вечного Странника… Выносливость, Скорость, исчезновение следов… — зачитал Граф. — Маша, по-моему, это для тебя идеальный вариант.

Ну вот, не я один так считаю!

Маша просияла:

— Ещё как! Спасибо!

— Кинжал Ночного Шёпота.«Тишина убийцы», «Удар из тени» с повышенным уроном, «Шёпот смерти»… Это тоже Маше, — достал я кинжал и протянул Маше.

— Повезло так повезло, — с ноткой зависти произнесла Герда.

Маша взяла кинжал, провела пальцем по лезвию.

— Красавец. Спасибо! Остальным что-нибудь достанется? Или ты решил меня подарками завалить?

— Он даже мне вшивую косточку по дороге не добыл! — начала жаловаться Алиса.

— Зачем, если у нас три сотни килограмм дичи было после твоего набега на кухню в крепости? — уточнил я.

— Мог бы и поухаживать за дамой, — показала мне Лисонька язык и набросилась на котлетки.

— Щит Каменного Стража. Солидно выглядит. Алекс, тебе?

— Нет. Александру, — ответил я. — Чувствую, что смогу рано или поздно щит Муримфорта улучшить. Он мне нравится.

Александр посмотрел на щит, довольно хмыкнул и примерил его на левую руку, удерживая в правой чарку с гномьей настойкой. Брячедум видел, как жидкость плещется, и хватался каждый раз за сердце, когда очередная капля падала на пол.

— Посох Призывателя грозы… — начал зачитывать свойства Граф.

— Джоане, — произнёс я.

Джоана вздрогнула, подняла глаза.

— Мне? — её привычный тихий голос сменили нотки демонического удивления.

— Тебе. Ты маг и пойдёшь с нами. Тебе нужно что-то, что тебя защитит.

Она взяла посох дрожащими руками, прижала к груди.

— Спасибо…

Алиса фыркнула, но промолчала.

— Наручи Титана… — начал читать Граф.

— Ну, тут без вариантов. Это Герде, — сказал я.

— Но после ремонта, — пробасил Брячедум.

Герда кивнула:

— Хорошо. Молодец, Алекс. Всех девочек обрадовал! Истинный кавалер! Не то что некоторые…

— А чё я опять-то? — возмутился Александр с уже пустой чаркой.

— Ты долго шашлык в одну харю жрать собираешься? Хоть бы для приличия предложил! — забрала Герда шампур с его тарелки.

— Так ты свой уже съела…

— А ты меньше хлеборезкой щёлкай… — стащила куски мяса наша бравая воительница в свою тарелку.

Граф ненадолго взял паузу. Мы выпили, отсмеялись и вернулись к подведению итогов…

— Пояс Вечного Пира…

Гном, довольный, похлопал по поясу:

— Моё-ё-ё-ё.

— И последнее… Поножи Неукротимого Вальдара. Часть комплекта, что интересно. Кажется, Алексу подойдут…

— Только простирнуть и отполировать надо бы… — выдохнул я.

Ко мне подошла Джоана и положила руку на плечо. Если бы не застолье, думаю, она бы прямо сейчас побежала всё это делать из чувства благодарности за подарок.

Мы обсудили и остальные находки: драгоценные камни, артефакты на продажу. Решили, что у нас их многовато для торговли в одном городе. Так что желательно в следующий гномий караван включить своего доверенного торговца. Граф пообещал подобрать человека. Я же спросил про добычу в Овьедо.

Граф усмехнулся. Достал листок, написал число и показал мне. Я присвистнул, увидев «двенадцать тысяч талантов»:

— Неплохо.

Граф кивнул:

— Это оценочная стоимость добычи, не считая легендарных артефактов, что остались на Архонте. Его догола не раздевали, как барона Вяшту. Плюс эльфийские сувениры продали на три тысячи пятьсот талантов. Итого пятнадцать с половиной тысяч. Но это если продадим. А продавать мы это будем долго… — Граф сделал паузу. — Ну и Телемах настоятельно просил кое-что вернуть в обмен на торговые плюшки в Овьедо. Правда, толку нам от этих плюшек… Нет людей, которых туда отправили бы торговать.

А так Хорхе теперь вассал Телемаха, поэтому некоторую добычу в любом случае вернём. Городские артефакты, знамёна, прочие штучки, дающие бонусы горожанам и страже. Конечно, по нашим меркам дают мелочи — процент там, два здесь, — но для города это солидное усиление. А у нас даже без всего этого приличный доход получается. Кстати! — поднял указательный палец Граф. — Завтра будет встреча, где определим, что останется наверняка. Тогда же пересчитаю итоги наших операций.

Я кивнул:

— Хорошая работа.

