The marriage stone

Но оба мужчины удивили его, одновременно подавшись вперед и схватив его за руку, сжимая ее в крепком тройном рукопожатии.

- Гарри, это имеет значение, - сказал ему Сириус. - И это не глупо. И мы хотим позаботиться о тебе.

- Гарри, - добавил Ремус. - Мы не можем изменить того, что уже случилось. Мы не можем вернуться назад в прошлое и все исправить. Мы бы сделали это, если бы могли. Но если ты хочешь поговорить об этом, или если мы… мы нужны тебе, мы здесь для тебя.

Его слова были мягкими и успокаивающими, и от взгляда Сириуса что-то внутри Гарри сжалось, нечто, и было больно, но в то же время хорошо.

- Спасибо, - тихо сказал он им, неожиданно почувствовав смущение от такого внимания, не зная, какие слова найти, чтобы выразить свои чувства.

Похоже, мужчины поняли его и улыбнулись, снова сжимая его руку и, наконец, отпустив.

- И Гарри, - добавил Сириус. - Если кто-то попытается обидеть тебя снова, скажи мне, обещаю: я покусаю его, кто бы он ни был.

Гарри изогнул губы в грустной улыбке, догадываясь, кого Сириус имел в виду, хотя на этот раз мужчина по крайней мере пытался быть вежливым.

- Я знаю, что ты не любишь его, но Снейп нормально ко мне относится.

Ремус спокойно воспринял это высказывание - он уже говорил с Гарри. Сириус, однако, упрямо закусил губу.

- Ну, ему лучше быть таким и впредь, - проворчал он. - Или… - Он остановил угрозу повисшей в воздухе.

Неожиданно почувствовав в себе всплеск озорства и желая поднять всем настроение, Гарри проказливо улыбнулся крестному.

- Знаешь, Мягколап, Луни говорит, что женитьба - это не для тебя.

Ремус закатил глаза в жесте, который Гарри понял как смущенное изумление.

Сириус, с другой стороны, выглядел искренне удивленным.

- Правда? - он недоверчиво посмотрел на Ремуса. - Думаю, я никогда всерьез не задумывался об этом, когда был моложе, но я не имею ничего против этого. Осесть - это звучит достаточно неплохо.

Теперь настала очередь Ремуса выглядеть изумленным. Он с недоверием посмотрел на друга.

- Ты? Осесть? - По тону его голоса было кристально ясно, что он считает эту идею нелепой. - Твое «осесть» означает встречаться с одним и тем же человеком немногим дольше недели. - Ремус повернулся к Гарри и заговорщицки прошептал:

- Твой отец говорил, что Сириус считает, что встречаться с человеком - это похоже на квиддич. Как только ты поймал снитч, игра закончена и пора начинать новый матч.

Гарри позволил себе шокированный смешок, не веря в то, что только что услышал, как Ремус Люпин позволил себе сделать достаточно недвусмысленный намек сексуального подтекста прямо перед ним.

- Луни! - воскликнул Сириус, не веря своим ушам. - Перестань рассказывать Гарри такие вещи! Он слишком молод для…

Гарри прервал его взрывом хохота.

- Я не так юн, Мягколап, - улыбнулся он. - И поверь, я уже слышал все возможные шутки о ловле снитчей и полировании метел.

- Полировании метел! - пробормотал Сириус, и его лицо начало краснеть. - И, кроме того, это неправда. Я был не так уж плох. И то, что раньше я много с кем встречался, ничего не значит. Я был молод. Люди меняются. - Он странно посмотрел на Ремуса, и Гарри почувствовал, как между двумя мужчинами возникло странное напряжение. - Я теперь не такой, - добавил Сириус, наблюдая за Ремусом.

Но оборотень лишь недоверчиво усмехнулся.

- Я поверю в это, когда увижу собственными глазами, - сказал он с легкой улыбкой, но Гарри показалось, что он был не так уж не заинтересован, как пытался это показать.

- Луни, - начал Сириус, только чтобы его снова оборвали. Ремус резко поднялся на ноги.

- Почему бы тебе не поужинать? Я принесу тебе еду, Гарри, - предложил Ремус. - Ты пропустил ланч. Ты, должно быть, голоден.

Не дожидаясь ответа, он вышел из комнаты в поисках обещанной еды. Сириус посмотрел ему вслед со странным выражением лица.

