Свиток 1. Дворец семи звезд вана Лу

Глава 9. Древняя гробница

Телефон, скорее всего, потеряли недавно, я поднял его — он оказался заляпан кровью. Дело явно принимало нехороший оборот:

— Похоже, здесь бродим не только мы — не с неба же этот телефон упал. И, кажется, у них раненые.

Я открыл телефонную книгу, но все номера там оказались иностранными номеров, другой информации не было. Третий дядя сказал:

— В любом случае, идти их искать мы не можем, лучше поторопиться.

Я осмотрелся, но никакой зацепки, кто мог это потерять, не было, оставалось только идти дальше. Однако, предмет из цивилизованного мира в такой дикой местности — это немного странно. Поэтому я поинтересовался у старика, не уходил ли кто-нибудь в лес в последнее время, кроме нас?

Старик усмехнулся:

— Две недели назад была группа людей, около десятка, но они еще не возвращались. Я же говорил: это злое место, у вас еще есть время вернуться.

— Монстрами пугаешь? — решил пошутить Здоровяк Куи. — Скажу тебе, у нас есть Братишка, так даже тысячелетние цзунцзы склоняются перед ним. С ним любая нечисть на один зуб! Верно я говорю? — последние слова он обращал уже к Молчуну. Но тот обратил на него внимания не больше, чем на пустое место. Здоровяка задело такое равнодушие, он недовольно заворчал, но поделать ничего не мог.

Мы шли в полной тишине, пока не начало темнеть. И, наконец, прибыли к месту назначения, хотя не было еще и четырех часов дня.

Нашему взору открылся лагерь: более десятка военных палаток, новеньких и почти нетронутых. И качество у этих палаток просто отличное — хоть их и засыпало уже перегнившей опавшей листвой чуть не до середины, но внутри было чисто и сухо. Мы бесцеремонно перетряхнули каждую. Нашли предметы первой необходимости, снаряжение и отличное оборудование. Но старик не обманул — тел не было, как и следов живых людей.

Мы даже нашли генератор и несколько бочек с бензином. Двигатель был замотан в брезент, но в остальном устройство находилось в весьма плохом состоянии. Здоровяк Куи пытался запустить его, но ничего не вышло. Зато бензина было достаточно. На всех вещах были сорваны ярлычки — фабричных этикеток не было даже на палатках и рюкзаках. Кажется, эти люди не хотели, чтобы кто-то узнал откуда они приехали.

Мы разожгли костер в этом лагере и приготовили обед на скорую руку. Старик насторожено оглядывался, пока ел, опасаясь, что чудовище внезапно выскочит и сожрет его. Еда из сухого пайка была неприятна на вкус, я постарался запить ее большим количеством воды.

Во время еды Молчун рассматривал карту. Смотрел-смотрел, а потом обвел пальцем место, поверх которого было нарисовано лисье лицо:

— Мы должны быть сейчас здесь.

Мы все склонились над картой, и он продолжил:

— Это место для жертвоприношений, алтарь должен быть прямо под нами, останки погребальных жертв, возможно, тоже.

Третий дядя присел на корточки, взял горсть земли, понюхал ее, покачал головой, прошел еще несколько шагов, снова принюхался к земле и сказал:

— Если алтарь и тут, он слишком глубоко. Надо копать и смотреть.

Мы собрали длинный черенок из нескольких секций, соединили с лопатой. Третий дядя очертил ногой по земле место, где надо копать. Здоровяк Куи закрепил тулейку лопаты покрепче, воткнул наконечник в указанное место на земле и начал постукивать по черенку молотком с короткой ручкой. Дядя, прислушиваясь к стуку молотка, постепенно накручивал секции черенка, одну за другой. Когда было прикручено около тридцати секций, он вдруг сказал:

— Есть!

