Тайновидец. Том 12: Урожайный год

Глава 29

— Чем ты займёшься сегодня? — с любопытством спросила Лиза, когда я вышел из ванной.

— Сегодня Ефима Потеряева выписывают из лечебницы, — ответил я, растирая голову полотенцем. — Я собираюсь повидаться с ним, и пригласил с собой Анну Владимировну, чтобы она оценила его магический дар. Поедем вместе?

— Ты ещё спрашиваешь! — обрадовалась Лиза. — Конечно!

— Только оденься потеплее, — предупредил я. — На заливе сейчас ветер.

— Ты такой заботливый, — восхитилась Лиза. — Слушай, у меня идея! Что, если нам потом пообедать в городе?

— Почему бы и нет? — улыбнулся я.

Это был отличный план. Разумеется, обстоятельства тут же постарались его нарушить.

Пока Лиза собиралась, мне прислал зов Игорь Владимирович.

— Саша, я приглашаю вас с Елизаветой Фёдоровной ко мне на обед, — сказал он. — Нам предстоит важный разговор.

— А что случилось? — насторожился я.

На мгновение дед замялся.

— Ладно, нет смысла откладывать, — наконец решился он. — Я уверен, что роду Воронцовых необходим новый глава, и хочу, чтобы род возглавил ты.

— Неожиданное решение, — изумился я. — Игорь Владимирович, простите за вопрос, но вы хорошо себя чувствуете? Что говорят целители?

На секунду мне показалось, что на деда всё ещё действует тёмное заклятье барона Корбуна.

— Целители подтвердили, что я в своём уме, — спокойно ответил дед. — И даже подписали нужное заключение.

— Но почему такая спешка? — нахмурился я. — Ничего не понимаю.

— Я старею, Саша, — вздохнул дед. — Этот проклятый барон провёл меня как мальчишку. Я почувствовал себя совершенно беспомощным. Неизвестно, чем бы всё кончилось, если бы не ты. После такого я не имею права принимать решения за весь род, поэтому прошу тебя принять эту обязанность.

— А что думают по этому поводу остальные родственники? — поинтересовался я.

— Я пока обсудил это решение только с твоим отцом, — ответил Игорь Владимирович. — Он тоже будет обедать с нами.

— Уверен, ваша идея не вызвала в нём восторга, — заметил я.

— Ты прав, — помолчав, подтвердил дед. — Но он смирится, на это моего влияния хватит. Другого выхода нет, Саша. Поверь, я всё хорошо обдумал.

Игорь Владимирович упёрся, я хорошо это чувствовал. И в то же время я понимал, какую бурю вызовет моё назначение.

Допустим, моего отца он убедит. Но дядя и его сыновья никогда не согласятся с этим решением. Они будут вставлять мне палки в колёса при каждом удобном случае. И речь не о моих личных неудобствах, это грозит настоящей войной внутри рода.

Я был уверен, что дед отлично всё понимает. Значит, это слабость. Слабость, которую он не может себе простить.

Такое иногда свойственно очень сильным людям.

Словами тут не поможешь, действовать нужно по-другому. Подходящая мысль очень кстати промелькнула у меня в голове, и я ухватился за неё.

— Так ты приедешь? — тем временем спросил дед. — Когда тебя ждать?

— Значит, вы хотите, чтобы я принимал решения? — уточнил я.

— Вот именно. Мне это бремя уже не по силам, но ты всегда можешь рассчитывать на мои советы и мою помощь. Не думай, что тебе придётся разбираться со всеми делами одному.

— Благодарю, — согласился я. — Скажите, целители уже разрешают вам выходить из дома?

— Они даже настаивают на том, чтобы я каждый день гулял, — ответил Игорь Владимирович. — Как будто мне больше нечем заняться.

В его голосе я расслышал непривычную горечь.

— Вот и замечательно, — усмехнулся я. — В таком случае, приглашаю вас на прогулку. Встретимся через час возле Рыбного острова.