— Но это ещё не всё. Я помню твою просьбу… — посмотрел Граф на Алису, что сидела с набитыми щеками и с удивлением взглянула на Графа, явно понятия не имея, о какой просьбе речь.

Граф достал из своего кольца небольшую статуэтку. Резная, из серого камня, изображающая странное существо с длинными руками и хвостом. Поставил на стол.

Алиса мгновенно схватила её, достала Реликварий. Открыла книгу, положила статуэтку на одну из пустых страниц. Статуэтка засветилась и втянулась в книгу, растворяясь.

Я взял Реликварий, на странице появилось новое изображение и описание…

«Аура Орташа»:

Аура добавляет владельцу и отмеченным им союзникам в радиусе 50 метров 5% к Ловкости, пока в поле зрения владельца или в радиусе 200 метров от владельца есть водный объект: река, озеро, пруд, море, океан, подземная река/подземное озеро, болото и прочее

Длительность ауры: пока рядом с владельцем есть водный объект

Активируется автоматически

Перезарядка: отсутствует

Я довольно кивнул:

— Давненько нам не попадались реликвии.

Посмотрел на Алису. Она довольно улыбалась. А я задумался…

Реликвии обычно принадлежат храмам, святилищам богов. Забирать их у врагов — боевой трофей. Но воровать у невинных людей, у тех, кто молится своим богам, верит в них… Это уже свинство. Алчность. Потому они так редко пополняли нашу коллекцию.

Я никогда не опущусь до того, чтобы обирать нуждающихся, грабить беззащитных, воровать у тех, кто не сделал мне ничего плохого.

Посмотрел на Алису. Она жевала курицу, облизывая пальцы. Читала мои мысли и усмехалась.

— Что? — спросила она, проглотив кусок. — Если ты думаешь, что я обираю сирых и убогих божков, то ты ошибаешься. Боги не нуждающиеся. Они бессмертные, упрямые и жадные. Даже если проиграют, просто начнут сначала. Я выравниваю баланс, передавая энергию более достойной лисичке. — Она махнула вилкой, окропляя утиным жиром кофту эльфа, что мгновенно получил от такого святотатства сердечный приступ.

Лицо Имирэна исказила гримаса непередаваемого ужаса.

— Могла бы храмы грабить, — продолжала Алиса, не замечая страданий эльфа, — уничтожать, переделывать под себя. И вот это уже было бы некрасиво, потому что повлияло бы на людей и всяких верующих. Но я выбрала другой путь. Элегантный. Хитрый. И вообще, — хмыкнула Лисонька, —эти боги сами виноваты! Понастроили храмов, а справиться с ними не могут. Вот я им и устраиваю проверки. Кто молодец, быстро мою статуэтку найдёт и вернёт храм под контроль. Кто дурашка похлеще тебя, Алекс, — ухмыльнулась она, — тому не поможешь. Развивать их силу — впустую переводить божественную энергию! — закончила Алиса и вгрызлась в очередной кусок мяса.

Я покачал головой и усмехнулся. Логика у неё, конечно, своеобразная, но здравое зерно в ней есть.

Мы продолжили праздновать. Пили, ели, смеялись. Алиса, довольная работой повара, наконец, наелась.

Граф рассказывал байки про торговлю на корабле: как богачи верили каждому слову, покупали безделушки за бешеные деньги. Рассерженный эльф комментировал, называя это всё идиотизмом, и предлагал более правдоподобные эльфийские версии баек. Брячедум свинтил к своим прямо через окно второго этажа, как только услышал гномью песню на улице.

Время пролетело незаметно… За окном забрезжил рассвет. Мы поднялись из-за стола, шатаясь.

— Всё, спать, — произнёс я. — После обеда, если Граф не наврал, у нас приём у Телемаха. Надо выспаться.

Все согласились. Мы вышли из ресторана и направились к резиденции. Улицы пустели, праздник затихал. Пьяные горожане тоже расходились по домам.

Мы дошли до поместья, зашли внутрь. Гоблины спали, гномы стучали стальными кружками в кузне, варги активничали на берегу, устраивая ночные купания и пугая рыбаков, что, несмотря на праздник, уже отправились проверять сети.

Я поднялся в свою комнату и рухнул на кровать. Закрыл глаза. Сон накрыл мгновенно.

Рука опустилась на подушку, пальцы сомкнулись вокруг чёрного пера. Оно было лёгким, невесомым, словно нарисованным. Магический разряд пронзил тело и за миг проник в мозг.

Нашедший послание житель кабаньего логова замер, зрачки его расширились. Тьма застлала глаза. Чёрная, густая. Словно демон вселился в человека. Но это была другая магия. Другая сила…

Воспоминания хлынули потоком. Тренировки. Задания. Убийства. Лига Теней. Клятва верности. Спящий агент… пробудился.

