Вскоре Майкл вырулил в один из переулков, ведущих к Чэринг-Кросс Роуд. Старинные здания, тянувшиеся по обеим сторонам улицы, стали привычными за те шесть лет, когда супруги провожали дочь за покупками школьных принадлежностей на Диагон-аллею, и все вместе проходили через волшебную кирпичную стену и Дырявый Котел. Они проезжали мимо банков, театров и ресторанов - Анна вздрогнула, когда заглянула в витрину знакомой лапшевни. Зал был переполнен безвольно застывшими людьми, сон сморил их прямо во время еды, заставив упасть лицом в тарелки и на столы.
А затем Грейнджеры заметили впереди какое-то движение.
Майкл сбросил скорость, и они оба замерли, не смея поверить собственным глазам. Женщина, одетая в платье фасона 40-х годов, сидела на стуле рядом с небольшим кафе неподалеку от станции метро «Лестер-сквер»* * * * * . На голове у неё была странная шляпа с несколькими перьями, которые закачались, когда дама с любопытством обернулась. Но самой говорящей деталью её облика была длинная, знакомо выглядящая палочка, которую она держала в руке. Анна понимала, что старушка лишь на первый взгляд кажется безобидной. Не оставалось сомнений, что перед ними - ведьма, от которой можно было ожидать чего угодно. Тем не менее, Майкл рискнул осторожно подъехать поближе - в конце концов, им, наконец, удалось разыскать живого человека, пусть даже они и не знают, кто эта женщина.
Анна попыталась на глаз определить возраст странной дамы. Судить по её наряду было сложно. Мало кто из волшебников умел правильно одеваться по-маггловски - зачастую они облачались во что-нибудь слишком устаревшее. Миссис Грейнджер могла с уверенностью сказать лишь одно - незнакомка гораздо старше них самих, но колдуны и ведьмы жили дольше и старели медленнее, чем магглы, поэтому судить об их возрасте по внешности было бесполезно. Волосы пожилой леди были стянуты в строгий узел, но, сколько бы ей не было, они всё ещё оставались совсем тёмными.
Женщина наблюдала, как они подъезжают, недоверчиво разглядывая мотоцикл. Когда они приблизились, она встала и чопорно кивнула им в знак приветствия. Анна соскочила с мотоцикла, вспыхнув от смущения, когда дама неодобрительно нахмурилась при виде её задравшейся юбки, обнажившей ноги больше положенного. Она поспешила одернуть подол.
- Простите, - вежливо сказала Анна, протягивая женщине руку. Происходящее казалось ей совершенно сюрреалистичным - вокруг лежали тела полумертвых мужчин и женщин, а она беспокоилась о своих манерах. Через дорогу, неподалеку от них, стояли три обезображенных легковушки, врезавшиеся на полном ходу в витрину магазина одежды. - Меня зовут Анна Грейнджер, а это мой муж - Майкл.
Ведьма ответила энергичным и крепким рукопожатием.
- Августа Лонгботтом, - представилась она, с заметным северным акцентом. - Вы - родственники Гермионы Грейнджер?
Поражённая Анна сначала посмотрела на Майкла, а затем кивнула.
- Это наша дочь, - призналась она. - Вы с ней знакомы?
- Не лично, - ответила женщина. - Она учится в одной школе с моим внуком Невиллом.
Анна решила, что не стоит удивляться такому совпадению - волшебников было мало, и жили они небольшими общинами, а рядом располагался самый посещаемый паб магического Лондона.
- Не могли бы Вы помочь нам? - спросила она. - Мы пытаемся добраться до Дырявого Котла. Необходимо связаться с директором Дамблдором, - раньше им не приходилось бывать там без Гермионы - и хоть они, в принципе, могли увидеть здание, порой скрывающие чары приводили их в замешательство. Часто они замечали его только после подсказки дочери. Они никогда не пытались зайти туда самостоятельно.
- Хороший человек - Дамблдор, - одобрительно кивнула головой Августа. - Но - происходит что-то странное. Лучше достаньте свои палочки - в этом городе вечно что-то случается. Я не была здесь много лет, но последний раз, когда приехала за покупками, парни из Германии устроили бомбежку.
Немцы? Анна ещё раз внимательно оглядела женщину, подсчитывая её возраст - пожалуй, фасон её платья был достаточно старомоден, чтобы сойти за вещь, купленную во времена Второй Мировой Войны.
- У нас нет палочек, - призналась Анна, скрывая волнение. Она знала, что в мире волшебников много предубеждений по отношению к магглам и магглорождённым.
Августа нахмурилась, услышав это.
- Значит, вы - сквибы? - задумчиво проговорила она.
Анна покачала головой.
- Вообще-то, мы - магглы, - она оглянулась на Майкла, но тот только пожал плечами.
Августа фыркнула и указала на тех, кто лежал на земле.
- Все магглы сейчас спят, - сообщила она. - Гарри удалось разбудить только волшебный народ. Вы, должно быть, сквибы. Многие из них живут, полагая, что они магглы.
Эта мысль поразила миссис Грейнджер - Гермиона уже предполагала нечто подобное раньше. Анна и Майкл рано потеряли родителей, и никто из них двоих на самом деле не знал своей родословной. Она предположила, что какая-то доля магической крови в их родословной всё же есть - это бы объяснило, почему дочь столь сильна.
- Вы имеете в виду Гарри Поттера? - спросил Майкл, всё ещё сидя на мотоцикле. - Тогда, может, Вы знаете, что произошло?
- У нас есть только один Гарри Поттер, - ответила Августа. - Вы же слышали его голос, когда заклинание спало?
Супруги кивнули, удивившись, что мальчика видели не только они.
- Это было заклинание особого вида, - заявила Августа. - Я не знаю деталей - никогда не видела ничего подобного, действующего настолько глобально. Но я четко ощутила момент перед своим пробуждением, когда Поттер послал встречное заклятие. Он - истинный Король, вне сомнений.
- Король? - удивлённо переспросила Анна. Она знала, что волшебный мир считает юного Гарри спасителем, и зовёт его Мальчиком-Который-Выжил. Но сейчас впервые услышала, чтобы кто-то назвал его королём.
Августа задумчиво поджала губы, услышав её вопрос.
- Впрочем, откуда же вам знать об этом, живя в маггловском мире, - заметила она. - И про Стоунхендж вы даже не подозреваете. Ладно, не важно. Вам обоим лучше зайти в Дырявый Котёл. В любой момент могут появиться Пожиратели Смерти, безопаснее всего для вас будет отправиться в Хогвартс. Слезайте с этого хитрого механического изобретения, молодой человек, и проводите нас. У меня нет никакого желания ехать на одной из этих маггловских машин.
Заглушив двигатель и надежно установив мотоцикл на боковой опоре, Майкл соскочил с него, и, подойдя к своим спутницам, предложил руку сначала супруге, а затем - пожилой даме. Та фыркнула, но приняла приглашение с любезным кивком. Анне вдруг пришло в голову, что сейчас их безопасность зависит лишь от этой хрупкой женщины - если бы внезапно появились Пожиратели, только она смогла бы оказать хоть какое-то сопротивление.
Майкл поглядел на жену, пытаясь подбодрить её улыбкой. По крайней мере, теперь им известно, что волшебный мир устоял. Надеясь на лучшее, они зашагали по Чэринг-Кросс к Дырявому Котлу.
Комментарии автора:
Ладно, я знаю, что вы, вероятно, спрашиваете - что, чёрт возьми, случилось с Гарри и Северусом? Простите, что заставляю вас переживать - но текст ещё в работе.
Как видите, содержание этой главы довольно мрачное, и её было нелегко писать - поэтому мне интересны ваши мнения. Я ездила в Лондон только несколько раз, поэтому мои знания о его карте весьма отрывочны. Надеюсь, те, кто хорошо знают этот город, не были раздражены моими описаниями.
Относительно того, что я написала эту главу от лица Анны - я не знала, как ещё это можно сделать. Случившееся нужно было показать глазами магглов - и она была моим лучшим выбором. И - да, Августа права (помните, она откликнулась на Зов). Грейнджеры - сквибы. Разве это не ужасно - Гермиона терпела оскорбления все это время, будучи чистокровной? (Статус Гермионы на самом деле не важен для сюжета - скоро вы поймёте, зачем я сделала её родителей сквибами).
К слову, вОроны, разговаривающие с Гарри, и вОроны лондонского Тауэра - происходят из двух разных мифологических преданий.
P.S. Множество людей пишут мне комментарии в виде личных сообщений - я хотела бы ответить всем вам, но я продолжаю сталкиваться с техническими трудностями. Попытавшись отправить около 20 сообщений, я убедилась, что мой почтовый клиент не работает с почтой ресурса. Все сообщения возвращаются назад. Очевидно, мне нужно зарегистрироваться на ff* * * * * * , а затем находить профиль автора письма и потом оттуда отправлять ему ответ - но я очень редко регистрируюсь на ff. Обычно я пользуюсь Firefox и у него есть серьёзные проблемы с главным интерфейсом - поэтому, чтобы выложить главы, мне приходится использовать IE* * * * * * * . Это единственная причина, по которой мне пришлось установить на компьютер этот браузер. В любом случае, если вы хотите задать мне вопрос, или отчаянно хотите получить от меня ответ - идите в мою группу yahoo и пишите там. Я прилагаю все усилия, чтобы отвечать на все ваши вопросы. Адрес почты находится в моём профиле.
Комментарии переводчиков:
* Тули-стрит - знаменитая улица Лондона, где расположен музей средневековых ужасов «Лондонская темница». Ссылка: http://www.tourister.ru/world/europe/un … ks_ent/451
* * Tesco - крупнейшая розничная сеть в Великобритании. Ссылка: http://ru.wikipedia.org/wiki/Tesco
* * * Даблдекер - двухэтажный автобус, вид лондонского транспорта; ссылка здесь http://ru.wikipedia.org/wiki/Лондонский_даблдекер
* * * * Вороны Тауэра - легенду об этих птицах см. здесь http://www.chudolondon.ru/birds.html
* * * * * Лестер-сквер - знаменитая лондонская площадь. http://www.edemvlondon.ru/leicester-square/
* * * * * * FanFiction
* * * * * * * Internet Explorer
Глава 75. О, дивный новый мир!
Как только Северус сел за учительский обеденный стол в Большом зале, Ремус тут же вручил ему вечерний выпуск Пророка. Делая вид, что читает, зельевар время от времени бросал напряженный взгляд на вход, ожидая, что вот-вот появится Гарри. Все мысли были заняты только им, и тем, как мальчик провел остаток дня.
Рядом Сириус, Ремус и Чарли обсуждали неожиданный приход Люциуса Малфоя к власти в Визенгамоте; Драко, сидящий рядом с Панси, пристально за ними наблюдал. Судя по его взгляду, слизеринец многое бы отдал, чтобы услышать дискуссию за преподавательским столом. Он тоже внимательно изучал вечерний газетный выпуск, выискивая информацию об отце.
От Северуса также не укрылось, как смотрели на юного Малфоя остальные студенты «змеиного» факультета. Его брак с Чарли озадачивал их. И хотя Драко приложил массу усилий, чтобы подать свой новый статус в выгодном ему свете - многие слизеринцы до сих пор ничего не понимали. Неожиданный союз с Уизли, а теперь ещё и с Поттером, явный переход на сторону Света, когда на Квиддичной Подаче он вместе с друзьями Гарри боролся против Старшего Демона, только сильнее запутали ситуацию. Многие уже не знали, что думать и во что верить.
Вскоре декан Слизерина увидел, как за гриффиндорский стол усаживается неразлучная троица. Гарри, украдкой взглянув на мужа, покраснел, и Северус не смог сдержать улыбку, догадываясь о причинах внезапного румянца. Предположив, что парень с нетерпением ждет обещанного свидания, он пожалел, что до вечера пятницы еще так далеко. Ему придется все очень тщательно продумать и спланировать, ведь ухаживание за гриффиндорцем - это очень тонкий и кропотливый процесс!
Мастер зелий внимательно наблюдал за тем, как тот обедает в окружении друзей, жадно читающих вечерний выпуск Пророка. Он знал, что Гарри пропустил завтрак, почти ничего не съел во время ланча, и наверняка очень голоден. Мадам Помфри сказала, что юному волшебнику нужно побыстрее окрепнуть, и Северус радовался, видя с каким аппетитом молодой человек ест. Учитывая, сколько парню пришлось колдовать, неудивительно, что теперь ему требуется усиленное питание.
А затем Гермиона Грейнджер, забрала у Поттера тарелку и всучила газету. Это уже переходило все границы - неужели девчонка не понимает, что при магическом истощении необходимо восстановить силы, иначе оно может стать опасным для здоровья? Зельевар очень хотел подойти и высказать девице все, что думает по этому поводу, но сдержался.
Гриффиндорцы принялись о чем-то горячо спорить, и Северус боролся с искушением применить подслушивающее заклинание. Он догадывался, о чем идет речь - практически все «львята» были недовольны решением Гарри дать Люциусу Малфою место в Визенгамоте. Интересно, понимал ли хоть кто-нибудь из этих детей, какую ответственность мир возложил на плечи подростка, и осознают ли они, насколько тяжела для него эта ноша?
Внезапно маг почувствовал странное жжение в метке на руке - непохожее на боль при вызове Вольдеморта. Он нахмурился, касаясь серебряных нитей, скрытых под рукавом. Люпин заметил это движение и с беспокойством спросил:
- Что с тобой?
Снейп нахмурился - жжение усиливалось. Внезапное волнение среди гриффиндорцев привлекло всеобщее внимание. Зельевар поднял взгляд и увидел, что Гарри пулей вылетел из-за стола.
- И это все? Вот в чем секрет! - потрясенно воскликнул мальчик. Его голос был наполнен таким ужасом и тоской, что все учителя сразу же поняли - случилось что-то страшное и непоправимое.
Северус попытался встать, но боль в руке вспыхнула с новой силой, и он ощутил, как магия бурным потоком покидает его тело через рабскую метку. Будто сквозь туман, мастер зелий услышал звон бьющейся посуды, затем кто-то - вероятно Люпин - схватил его руку. Уши закладывало, словно вокруг ревел ветер, волшебство обжигало тело, опаляло нервные окончания. Казалось, еще немного и жизнь будет кончена, и в то же время он понимал, что нестерпимая мука была бы гораздо сильнее, если бы не серебряные нити на предплечье.