- Что бы это все значило, хотел бы я знать? - наконец спросил его крестный, на его лице читалось искреннее недоумение.

Гарри ответил прямо.

- Возможно, потому что любовные отношения между людьми ему чужды.

С мгновение Сириус думал над его словами, и затем недовольно кивнул.

- Думаю, он немного стеснителен. Если задуматься, я не помню, чтобы он когда-то с кем-то встречался, когда мы учились в школе.

Глаза Гарри расширились, удивляясь, почему бы это могло удивить Сириуса.

- Конечно нет, - рассмеялся он. - Ремус - оборотень.

- Нет ничего плохого в том, чтобы быть оборотнем, - сказал Сириус в его защиту. - Многие люди были бы счастливы встречаться с Ремусом.

- Конечно, нет ничего плохого в том, чтобы быть оборотнем, - согласился Гарри, размышляя над тем, что возможно ли, что Сириус не понимал всей ситуации в целом. - Но не в этом дело, не так ли? У оборотней есть лишь один шанс.

Сириус непонимающе нахмурился.

- Один шанс в чем?

- В выборе партнера. В любви.

- О чем ты говоришь?

Гарри недоверчиво уставился на своего крестного. Этот человек правда не знал? Он не мог в это поверить.

- Оборотни выбирают партнера на всю жизнь. Возможно, Гермиона может лучше объяснить тебе это. Я никогда не понимал теории, стоящей за этим. Что-то связанное с запахами, метками, звериными инстинктами и магическим резонансом. Но у них есть лишь одна попытка - и потом все. Они связываются узами, или женятся, называй как угодно.

Сириус выглядел совершенно ошарашенным, даже потерял дар речи от откровений Гарри. Он сполз обратно в кресло с выражением глубочайшего удивления на лице.

- Как ты мог столько времени провести с оборотнем и не знать этого? - спросил Гарри с любопытством.

Сириус лишь покачал головой.

- Мы никогда не говорили об этом. Я никогда об этом не думал, - робко признался он. - Мне никогда не приходило это в голову. Откуда ты так много знаешь об оборотнях?

- Снейп заставил нас написать сочинение о них на третьем курсе. Гермионино было очень подробным, - он внимательно посмотрел на лицо Сириуса, замечая задумчивую искорку в глаза мужчины. - Тебе, возможно, следует прочитать его, если ты намереваешься влюбиться в оборотня.

Эти слова вернули к Гарри внимание Сириуса, и он шокированно моргнул.

- Влюбиться, - пробормотал он, но протест умер на его губах, так толком и не родившись, и Гарри улыбнулся ему.

- Как ты узнал? - спросил он.

Гарри пожал плечами.

- Это вроде как написано на твоем лице каждый раз, когда ты на него смотришь.

- Это тебя беспокоит?

Гарри покачал головой.

- Нет, - успокоил его он. - Мне нравится идея о том, чтобы вы были друг у друга.

- Ну, вообще-то Ремус не мой, - несколько уныло признался Сириус. - Я пытался поднять эту тему, намекал на это, но он отметает все мои шаги раньше, чем я смог бы подступиться. Похоже, он не заинтересован.

Гарри подумал об этом, вспоминая то, что Ремус сказал несколькими минутами раньше о Мягколапе, о том, что у него есть он, но он не знает, что с ним делать.

- Нет, я не думаю, что он заинтересован, - согласился Гарри. - По крайней мере, до тех пор, пока он не будет уверен, что ты настроен серьезно.

Несмотря на ситуацию, Сириус не удержался от шутки.

- Я всегда СЕРЬЕЗЕН.

Гарри закатил глаза.

- Думаешь, все так, как ты сказал? - спросил его Сириус, и внезапно надежда с новой силой загорелась в его глазах. - Думаешь, у меня есть шанс, с ним?

- Он не покинет тебя, - сказал ему Гарри, веря в это всем сердцем. - И, что бы ни случилось, не думаю, что он покинет тебя. Если у кого-то в этом мире есть шанс, то это ты.

- Так все, что мне нужно сделать - это убедить его в том, что я стою того, чтобы рискнуть, - решил Сириус, и его губы тронула озорная улыбка. - Я могу сделать это.