— Ты приглашаешь меня в лечебницу для спятивших магов? — удивился дед. — Зачем?

— Я всё объясню на месте, — ответил я. — Считайте, что это моё первое решение в качестве будущего главы рода.

— Что-то случилось? — спросила Лиза.

Она увидела, как изменилось моё лицо.

— Игорь Владимирович затеял дворцовый переворот, — объяснил я. — Он хочет, чтобы я возглавил род Воронцовых, причем немедленно. Ты когда-нибудь мечтала стать женой главы дворянского рода?

— Если так нужно, я согласна, — отважно кивнула Лиза. — Но эта идея мне не очень нравится. Что скажут твои родственники?

— Ополчатся против меня, — усмехнулся я. — Но я кое-что придумал, надеюсь, это сработает. Вызови, пожалуйста, извозчика.

Мы встретились с Анной Владимировной Гораздовой возле узкого мостика, который соединял Рыбный остров с берегом. На Пряжке уже начался ледоход. Льдины с треском наползали друг на друга, крошились и лопались.

— Здесь пахнет морем, — радостно улыбнулась Анна Владимировна, поздоровавшись с нами.

— За островом уже залив, — объяснил я. — Говорят, летом здесь очень хорошо — цветёт черёмуха, и песок нагревается солнцем. Пожалуй, нужно будет выбраться сюда на пикник.

— А это и есть знаменитая лечебница для спятивших магов? — с любопытством спросила Лиза. — Я представляла её совсем по-другому. Думала, что она похожа на мрачную крепость, окружённую высоким забором, а здесь настоящий пансионат.

Я перехватил внимательный взгляд Гораздовой.

— Вы уже слышали о том, что Игорь Владимирович хочет сделать меня главой нашего рода? — напрямик спросил я.

— Ваш отец рассказал мне, — кивнула Анна Владимировна. — Он был в бешенстве. Собирался поехать со мной, мне с трудом удалось уговорить его положиться на вашу рассудительность. Он отправился осматривать мастерские.

— Спасибо, что не позволили ему всё испортить, — благодарно кивнул я. — Дело не в моём отце и не во мне, всё намного сложнее. Игорь Владимирович отдал всю жизнь нашему роду и добровольная отставка его убьёт.

— Как вы собираетесь его переубедить? — с любопытством спросила Гораздова.

— Я надеюсь, что после сегодняшней прогулки он сам передумает, — улыбнулся я.

Игорь Владимирович немного опоздал. За рулём его мобиля сидел дядя Серёжа, и это лучше остального сказало мне о душевном состоянии деда.

Раньше он непременно сел бы за руль сам, а теперь сердито нахохлился на заднем сиденье.

— Мне пойти с вами, Александр Васильевич? — спросил дядя Серёжа, открывая заднюю дверцу.

— Не нужно, — улыбнулся я. — В этом городе больше не осталось безумных вампиров, так что беспокоиться не о чем.

— Тогда я подожду его сиятельство здесь, — кивнул дядя Серёжа.

Игорь Владимирович кряхтя выбрался из мобиля. Это выглядело немного наигранно, словно дед хотел, чтобы все считали его стариком.

— И для чего мы здесь? — поинтересовался он, тяжело опираясь на трость.

— Вместе осмотрим наше новое приобретение, — улыбнулся я. — Познакомлю вас с персоналом лечебницы.

— Неплохое место, — кивнул дед. — Никогда здесь не бывал, но поговорил со знающими людьми, и они рассказали мне много интересного. А может и мне перебраться сюда на старости лет? Всё лучше, чем сиднем сидеть во дворце и надоедать прислуге своим ворчанием. Говорят, здесь заботливые целители.

— Вот сами и посмотрите, — рассмеялся я.

Дед понял, что его актёрская игра меня не убедила, и смущённо отвернулся.

— Ветер холодный, — упрямо сказал он.

— Прошу за мной, — пригласил я и первым пошёл по узенькому мосту к лечебнице.