Наружу лопату мы вытаскивали по обратной схеме — откручивая секции одна за одной, и, наконец, вытащили ком земли. Здоровяк Куи снял наконечник лопаты и подошел к костру, чтобы показать нам. Как только мы с дядей увидели, что именно достали, оба моментально побледнели, Молчун тоже издал какой-то непонятный звук. С кома земли капала ярко-алая жидкость, слишком похожая на свежую кровь.

Третий дядя понюхал ком земли и нахмурился. Мы с ним оба читали записи деда о цзунцзы, но так и не поняли, что тогда произошло. Одно понятно: если земля пропитана кровавой жижей, значит, гробница внизу точно необычная.

Я посмотрел на третьего дядю, ожидая его решения. Он подумал, закурил сигарету и сказал:

— Плевать. Сначала раскопаем, а там видно будет.

Паньцзы и Здоровяк Куи работали без остановки, копая в указанных местах, третий дядя обнюхивал каждую горсть земли и мастерком чертил на земле линии, последовательно соединяя выкопанные ямы. Я внимательно следил за их работой и видел, как на земле появляется контур гробницы, находящейся под нами.

Определение местоположения гробницы — основная работа расхитителей. Обычно нарисованная на земле схема совпадала с реальными контурами гробницы. Немногие расхитители совершали ошибки. Но сейчас я смотрел на эти линии и чувствовал, что-то не так. В гробницах периода Сражающихся царств не бывает подземных дворцов[45], но здесь он явно был, у него даже имелся кирпичный свод, что действительно необычно.

Третий дядя, измеряя расстояние пальцами, наконец, определил положение гроба:

— Внизу кирпич, лопатой его не пробьешь, так что ничего нового мы больше не узнаем, придется довериться тому, что уже намеряли. Подземный дворец здесь слишком странный, к тому же я понятия не имею насколько толстый там слой кирпича, поэтому действовать будем так, как работали с гробницей времен Сун[46]. Сначала пробьем заднюю стенку и посмотрим, что там. Если пройти не получится, придется начинать сначала. Поэтому давайте шевелиться быстрее.

Третий дядя и его помощники ворошат песок уже больше десяти лет. Сейчас они работали очень быстро, наконечники лопат мелькали перед глазами — за довольно короткое время была выкопана яма глубиной семь-восемь метров. Места здесь глухие, потому не было необходимости аккуратно убирать выбранную ведрами землю, они просто сваливали ее неподалеку. Наконец, Здоровяк Куи крикнул:

— Добрался!

Он уже расширял пространство на дне ямы и расчищал кирпичную кладку. Мы включили фонари и спустились вниз. Здоровяк Куи постучал кулаком по кирпичам, но Молчун остановил его:

— Ничего не трогай, — хмурый взгляд был столь выразителен, что Здоровяк вздрогнул от страха.

Молчун провел пальцами по стене, ощупывая швы между кирпичами. Через некоторое время он остановился и сказал:

— Внутри ловушка. Чтобы открыть проход, надо аккуратно вынуть кирпичи. Не протолкнуть и, тем более, не разбить!

Паньцзы осторожно ощупал кладку и сказал:

— Швы узкие, материал между ними прочный. Разве возможно вытащить их, не повредив?

Молчун, не обратив на него внимания, прощупал один из кирпичей, взялся за чуть выступающие края, напрягся и вдруг вытащил его из стены. Это какую же силу надо иметь, чтобы вытащить кирпич всего двумя пальцами из настолько прочной кладки?! Эти его два пальца — это и правда что-то удивительное.

Он осторожно положил кирпич на землю и указал на обнажившуюся поверхность. Она была как будто покрыта темно-красным воском. Молчун пояснил:

— Пространство между стеной и кладкой заполнено сильной кислотой, которую использовали алхимики. Если просто сломать кладку, воск, сдерживающий кислоту, может быть поврежден. Тогда кислота выплеснется наружу и попадет на стоящего перед стеной. Кожа сгорит в мгновение ока.