- Не то, чтобы я много знал о любви, - сказал ему Гарри. - Это, возможно, будет не так просто, как звучит. Удачи! - Он достаточно долго наблюдал за Роном и Гермионой, за их отношениями, чтобы понять, что в любви нет ничего простого, каким бы простым это ни казалось. Он не думал, что ему когда-нибудь придется волноваться по этому поводу - в конце концов, жизнь вряд ли предоставит ему шанс влюбиться. Даже если предположить, что он проживет достаточно долго, чтобы задуматься о таких вещах.

- Вызов! - хохотнул Сириус. - Я в этом хорош!

Гарри улыбнулся, глядя на крестного. Он не собирался ничего говорить, но у него было ощущение, что именно то, что тот воспринимал все как игру, и стало причиной того, почему ему не удалось завоевать Ремуса. Но он решил, что мужчина сам все это поймет. Со временем.

Глава 14. Все налаживается

Ремус вернулся с едой, и двое мужчин поужинали вместе с Гарри, тихо разговаривая о школе и квиддиче. Гарри с удивлением наблюдал за тем, как крестный более открыто начал флиртовать с Ремусом, очевидно, расслабившись, зная, что Гарри не возражает. Ремус с юмором выдержал это испытание. Он выглядел немного раздосадованным и удивленным, но в целом его это не задело. Однако он и не отвечал на ухаживания.

В конце концов, мадам Помфри выгнала их, настояв на том, что Гарри нужен отдых. Колдомедик осмотрела его раны еще раз, успокоила, сказав, что они отлично заживают и что он может вернуться в свои комнаты уже следующим утром. Затем она пожелала ему доброй ночи.

Мгновение спустя в комнату прошмыгнул Снейп, тихо прошелся по палате, но вместе с тем так стремительно, что черная мантия всколыхнулась за его спиной.

- Она ушла? - спросил он, и Гарри поежился от его голоса.

Гарри бросил взгляд в сторону двери, через которую недавно ушла мадам Помфри.

- Думаю, она ушла спать, - сказал он мастеру зелий.

- Хорошо, - Снейп сел на стул рядом с Гарри. - Последнее, что бы я хотел - так это еще один сеанс ее нравоучений. Выкинуть отсюда Блэка - это одно, но называть меня идиотом…и хватило же у нее смелости!

Это звучало так, как будто Снейп шутил, Гарри улыбнулся, не уверенный в его реакции на это.

- Точно, сэр, - довольно нейтрально согласился он.

Снейп приподнял черную бровь, в его глазах затаилась искорка насмешки, но, тем не менее, оставил комментарий без ответа.

- Похоже, ты чувствуешь себя лучше?

- Да, сэр, - сказал ему Гарри. - Мадам Помфри сказала, что завтра утром я могу покинуть больничное крыло.

- Замечательно, - сухо сказал Снейп, и Гарри подумал, что тот, возможно, предпочел бы остаться один в своих апартаментах еще на несколько дней. Он даже не мог себе представить, что мужчина будет рад его возвращению. - Ты ведь не хотел бы пропустить занятия?

- Нет, сэр, - согласился Гарри, и затем вспомнил. - Хотя… я не доделал свою домашнюю работу по зельям. Я собирался сделать ее после возвращения из Хогсмида. - Он подумал, что Гриффиндору это будет стоить приличное количество баллов. Снейп никогда не прощал не сданные вовремя домашние работы, независимо от причины.

- Возможно, тебе стоило доделать домашнюю работу до визита в Хогсмид, - предложил Снейп, и Гарри увидел в его глазах знакомый блеск. Он уже подсчитывал, сколько баллов будет снято, и как утроить их, если Рон и Гермиона тоже не успели ее доделать.

- Да, сэр, - Гарри уставился на него, пытаясь сосредоточить все свое внимание на потерянных баллах, но вместо этого почувствовал, как его сознание начинает ускользать. И все потому, что слова Снейпа вызвали воспоминания, нежелательные, которые он всячески пытался забыть. Он изо всех сил старался удержать свое внимание на этих потерянных баллах, пытался представить картину распределения баллов по факультетам, которую он видел в кабинете Макгонагл, но все это ускользало - потому что в палате было темно, и свеча рисовала тени на старых каменных стенах, и каким-то непостижимым образом слова Снейпа влияли на него куда сильнее, чем слова кого бы то ни было. И эти ужасные воспоминания, пробудившись где-то внутри, поглотили его. Прямой вопрос Рона не произвел такого эффекта, обеспокоенный взгляд Сириуса не смог его пробить. Но одна, всего лишь одна насмешка из уст Снейпа сломала стену, которую он, даже сам не подозревая об этом, создал.