А затем на него обрушилось мощное заклинание, парализуя и поглощая его волю. Северусу показалось, что он тонет, и волны смыкаются над его головой, когда сознание начало неотвратимо погружаться в бездонную тьму. Маг смутно понимал, что оседает на пол, но уже ничего не чувствовал - его разум растворялся во мраке, исчезал, как крошечная искра света, уходя все дальше от тела. Он попытался бороться, попытался вернуть светящуюся пылинку, в которой заключалась его жизнь - но понял, что проиграл эту битву. Смерть уже завладела им, отделив от мира, заглушив его чувства, забирая все мысли, весь свет, все воспоминания, чтобы не осталось ничего... совсем ничего...
- Северус Снейп! Проснись! - внезапно другое заклинание пронзило его, проникая в самую душу, заставляя её вздрогнуть, как от удара, и очнуться. Словно раскат грома, волна волшебства прокатилась по всему телу, пробуждая, обновляя, даря новую жизнь. Почувствовав эту магию, не узнать её было невозможно.
- Гарри... - прошептал он, потому что именно этот мальчик окликнул его из темноты и прикоснулся, возвращая свет, украденный мраком. Северус потянулся к любимому, желая согреть бледные, тонкие руки в своих ладонях.
Его пальцы ощутимо ткнулись в ножку стула, и реальный мир вернулся, обрушившись на него острой болью, пульсирующей в предплечье, напоминая, что он всё ещё жив. Снейп в замешательстве на секунду прикрыл глаза - окружающие предметы завалились на бок. А... нет, это он лежит на полу, возле преподавательского стола. Видимо удар при падении был очень сильным, потому что бок болел неимоверно. Перед ним лежал опрокинутый кубок, а чуть дальше маячил чей-то ботинок.
В недоумении сдвинув брови, Северус поднял голову - Люпин, лежавший неподалеку, внезапно вздрогнул, как от удара, и вяло пошевелил рукой.
Какого черта... Мастер зелий попытался принять вертикальное положение. Сердце трепетало, и он задыхался от непреодолимой слабости, опутавшей его. Ощущения были даже хуже тех, что навалились после атаки демона - впечатление такое, будто он несколько часов держал щит над полем. Серебряные нити жгли кожу предплечья, словно защищая от вызова Вольдеморта.
- Северус? - Снейп вздрогнул и обернулся на голос Ремуса. Оборотень, ничего не понимая, сидел на полу.
А затем пришла мысль о Гарри.
Зельевар с трудом поднялся, хватаясь за стоящий рядом стул. Мышцы дрожали от напряжения, когда маг боролся со слабостью, не желающей отступать. Люпин вскочил, очевидно не испытывая негативных последствий от случившегося, и, бросившись на помощь, не позволил профессору упасть снова. Так, стоя рядом, они растерянно оглядывались по сторонам. Казалось, все окружающие упали и уснули. Только теперь некоторые начинали пробуждаться. Даже Альбус сидел на полу и тряс головой - Северус никогда не видел, чтобы волосы и борода директора были так растрепаны.
Взгляд мастера зелий неудержимо стремился к столу «львиного» факультета, в надежде отыскать Гарри. Рон Уизли попался на глаза первым - рыжеволосый парень стоял на коленях около кого-то, загораживая обзор, не давая увидеть - кого именно. Но кто бы это ни был, Сириус Блэк уже мчался к нему, выбравшись из-под груды ошарашенных равенкловцев.
Северус сделал несколько шагов вперед и споткнулся, ноги задрожали от очередной волны слабости. Но Ремус снова не дал ему упасть.
- Гарри, - прошептал Снейп, надеясь, что Люпин поймет. Оборотень кивнул, и, придерживая его за плечи, повел вперёд - мимо преподавательского стола, через толпу изумлённо оглядывающихся студентов. Многие ученики потрясенно произносили имя Поттера. Северус задрожал - что, черт возьми, произошло?
Рон, Гермиона и Сириус стояли на коленях рядом с Гарри - остальные гриффиндорцы расступились, пропуская Северуса и Ремуса. Блэк перевернул на спину крестника, лежавшего ничком. Тот был единственным в зале, кто оставался без сознания. Испуганный Северус протянул дрожащую руку и коснулся шеи мальчика. Пульс обнаружился не сразу, и все же был - слабый, но устойчивый. Снейп не сдержал облегченного вздоха.
- Ну что? - Дамблдор опустился на колени рядом с ним, пока тот проверял пульс.
- Жив, - успокоил всех зельевар.
- Почему он не просыпается? - отчаянно воскликнул Рон.
Сириус убрал челку со лба Гарри - шрам в виде молнии кровоточил, от чего волосы слиплись. Гермиона немедленно схватила салфетку со стола и начала вытирать кровь. Северус осторожно коснулся раны - она не выглядела глубокой, но никогда нельзя точно сказать, насколько глубоки и серьезны последствия проклятий. Альбус провёл палочкой над телом юного волшебника, сканируя повреждения. Все с тревогой ждали его вердикта.
- Основные процессы жизнедеятельности в норме, - уверил их старик, - но он, кажется, в коме. Мадам Помфри скажет нам больше.
- Я видел его, - слова Невилла Лонгботтома поразили их. Гриффиндорец все еще сидел на своём месте за факультетским столом, но смотрел на Гарри. - Там, во сне. Он разбудил меня, назвав по имени.
- И я тоже видела! - воскликнула Лаванда Браун.
- И я, - объявил хаффлпафец Джастин Финч-Флетчли, после чего практически все, в один голос, подтвердили, что мысленно видели Гарри и слышали, как он зовёт их по имени.
- Он спас нас, - говорили студенты, хотя никто, в действительности, не понимал, от чего именно они были спасены. Им было известно одно: их поглощала бездонная тьма; в тот момент все были испуганы, думая, что умирают. Гарри вернул им свет. - Он спас нас всех. Даже слизеринцев, - ошеломленно воскликнул кто-то.
- Альбус, - голос Ремуса Люпина был еле слышен из-за возгласов ребят. - Если это - нападение, то замок может быть в опасности.
Услышав эти слова Снейп, тревожно оглянулся. Слова Люпина вывели директора из ступора. Глаза старика прояснились, и он начал действовать.
- Хагрид! - тот немедленно обернулся на директорский голос от стола преподавателей, где пытался навести порядок и помочь своим коллегам. - Мы должны усилить охрану замка, - Альбус сжал плечо Северуса с удивительной силой. - Соберите всех. Посмотрите, не ранен ли кто-нибудь - есть ли кто-либо еще без сознания, как Гарри.
Дамблдор развернулся и стремительно направился к дверям Большого зала, Хагрид поспешил за ним. Выйдя, они запечатали дверь охранным заклинанием.
Северус чуть не выкрикнул: «А как же Гарри? Я не могу бросить его здесь!». Но прежде, чем он сказал что-либо, Сириус слегка коснулся его руки.
- Останься с ним. Мы с Ремусом обо всём позаботимся.
Снейп, непривыкший к подобным проявлениям сострадания, лишь молча кивнул в ответ. Он поудобнее сел на полу, так, чтобы Гарри мог лежать у него на коленях. Салфеткой, взятой у Гермионы, мастер зелий прижал кровоточащий шрам на лбу мальчика; хоть крови было не много, рисковать его здоровьем лишний раз не хотелось. Поттер казался сейчас таким маленьким и хрупким! Кожа была мертвенно-бледной, на её фоне пугающе темнели круги под глазами. Даже губы побледнели, и Северус отчетливо вспомнил, какими пунцовыми и манящими становились они после его поцелуев.
- Почему он не проснулся? - хрипло спросил Рон. Зельевар бросил на рыжего быстрый взгляд. На бледном лице парня резко выделялись веснушки. Гермиона, сидящая рядом, также выглядела испуганной.
- Я не знаю, - признался профессор. Мысли текли вяло, почти полный отток магии истощил и тело, и разум. Он попытался подумать, превозмогая слабость - что же случилось с ними? Что сделал для них Гарри?
Ясно, что Вольдеморт практически полностью забрал у Северуса его магию - сила была на исходе, словно тот недавно произнёс невероятно сильное проклятие. А раз так - понадобится несколько дней для полного восстановления. Скорее всего, Темный лорд проделал то же самое со всеми своими последователями - околдовав весь замок и выведя их из строя. Но, так или иначе, Гарри предвидел это и сумел противостоять нападению, пробудив всех. Защитив невероятное количество людей в одиночку, мальчик полностью исчерпал свои силы.
- Он хотел усыпить, а затем войти в замок и перебить нас во сне? - произнесла Гермиона с интонацией, в которой слышались одновременно вопрос и утверждение. - Или же - взять нас в плен?
За неимением лучших, её версия показалась Снейпу правдоподобной. Он посмотрел на двери Большого зала. Если предположение Грейнджер верно, значит, Вольдеморт может напасть в любой момент?
Но разве силы Темного лорда не были бы истощены столь мощным заклинанием? Может быть, он пошлет своих Пожирателей выполнять грязную работу? Но нет... Похоже, сейчас все они точно так же слабы, как и Северус. Даже гораздо слабее, чем он, поскольку были лишены защиты в виде серебряных нитей, блокирующих действие метки. Приближенные лорда, вероятно, лежат где-нибудь без сознания, неспособные поднять палочку, не говоря уже о выполнении боевых заклинаний.
Но если не Пожиратели смерти, то кто? Не хотелось бы вновь сталкиваться со Старшим Демоном. Или Вольдеморт рассчитывает на дементоров и прочую нечисть, затаившуюся, чтобы неожиданно напасть?
Рядом с ним на колени опустилось маленькое существо, коснувшись руки Гарри, и зельевар недоуменно поднял бровь. Как незаметно подкрался этот домовик - даже без характерного хлопка.
- Бедный Хозяин Гарри, - пробормотал Добби, поглаживая руку мальчика. - Он спасти нас от Великого Молчания. Он вернуть голоса.
- Добби, эльфы тоже пострадали от заклинания? - удивленно спросила Гермиона. Северус, наконец, понял, откуда появился эльф. По залу сновало множество домовиков, пытавшихся навести порядок.
- Мы слышать Безмолвие, - объяснил Добби, коверкая слова в свойственной его народу манере, как будто та ерунда, что он произносил, была совершенно ясна окружающим. - Мы знать, что Безмолвие возникать перед концом. Эльфы не любить Великое Безмолвие. Эльфы знать, что после Безмолвие исчезнуть все хорошее и яркое. Но хороший хозяин вернуть нам голоса. Хороший хозяин спасти эльфов.
Волшебники обменялись быстрыми взглядами, полными непонимания. Возможно, Альбус и видел смысл в речи этих существ, но Северус - нет. Он чувствовал сильную слабость, мысли разбредались, пришлось встряхнуть головой, чтобы хоть немного разогнать туман, окутавший разум.
- Профессор? - голос Драко послышался откуда-то со стороны слизеринского стола. Несколько учителей пытались помочь учащимся, приходящим в себя, и мадам Помфри суетилась то над одним, то над другим студентом. Северуса внезапно охватил гнев - почему она сейчас не здесь, не осматривает Гарри? Но увидев ранения, которые лечила Поппи, он понял, что были дела и более неотложные. Колдомедик склонилась над мальчиком из Равенкло, который, падая, напоролся на нож - из зияющей раны на животе обильно текла кровь.
Наконец, он нашел глазами Драко. Вместе с Чарли, тот стоял на коленях около двоих слизеринцев-семикурсников, которые от слабости не могли даже сидеть. Один из них лежал на боку, в позе эмбриона, и стонал, как будто от боли, другой - на спине, безучастно уставившись в потолок Большого зала. Только движения его век подсказали Северусу, что молодой человек жив.
- Проверьте их руки, - крикнул декан младшему Малфою, уже зная, что они найдут. Гнев снова захлестнул его - поразительно, но от этого прояснился ум, и даже, как будто, вернулась часть силы. Ярость бурлила в нем, стремясь выплеснуться. Пальцы, запутавшиеся в волосах Гарри, дёрнулись от попытки сжать руки в кулаки. Пришлось усилием воли взять эмоции под контроль - он не мог позволить себе причинить мальчику боль.
Чарли с мужем закатали рукава пострадавших студентов, и по залу понеслись возгласы изумления и ужаса при виде набухших, воспаленных меток на предплечьях двоих обессиленных семикурсников.
Драко резко встал, на лице его читалась еле сдерживаемая злость. Слизеринцы замолчали, ожидая его дальнейших действий. Северус внимательно наблюдал за ними - даже теперь многие сомневались, на чьей стороне Малфой.
После недолгого колебания, юноша достал палочку и указал ею на двоих молодых людей, лежащих почти без сознания. Мгновение спустя их запястья и лодыжки были туго стянуты веревками, словно ноги кабаньих туш, готовых к переноске на шесте. Чарли забрал их палочки и, неожиданно для всех, передал супругу, как будто отдавая в его власть заключенных. Драко принял их, едва заметно кивнув, а затем тяжелым взглядом обвел остальных «змей». Суровое и непреклонное выражение его лица напомнило Северусу Люциуса. Хотя парень молчал, выражение его сердитых глаз подталкивало ребят к действию. Один за другим слизеринцы обнажали левые предплечья, показывая всем чистую кожу, без меток.
За столом Равенкло Чоу Чанг резко встала и впилась взглядом в своих одноклассников. Они также поспешили продемонстрировать отсутствие Знака.
Джастин Финч-Флетчли встал за столом Хаффлпафа, но члены его Дома уже закатывали рукава. Хватило одного взгляда Рона Уизли, чтобы все гриффиндорцы сделали то же самое - никто из них также не был отмечен Вольдемортом. Снова все взгляды в зале обратились к Драко, в голубых глазах которого мелькнуло неясное чувство, а губы сжались в тонкую линию. Даже не будучи высказанным вслух, обвинение воспринималось ясно - только слизеринцы носили метки.
Молодой Малфой повернулся и присел около двух связанных студентов. Двумя резкими движениями он сорвал слизеринские нашивки с их мантий, словно лишая этих двоих принадлежности к Дому Слизерина и очищая факультет от позора. «Змеи», замерев, наблюдали за его действиями.
Мертвую тишину нарушил голос Сириуса Блэка, поразившего всех своими словами:
- Питер Петтигрю был гриффиндорцем, - заявил он, стоя у входа в Большой зал и глядя на Драко. - Нет никакого позора на вашем Доме, только на этих учениках.
Многие, в том числе и Снейп, изумленно уставились на него. Чтобы Сириус Блэк - стопроцентный гриффиндорец - простил слизеринцам какой-либо грех, да еще изрек нечто философское... Северус не знал, как реагировать. Вместо этого, он опустил голову и посмотрел на бледное лицо Гарри Поттера, не замечая суеты, царящей вокруг - учащиеся во главе с Драко устраняли возникший в зале беспорядок и, по возможности, помогали пострадавшим товарищам. Почтительное расстояние, на котором все держались от Гарри, говорило красноречивее всяких слов.