Фигура встряхнулась, сжала перо и вышла в коридор. Осмотрелась. Все уже укладывались спать. В гостиной горел камин, и спустя миг в нём исчезло чёрное перо. Сгорело дотла за секунду.

И глаза адресата вернулись к привычному виду…

Север. Город-крепость Ратибор.

Болдур стоял в центре своего кабинета. Перед ним на столе лежал артефакт — трёхпалая перчатка, выкованная из тёмного металла и покрытая рунами. То был один из системных артефактов, что доступны исключительно Архонтам. Весьма редкая вещь, позволяющая взаимодействовать с самой Системой напрямую. Городской терминал.

У него были разные формы и образы. Но неизменным оставалось лишь одно: он был символом власти, без которого городу ни за что не превратиться из захолустного поселения в нечто более могущественное.

Болдур поднял мешок, высыпал содержимое на пол. Золотые монеты посыпались дождём, звеня и разлетаясь в стороны. Тысячи талантов. Не его деньги… Взятые в долг, выплачивать который ему предстоит ещё долго.

Монеты касались перчатки и исчезали. Поглощались артефактом, превращаясь в энергию.

Болдур опустошил ещё один мешок. Потом ещё один… Монеты исчезали, перчатка светилась всё ярче.

На улице в центре города возвышалась недостроенная башня. Высокая, тёмная, увитая магическими рунами. Башня Магии. Проект, на который ушли годы подготовки и горы денег. Проект, который был заморожен из-за нехватки средств…

И вот последняя монета исчезла. Перчатка вспыхнула ослепительным светом, и башня ожила.

Руны засветились, камни задрожали. Стройка возобновилась по воле Системы и её верного подданного — человека, что готовился к возможной войне за выживание.

Звук, похожий на гул колокола, прокатился по городу, и все поняли: от стройки нужно держаться подальше.

Болдур опустил мешок, подошёл к столу и взял сферу. Астральное ядро стихии. Он поднял сферу на уровень глаз и посмотрел сквозь неё на башню в окне.

— Alea iacta est, — произнёс он на латыни. — Жребий брошен…

В дверь постучали.

— Войдите.

Дверь открылась. Вошёл помощник — немолодой мужчина в слегка помятых одеждах.

День был долгий. Помощник много бегал с распоряжениями Архонта по огромной крепости, потому выглядел измученным.

— Милорд… Для срочного созыва Совета Домена всё готово. Письма доставлены. На повестке дня ряд вопросов…

Болдур оборвал его, не оборачиваясь.

— Я знаю. Голосование за право вступления в совет Архонта Телемаха, признание Архонта Ковалёва изменником и война с орками.

— Да, милорд, — кивнул помощник. — Всё верно.

Болдур опустил сферу на стол.

— Начинайте. Я присоединюсь через десять минут, — велел Болдур и, как только дверь закрылась, спрятал сферу в своё пространственное кольцо.

Люди прошли свой Рубикон, когда в его руках оказалась эта сфера. Ради неё одной дракониды отправят сюда легионы и сотрут в порошок и их, и орков. Нужно сохранять секретность и наращивать силы. Необходимо выждать время, дать возможность установить с опасными соседями контакт. И, когда всё будет готово, проявить себя.

Замахан. Архонт Холявко.

Миравид сидел в кабинете и читал письмо. Почерк был узнаваемый, аккуратный. Принадлежал его сыну, что согревало сердце старика. Много Миравид разного совершил в этой жизни, за что ему было стыдно. Но величайшая отрада для него — видеть, как сын делает успехи и не совершает его же ошибок.

К нему подошла супруга и положила руки на плечо.

— Что пишет наш малыш?

— Наш малыш выкрал сокровищницу Архонта из Овьедо, трёх его жён и — вишенка на торте — его самого, — с улыбкой покачал Миравид головой. — Веселится наш мальчик, как только может.

— Ты подал ему слишком много плохих примеров! — сурово отчитала его супруга.

— Брось. Он взрослый парень и сам может решить, как ему быть. Вот и сейчас они собрались идти к драконидам по морю, а не через горы.

— Значит, нам нужно найти достойного капитана, — кивнула его любовь.

— Найдём. Отряд сопровождения тоже готов. Что меня смущает, так это то, что проход через горы Гарпий и впрямь стал слишком опасным… — задумчиво произнёс Миравид. — Я всё думал над альтернативным путём, а оно вот как вышло…

Архонт вспомнил последние отчёты разведки. Согласно им, гарпии активизировались. Их королева начала вести себя агрессивно, вышла со своих территорий и теперь терроризирует уже давно отнятые у неё же утёсы. Переход через горы превратился в ад. Битвы гремели каждый день. Безумные гарпии нападали на всё живое.