Он зажмурился, не желая видеть ухмылку Снейпа, а затем и вовсе отвернулся от него, перевернувшись на другую сторону кровати, не желая, чтобы Снейп видел его боль. Его дыхание сбилось, и он всхлипнул, не в силах удержаться, и смог сдержать вырывающиеся эмоции, лишь крепко сжав в кулаках простыни.

Потому что конечно Снейп был прав, черт бы его побрал. Ему достаточно было сделать что-то совсем простое - например, закончить домашнюю работу - и этого бы не случилось. Пожиратели смерти ушли бы из оружейного магазина гораздо раньше прихода Гарри, они бы не увидели его, и не напали. Требовалась всего лишь короткая задержка. Тогда те люди не умерли бы, и Гарри не убил бы тех троих мужчин, чьи лица присоединились к полчищу других мертвецов в его снах. Эта мысль была подобна льду, она выжигала пустоту внутри него, причиняла боль и приносила горечь.

И тогда он бы не плакал. И он не заплачет! Вместо этого он набрал полную грудь воздуха, дабы удержать рвущиеся слезы, затолкать это вглубь себя, назад, в эту зияющую пустоту. Его тело похолодело, его била дрожь, и он почувствовал, что начинает задыхаться.

Тем удивительней и желанней были теплые руки на его плечах и сильные пальцы, обхватившие их. Его немного приподняли, так, что спина оказалось прижатой к груди Снейпа, и мужчина что-то сказал ему тихим, успокаивающим тоном, слова, которые Гарри не мог понять - он слишком глубоко погряз во тьме.

Он почувствовал, как что-то холодное касается его губ - стекло, понял он, Снейп приложил флакон с зельем к его губам. Пальцы Снейпа запутались в его волосах, мужчина осторожно наклонил его голову, сильнее прижал флакон, заставляя его проглотить содержимое. Ему было все равно, он не возражал. Он, вроде как, привык к этому за последние несколько недель - и знал, что содержимое не повредит ему. Он даже узнал вкус - зелье Сна-без-сновидений. Оно заструилось по его венам, и он почувствовал, как его охватила уже знакомая апатия, и снова отклонился назад, не заботясь о том, что это были руки Снейпа, что он лежал в объятьях Снейпа, слушал успокаивающий голос Снейпа, все еще не понимая слов, не понимая, что это все значит. Он даже повернулся так, чтобы слышать успокаивающее биение сердца под ухом, и это было намного лучше, чем кошмары. Гораздо лучше, чем темнота.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Смешно, как быстро вспомнились ему слова Сириуса Блэка, они снова и снова звучали в ушах, не оставляя в покое: «Иногда эти воспоминания выбивают тебя из колеи, ты даже не понимаешь, почему». Похоже, это был именно тот случай, когда из-за недопонимания Северус оказался с Гарри Поттером, задыхающимся в его объятьях от негативных эмоций, в ожидании, когда же подействует зелье.

Он не хотел расстраивать мальчика. Он собирался принести зелье Сна-без-сноведений, беспокоясь, что мальчика могут мучить кошмары. Но один необдуманный комментарий по поводу домашней работы, острота - выбила мальчика из колеи. Он понял это по отстраненному взгляду, полному боли, исказившей его лицо. Частично, он ждал, что такое может случиться. До этого мальчик никак не реагировал - на то, что его снова чуть не убили, на то, что погибли люди, что он снова вынужден был защищать свою жизнь. Он должен был сломаться в руках крестного, или же перед своими друзьями.

Он не мог не вспомнить Тремудрый турнир. Тогда он тоже по-настоящему не сломался, переборол слезы, призвав все силы, что у него были. Только не слезы. Даже в руках Молли Уизли. Ни слезинки.

И потом был мальчик, который накладывал заглушающие заклинания, только бы не разбудить соседей по комнате своими кошмарами.

Что удивило Северуса, так это то, что мальчик сломался перед ним. О, он сразу же попытался это скрыть, отвернулся, проглотив слезы - Северус задумался, а он вообще когда-нибудь позволял им пролиться? Но он не стал противиться, ни объятиям, ни приему зелья, которое он поднес к его губам.