Через некоторое время двери в Большой зал открылись, заставив всех непроизвольно вздрогнуть, ожидая худшего. Раздался дружный вздох облегчения, когда вошел директор с палочкой в руке. Сейчас Альбус выглядел ещё более растерянным, чем когда уходил. Он знаком позвал преподавателей, и те собрались вокруг Северуса и Гарри.
- Нет никаких признаков нападения, - произнес Дамблдор громко, так, чтобы его мог услышать каждый в зале. После этих слов, у многих словно упал камень с плеч. - Я послал Кровавого Барона в Хогсмид, чтобы осмотреться, а Хагрид и несколько воинов из Уинтерленда обыскивают территорию замка. Это явление затронуло не только Большой зал, оно распространилось на весь Хогвартс - есть несколько раненых. Два человека упали с высоты - к счастью никто не умер, но есть несколько переломов.
- Что относительно защиты? - поинтересовался Ремус.
Альбус покачал головой:
- Она не была нарушена.
- Ни Темный Лорд, ни его Пожиратели смерти не в состоянии были бы начать атаку прямо сейчас, - заявил Северус.
- Знаю, - согласился директор, очевидно придя к тому же самому заключению, что и сам зельевар чуть раньше. - Но я изменил защиту, чтобы она сигнализировала о приближении демонов. Я не могу препятствовать вторжению их Старейшины, но буду предупрежден, если вблизи появится нечто подобное. Пока всё относительно спокойно, - Дамблдор не стал добавлять, что все эти меры мало что могут им дать - расстроенные лица волшебников говорили, что тем и без объяснений все ясно.
- Мы должны переместить раненых в больницу, - произнёс Альбус. - Минерва, отправляйтесь в Министерство по каминной сети. Расскажите им, что произошло, и разузнайте, что им известно. Возможно, у Люциуса есть какие-нибудь идеи относительно происходящего.
Слова директора дарили всем силу и уверенность - от известия, что замок в безопасности, на душе у Снейпа стало гораздо легче. Но физически он оставался настолько слаб, что позволил Люпину подхватить на руки Гарри - у него не хватило бы сил на это. Видя, что зельевар не в состоянии самостоятельно подняться, ему на помощь поспешили Сириус и Рон. Так, впятером, они отправились в больничное крыло, в то время как остальные преподаватели выводили из зала студентов своих факультетов.
Несколько часов спустя Северус сидел около постели Гарри в лазарете у Помфри. Он выпил перечное зелье, которое сделало его гораздо бодрее; упадок сил уже не чувствовался так остро.
Два слизеринца-семикурсника лежали в соседней палате, привязанные к кроватям. Утечка магии у них была более серьёзна, чем у Снейпа - им понадобится несколько недель, чтобы полностью восстановиться. Никто даже не подумал напоить их перечным зельем, чтобы ускорить процесс.
На других кроватях лежали многочисленные раненые из Уинтерленда. Самая серьезная рана была у караульного, упавшего со стены замка - он сломал обе ноги. С костеростом ему на выздоровление понадобится несколько часов. У остальных были незначительные ушибы и растяжения. Удивительно, но все они остались в больнице. Северус подозревал, что воины ждали пробуждения Поттера - их воспоминания были идентичны рассказам студентов. Они видели, как их король стоял перед ними, чувствовали, как он коснулся их, окликнул по имени. Все викинги верили, что Гарри их спас. Будучи преданными Мальчику-который-выжил, они не хотели оставлять его теперь.
Зельевар, расположившись в кресле, наколдованном директором около кровати, крепко сжимал кулаки, не разрешая себе снова взять Гарри за руку. Сейчас мадам Помфри проводила полный осмотр мальчика с помощью разных причудливых медицинских устройств и попросила, чтобы его не трогали, пока она работает. Ремус, Сириус, Рон, Гермиона, Чарли, Драко и Альбус находились поблизости, с волнением ожидая результатов.
Убрав последний из своих инструментов - диковинное хитрое изобретение, которое, по словам Гермионы, было похоже на маггловскую взбивалку для крема - Поппи некоторое время сосредоточенно вглядывалась в бледное лицо Гарри, а затем перевела озадаченный и хмурый взгляд на волшебников, с трепетом ожидающих медицинского заключения.
- Он находится в стабильном состоянии, - сообщила мадам Помфри. - Как и ожидалось, налицо сильнейшее магическое истощение, что явилось серьезным стрессом для всего организма. С этими проявлениями я смогу справиться, они обратимы. Но меня беспокоят неустойчивое состояние его магического ядра и странный уровень мозговой активности.
При этих словах Северус побледнел, чувствуя, как тревожно защемило сердце. Если Поппи заинтересовалась мозговой активностью, то имеют место повреждения головного мозга - как в случае побочного эффекта от круциатуса.
- Ты хочешь сказать... - начал он.
Но колдомедик прервала его.
- Нет. Сам мозг не поврежден, но невозможно считать воспоминания, составляющие индивидуальность Гарри. Соответствующие области девственно чисты, словно у новорожденного или после тотального обливиэйта. Иными словами, он может пользоваться памятью, но не делает этого, словно нечто блокирует связь личности с телом.
- Вы имеете в виду, что он ничего не будет помнить, когда проснется? - спросила Гермиона в ужасе.
Но Поппи снова покачала головой.
- Ну почему же? Воспоминания можно вернуть. Но он не проснётся вообще, если его мозг не начнёт функционировать как обычно. Его тело находится в коме, но мозг, как будто бы в своеобразном анабиозе.
- А что не так с его волшебным ядром? - спросил Альбус.
Женщина вздохнула.
- Тоже очень странная ситуация. Оно перестало нести в себе личный магический отпечаток своего обладателя, теперь больше напоминая энергию могущественного волшебного артефакта. Я бы сказала, что отчасти, оно стало похожим на защиту замка - сила и мощь, абсолютно стихийные, бездушные, неживые. Я не знаю, что делать с этим.
- Огни горят, но дом пустой, - задумчиво проговорила Гермиона.
Мадам Помфри несколько удивилась, но потом кивнула, соглашаясь.
- Превосходная аналогия, - признала она. - Но я не знаю, как разбудить его. Никогда не видела ничего подобного. Мне потребуется консультация коллег из госпиталя Святого Мунго.
Северус протянул руку и сжал холодные пальцы Гарри, когда Поппи полностью закончила осмотр. Сириус сел с другой стороны кровати и стал греть в ладонях другую руку крестника, выглядя столь же потрясённым, как Снейп.
- Может он все-таки проснётся самостоятельно, восстановив силы? - спросил Сириус. - Ведь парень запросто прикрыл защитным заклинанием несколько сотен человек в замке. Любой, сделавший подобное, потеряет сознание. Помните, как он ослабел после борьбы со Старшим Демоном? Или когда переместил камень в Уинтерленде - и затем упал в обморок? Сделанное им сегодня, лишило бы сил кого угодно.
На этот раз гриффиндорец проявил здравый смысл, и Северус молча кивнул в знак согласия. Поппи задумалась.
- Это возможно, - признала она. - Обычные правила, кажется, не относятся к Гарри, поэтому, всё возможно.
За дверью послышались звуки шагов и голоса, и через некоторое время в комнату вошла Минерва, вернувшаяся из Министерства в сопровождении смертельно бледной мадам Боунс и шедших позади авроров - Старка и Шеклболта. Лица всех четверых были настолько мрачными, что сразу становилось понятно - произошло нечто ужасное.
- Рассказывайте, - в голосе Альбуса слышалась нескрываемая тревога.
Мадам Боунс, казалось, постарела лет на тридцать с того утра, когда Снейп видел ее в последний раз. Она нервно сглотнула перед ответом.
- Произошедшее... то, что случилось с вами… оно действовало на огромной территории. Мы в Министерстве испытали то же самое.
Северус замер от ужаса, сжав руку мужа.
- Что разбудило вас? - спросил он, уже зная ответ. С упавшим сердцем мужчина понял, что это может означать для Гарри.
- Мы все испытали одно и то же, - ответила мадам Боунс. - Гарри Поттер разбудил нас. Мы почувствовали, как он прикоснулся к нам, услышали, как он называет наши имена.
Её слушали в полном молчании, пытаясь осознать масштаб беды. Зельевар еле сдерживал крик ярости - неужели Поттер спас всех? Сколько магической силы он потерял при этом? Темный Лорд напал не на них - на Гарри, зная, что тот не сможет остаться в стороне, бросив беззащитных людей на произвол судьбы. Он привел мальчика на грань жизни и смерти, вынудив отдать все силы ради их спасения!
- Когда мы очнулись и поняли, что произошло, - продолжала Амелия Боунс, - то решили осмотреть город. Оказалось, что мертвым сном охвачен весь Лондон, как маги, так и магглы. А теперь представьте себе масштабы катастрофы! Волшебники, летевшие в это время на мётлах, погибли, упав с высоты. Неправильно выполненные или незавершенные заклинания также нанесли вред. Есть случаи расщеплений в результате прерванной аппарации. В этой ситуации можно было погибнуть, даже просто спускаясь с лестницы. В маггловском мире - огромное количество аварий на дорогах, рухнувшие с неба самолеты. Город охвачен огнем, потому что единичные поначалу возгорания некому было тушить. Как видите, волшебники проснулись... но магглы - нет.
Её слова звучали в полной тишине, поскольку все в больничном крыле онемели от шока. Только Альбус смог потрясенно прошептать:
- О, Мерлин... Сколько же погибших... Это же...
Мадам Боунс остановила его, взяв за руку, и Северус с ужасом понял, что худшие новости еще впереди.
- Мы получаем сообщения от магических правительств по всему миру, - продолжила она. - Не только Хогвартс, Лондон или Англия - этим проклятием была поражена вся планета, каждая страна, все люди. Гарри Поттеру удалось разбудить магов, но не магглов.
Ошеломленный Снейп замер, невидяще глядя перед собой. Директор, изменившись в лице, присел на краешек кровати мальчика.
- Миллионы людей погибнут... - снова начал он.
- Альбус... - едва не плача, мадам Боунс не дала ему договорить. - Мы знаем, какое проклятие использовалось. Это - разновидность сонного заклятия. Мы никогда не видели ничего подобного. Нам удалось определить, что его действие рассчитано на сто лет. Оно было изменено, максимально усилено и разослано по всему миру - что смогло уменьшить продолжительность от ста лет до трех или четырех месяцев. Единственный способ прервать заклинание - это направить сильный магический импульс, обращенный к волшебной сути спящего - по всей видимости, именно это и сделал Гарри для всех нас.
- Но у магглов она отсутствует, - тревожно заявил Ремус Люпин.
Амелия Боунс покачала головой:
- Разумеется. Мы перепробовали все, что только можно придумать - бесполезно. Они будут спать, пока заклинание не спадёт.
Взволнованная Гермиона невольно сделала шаг вперёд, пристально глядя на мадам Боунс.
- Их состояние - это именно сон, или что-то вроде анабиоза? - спросила она резко. Северусу не понадобилось много времени, чтобы понять смысл её вопроса и то, почему это так важно сейчас, среди окружающего их кошмара.
Слезинка скатилась по щеке Амелии, подтвердившей:
- Они спят.
Глаза Гермионы тоже наполнились слезами, и она застонала, зажимая себе рот руками, чтобы не закричать в голос от ужаса. Рон едва успел подхватить её, когда девушка внезапно стала оседать на пол.
Открывшаяся истина настолько поразила Северуса, что если бы он уже не сидел, то упал бы, как подкошенный, подобно Гермионе.
- Я не понимаю! - воскликнул Рон, обняв рыдающую подругу. Он озирался по сторонам, надеясь, что кто-то из взрослых ответит ему. - Какое имеет значение - сон это или нет? Какая разница - вы же сказали, что они проснутся через три или четыре месяца!
- Рон, - Ремус коснулся его руки, - ты сможешь прожить три месяца без еды и воды? - Когда до парня дошло, он широко распахнул глаза. - Через два или три дня, - продолжил Люпин, - спящие магглы начнут умирать от обезвоживания. В жарких странах процесс закончится скорее. Они все будут мертвы к тому времени, когда заклинание спадёт.
- Он разрушил мир, - заявила мадам Боунс. - Темный Лорд убил шесть миллиардов человек.
Окружающие застыли в абсолютной тишине. Скованные ужасом, они не могли даже пошевелиться. Все волшебники мира оказались совершенно беспомощны перед лицом такой катастрофы.
Новый вопль Гермионы Грейнджер заставил всех вздрогнуть. Вырвавшись из объятий Рона, она подбежала к постели Гарри. Лицо её было мокрым от слез, но она больше не плакала. В немом отчаянии девушка вглядывалась в лицо лежащего без сознания друга. Глядя на неё Северус начал сомневаться, то ли она сошла с ума от пережитого, то ли её разум, наоборот, работает лучше, чем у остальных.
- Он все еще пробует! - воскликнула Гермиона. - Именно поэтому - не проснулся!
- Пробует что? - рявкнул Северус, понимая, что речь идет о Гарри.
- Пытается спасти их! Непосредственно перед тем, как всё произошло, я сказала ему, что он не сможет спасти всех. Он ответил, что должен попробовать. Он все еще пытается спасти магглов.
- У него не получится, - вмешалась мадам Боунс. - Это бесполезно.
Но Гермиона не сдавалась.
- Он все равно будет пытаться! Мы должны спасти их для него! Он спас нас, и теперь мы должны спасти остальных!
Все в палате смотрели на неё, как на сумасшедшую.
- Мы не сможем их разбудить! - воскликнула мадам Боунс. - Разве ты не слышала? Мы не можем...
- Не магически! - закричала девушка, глядя на них, как на идиотов. - Люди часто впадают в кому, но им не позволяют умереть, продолжая поддерживать жизненные процессы. Спящим магглам можно вводить питательные растворы внутривенно, пока они не проснутся самостоятельно.
- Гермиона, - прервал её Ремус, - даже если каждый волшебник в мире поможет, мы не сумеем спасти всех - не наберется нужного количества людей с необходимыми навыками, да и нет такого количества ресурсов. Мы сможем спасти только крошечную часть магглов.
- Это не имеет значения! - ответила она. - Важно, что мы попробуем. Мы сохраним хотя бы кого-то. Вы хотите быть тем, кто скажет проснувшемуся Гарри, что пока он рисковал своей жизнью, пытаясь спасти всех нас, мы позволили магглам умереть, просто потому, что стояли и ничего не делали?