Я заранее предупредил старшего целителя о нашем приезде, так что он и Голощёкин встретили нас у калитки.

— Знакомьтесь, — предложил я. — Это Тихон Дмитриевич Трутов, старший целитель. А это Лаврентий Алексеевич Голощёкин, местный домовой.

— Домовой? — изумилась Анна Владимировна. — Как это?

— У Лаврентия Алексеевича редкий магический дар, — честно объяснил Трутов. — Настолько редкий, что я двенадцать лет принимал его за помешанного. Только Александр Васильевич помог мне исправить ошибку.

— Это были неплохие годы, — радостно улыбнулся Голощёкин. — А теперь всё просто замечательно. Вы знаете, что рабочие начали ремонт? Крышу уже починили, а теперь взялись за отделку комнат. В бальном зале меняют паркет, скоро там будет можно устраивать танцы.

— Денег на ремонт хватает? — машинально поинтересовался Игорь Владимирович у Трутова.

— Вполне, — заверил старший целитель. — Все сметы у меня в кабинете.

— Потом покажете, — махнул рукой дед.

Он недоумённо посмотрел на Голощёкина.

— Получается, вы здоровы? Почему же вы до сих пор в лечебнице?

— Здесь мой дом, куда же я пойду? — удивился Лаврентий Алексеевич. — Магия привела меня сюда, я здесь нужен, это главное. А всё остальное — сущая ерунда.

Он вдруг прислушался к чему-то и забавно сдвинул белёсые брови.

— Рабочие перепутали рисунок паркета, — озабоченно сказал он Трутову, — а лечебница никак не может им это втолковать, они её не слышат. Мне надо бежать.

Голощёкин торопливо пробормотал себе под нос заклинание и исчез.

— Это ваш Фома его научил, — развёл руками Трутов.

— Не сомневаюсь, — рассмеялся я. — Надеюсь, вы останетесь руководить лечебницей? У вас отлично получается.

— Я всё обдумал и решил, что вы правы, — кивнул Трутов. — Нельзя бросать своё дело, даже если ошибся. Нужно признать ошибку и двигаться дальше.

— Я рад, что вы приняли правильное решение, — улыбнулся я. — А где господин Потеряев?

— Он собирается, — сказал Трутов. — Утром попросил у меня цветочный горшок, хочет забрать своего питомца. А, вот и он!

На крыльце главного здания появился Ефим Потеряев. В одной руке он держал чемоданчик с вещами, а другой бережно придерживал что-то спрятанное под пальто.

— Здравствуйте, — растерянно кивнул он и вопросительно посмотрел на меня.

— Мы не задержим вас надолго, — улыбнулся я. — Как вы себя чувствуете?

— Хорошо, — смутился Потеряев. — В голове прояснилось, только никак не могу вспомнить, что именно со мной случилось.

— Это и не нужно, мы уже во всём разобрались, — успокоил я его. — Вы были под действием тёмного заклятия.

— Вы помните господина Потеряева? — спросил я деда. — Это он чуть не сгорел в соломенном чучеле по прихоти барона Корбуна. Барон и на него наложил заклятие, только подействовало оно сильнее, чем на вас.

— Помню, — проворчал дед, хмуря седые брови. — Рад, что с юношей всё хорошо.

— А как ваш магический дар? — спросил я Ефима. — Артефакт помогает вам его развивать?

— Да, — кивнул репортёр. — Я всегда ношу его при себе.

Он поставил чемодан на землю и свободной рукой достал из-за ворота складной нож на прочной серебряной цепочке. В рукоятку ножа был искусно вставлен прозрачный камень.

— Этот нож мне подарил отец, — смущённо объяснил он. — А господин артефактор вставил в него магический камень.

— Самый удивительный поворот во всей этой истории, — улыбнулся я. — Барон Корбун в своих целях убедил Ефима в том, что у него сильный магический дар. И дар действительно появился. Так что и тёмное заклятие может принести пользу. Дар, конечно, не такой сильный, как хотелось бы, но я уверен, что со временем он окрепнет.