Его собственные действия удивили его. Он не был добрым человеком и не любил успокаивать кого бы то ни было. Но в этой ситуации он не мог просто смотреть на боль Гарри и не помочь ему, или, по крайней мере, не попытаться помочь. Он был готов к тому, чтобы ему отказали, оттолкнули. Но этого не произошло.

И он бормотал полную бессмыслицу о том, что все будет хорошо, что Гарри в безопасности, что он должен забыть обо всем плохом. Но он подозревал, что мальчик был не в том состоянии, чтобы что-то понять, он, возможно, мог бы пообещать ему луну и не беспокоиться о том, что когда-нибудь ему это припомнят.

Наконец он почувствовал, что мальчик успокаивается, ожидая, когда ему станет некомфортно, и он высвободится из его рук. Зелье-не-зелье, но он все еще был ненавистным мастером зелий. Но Гарри удивил его, слегка повернувшись в его объятиях. Голова его теперь покоилась у него на груди, а дыхание замедлилось. Мгновение спустя он понял, что молодой человек заснул - у него на руках.

Гарри Поттер заснул на его руках.

«Ну, черт побери», - подумал он. И что ему теперь делать?

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Он смутно помнил, как кто-то подвинул его ночью. Он что-то протестующее пробормотал, но быстро улегся снова и уснул, оставив все, как есть.

Мадам Помфри разбудила его где-то за час до завтрака, и он сонно сел, чувствуя, что отлично отдохнул. Она еще раз проверила его плечо, сказала, что оно в порядке, нормально зажило, и затем вручила ему кипу одежды и указала на душ. Он узнал одежду - она была той, что купил ему Снейп. Мужчина, должно быть, принес ее для него вчера.

Лицо сразу же залило румянцем, когда он вспомнил события прошлой ночи. Поздний визит Снейпа, последующий срыв Гарри. И затем вкус зелья Сна-без-сновидений. Он не будет об этом думать, решил он. Он сомневался, что Снейп когда-нибудь упомянет об этом инциденте. Мужчина, наверное, был в ужасе от поведения Гарри.

Но он неплохо к нему относился. Гарри решил, что не забудет этого. Хотя, подозревал, что еще заплатит за это, возможно уже сегодня, на занятиях зельями.

Завтрак стал для него большим испытанием, чем он ожидал. Когда он вошел и направился к своему месту за гриффиндорским столом, каждая пара глаз в главном зале была обращена к нему. Это напомнило ему день после его женитьбы на Снейпе. Только на этот раз они обсуждали кровь, смерть и битвы. Неожиданно он понял, что это, возможно, был первый раз, когда некоторые из них увидели битву совсем близко. Даже во время великого сражения в прошлом году они все были заперты в общих комнатах. К тому времени, как им разрешили выйти, Министерство уже убрало тела с поля.

Рон и Гермиона ждали его, заняв ему место. И Невилл, Дин и Симус сразу же тепло поприветствовали его и спросили, как он себя чувствует. Он был готов к шквалу вопросов от остальных гриффиндорцев, и озвучил ответы на них с обычной присущей ему туманностью.

Наконец Гермиона и Рон смогли перекинуться с ним парой слов, говоря, что Сириус и Ремус просили передать Гарри, что они вернутся вечером и собираются остаться на некоторое время. Гарри обрадовался этим словам. У него было не так много возможностей провести время со своим крестным. Кроме того, он хотел знать, что происходит между ним и Ремусом. Через пару ночей будет полнолуние, и он знал, что Ремус будет более нервным, чем обычно, но прошлой ночью за ними было так интересно наблюдать. Он впервые видел, чтобы двое мужчин так общались друг с другом. Это не сильно отличалось от того, как это делали Рон и Гермиона.

- Ты бы видел Дамблдора этим утром, - сказал Рон, и Гермиона повторила его слова.

- Что случилось? - Гарри прекратил жевать, настороженно посмотрев на высокий стол. Но Дамблдор выглядел таким же довольным, как обычно. Он задорно подмигнул Гарри, и переключил все свое внимание на оладьи с голубикой. Гарри рискнул бросить быстрый взгляд на Снейпа, но мастер зелий сердито смотрел в свою чашку с кофе, не поднимая головы. Гарри почувствовал, что непонятно почему начинает краснеть.

- Группа репортеров попыталась проникнуть в Хогвартс этим утром, - объяснила Гермиона. - И с ними были, по крайней мере, три кандидата в министры, желающие видеть тебя. Она протянула руку к тарелке Дина и выдернула копию Ежедневного Пророка, который он читал. Гермиона показала Гарри первую страницу.