Этим словам, проникающим прямо в сердце, ни Северус, ни остальные маги ничего не могли возразить. Гермиона была права - как они смогут посмотреть Гарри в глаза, если даже не попытаются что-то предпринять, пусть их старания и будут подобны кусочку пластыря на огромной ране.
- Она права, - Альбус выразил их общую мысль. - Мы должны попробовать. Мы должны спасти столько магглов, сколько сможем.
И это было абсолютно верно. Гарри спас магов - теперь настала их очередь попытаться спасти мир.
Примечания автора:
Я не часто имею возможность разрушить весь мир - так что для меня это отличный опыт. Вы должны попробовать это, хотя бы однажды - рекомендую. Конечно, теперь мне придётся всё восстанавливать - а это легче сказать, чем сделать. И, к сожалению, Вольдеморт пока не побеждён.
Это было запланировано с самого начала - многие поняли это по моим подсказкам и предсказали подобный сценарий. Было очень сложно писать мирную часть этой главы, зная, что произойдёт дальше. Но я действительно предупреждала, что Тёмный Лорд оправдает свой титул - и вы вскоре поймёте, почему. Он безумен - но у него, действительно, есть причина.
Относительно воронов Тауэра - я иногда забываю, что многие из моих читателей не знакомы с европейскими легендами. Эта легенда времён Чарльза II (фактически, она может быть и более поздней), гласит, что, если вороны когда-либо покинут Белую Башню, Великобритания падёт. Поэтому теперь этих птиц приручают специально, на всякий случай даже подрезая крылья, чтобы не улетели.
Даже во время немецких бомбежек во время Второй Мировой войны, когда погибли почти все вороны, одного удалось спасти. Насколько известно, Башня никогда не пустовала, там всегда находился по крайней мере один ворон. Вот имена птиц, живущих в Тауэре в наши дни (взяты из Википедии): Gwylum (самец, 18 лет), Thor (самец, 15 лет), Hugin (самка, 11 лет), Munin (самка, 11 лет), Branwen (самка, 3 года), Bran (самец, 3 года), Gundulf (самец, 1 год), Baldrick (самец, 1 год), Fleur(самка, 4 года).
Я смеялась, когда увидела их имена - например Fleur (Флёр). И конечно Hugin и Munin - имена 2 воронов Гарри - так звали фамилиаров Одина.
Первоначально эта глава должна была быть 2 отдельными главами, но я решила объединить её в одну, так как не смогла найти место для их разрыва. Это означает, что я выложила на одну главу больше. Так как я уезжаю на несколько дней на следующей неделе, то боюсь следующее обновление будет только через 2 недели. Надеюсь, эта глава займёт вас на это время.
Относительно бабушки Невилла - нет никакого особого смысла в том, что она была в Лондоне во время бомбардировок Второй мировой войны. Я просто подумала, будет забавно, что оба раза, когда она решает пройтись по лондонским магазинам, приближается конец света (буквально - в нашем случае). Британский Волшебный мир знает о том, что происходит с миром магглов, просто они не посвящены в детали. Августа знала достаточно, чтобы понять - это конфликт с немцами - но и только. А то, что она знала о существовании бомб - бомбы существуют уже много столетий. Подождите, пока Волшебный мир не охватит война - маги тоже будут производить волшебные гранаты.
Глава 76. Недостойные.
Речь Гермионы Грейнджер воодушевила всех. Каждый желал использовать шанс сделать что-то хорошее в жизни, поэтому от добровольцев не было отбоя. Мадам Боунс с аврорами вернулась в министерство, чтобы совместно с госпиталем Св. Мунго начать реализацию своей части плана. Они собирались связаться с магическими правительствами других стран, чтобы поделиться идеей спасения магглов, если те еще не пришли к этой мысли сами.
Спасательная операция осложнялась отсутствием нужных навыков, ресурсов и нехваткой времени - Ремус был прав, говоря о том, что спящие магглы обречены на скорую гибель. Волшебники, узнав о беде, уже через час были готовы начать спасение людей.
Договориться о том, кого эвакуировать в первую очередь, было просто. Единогласно решили сосредоточить свое внимание на магглах, уже связанных с Волшебным миром через родных - полукровок и магглорожденных.
Той же ночью в Хогвартсе Альбус приступил к формированию команд взаимопомощи. Студенты, уже имеющие право аппарировать, должны были помогать младшим спасать маггловские семьи. Внутренние помещения замка спешно преобразовывались в больничные палаты. Многим не терпелось приступить к активным поискам немедленно, не дожидаясь рассвета, поскольку ребята опасались, что их родные могли попасть, или уже попали в беду.
Из-за магического истощения Северус остался с Гарри, состояние которого так и не улучшилось. Желая тоже сделать хоть что-то полезное, он составил список зелий, с помощью которых удастся поддержать в ближайшие месяцы жизнь спящих магглов. Лекарств госпиталю Св. Мунго потребуется много, поэтому профессор рассчитывал на помощь студентов в приготовлении необходимого количества снадобий.
Учащиеся, в первую очередь - Драко, старались держать его в курсе происходящего. Поразительно, но многие слизеринцы стремились внести свой посильный вклад в общее дело. Их ненависть к магглам зачастую выражалась лишь на словах, на деле же никто не желал им смерти. Декан Слизерина заметил, что все приходящие к нему студенты были чересчур взбудоражены - сказывались волнение и стресс. Подавляющее большинство с ужасом смотрело в будущее, и Северус поневоле задумался, сколько еще им всем предстоит пережить.
Северус и Гарри гуляли в прекрасном розовом саду. И неважно, что в Хогвартсе не было розария, а побеги этого высокого шиповника были странно похожими на розы в лабиринте Брайарвуд Холла в графстве Высокого Холма. Он держал руку молодого человека в своей, наслаждаясь его радостной, открытой улыбкой, и беззаботным выражением сияющих зеленых глаз. Когда легкий ветерок касался темных, непослушных прядей, обрамляющих бледное лицо, становилось заметно, что шрам на лбу исчез.
За очередным поворотом, в просвете между побегами розовых кустов показалась темная громада Снейп Мэнор. Увидев замок, юноша рассмеялся, и при этом сердце мастера зелий словно наполнилось теплым и ласковым солнечным светом.
- Теперь это наш с тобой дом? - спросил Гарри, и Северус улыбнулся в ответ, видя откровенную радость на лице мужа. Вокруг них танцевали на ветру лепестки роз.
- Мы будем жить там, где ты захочешь, - ответил он, подразумевая, что готов выполнить все, о чем бы тот ни попросил.
Зельевар крепко обнял парня, прижимая к себе. Аромат его тела опьянял сильнее, чем запах зачарованных роз. Он поцеловал Гарри, упиваясь сладким дыханием, наслаждаясь вкусом губ, лаская нежный язычок своим. Почувствовав, что любимый улыбается и обнимает его за плечи, а жар, исходящий от него, становится нестерпимым, он немного отстранился, но тот протестующе застонал и подался ближе к нему, и Северус представил, как это будет, когда он уложит его на этом ковре из розовых лепестков и будет любить - долго и страстно.
- Я так хочу этого, - прошептал Гарри ему в губы. - Жаль, что я умер.
Содрогнувшись от ужаса, Северус проснулся и тут же ощутил теплую руку, слегка касающуюся его лба. Он поднял глаза и увидел, что рядом стоит Сириус Блэк. Инстинктивно отшатнувшись от этого прикосновения, зельевар впился в него взглядом, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна.
- Прости, - извинился Сириус, убирая ладонь. - Ты спал, - но Снейп видел, что тот ни капли не сожалеет.
Ремус, стоявший в изножье кровати Гарри, смотрел на профессора, мягко улыбаясь. Непонятное чувство пронзило Северуса - он не хотел извинений Блэка или улыбок Люпина. Он желал только одного, чтобы супруг - живой и невредимый - был сейчас рядом с ним. Но бегло взглянув на мальчика, неподвижно распростертого на постели, мастер зелий понял, что ничего не изменилось.
Несколько часов назад, когда стало ясно, что вскоре больничное крыло будет заполнено эвакуированными магглами, Гарри поместили в отдельную палату. Северус хотел, чтобы его ничто не тревожило. Как только он убедился, что с мужем все по прежнему, Ремус и Сириус обошли кровать и уселись на стульях напротив него.
- Я не спал, - огрызнулся Снейп. - У меня просто глаза устали, - эти двое, в особенности Блэк, последние дни окружили его непривычной заботой и вниманием. Зельевар не стал разбираться в причинах, но считал, что не произошло ничего, что могло бы так повлиять на их мнение о нем.
- Который час? - спросил он излишне резко, раздосадованный тем, что Гарри так и не пришел в себя. Лицо парня было таким бледным, что казалось безжизненной маской.
- Почти четыре утра, - ответил Ремус.
Снейп вздохнул - вот уже больше десяти часов Поттер не подавал признаков жизни. Он осторожно потрогал лоб мальчика - кожу покрывала холодная и липкая испарина, но шрам был воспаленным и горячим. Коснувшись зачарованных одеял, Северус убедился, что они теплые - Помфри старалась поддерживать ровную температуру все это время. Мастер зелий постарался подавить новый приступ паники, возникающий всякий раз, когда он думал о состоянии мужа - Гарри выздоровеет! Он не может потерять его сейчас!
Сунув руку в карман, маг извлек флакончик с перечным зельем и вытащил пробку.
- Ты уверен, что еще одна доза не повредит? - спросил Ремус, пока тот не принял снадобье.
- Я знаю об эффектах зелий гораздо больше, чем ты думаешь, - язвительно изрек профессор, злобно зыркнув на Люпина. - Это - только второй пузырек. Все нормально, - осушив склянку одним глотком Снейп сразу же почувствовал себя гораздо лучше. Утечка магии сильно истощила его, хотя первые признаки выздоровления уже стали ощущаться. Он еще раз мысленно поблагодарил Альбуса за серебряные нити на своей руке. Без них все было бы гораздо хуже. Двое студентов-слизеринцев с Черной меткой были все еще совершенно обессилены и даже не могли самостоятельно двигаться.
- Никаких изменений? - спросил Сириус, склоняясь над крестником. Они с Ремусом добровольно вызвались помогать учащимся, чтобы позволить Северусу остаться с Гарри. Тот снова задумался о причине их странной готовности помогать ему. Раньше, когда мальчик оказывался в больнице, Блэк старался не подпускать Снейпа к нему.
- Ничего, - к сожалению, утешительных новостей не было. При дыхании грудь юноши едва заметно вздымалась и опадала - если бы не это, можно было подумать, что тот мертв. Исчезло даже ощущение его мощной магии - без нее Северус чувствовал себя опустошенным и больным.
Мгновение спустя в комнату вошли Рон и Гермиона. Оба выглядели очень уставшими и растерянными, но мастер зелий заметил, что глаза девушки горят, как и прежде. Именно её воодушевление мобилизовало всех студентов. Поздоровавшись, оба встали в изножье кровати Гарри, задумчиво глядя на своего друга, лежащего без сознания. В их глазах отражался тот же страх, который мучил Северуса.
- Мы с Гермионой собираемся в Лондон, чтобы найти её родителей. Она думает, что катастрофа застала их по дороге домой - поэтому нам придется обыскать метро, - сказал через несколько минут молчания Рон. - Кто из вас сможет сходить за Дурслями?
Северус ошеломленно взглянул на него.
- Что? - воскликнул он. - С какой это стати?!
- Вот именно! - рявкнул Сириус, и его голубые глаза гневно сверкнули. - Они не имеют права на спасение!
Странное выражение возникло на лице Рона, и он переглянулся с подругой. Девушка едва заметно улыбнулась в ответ.
- Непосредственно перед тем, как это случилось, у нас был интересный разговор о том, что люди делают и чего заслуживают, - произнес парень, обращаясь ко всем. - Я думаю, среди тех, кого Гарри спас сегодня, многие не заслужили этого. Когда он проснется и спросит нас, где Дурсли, я не хочу быть тем, кто ответит, что мы не сочли их достойными спасения. А этот вопрос обязательно возникнет - думаю, вы все понимаете это.
Северус тихо выругался, сознавая правоту Рона, но не в силах принять это. Его любимый лежал сейчас здесь, без сознания, именно потому, что пытался спасти всех, в том числе и недостойных.
- Как я мог оказаться так тесно связан с толпой проклятых гриффиндорцев?! - зашипел профессор.
Он поднял голову и увидел, что все смотрят на него, ожидая его решения. Волшебники ждали «благородного поступка» от единственного слизеринца в комнате. И, как бы то ни было, именно Снейпу придется держать ответ перед супругом, глядя ему в глаза и объясняя свой выбор.
- Прекрасно! - проворчал зельевар. - Мы спасем проклятых Дурслей, - внутри него все переворачивалось от этой мысли, даже несмотря на то, что сам Гарри поступил бы также.
- Мы с Ремусом сходим за ними, - добровольно вызвался Сириус. - Тебе надо отдохнуть.
- Я в порядке, - буркнул Северус, в глубине души не желая оставлять Гарри, чтобы мчаться спасать его отвратительных родственничков. Но и возвращаться в свои комнаты, чтобы немного поспать, он тоже не собирался. Даже усталость не помешает ему охранять юношу, который пожертвовал собой ради всего мира.
Дальнейшие препирательства прервал вошедший в комнату Альбус, за спиной которого маячили две знакомые фигуры.
- Мама! Папа! - закричала Гермиона, смеясь и плача от радости. И уже через секунду оказалась в объятиях родителей. Дамблдор наблюдал за ними с лучезарной улыбкой.
- Но как? - через какое-то время воскликнула девушка. - Мы собирались идти искать вас. Все магглы спят.
- Час назад мы пришли в министерство, где нас тщательно обследовали, - сказала Анна Грейнджер дочери. - Они пришли к выводу, что мы оба - сквибы. Сказали, что у нас имеется магическое ядро, только очень слабое, но оно позволило юному Поттеру разбудить нас.
Гермиона казалась пораженной новостью, хотя Северус не совсем понимал, почему. Действительно, так бывало, что сквибы теряли связь со своими семьями в Волшебном мире и начинали считать себя магглами. Это, кстати, могло бы объяснить её врожденные способности - для магглорожденной она была слишком сильна.
- Я слышал, что вы пытаетесь организовать спасение магглов? - спросил у дочери Майкл. - Мы хотим участвовать. Длительная забота об эвакуированных будет трудной, и вам понадобится помощь всех добровольцев.