Я судорожно сглотнул, внезапно вспомнив о чудовище без кожи, о котором писал мой дед. Мне пришла в голову мысль, что это был не цзунцзы, а прадед, который попал в похожую ловушку. Хотя... ведь дед несколько раз стрелял в это существо, а оно не умирало.

По совету Молчуна Здоровяк Куи выкопал рядом пятиметровый вертикальный колодец. А потом из своего рюкзака достал иглу для инъекций и силиконовую трубку, соединил их, другой конец трубки опустил в колодец. Паньцзы поджег запал[47], накалил иглу докрасна, и Молчун аккуратно проткнул ей восковой слой. Тут же красная кислота потекла по трубке в колодец.

Вскоре цвет поверхности за кладкой посветлел, казалось, что вся кислота вылилась. Молчун кивнул головой:

— Готово!

Мы немедленно начали вынимать кирпичи. Вскоре в стене появился проход, через который мог пройти человек. Третий дядя бросил в отверстие запал, чтобы осветить пространство внутри и все рассмотреть.

Мы вошли с северной стороны гробницы. Отсюда были видны каменные плиты пола, полностью покрытые древними письменами. Расположение этих плит было похоже на расположение триграмм в багуа[48] — в центре самая маленькая, а остальные расположены так, что чем ближе плита к краю, тем она крупнее. По склепу были расставлены восемь плошек с негасимыми лампадами[49], конечно уже давно потухшими. В центре стоял квадратный треножник, а над ним на потолке гробницы были выгравированы солнце, луна и звезды. С южной стороны погребальной камеры, прямо напротив того места, где мы сейчас стояли, был установлен каменный саркофаг, за которым виднелся проход, ведущий куда-то вниз, в неизвестность.

Третий дядя вошел первым, принюхался, затем поманил нас. Мы по одному прошли следом.

Дядя осмотрел иероглифы на полу и спросил Молчуна:

— Братец, посмотри, можешь прочитать, кто похоронен здесь?

Молчун покачал головой и ничего не ответил.

Мы свернули несколько запалов и бросили их в лампады. Горели они ярко, заполнив светом все пространство гробницы. Я снова вспомнил чудовище, о котором читал, когда последний раз просматривал дедушкины записи. Вроде бы дедушка упоминал, что слышал странный хруст, похожий на звук, издаваемый жабами. Вот в этот момент я, наконец, по-настоящему испугался. Вдруг Паньцзы забрался на треножник, желая посмотреть, что там, и воскликнул:

— Третий господин, здесь ребенок!

Мы тоже забрались наверх и действительно увидели маленький труп без головы. Одежда на нем была ветхой, зато нефритовые украшения хорошо сохранились. Паньцзы, не долго думая, снял их и поднес к свету, чтобы рассмотреть получше.

— Этот труп, скорее всего, остался здесь после жертвоприношения. Голову отрезали и оставили снаружи, как подношение Небу[50], а тело потом принесли сюда и отдали в жертву духам предков. Думаю, это военнопленный, рабам не положено было носить украшения.

Паньцзы залез в треножник, желая посмотреть, не осталось ли там еще чего. Молчун хотел его остановить, но не успел. Резко обернувшись, он посмотрел на каменный саркофаг. К счастью, ничего не произошло. Третий дядя заорал:

— Придурок, это сосуд для жертвоприношений! Ты, идиот, в жертвы захотел?

Паньцзы засмеялся:

— Третий господин, я же не Здоровяк Куи, не надо меня пугать, — он достал изнутри большую нефритовую вазу. — Смотрите какая отличная штука! Давайте перевернем этот треножник и посмотрим, что тут еще можно найти?

— Хватит дурить! Быстро вылез! — приказал третий дядя, заметивший, что лицо Молчуна побледнело, а его взгляд намертво прикипел к каменному саркофагу. Он уже хорошо знал, что этот парень просто так беспокоиться не станет.

И в этот момент раздался странный хруст. Я повернул голову на звук и похолодел — хрустящий звук доносился не из саркофага, его издавал Молчун.