— Лучше обойти эту крылатую бурю, — пробормотал он.

— Не хочешь оставить его в Домене? Нашему сыну и здесь будет чем заняться. Найдёт и тут себе приключений. Поход к драконидам слишком опасен…

Миравид покачал головой:

— Это, безусловно, крайне опасно. Но он стал мужчиной. Сам может оценить риски. Он больше не мальчик. Птенец не научится летать, если не вытолкнуть его из гнезда.

Его супруга тяжело вздохнула, зная, что муж прав:

— Надеюсь… у них всё будет в порядке.

Север. Земли орков

Мощная крепость на утёсах содрогалась от ударов. Огромные камнемётные машины долбили стены раз за разом. Камни весом в тонну пробивали бреши, рушили башни. Магия взрывалась на стенах, сжигая защитников.

Дир Завоеватель стоял на вершине холма, наблюдая за штурмом. Его стотысячная орда шла на приступ волна за волной. Лестницы прислонялись к стенам, орки карабкались вверх, падали, погибали, но следующие лезли дальше.

Внутри крепости часть гарнизона переметнулась. Ворота открылись изнутри. Предатели впустили штурмующих.

Дир ухмыльнулся. Исход битвы был предрешён. Очередная кость в горле была уничтожена. Бескрайние степи вокруг крепости отныне были под его кулаком.

— Лига сдержала обещание, — тихо произнёс орк. — Придётся и мне сдержать его, отдать часть пленников и трофеев.

Он повернулся. К нему подводили человека. Архонт Ковалёв, его личный философ, говорящий о войне удивительные вещи. Не такие, к каким привыкли орки.

Дир посмотрел на него:

— Как всё прошло?

Ковалёв вздохнул:

— Люди взяли время. Нам предстоит ещё не одна встреча.

Дир нахмурился. Он отвернулся от штурма и посмотрел на Ковалёва в упор.

— Время? Я дал тебе задание — договориться с ними. Убедить. А ты говоришь, они взяли время?

Ковалёв выслушал критику спокойно и слабо улыбнулся.

— Люди слабы из-за своей раздробленности, — произнёс он наконец. — Они даже не имеют единого правителя, что принял бы решение за всех. Я доставил послание самому влиятельному. Но он один не может принять решение. Они отсталые. Им нужно время, чтобы собраться, обсудить, договориться, назначить посланника для переговоров. — Он сделал паузу. — В любом случае люди никуда не денутся. Сделают очевидный и единственно верный выбор, после чего вступят в войну и отвлекут врага на южных рубежах.

Дир хмыкнул и повернулся обратно к штурму. Крепость продолжала сражаться. Но уже без огонька…

Протрубил рог отступления. Вскоре защитники запрутся в цитадели, и войску Дира придётся выковыривать их оттуда.

— Посмотри хорошенько, как уничтожается крепость, Ковалёв… — произнёс Дир, указывая на бойню. — Пока люди соберутся, я сам уже уничтожу любое сопротивление!

Ковалёв склонил голову, выражая почтение.

— Безусловно. Мудрый и смелый царь — то, чего заслуживают орки. И те, кто сидит в осаждённых гарнизонах, с каждым днём всё больше уверяются в истинности предназначения Дира Завоевателя. Но и люди ещё обязательно внесут свой вклад. Вот увидишь.

Дир ухмыльнулся шире:

— Как минимум один человек точно внёс свой вклад.

Он посмотрел на Ковалёва и похвалил, что делал крайне редко:

— Твоя идея с дамбой на реке и рытьём нового русла оправдала себя. Разведка говорит, что почти весь гарнизон обезвожен и ослаблен. Это будет лёгкая победа, пусть этот план и не понравился моим генералам. Говорят, в нём нет чести…

Ковалёв пожал плечами, не меняясь в лице.

— А что говорят ваши генералы о чести сидеть в осаде за стенами вместо того, чтобы сразиться в открытом поле? Раз они не идут к нам на честную битву, зачем нам заботиться об их комфорте? Отрезали от воды, чтобы они наконец-то выбрались и сразились как положено. Но они и дальше сидят, умирая от жажды. Это их выбор. И в нём чести намного меньше, чем в нашей маленькой военной хитрости, что гарантировала великую победу.

Дир расхохотался. Громко, раскатисто. И хлопнул себя по бедру:

— Ты хорошо познал орочью душу, Ковалёв!

Последняя башня крепости рухнула, и стены были захвачены ордой Дира.