Снейп знал, что Грейнджеры - медики, специализирующиеся, кажется, в лечении зубов. Но если они похожи на свою дочь, то у них отличные способности к обучению. Без сомнения, Поппи будет рада таким ассистентам.
Анна подошла к кровати Поттера и осторожно коснулась его холодной руки.
- Он...
- Просто потерял много сил, - ответил Северус, надеясь, что это и правда так. Он не хотел думать, что любимому грозит нечто худшее, чем простая потеря магической силы. Не мог принять мысль о том, что разум Гарри может исчезнуть навсегда.
- Значит то, что о нём говорят, правда? - изумленно спросила мать Гермионы. - Он действительно разбудил всех нас? - Женщина недоверчиво посмотрела на присутствующих, кивающих ей в ответ. - В Дырявом Котле и в министерстве - кругом говорят только о нем. Его называют Королем. Наверное, для него все это очень нелегко?
Маги молчали. Им было хорошо известно, как мальчик относился к своей известности. А после случившегося, считал Снейп, не останется ни одного волшебника и ни одной ведьмы на свете, которым будет неизвестно его имя. Скорее всего, с этих пор Волшебный мир уверует, что Поттер спасет их от любых козней Вольдеморта.
«Но теперь он не будет один», - мысленно поклялся Северус. Он никогда не покинет Гарри - лишь бы только тот проснулся и вновь открыл свои бездонные зеленые глаза. Они будут гулять при луне вдвоем, и целоваться под звездным небом. Если только ему суждено проснуться... в этот момент сердце мастера зелий болезненно сжалось.
Уже почти светало, когда Ремус и Сириус с громким хлопком аппарировали на Тисовую улицу в Суррее. Вокруг не было ни одного маггла, поэтому необходимость в маскировке магии отпала.
Блэк застыл, глядя на дом № 7 на Тисовой улице, через дорогу от коттеджа Дурслей. В его эркер врезался автомобиль. Аккуратно подстриженный газон был изуродован глубокими бороздами от колес, появившимися, когда машина потеряла управление и свернула с дороги. Перед домом валялись два велосипеда, рядом с одним из них упал на землю мальчик. Хозяйка другого - девочка - лежала поперек одной из борозд на газоне. На ее розовом свитере виднелся след от шин, а под телом растекалась лужа крови.
- Думаешь, Гарри знал их? - тихо спросил Ремус. Мельком взглянув на него, Сириус понял, что тот так же испуган, как и он сам. Мужчина уставился на маленькую девочку на лужайке.
- Гарри рассказывал, что Дурсли не позволяли ему общаться с окружающими, - сдавленно произнес Сириус. Отвернувшись от ужасной картины и оглядевшись, он только сейчас начал осознавать масштаб бедствия. Слышать об этом - было одно, и совсем другое - увидеть все самому.
Вокруг было относительно тихо - только где-то на соседних улицах Блэк слышал отдаленный звук маггловской сигнализации. Насколько ему было известно, сирена должна выключиться сама, когда иссякнет источник энергии, питающий её.
Там и тут виднелись зарева пожаров, Лондон неотвратимо превращался в пепел. Густой смрадный дым затянул все кругом, и в нем отчетливо слышался запах горелой плоти. Сириус был рад тому, что не обладает обонянием Мягколапа будучи в человеческой форме.
По обеим сторонам Тисовой улицы виднелись автомобили, стоящие так, словно их бросил заигравшийся ребенок. Ненормальность этого утра подчеркивала и полная неподвижность, царящая вокруг. В некоторых домах горели электрические лампы, но не было ни единого движения, несмотря на приближающийся рассвет. В дальнем конце дороги большой грузовик сбил фонарный столб, и все остальные уличные фонари тоже погасли.
- Энергосистема пока еще работает, - произнес Ремус, указывая на светильники, горевшие у некоторых подъездов. Сириус знал, что в последние годы друг долго жил в маггловском мире, поэтому знал об их технологиях достаточно. Из объяснений Люпина он понял, что энергия рано или поздно закончится - это лишь вопрос времени. И если не останется магглов, способных восстановить системы жизнеобеспечения, их цивилизация канет в небытие. При этой мысли Блэк содрогнулся - происходящее не укладывалось в голове. Ему было чрезвычайно тяжело осознать реальность случившегося.
Они повернулись к дому №4, и Сириус обратил внимание на небольшой газон и цветник во дворе. Из рассказов крестника он знал, что родственники каждое лето заставляли его ухаживать за растениями. Но было похоже, что в течение учебного года кто-то продолжал эту работу - возможно, у Дурслей были средства, чтобы нанять садовника на время отсутствия Гарри. Мысль, что они специально увольняли его на лето, чтобы племянник отрабатывал свое содержание, возмутила Сириуса до глубины души. А затем он подумал, что этот человек, вероятно, уже мертв, или скоро погибнет. Это потрясло его и заставило иначе взглянуть на происходящее.
Ремус, похоже, почувствовал его смятение и ласково дотронулся до плеча, стараясь поддержать.
Он обернулся и посмотрел в теплые янтарные глаза любимого. Этого было достаточно, чтобы ощутить спокойствие и уверенность, изгоняющие боль и ужас, захватившие рассудок. Сириус благодарно улыбнулся в ответ. Иногда он спрашивал себя, осознает ли Ремус всю власть, которую имеет над ним; за несколько прошедших недель, с той поры, как они стали любовниками, эта власть еще больше усилилась. Возможно, в их компании Люпин и являлся диким оборотнем, но Блэк прекрасно знал, что самый опасный зверь живет в его собственном сердце - зверь, гораздо страшнее того, кем становился его друг в полнолуние. Этот монстр назывался «Родословная Самого Благородного и Древнего Дома Блэков», и он нанес этому миру вреда больше, чем мог причинить любой оборотень когда-либо. И теперь, после всех этих лет, Ремус, одним своим присутствием, сумел обуздать смятение, царящее в его душе. Их магическая связь, укрепившаяся за эти несколько недель, связала их на таком уровне волшебства, о котором он даже помыслить не мог, да так, что начала стирать из сердца память о годах, проведенных в Азкабане.
- Ну что, пойдем, - произнес Сириус, и оба направились к коттеджу №4. У крыльца стоял хозяйский автомобиль, дверь со стороны водителя была приоткрыта - косвенное свидетельство того, что случившееся застало семью в доме.
Досадно. Ведь если бы они не застали Дурслей на месте, то имели бы полное право сказать Гарри, что пытались их спасти, но не нашли. В конце концов, ну как бы они могли узнать их местонахождение?
Подойдя к двери, Блэк открыл ее взмахом палочки. Волшебники осторожно вошли в гостиную, и тут на них набросилась с яростным визгом женщина, размахивающая чем-то вроде обломка доски. Реакция Сириуса была мгновенной: отброшенная заклинанием воинственная леди отлетела и шмякнулась на диван. Невредимая, но слегка оглушенная, она ошеломленно уставилась на непрошеных гостей.
В это же время Сириус заметил два бесформенных тюфяка, лежащих на полу комнаты. Один, при ближайшем рассмотрении, оказался парнем, который упал перед работающим маггловским телевизором, показывающим статичную картинку. Второй - взрослым магглом, лежащим так, что было ясно - хозяйка дома пыталась втащить его через парадную дверь. Обоих заботливо прикрыли пледами, а под головы им были подсунуты подушки. Старший маггл громко храпел.
- Привет, Петуния, - ухмыльнулся Блэк. Он встречался с ней на свадьбе Джеймса и Лили, и уже тогда она показалась ему довольно неприятной особой. Волшебник уже не удивлялся, что ей придется бодрствовать, влача существование сквиба, тогда как её сестра была очень сильной ведьмой. Но сыну её, похоже, магия по наследству не передалась, поскольку он не подавал никаких признаков жизни.
- Кто вы? - потребовала ответа женщина. - Это все ваших рук дело, так ведь? Вы сделали это с моими Дадли и Верноном?
Он, нахмурившись, поглядел на неё.
- Я - Сириус Блэк, а это...
- Сириус Блэк! - завопила та в ужасе. Похоже, ей была известна маггловская версия его биографии, в которой он являлся серийным убийцей. - Так это он подослал вас! Этот урод виноват во всем! - На мгновение Сириус предположил, что речь о Вольдеморте, пока она не произнесла:
- Ты - его крестный.
Осознав, что мерзкая баба называет Гарри уродом, он гневно зарычал. Только рука Ремуса, сжавшаяся на его плече, удержала от того, чтобы проклясть тварь на месте. Он обернулся к Люпину, глаза его яростно сверкали.
- И мы действительно должны их спасать?
Друг неопределенно пожал плечами.
- А ты представь, что потом, при случае, ты сможешь сполна отыграться на них.
При этих словах Сириус приободрился - об этом-то он и не подумал.
Ремус повернулся, обращаясь к напуганной женщине:
- Меня зовут Ремус Люпин, миссис Дурсль, - спокойно произнес он. - Мы здесь для...
- Оборотень! - завизжала она. Сириус снова с трудом совладал со своей злобой. Как смеет она смотреть на его любимого таким взглядом? - Вы собираетесь съесть нас?
- Только если я очень проголодаюсь, ну, или если вы слишком сильно разозлите меня, - ответил Ремус, и Сириус восхищенно ухмыльнулся при этом. Видимо Луни не настолько зацепила эта ситуация, как его самого. После этих слов женщина заткнулась. - Мы здесь для того, чтобы помочь вам, - объяснил Люпин, глядя на двух толстяков, валяющихся на полу.
- Значит, это все-таки сделали вы? Я имею в виду - такие, как вы? - спросила Петуния. - Мои Вернон и Дадли не просыпаются. Я пыталась звонить в полицию, но и там никто не отвечает. - Она махнула рукой в сторону телефона. - Никто не отвечает! - С этими словами она схватила маленькую серебристую коробочку с кнопками и указала ею на телеприемник. Неподвижная картинка на экране вспыхнула несколько раз, после чего преобразовалась в некую маггловскую пьесу. - И нет никаких новостей! Только старые повторные показы - большинство каналов вообще не работает. Вы сделали что-то с моим телевизором.
Ремус быстро оглянулся на Сириуса. Тот только пожал плечами - он подумал, а приходило ли в голову Петунии выйти на улицу и осмотреться? Ведь нельзя было не заметить, что весь Лондон охвачен бедствием. Разве она даже не попыталась проведать своих соседей?
- Кроме нас вам никто не поможет, - сообщил ей Ремус. - Все магглы погрузились в сон. К вам больше никто не придет.
- Тоже мне - нашлись спасатели! - внезапно завопила она и, вскочив с дивана, кинулась на пол, прикрывая собой белобрысого парня. - Вы сделали что-то с моим телефоном и телевизором. Вы издевались над нами весь год! Но я прекращу это! Вам не позволят продолжать! Есть законы! Я буду жаловаться!
Весь год? Сириус, нахмурившись, смотрел на нее, вспоминая, что Снейп рассказывал что-то о мести, которую Альбус придумал для Дурслей. Оглядевшись по сторонам, он попытался найти признаки проклятий, с которыми пришлось бороться гнусной семейке. Ему было известно, что на них наслали клаустрофобию и страх перед темнотой. В комнате, похоже, было слишком много ламп. И, несмотря на то, что он знал о склонности Петунии к чрезмерному украшательству жилища, на окнах не было занавесок. Можно было предположить, что боязнь замкнутого пространства заставила её снять шторы.
Было также известно, что еще они были прокляты отсутствием аппетита и неспособностью получать удовольствие от еды. Но судя по габаритам этих двоих, они продолжали обжираться, как и прежде. Видимо, не чувствуя вкуса пищи, отец и сын пытались компенсировать это количеством съеденного. Мать семейства, напротив, была тощей, как палка, а темные круги под её глазами свидетельствовали о сильном стрессе.
- Вы можете жаловаться сколько угодно, миссис Дурсль, - ответил Ремус. - Только вы не найдете никого, чтобы сообщить о нас. Я уже сказал, что все магглы спят. Мы - единственная помощь, на которую вы можете рассчитывать.
- Приедет полиция и арестует вас, - упорствовала Петуния.
- Полиция тоже спит, - вздохнул Ремус. - Также, как армия, парламент, королева и Би-Би-Си, или кого там еще вы хотели бы вызвать.
Эти новости ошеломили женщину, но она продолжала грозить, что кто-нибудь обязательно придет, чтобы остановить их.
- Тогда придут американцы и проучат вас!
Сириус хмуро взглянул на нее, изумленный услышанным. Он переспросил у Ремуса:
- А они-то здесь при чем?
Тот только пожал плечами.
- Мне жаль, миссис Дурсль, но американцы тоже спят. Ваши муж и сын нуждаются в медицинской помощи, иначе они умрут. Мы хотим поместить вас в больницу, где о них сумеют позаботиться.
Казалось, эти слова немного убедили её - внимательно посмотрев на близких, будто пытаясь оценить на глаз их состояние и правдивость слов Ремуса, она ответила:
- Они спят. Просто спят.
- И они будут спать, пока не кончится действие заклинания, которое поразило их, - объяснил ей Ремус.
Ее глаза вспыхнули.
- Заклинание! Значит это все-таки волшебство! Я знала, что это ваших рук дело.
- Это дело рук Вольдеморта! - зарычал Сириус, и Петуния вздрогнула от неожиданности. Он успел заметить, что ей знакомо это имя. Видимо, она помнила, как зовут убийцу её сестры.
- Мы не делали этого с вашей семьей, - ответил ей Ремус спокойно, насколько это было возможно. - Напротив - пытаемся спасти как можно больше магглов. Это заклинание сна будет действовать очень долго, и если вашим родным не оказать вовремя медицинскую помощь, они быстро умрут от обезвоживания. - Сириус подумал про себя, что эти двое без проблем выжили бы благодаря своему жиру.
- Так если сон вызван одним из заклинаний, почему бы не использовать для их пробуждения другое? - озадаченно произнесла Петуния.
Но Ремус только покачал головой.
- Мы не можем. Его попросту не существует. Сонное заклинание было слишком сильным и направленным. Единственный способ прервать его действие - пробудить магическую суть спящего, но у магглов она отсутствует. Именно поэтому вы бодрствуете, а они - нет.
- Во мне нет никакого волшебства! - завопила она, испуганная таким предположением.
- Вы - сквиб, - объяснил ей Люпин. - Поэтому Гарри смог разбудить вас - он разбудил нас всех. Заклинание затронуло весь мир.
- Гарри? - Петуния недоверчиво уставилась на него. - Вечно все вертится вокруг этого дрянного ребенка! Это ужасный мальчишка! Если бы он погиб вместе со своими родителями, то ни один...