Я снова повернулся к Потеряеву:

— Хочу познакомить вас с Анной Владимировной Гораздовой. Она преподаёт магию природы в Императорской Магической академии. Вы позволите ей взглянуть на ваш цветок?

— Конечно, — снова растерялся Ефим. — Маг природы?

Он осторожно расстегнул пальто и достал глиняный горшок. В горшке сидел цветок мать-и-мачехи. Он уже расцвёл и упрямо качал жёлтым соцветием на холодном ветру.

Гораздова осторожно поднесла руку к цветку, и цветок потянулся к её пальцам.

— Хорошо, — улыбнулась Анна Владимировна.

Я посмотрел на неё, и она едва заметно кивнула мне. Потеряев этого не заметил, он смотрел только на цветок.

— Ему холодно, — озабоченно пробормотал он. — Позвольте, я его уберу.

— Вы чувствуете сигналы цветка? — заинтересовалась Анна Владимировна.

— Конечно, — убеждённо кивнул Потеряев. — Это же очень просто, нужно только внимание.

Он снова спрятал горшок под пальто.

— Что скажете, Анна Владимировна? — спросил я, уже не сомневаясь в ответе.

— Отличные способности к магии природы, — с улыбкой кивнула Гораздова. — Можно смело зачислять господина Потеряева на первый курс академии.

— Так мы и поступим, — решил я. — Приходите в академию, к профессору Зимину, это мой помощник. Я его предупрежу, и он зачислит вас на курс. Осенью сможете приступить к занятиям. Согласны?

— Конечно, — растерялся Ефим. — Спасибо вам, господин Тайновидец! И вам, Анна Владимировна.

Он беспокойно оглянулся:

— Нужно рассказать родителям, они обрадуются. Маме уже разрешили вернуться домой из госпиталя. Вы позволите?

— Поезжайте домой, — улыбнулся я. — Вызвать вам извозчика?

— Не нужно, я доберусь на трамвае, — счастливо ответил Ефим.

Он ещё раз кивнул нам, подхватил свой чемодан и почти побежал к калитке, придерживая горшок с цветком.

— Ты молодец, Саша, — неожиданно кивнул дед, когда мы шли по мосту обратно к берегу. — Так мне и надо. Расклеился, распустил нюни. Знал бы ты, как мне сейчас стыдно за себя.

Лиза и Анна Владимировна шли впереди и не слышали наш разговор.

— Не ругайте себя, — улыбнулся я. — С каждым может случиться. Имейте в виду, вы всегда можете на меня рассчитывать. И на Лизу, и на Анну Владимировну, и на моего отца тоже, как бы он ни сердился.

— Знаю, — проворчал Игорь Владимирович. — Ты меня убедил, повременю со своим решением ещё лет десять или двадцать — как пойдёт.

— Вот и хорошо, — рассмеялся я. — Но на обед к вам мы всё равно не поедем. Елизавета Фёдоровна хочет пообедать в городе, и я тоже. Мы давно никуда не выбирались.

— Едем в «Медведя», — согласился дед. — Только на этот раз никаких устриц.

Дядя Серёжа дремал за рулём — последняя неделя выдалась нелёгкой для начальника охраны.

Игорь Владимирович постучал рукояткой трости по стеклу мобиля.

— Перебирайся на другое сиденье, — решительно сказал он. — Я сам поведу. Мы едем обедать!

Лиза изумленно покрутила головой.

— У тебя получилось! — шепнула она, когда я открыл перед ней заднюю дверцу мобиля.

— Ты ещё сомневалась? — притворно возмутился я.

— Нисколько, — заверила меня Лиза. — Я просто восхищаюсь тобой.

И тут в моём сознании прозвучал голос Игната.

— Ваше сиятельство, упырь попался! — испуганно доложил он. — Сидит в шкафу и дрожит! Что с ним делать?

— Не тревожь его, — распорядился я. — Мы сейчас приедем.