В комнате раздался звук звонкой пощечины, и слегка шокированный Сириус понял, что его всегда тихий и спокойный Ремус только что ударил хозяйку дома ладонью по лицу.
- Чтобы я никогда больше этого не слышал! - прорычал он растерявшейся женщине. Блэк смотрел, как на её щеке медленно расцветает красная метка, и боролся с желанием добавить еще и проклятие - от себя.
- Слушай меня, Петуния Дурсль, - пророкотал Сириус, выходя вперед и отвлекая её внимание от Ремуса. Та в ужасе уставилась на него. - Из-за своего отношения к племяннику ты достойна лишь презрения. Также, как твои муж и сын. Если бы мы могли выбирать, то оставили бы вас гнить в этом мертвом городе. Единственное, почему мы сейчас здесь - желание Гарри, чтобы мы помогли вам, несмотря на все то, что вы сделали ему. Надеюсь, теперь ты прекратишь разбрасываться обвинениями и оскорблениями и пойдешь наверх - собрать только самое необходимое, чтобы мы могли взять твоего жирного выродка и его гадкого папашу и доставить их в больницу.
Нижняя губа Петунии задрожала, но взгляд, все равно, был злым и вызывающим.
- Вы не имеете права так со мной разговаривать, - заявила она, хотя уже менее уверенно.
Сириус только улыбнулся.
- В настоящий момент твой единственный в мире друг - Гарри Поттер, - ответил он. - Но он сейчас не в том состоянии, чтобы защищать твою честь. Я вынужден спасать тебя ради него, но не обязан быть при этом милым и приветливым. И учитывая, что ты сумела вывести из себя оборотня до такой степени, что он поднял на тебя руку - на твоем месте я бы замолчал и отправился собирать вещи.
Петуния бросила тревожный взгляд на Ремуса, застывшего у камина. Чтобы успокоиться, он отошел в дальний угол комнаты. Глаза его недобро горели. Нервно сглотнув, женщина отправилась наверх, упаковывать имущество.
Блэк пересек комнату, как только хозяйка скрылась из вида, и обнял Люпина за талию, крепко прижав его к себе. Несколько мгновений тот был напряжен и безразличен, но потом вздохнул и расслабился, повернувшись к нему и зарываясь лицом в его густые волосы. Сириус вздрогнул, когда дыхание Ремуса коснулось кожи, так глубоко волк вдыхал его аромат.
- Ты в порядке? - тихо спросил он.
- Да, - заверил Ремус, нежно касаясь ладонью его щеки. Сириус не протестовал, когда любимый заставил его наклонить голову и поцеловал в губы. Не размыкая поцелуя, он улыбнулся и перехватил инициативу, находя особое удовольствие в том, что теперь мог делать это всякий раз, когда хотел.
Острая волна возбуждения пронзила его тело, когда объятия Ремуса стали более страстными, а поцелуи более настойчивыми. Поначалу Люпин был довольно застенчивым и робким любовником, но после той ночи, когда Блэк был призван в Стоунхендж - изменился. Друг стал более напористым и требовательным - будто постоянно нуждался в подтверждении своего права быть рядом с избранником. Сириус, у которого никогда раньше не было доминирующего любовника, осознал, что ему это начинает нравиться. Всякий раз, принимая в себя Ремуса, он чувствовал, как постепенно из души уходит Тьма. Это наполняло сердце покоем, о котором он даже не мечтал прежде.
Но сейчас для ласк было не время и не место, поэтому любимый нежно обнял его напоследок и разжал руки. Сириус лишь усмехнулся, отстранившись - улыбка друга была красноречивее всяких слов.
Ожидая возвращения Петунии, оба решили внимательно оглядеться. Блэк рассматривал фотографии на стене - все они изображали увальня, что лежал сейчас на полу. Сириус искал хоть что-то для Гарри - от него не ускользнуло, что у крестника было слишком мало личных вещей и воспоминаний. Но, сколько он не искал, не нашел ничего, что могло бы раньше принадлежать Поттеру. Его не было на семейных фотографиях, не было никаких вещей, связанных с ним. Его присутствие практически не ощущалось, словно Дурсли сделали все возможное, чтобы стереть даже малейший след пребывания мальчика в этом доме.
Ремус вышел в прихожую и остановился возле лестницы, открыв дверь в чулан. Сириус с любопытством присоединился к нему, и они вдвоем долго всматривались в темную, тесную комнатушку, где, как им было теперь известно, провел начало своей жизни Гарри. У стены все еще стояла собранная раскладушка, почти заваленная банками и бутылками с бытовой химией. Сириус заметил клочок бумаги, прикрепленный скотчем к нижней стороне одной из балок лестницы. Отлепив его, он узнал в детском рисунке человека верхом на летающем мотоцикле. Нечто, бегущее рядом, было похоже на волка или собаку.
Блэк с улыбкой показал находку Люпину, который, тоже улыбаясь, проследил пальцем линии карандаша и произнес:
- Ты думаешь, он помнил нас?
- Он точно что-то помнил. Гарри был всего год, когда его мир рухнул, но, видимо, слабая память о периоде перед жизнью с Дурслями, осталась.
- Я хотел... - Ремус вздохнул, и Сириус быстро взглянул на него, услышав сожаление в голосе. Увидев, насколько тот подавлен, он протянул руку и погладил его по пепельным волосам. Блэк знал, что любимый отчаянно желал получить опеку над малышом после гибели его родителей, но столкнулся с той же самой проблемой, что и Уизли в прошлом сентябре, когда стало известно, что министр Фадж желает усыновить Гарри. В Волшебном мире Мальчик-который-выжил был нарасхват. Ремус не имел уважаемого имени, денег и положения в обществе. Его запрос на опеку был бы и так отклонен. Но кроме этого, процедура принятия требовала соединения капель крови родителя и ребенка - а Ремус был проклят. В тот момент, когда его кровь коснулась бы документа, статус оборотня был бы раскрыт. А им не разрешалось усыновлять детей. Оставляя Гарри здесь, у Дурслей, Альбус, как мог, пытался защитить мальчика от Волшебного мира.
Но даже теперь, Ремус чувствовал свою вину за то, что не выяснил, как живется сыну друзей. Он рассказал Сириусу, что после смерти Джеймса и заключения Блэка в Азкабан, словно помешался. Столкнувшись с гибелью Поттеров, которых считал семьей, и с потерей избранника, Люпин блуждал, как в тумане, долгие годы, не в состоянии позаботиться о себе самом. И теперь, осознание, что мальчик жил все то время без любви и ласки, заставляло его ненавидеть свою слабость, лишившую возможности помочь близким.
- Ремус, - мягко прошептал Сириус, - отпусти это, любимый. Позволь прошлому уйти.
- Думаешь, это так легко? - под острым взглядом желтых глаз становилось неуютно.
- Нет, не думаю, - покачал головой Сириус. Он прекрасно знал, как трудно отпустить свое прошлое, неотступно следующее за тобой. Он вспоминал о своей вражде со Снейпом, длившейся столько лет: история, в которой тесно переплелись его собственная семья, любимый брат Регулус и недоразумение, о котором Северус, скорее всего, даже и не подозревал. Если бы он сумел отпустить это чуть раньше, сейчас многое было бы иным. Но он поздно это понял. - Это трудно и больно, но необходимо. Ты научил меня этому. Не казни себя. Гарри ни в чем тебя не обвиняет. Ты можешь видеть это всякий раз в его глазах, когда он смотрит на тебя. Он чувствует к тебе только любовь и благодарность за то, что ты есть в его жизни сейчас.
- Я и тебя оставил тоже, - напомнил ему Ремус.
Сириус только молча улыбнулся и покачал головой. Он прекрасно знал ответ - любимый, зная обо всех его промахах, тем не менее не прекращал верить в него, так преданно и чисто, что, вероятно, эта вера и давала силы выстоять, несмотря ни на что.
- Неправда. Разве когда-нибудь угасала твоя любовь ко мне?
Глаза Ремуса вспыхнули.
- Нет!
- Даже когда ты считал, что я предал тебя и Джеймса и убил всех тех людей?
- Я никогда не верил в это! - отчаянно воскликнул Ремус. И Сириус ни капли не сомневался, потому что он помнил лицо друга, когда того выгоняли из зала суда, а он протестующе кричал что-то в его защиту. Но тогда никто не собирался слушать какого-то оборотня, чей мир был разрушен.
- Знаю, - кивнул Блэк. - Ты никогда не оставлял меня. Наперекор всему миру.
- Я люблю тебя, - шепнул Ремус.
Сириус, шутливо подмигнув, изобразил очаровательнейшую улыбку и с пафосом произнес:
- Так что... смотри! В моих силах дать тебе то, в чем ты больше всего нуждаешься, и это - любовь. И пусть будет - что будет.
Ремус мягко улыбнулся в ответ.
- Напоминает одну из тех смешных романтических глупостей, которыми сыплют гриффиндорцы, - заметил он.
- Замечательный народ - эти гриффиндорцы, - усмехнулся Сириус.
Наверху громко хлопнула дверь, и мгновение спустя перед ними появилась Петуния, тащившая за собой огромный чемодан. Поскольку волшебники не собирались помогать ей, она с раздраженным видом прошествовала мимо.
- Ну, и где машина скорой помощи? - войдя вслед за ней в гостиную они услышали вопрос, заданный весьма требовательным тоном.
- Мы перемещаемся с помощью портключа, - объяснил Ремус, протягивая ей яркий разноцветный носок. Вместе с Альбусом он несколько часов создавал портключи для всех студентов, чтобы те могли спасти свои семьи, эвакуировав их в Хогвартс. - Я возьму с собой вас и вашего сына. А Сириус захватит вашего мужа. - У Блэка в руке был другой такой же носок.
- Портключ? - Петуния насупилась, покрепче сжав ручку своего чемодана. Ремус взял за руку Дадли, а потом протянул носок женщине, от выражения лица которой могло прокиснуть молоко.
- Коснитесь носка, - велел он. Та злобно зыркнула в его сторону, но сделала, как ей сказали. Через мгновение все трое исчезли.
Сириус бросил последний взгляд на жилище Дурслей. Он с трудом мог представить своего мягкосердечного крестника, растущего в такой обстановке. Яростно поглядев на Вернона он изрек:
- Ты не заслуживаешь спасения.
Вернон продолжал безмятежно спать, поэтому в ответ лишь громко всхрапнул. Вздохнув, Сириус схватил его за руку и активировал свой портключ. Они исчезли, покинув Тисовую улицу, на которой воцарилась мёртвая тишина.
Примечания автора:
Я писала эти главы гораздо дольше, чем предполагала - они оказались более трудными, чем вы можете представить. И вынуждена сообщить, что следующая глава тоже задержится - в четверг на этой неделе мой дом заполонят гости. Они пробудут у меня все пасхальные каникулы, так что мне будет не до творчества. Постараюсь вернуться к вам, как можно скорее.
Многие спрашивали меня, когда же появятся Дурсли - ну вот и они. А еще скоро снова появится Люциус, и мы узнаем, что случилось с остальными Пожирателями Смерти. И кроме того, в следующей главе я объясню, что имел в виду Сириус, говоря о давней вражде с Северусом, которая связана с Регулусом - это очень давняя история, но она многое объясняет в поведении Сириуса (в прошлом и настоящем) по отношению к Северусу.
Кстати, отвечая на многочисленные вопросы - почему Гермиона не беспокоилась о своих родителях. Она беспокоилась. В предыдущей главе она переживала о родителях (поскольку не подозревала, что они - сквибы). Я не говорила об этом прямо, но думала, что это понятно из контекста. Её желание спасти их, переросло в идею о спасении остальных магглов.
По поводу свидания Гарри и Северуса - оно назначено на вечер пятницы. А сейчас - только утро вторника. Кто знает, что произойдет за эти дни? Северус не собирается отказываться от своих планов относительно Гарри.
И еще: Многие интересовались статистикой комментариев к этой истории. Так вот - на сегодняшний день имеется более 1,9 миллионов сообщений. Спасибо всем!
Глава 77. Далекое прошлое
Если бы Сириус мог выбирать, то предпочел бы избежать сомнительной чести быть тем, кто приволок Петунию в Хогвартс. Порт-ключ переместил их прямо в больничное крыло, куда уже стали поступать спящие магглы, поэтому они тут же отправились в главную комнату, освободив место для новых прибывающих.
Под непрекращающийся аккомпанемент воплей Петунии Дурсль, вначале устроившей крик по поводу аппарации, а затем заверещавшей при виде левитируемых сына и мужа, Сириус и Ремус, по указанию хаффлпафки Сюзан Боунс, положили двоих толстяков на стоящие рядом кровати в дальней части лазарета, возле одного из высоких стрельчатых окон. Среди остальных сквибов, хранящих в себе малую толику волшебства, Петуния была самой невыносимой, и Сюзан, уставшая от ее недовольства, украдкой взглянула на Блэка и Люпина, страдальчески закатив глаза. Сириус быстро глянул на Ремуса и увидел, что тот еле сдерживается, чтобы не рассмеяться - надо иметь совершенно несносный характер, чтобы умудриться вывести из себя хаффлпафца! И то, что теперь Петуния пронзительно ругала некие старые здания, насквозь продуваемые сквозняками, тоже не добавляло ей симпатии окружающих.
Когда они с Ремусом левитировали двоих спящих Дурслей на койки, Сириус переглянулся с викингами, охраняющими дверь отдельной палаты, где лежал его крестник. В знак того, что все по-прежнему, один из северян отрицательно покачал головой. Гарри не очнулся. Сердце Сириуса пропустило удар.
- Что это за больница? - спросила Петуния, которая начала осматриваться, убедившись, что Дадли и Вернон наконец-то лежат в кроватях. Она не преминула презрительно отозваться о высоком сводчатом потолке.
Сириус нахмурился, пытаясь представить, как это место воспринимают магглы. Здесь не было электронных мониторов или другого маггловского оборудования, и длинное, узкое, заполненное койками больничное крыло освещалось лишь толстыми восковыми свечами в настенных канделябрах.
- Это больничное крыло Хогвартса, миссис Дурсль, - ответил ей Ремус. Он, видимо, уже достаточно успокоился, но Петуния по-прежнему предпочитала держаться от него подальше. Сириус задумался: была ли она так осторожна из-за пощечины, или просто боялась оборотня? И пришел к выводу, что первое намного более вероятно.
- И здесь вы намереваетесь держать моих Дадлика и Вернона?! - возмущённо воскликнула вздорная тетка. - Я требую надлежащего отношения! Нам обязаны предоставить отдельную палату!
- Обеспечить должный уход проще, когда все пациенты находятся в одном месте, - объяснил Люпин.
- Но у вас ведь здесь нет никакого оборудования, - возразила она. - Только кровати!
- Это единственное, что им сейчас необходимо, - заверил её Ремус, и не успел он договорить, как в палату вошли мадам Помфри с Анной Грейнджер. На каждого из многочисленных пациентов было наложено следящее заклинание, чтобы контролировать их жизненные показатели. Поппи объяснила, что катетеры и питательные трубки будут вставлены позже - представив это, Сириус вздрогнул. Но он понимал, что привычные магические способы поддержания жизнедеятельности невозможно применять одновременно на таком количестве больных. Силы колдомедика при таком напряжении очень быстро иссякнут.
- А что будет со мной? - спросила Петуния, когда с Дадли и Верноном всё было улажено. - Где мне жить?
- Для сквибов мы создали дополнительные общие спальни в Хаффлпафе, - ответила ей Сюзан. - Мы подумали, что там вам всем будет более комфортно, чем в общежитиях других факультетов.
- Общие спальни! - воскликнула Петуния с презрительной усмешкой. - Я не собираюсь жить в общей спальне.
Раздражённый Сириус впился в неё взглядом.
- Мы с Ремусом будем счастливы пригласить тебя к нам, - предложил он. - Думаю, у нас найдётся чулан, где ты сможешь спать - правда, Ремус?
- Да, - немедленно согласился тот. - Под лестницей, если я правильно помню. Я уверен, что вам там будет очень удобно.
Петуния побледнела и замолкла. Блэк ухмыльнулся.
- Не хочешь? - спросил он.
- Вы дождетесь, что я позвоню своему адвокату, - предупредила уязвленная женщина.
- Звони, - усмехнулся волшебник. - Уверен, что где-то здесь есть телефон.
Через полчаса миссис Дурсль была устроена в общей спальне в Хаффлпафе. Всю дорогу она громко возмущалась. Хотя под конец движущиеся лестницы, говорящие портреты и множество привидений, проплывающих мимо, заставили её замолчать. А когда Толстый Монах поприветствовал её от имени всего факультета, она побледнела и выглядела так, словно вот-вот хлопнется в обморок. Сириус и Ремус оставили её сидящей на кровати в обществе других женщин-сквибов в комнате на первом этаже. Сириус очень удивился, заметив, что среди них Петуния неожиданно притихла, что было на нее абсолютно не похоже.
- Напомни мне подговорить первокурсников, чтобы они практиковали свои заклинания на этой стерве, - проворчал он Люпину по дороге в главную часть замка.
- Забудь о первокурсниках, давай лучше подкинем эту идею выпускникам, - предложил тот. Оба ухмыльнулись. - Представляю, во что превратится жизнь Дурслей, если окружающие узнают, как они третировали Гарри все эти годы. Уверен, что люди Уинтерленда сочтут это личным оскорблением.
- И не только они, - согласился Сириус. Несмотря на то, что недавно их с другом признали добропорядочными гражданами Волшебного мира, в душе они оставались мародёрами. Это было неизменным.
- Я загляну к Дамблдору, а ты - навести Гарри, - предложил Ремус. - И удостоверься, что Северус хоть немного поспал.
Сириус согласно кивнул, и они разошлись в разные стороны.
Вернувшись в больничное крыло, он остановился, глядя на мадам Помфри. Та металась по палате, хлопоча над своими пациентами, которых с каждой минутой становилось все больше и больше. Вскоре свободные места закончились, и вновь поступающих магглов стали распределять по временным лазаретам, спешно оборудованным во всех частях замка.
Тем не менее, Поппи уделила ему минуту, пригласив в свой кабинет. Едва они зашли, колдомедик плотно закрыла дверь, чтобы их разговор не услышали. Её взгляд не предвещал ничего хорошего.
- Ему стало хуже? - спросил Сириус, почувствовав, как страх кольнул сердце. Он не переживёт, если с Гарри что-нибудь случится.
- Пожалуй, нет, - ответила мадам Помфри. - Когда вы ушли, я пригласила нескольких коллег, чтобы они тоже осмотрели его. Мы уверены, что мозг всё ещё функционирует - но сознание отсутствует.
- Что это, чёрт возьми, значит? - в ужасе спросил Сириус. То, что сказала Поппи, пугало.
- Мы думаем, это - своего рода сноходство или выход в астрал. Похоже, он направил куда-то свой разум; поэтому его мозговые волны такие странные. И, к сожалению, где бы мальчик ни был, он, кажется, страдает - как будто переживает кошмары. Это изменяет состав крови, в частности, вызывая повышение уровня адреналина. И пока у нас нет способа разбудить Гарри, нам приходиться фильтровать его кровь - даже за короткий промежуток времени биохимические изменения могут достичь опасного уровня.
У Сириуса всё это просто не укладывалось в голове. Он очень мало знал о сноходстве, хотя у него был один дальний родственник - крупный специалист в данном вопросе, частенько терзавший своих врагов ночными кошмарами.
- Я знаю, что находясь в астрале, ты остаёшься привязан к своему волшебному ядру, - заявил Сириус, лихорадочно отыскивая в памяти всё, что он когда-либо слышал об этом. Последний раз он что-то читал по этой теме лет двадцать назад. - Сохраняя с ним магическую связь, можно вернуться в тело, словно с помощью путеводной нити. Если это действительно так, почему же он до сих пор не возвратился?
Мадам Помфри беспомощно покачала головой.
- У нас дюжина различных теорий на этот счет. Возможно, каковы бы ни были его намерения - он ещё не сделал все, что хотел, и поэтому пока ещё не пытался вернуться назад, - объяснила она.
- Вы думаете, это наиболее вероятно? - с надеждой спросил Сириус. Гарри возвратится так скоро, как сможет, когда разберётся с… хорошо, он понятия не имел, что затеял крестник, но надеялся, что скоро это закончится.
Но, к сожалению, колдомедик покачала головой.
- Мы думаем, что намного более вероятно то, что он просто не может найти путь назад, потому что заблудился. Мы не уверены, что он всё ещё связан со своим магическим ядром - его сила иссякла, когда Гарри бросил контрзаклинание. А затем, как мы полагаем, он покинул тело, в поисках другого источника Силы - достаточного для выполнения того, что ему надо сделать. Альбус считает, что у мальчика есть способность видеть то, что недоступно остальным - энергетические каналы, которые другие люди не могут воспринимать или использовать. Мы думаем, именно поэтому магическая печать Гарри стала такой странной - он отделился от своего волшебного ядра, устремившись к тому, которым обладает сама Земля. Мы полагаем, что он потерялся в нём, растворился в глубинах планеты.
Сириус недоверчиво уставился на неё. Трудно было поверить в то, что мальчик смог проделать такое - в то, что такое вообще реально. Но с другой стороны, они ведь говорили о Гарри. А тот постоянно совершал невозможное. Но мысль, что на сей раз невыполнимая задача, с которой он снова справился, может стать для него последней - была невыносима.
- Но должен же быть способ помочь ему - позвать его! - настаивал Сириус. - Показать ему путь назад!
- Мы думаем над этим, - заверила Поппи. Она указала на свой стол, заваленный книгами. - Я собираюсь изучить всё, что есть по этому вопросу в библиотеке Хогвартса, а, кроме того, с нами сотрудничают лучшие специалисты госпиталя Св. Мунго. К сожалению, в нашем случае самый очевидный способ не сработает, поэтому приходится искать альтернативные средства.
Очевидный способ… Сириус в недоумении нахмурился, пока смысл этих слов, наконец, не дошёл до него. Он тут же побледнел, ощутив леденящий ужас. О, Боже… очевидный способ.
- Северус знает? - спросил Блэк, ощущая грызущую пустоту внутри.
Поппи кивнула.
- Он не отходит от Гарри. Даже представить себе не могу, что он чувствует сейчас. Единственное, о чем он мечтает, чтобы с мальчиком было всё хорошо.
Срочно желая увидеть крестника, Сириус поблагодарил ведьму и вернулся в больничное крыло. Викинги, охранявшие вход в палату Гарри, поприветствовали его; двое подружились с Блэком, когда тот жил в Уинтерленде. Один из них поспешил открыть перед ним дверь, выражая этим свое уважение. Войдя, Сириус застыл от увиденного.
Мальчик безжизненно вытянулся на больничной постели, его неестественная бледность соперничала с цветом белоснежных простыней. На его левой руке было надето нечто, смахивающее на ярко-красную перчатку. Маг был достаточно знаком с причудливыми медицинскими устройствами волшебного мира, чтобы понять, что это - устройство фильтрации крови. Через пальцы перчатки кровь Гарри фильтровалась и очищалась, прежде чем снова вернуться в его тело. Вид этого устройства снова напомнил Сириусу насколько опасно состояние крестника - химические изменения в организме могли бы убить его.
Сидящий у постели Поттера Северус Снейп выглядел совершенно измученным. Он держал супруга за руку, нежно поглаживая её длинными, изящными пальцами, и пристально вглядывался в его бледное лицо. Когда Блэк вошел, зельевар даже не шелохнулся.
Сириуса захлестнуло запоздалое чувство вины. Он стоял, не в силах пошевелиться или заговорить, вспоминая всё, что случилось между ними в далеком прошлом. Маг перевел взгляд на любимого крестника, терзаясь стыдом, виной, гневом, яростью. Очевидное решение… Насколько он сам виноват в том, что случилось с Гарри? И сколько еще глупостей успел натворить к этому моменту?
Он снова посмотрел на Северуса - приходило ли тому в голову обвинять в произошедшем его, Блэка? Но решил, что вряд ли - слизеринцы никогда не понимали гриффиндорцев. Они понятия не имели, какими лживыми те могут быть, если захотят - или насколько мстительными. Теперь, вероятно, станут понимать лучше - особенно после того, как Чарли перехитрил Малфоев. И это был их самый большой недостаток - они всегда недооценивали гриффиндорцев.
«А ты всегда демонизируешь слизеринцев», - сказал он себе, зная, что это правда. Он верил, что те неспособны на такие искренние чувства как любовь, дружба, верность, храбрость. И всё же за последние несколько недель увидел достаточно доказательств, что эти качества у них есть. Он понял, что Северус любит Гарри. Весь его облик говорил об этом. Чёрт, он ведь заметил, что Северус любит Гарри ещё много месяцев назад, когда вместе с ним и Ремусом плыл на лодке в Уинтерленд. Той ночью Снейп сжимал в руке плащ мальчика так же, как сейчас держал его руку. Отчаянно. Желая хоть немного стать ближе к нему. Сириус почувствовал, как глаза горят от слез, проливать которые он просто не смеет. Это было несправедливо.
- Поппи говорит, что у него кошмары, - Блэк вздрогнул от неожиданности, поняв, что мастер зелий знает о его присутствии. Он тихо подошёл к стулу, стоящему напротив кровати, и молча сел. Волшебник продолжал, вглядываясь в лицо мужа, - Сказала, что где бы он не находился - он испуган, ему больно, - голос Северуса звучал ровно, и ещё несколько недель назад Сириус ошибочно принял бы это за равнодушие. Теперь он знал зельевара лучше. Мысль, что любимый страдает, убивала его. - Я же обещал спасать его от кошмаров. Я обещал. Я пытался пробиться к нему, - произнес Снейп. - Легилименцией… но его разум пуст. Там не к кому обратиться. Он не может услышать меня. Не может почувствовать меня.
Острый шип боли пронзил Блэка. Конечно, Гарри не мог почувствовать супруга. Ведь у них не было близости, как, например, у него с Ремусом. Эта связь позволяла чувствовать магию друг друга на каком угодно расстоянии. А его крестник - не мог. Мальчик был один. В свои шестнадцать он и должен быть один, самостоятельно распоряжаясь своей жизнью. Должен быть свободен, принимать собственные решения, любить того, кого хочется, и жениться на том, кого выбрал, и когда будет к этому готов. Оказаться втянутым в нежеланный брак, лишь затем, чтобы спастись от своры мерзавцев и интриганов - это было противоестественно.
Прежде Сириус воспринимал случившееся именно так - предубежденно - и теперь пожинает плоды своей предвзятости. Северус Снейп любил Гарри, а тот не мог услышать его. Блэк крепко зажмурился, коснувшись магии Ремуса, чтобы немножко успокоиться. И осознал, насколько же одиноким должен сейчас чувствовать себя Северус.
- Почему ты никогда не рассказывал мне, что случилось с моим братом? - спросил он. Сказал просто, чтобы не молчать - Регулус волновал его сейчас меньше всего. Просто в этот момент им нужно было просто поговорить на какую-то отвлеченную тему. И кроме того, Снейп имел право узнать, почему их отношения были настолько напряжёнными все эти годы.
Северус поднял взгляд и в замешательстве уставился на собеседника.
- Что?
- Регулус, - повторил Сириус. - Почему ты никогда не рассказывал мне, что с ним случилось на самом деле? Я действительно не могу понять этого. Тем более, ты ведь так меня ненавидел.
- Откуда ты…? - Северус резко замолк, побледнев и изменившись в лице.
Блэк понял, о чём тот собирался его спросить.
- Нарцисса, - объяснил он. - Сразу после того, как Гарри очистил моё имя, я получил от неё письмо. Она всегда была мстительной сукой. Зная, что я изменю свои Заветы, чтобы жениться на Ремусе, кузина рассказала мне о… тролле, - его голос на мгновение дрогнул - у него было целых две недели, чтобы осмыслить правду, но от этой мысли начинало мутить. - Она хотела провести параллель между его историей и нашей связью с Ремусом, - он никогда не простит Нарциссу за то, что она сравнила его красивого, нежного возлюбленного с троллем.
Северус моргнул, а затем отвёл взгляд, словно не в силах найти слова для ответа. Сириус не обвинял его - что тут можно было сказать? «Мне жаль, что твой брат умер, затраханный троллем…» - не совсем подходящая фраза.
- Я помню, что Альбус рассказал мне о его смерти, - продолжил он, вспоминая о тех тёмных днях, как раз перед убийством Джеймса и Лили. - Дамблдор сказал, что его шпион среди Пожирателей сообщил ему, что Регулус пытался уйти от Тёмного Лорда - что он хотел присоединиться к светлой стороне. Но Вольдеморт узнал об этом и убил его. В то время я не знал, что связной, шпион - это ты, и поверил в эту историю. Я надеялся, что брат искупил свои грехи - что он пытался освободиться.
Блэк покачал головой, удивляясь собственной глупости - даже после всего, что видел, он всё ещё продолжал думать, что однажды Регулус изменится.
- Почему ты солгал? Почему не сказал правду даже Альбусу? - этого Сириус действительно не понимал. Снейп тогда яростно ненавидел его - и всё же, по какой-то необъяснимой причине, не использовал возможность насыпать соль на старую рану - хотя бы опосредованно.
- Он умер, - просто сказал Северус. - Знание правды не изменилось бы этого.
Блэк ждал не совсем такого ответа, но даже этого было достаточно - его вновь обжег стыд.
- Ты берёг мои чувства, - заявил Сириус таким тоном, словно провозгласил неоспоримую истину. Для него оно, возможно, так и было.
Снейп снова отвёл взгляд.
- У меня самого трое братьев, - напомнил он.
- Я обвинял тебя в его смерти.
Северус пораженно уставился на него.
- Что?
Сириус смотрел на него, думая обо всех годах жестокости и ненависти, которые стояли между ними. И знал, что обязан объясниться, потому что теперь видел, что Снейп ничем не заслужил подобного отношения.
- Ты знал, что Регулус увлекался половыми стимуляторами? - спросил он. Тот, похоже, ни о чем не догадывался, поскольку изумленно взглянул на него. Блэк удрученно покачал головой, мысленно коря себя за свою тупость. Все эти годы Северус даже ничего не знал.
- Зачем Регулусу Блэку понадобились стимуляторы? - спросил зельевар.
Действительно, зачем? Регулус был красив. Последнее, в чём он нуждался, так это в магической красоте, даруемой этими зельями. Их обычно принимали лишь доведённые до отчаянья. Побочные эффекты были слишком серьёзны для волшебников и ведьм среднего уровня магии, чтобы так рисковать. Даже самые безвредные вызывали зависимость, а те, что принимал Регулус, были ещё опаснее. Ирония в том, что на самом деле он никогда в них не нуждался.
- Они были необходимы Белле, - ответил Сириус. Она тоже не была уродлива - то поколение Блэков родилось красивым. Но Беллатрикс была поражена семейным безумием. В ней соединились громадное тщеславие и ревность - благоприятная почва для развития наркотической зависимости. - Она была влюблена в Люциуса Малфоя. Но тот смотрел только на Нарциссу. То, что Нарси игнорировала его, лишь подстегивало желание того, кто не привык к отказам. И тем больше хотела его Белла. Она начала использовать стимуляторы, чтобы привлечь его внимание - но это никак ей не помогло.
Сириус нахмурился от воспоминаний. Северус должен услышать это - даже несмотря на то, что попутно ему откроется много грязных секретов семьи Блэков. Но какое значение они имеют теперь? Беллатрикс - одержимая желанием убивать психопатка, а Регулус умер.
- Летом, перед нашим шестым курсом, моя мать услышала, что поведение Беллы… несколько выходит за рамки приличий. Так как наша семья в то время вела переговоры с Рудольфом Лейстренджем о его браке с нею, мать решила, что будет лучше изолировать её от общества - подальше от мужчин. Она отправила Беллу и нас в одно уединенное поместье, чтобы родители кузины присматривали за нами. Ты когда-нибудь встречал моего дядю Цигнуса и тётю Друэллу?
Северус в ответ покачал головой. Он знал, что эти супруги состоят на службе у Вольдеморта, но никогда не общался с ними лично.
- Дядя Цигнус был… типичным Блэком, а тётя Друэлла была даже хуже. Она сделала так, что облик Беллатрикс стал милым и нежным, - рассказывал Сириус. Северус изумлённо распахнул глаза. Сделать так, чтобы Белла выглядела хорошо, было настоящим подвигом. - Мы, дети, чувствовали себя, как в ловушке - обреченные всё лето провести в старом разваливающимся замке. Дядя Цигнус и тётя Друэлла избегали нас. Нарцисса и Андромеда заперлись в своих комнатах и занимались лишь собой. Я бесился от того, что не смогу провести лето с Джеймсом. А Белла осталась в компании с Регом - ему было двенадцать. Ты знаешь главные побочные эффекты стимуляторов?
Северус недоверчиво уставился на него.
- Только не это!
- Кузина принимала довольно сильное зелье. И её терзал такой ненасытный сексуальный голод, что через несколько дней она впала в отчаяние. Сначала пыталась приставать ко мне, но я сразу посылал её. И Белла больше ко мне не совалась. Все, что ей оставалось - подсадить Регулуса на эту отраву, чтобы он согласился ублажить её. После этого братишка попросту обезумел - ему уже было всё равно с кем, - Сириус содрогнулся от воспоминаний. - Как-то вечером я зашел в её комнату без стука и все увидел своими глазами. Конечно, к тому времени одного двенадцатилетнего Регулуса Белле было мало, поэтому она как-то убедила дядю Цигнуса присоединиться к ним. Я вломился, когда они были втроём. Когда я увидел, что Белла и Цигнус вытворяют с Регом, у меня чуть не поехала крыша. Я пригрозил, что пойду прямо к тёте Друэлле - они перепугались. Не знаю, что она сделала бы с Беллатрикс, но Цигнуса точно бы запытала, порвав на куски за такое.
- И что было дальше? - невольно поинтересовался Северус.
Сириус пожал плечами.
- Белла остановила меня. Боюсь, именно тогда ты и появился в этой тошнотворной истории.
- Я? - мастер зелий был абсолютно сбит с толку. По его реакции было очевидно, что он ни о чем не догадывается. Сириус, мысленно в очередной раз пнув себя за прежнюю глупость и упертость, ответил:
- Белла рассказала мне о стимуляторах - что она и Регулус подсели на них, и не могут сопротивляться. Затем она призналась мне, где берёт эту гадость. Что их готовит и распространяет лучший слизеринский спец по зельям. Кузина убедила меня, что всё это - твоя вина. Ты и раньше не нравился мне, но, после её слов, я люто возненавидел тебя. Впервые в своей жизни я соответствовал фамилии Блэк - я сходил с ума от ненависти к тебе.
Северус ошеломленно смотрел на него.
- Поэтому ты попытался убить меня в том году, послав в Визжащую Хижину!
Сириус горько рассмеялся.
- Да я пытался убить тебя в том году раз десять. Случай в Визжащей Хижине, стал последней и самой удачной в длинной череде моих попыток.
- Что? - похоже, зельевар вспоминал тот год, пытаясь понять, какие ещё попытки мог предпринимать Блэк.
- Ты когда-нибудь задумывался, почему мои друзья так быстро простили меня за то, что я сделал? - спросил его Сириус. Снейп, в свое время, действительно думал об этом. - Если бы у меня получилось, то заплатил бы за всё Ремус. Ведь я предал его тайну. Его бы подвергли эвтаназии, если бы не Дамблдор. И всё же он и Джеймс простили мне всё почти сразу.
- Я предполагал, что они ненавидели меня так же сильно, - ответил Северус.
Но Блэк покачал головой.
- Для них это была всего лишь обычная детская выходка. Позже, тем летом, я сбежал из дома и отправился жить к Джеймсу. Джеймс и Ремус - оба знали, что со мной что-то не так. Когда я сказал, что тогда буквально сходил с ума - я именно это и подразумевал ведь, проведя столько лет в Азкабане, знаю, что это такое. Я пытался убить тебя снова и снова в том году - мои планы становились всё более сложными и всё более сумасшедшими. Джеймс и Ремус весь год преследовали меня и останавливали, мешая каждой попытке. Они боялись идти к Дамблдору за помощью, потому что думали, что меня тогда исключат. Когда та последняя моя попытка почти удалась - я вдруг понял, что чуть было не погубил друга. Этого было достаточно, чтобы вернуть мои мозги на место. Поттер и Люпин были так рады, что я наконец-то пришёл в себя, что даже оба простили меня за то, что я сделал. Я всё ещё ненавидел тебя, но также начал понимать, что Белла и Рег могли сказать «нет».
- Так поэтому ты ненавидел меня? - спросил Северус, ошеломлённый подобными новостями.
Сириус кивнул.
- И когда умер Регулус, я убедил себя, что это ты убил его. Я представил, что он, наконец, начал противостоять тебе, попытавшись уйти от Тёмного Лорда и бросить мерзкую отраву. И ты убил его за это.
- Понятно, - зельевар откинулся на спинку своего стула. - И что ты сейчас думаешь обо мне? Неудивительно, что ты был в ярости, когда я женился на Гарри.
«Неудивительно», - молча согласился Сириус - даже при том, что к тому времени Ремус и Альбус неоднократно пытались убедить его, что он был неправ насчёт Северуса. На самом деле он никогда не верил, что Регулус ушёл от Вольдеморта из-за Снейпа. Письмо Нарциссы очень многое прояснило для него - особенно собственное неумение разбираться в людях.
- Зачем ты мне сейчас говоришь всё это? - спросил Северус. Он выглядел теперь ещё бледнее, чем когда началась беседа, как будто слова Сириуса погасили в нем последнюю искру жизни.
- Потому что я виноват, - просто ответил тот. - Потому что знаю, что был неправ, - было так странно признаться в этом после всех этих лет.
Снейп покачал головой.
- Успокойся. Это далекое прошлое. Оно уже не имеет значения.
Блэк решительно не мог с этим согласиться. Недавно случилось много такого, что заставило его думать иначе - он не мог не помнить того, каким потрясенным и признательным был взгляд Северуса, когда извечный враг согласился быть его секундантом во время поединков в министерстве Магии.
- Нет, это прошлое не такое уж и далекое, - произнес бывший гриффиндорец. - Оно всё ещё влияет на нас. И теперь - касается Гарри.
Северус резко вскинул голову и пристально уставился на собеседника, сузив глаза.
- Что ты имеешь в виду?
Сириус неловко сглотнул.
- Я мешал вам наладить отношения, - признался он. - Не явно, просто слово тут, слово там, мимоходом отпущенная шутка... этого было достаточно для Гарри, чтобы понять, что ты не нравишься мне, что ваши отношения должны быть чисто платоническими, а всё что серьёзнее - неправильно.
Что-то тяжёлое и болезненное блеснуло в глазах Северуса. Он сидел, застыв, не произнося ни слова в ответ.
Сириус внимательно посмотрел на Гарри, как тот совершенно неподвижно лежит на кровати. И почувствовал, как тёплая слеза скользнула по его щеке.
- Зная, что ты любишь его, - сказал он онемевшему зельевару, - я не могу не думать, что, если бы тогда молчал, ты, возможно, смог бы разбудить его прямо сейчас, - «Очевидное решение», как сказала Поппи. - Если бы вы были связаны, то носили бы в себе магическую печать друг друга. Тогда он смог бы услышать, почувствовать тебя, где бы ни был, - Сириус уже не мог сдержать слез. Поппи утверждала, что Гарри страдает, пойманный где-то в ловушку, один в темноте, заблудившись в своих кошмарах.
Внезапно в тишине раздался радостный возглас, и, изумленно приподняв брови, он взглянул на Северуса сквозь слезы.
- Блэк, ты - гений!
Не понимая причины его ликования, тот пытался сообразить, что сказал такого важного. Он ошарашено наблюдал, как Снейп вскочил на ноги и начал возиться с чем-то, висящим на шее.
- Что? - недоумение не исчезало. - Что ты имеешь в виду? Ты же не связан с ним… правда?
- Нет, - покачал головой Северус, а затем снял с шеи цепочку. На ней висел изумрудно-зелёный камень, пронизанный красными прожилками. - Я об этом! - Он торжествующе потряс зажатым в руке кулоном.
Сириус достаточно быстро узнал размер и форму камня - такие были у всех выпускников Хогвартса. Он сам сделал похожий, когда учился на шестом курсе.
- Сердечный Камень? - озадаченно протянул он. - Но Сердечные Камни бесполезны!
- Не все, - взволнованно вспыхнув, ответил Северус. - Гарри создал такой, которому нет равных по силе! Если он не сможет разбудить его, то ничего не сможет! Оставайся с ним. Я должен сходить за Дамблдором и Помфри.
Блэк ошеломленно проводил взглядом Снейпа, спешащего к выходу с такой энергией, словно только что нашёл новую цель в жизни. В совершенной прострации Сириус снова повернулся к неподвижно лежащему крестнику.
- Зелёно-красный Сердечный Камень? Этим ты пытаешься мне что-то сказать о гриффиндорцах и слизеринцах? - он улыбнулся и стёр слёзы со своих щёк, а затем склонился и поцеловал Гарри в лоб.
- Я всё ещё считаю, что у тебя не должно быть секса, пока тебе не исполнится двадцать пять, - сказал он мальчику. - Но если он, и правда, сможет разбудить тебя, я буду держать рот на замке. Полагаю, он не такой уж и плохой… для слизеринца.
Комментарии автора:
Так, мне удалось пережить приезд моей семьи - и теперь, надеюсь, я смогу вернуться к своей истории. Я не знаю, успею ли я написать новую главу за неделю, но изо всех сил постараюсь. К сожалению, моя нагрузка на работе недавно сильно увеличилась, и в последнее время я ужасно устаю.
Благодарю всех, кто рассказал мне, что я была номинирована на литературную премию Quills to Parchment - я бы и не знала, если бы не ваши комментарии!
Читатели предлагали множество решений для спасения магглов - самым часто встречающимся было предложение использовать Напиток Живой Смерти - и это великолепная идея. Проблема в том, что зелье (судя по рецепту) состоит из магических компонентов - не представляю, как сделать его в таком огромном количестве, к тому же это очень дорого. Как и с Многосущным зельем, понадобится много времени, чтобы сварить его - это одно из самых сложных и трудоемких зелий, вряд ли оно подойдет.
Что касается этой главы - понимаю, что в ней было мало действий, но я уже давно хотела написать эту сцену разговора между Сириусом и Северусом (и намекнуть, что Северус носил на шее Сердечный Камень всё время!). Предполагалось, что эта сцена будет отражением разговора в 12-ой главе «Обвинения». Надеюсь, это также объяснит, почему Сириус вёл себя в последние дни совершенно по-другому - он наконец-то освободился от своей беспричинной (и необоснованной) ненависти. (И действительно - должна была быть серьёзная причина для такого поведения Регулуса!)
ТЕЛЕГРАМКанал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
Бот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Детективы и триллеры, все новинки
Детективы
Фантастика и фэнтези, все новинки
Фантастика
Отборные классические книги
Классика
ВКОНТАКТЕБиблиотека с любовными романами, которая наверняка придётся по вкусу женской части аудитории
Любовные романы
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2
книги