«Нападение в Хогсмиде! Мальчик-который-выжил сражается с Пожирателями смерти». Слова были напечатаны ярко-красным цветом прямо над фотографией разрушенной улицы Хогсмида.

- Что сделал Дамблдор? - спросил Гарри, быстро пробегая глазами по статье.

- Выкинул их всех, - сказал Рон с ликующей улыбкой. - Это было великолепно. Он ругался хуже, чем Снейп в самый свой неудачный день в жизни. Я не припомню, чтобы когда-то видел, как Рита Скитер так быстро бегала.

Гарри настороженно поднял голову.

- Рита Скитер?

Гермиона, быстро поняв, в чем проблема, покачала головой.

- Не волнуйся, Гарри. Дамблдор поставил охранные заклятья на Хогвартс. Как только Рита ступит на территорию, все картины начнут кричать - независимо от того, в каком обличии она будет. И мы уже предупредили Мягколапа о том, что она здесь крутится.

Гарри немного расслабился, но ему не нравилась мысль о том, что эта женщина будет крутиться поблизости от того места, где находится его крестный. Он вернулся к статье, снова замечая цитаты людей, о которых он никогда ничего не слышал, о том, как они с ним разговаривали. Его обрадовал тот факт, что Северус Снейп заслужил высокой похвалы, что, вспоминая то, что всего несколько месяцев назад рядом с его именем всегда всплывало «подозревается, что он Пожиратель смерти», было совсем неплохо. Теперь же его прославляли как героя. Он подозревал, что это как раз и стало причиной того гневного взгляда, которым он все еще продолжал одаривать чашку с кофе.

Внезапная мысль пришла в голову Гарри, и он посмотрел на своих одноклассников.

- Эй, Рон, Невилл, а что вы знаете о фехтовании мечами?

- Фехтовании мечами? - усмехнулся Рон. - Это слизеринская штука, Гарри. Мой отец это не одобряет. Билл хотел брать уроки, когда учился в школе, и они с отцом серьезно поспорили. Ничего из этого не вышло.

- Но твой отец не против драк в целом, - задал вопрос Гарри. - Он подрался на кулаках с Люциусом Малфоем посредине Флоуриш и Блоттс.

Рон пожал плечами.

- О, он говорит что случайная потасовка - это ничего плохого - хотя мама всыпала ему за ту драку. Но дуэли на мечах, это совсем иное. Это кровавый спорт, его часто связывают с магией крови, с темной магией.

- А ты? - Гарри посмотрел на Невилла.

- Моя бабушка заставила меня брать уроки, - признался Невилл. - Я не слишком в этом хорош. Даже хуже, чем в стрельбе из лука. Но она думала, что мне стоит изучить хотя бы основы. Многие дети берут уроки, но только темные волшебники занимаются кровавым спортом всерьез.

Темные волшебники и, очевидно, Северус Снейп. Он не был уверен, что и думать по этому поводу. Он посмотрел через плечо на слизеринский стол.

- Думаете, многие из них умеют сражаться? - спросил он.

- Уверен, - сказал ему Рон.

- Драко и Блейз - точно, - согласился Невилл. - Люциус Малфой - известный фехтовальщик. Один из лучших. Как и… - он внезапно остановился, и его лицо покраснело.

Гарри понял намек, что он собирался сказать.

- Как и Северус Снейп.

Невилл извиняющееся кивнул.

- Это одна из причин, почему я всегда боялся его, Гарри, - признался мальчик. - Я знаю, он теперь твой муж и все такое. И думаю, это означает, что он не Пожиратель смерти. Но я слышал множество историй о том, что он часто дрался на дуэлях, когда был моложе.

Гарри внезапно почувствовал почти непреодолимое желание защитить Снейпа, особенно когда увидел странную искорку недоверия в глазах Рона.

- Тогда хорошо, что он на нашей стороне, не так ли? - быстро сказал он. - Мы трое были бы мертвы, если бы не он и Дамблдор.

И этого было достаточно. Рон лишь вздохнул и согласно кивнул, и они завели разговор на другую тему.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

К удивлению Гарри, Снейп не снял баллов за отсутствующую домашнюю работу. Когда остальные школьники вручали ему свои свитки, Снейп просто прошелся от парты к парте, собирая их, одновременно объясняя их следующее задание. Он взял свиток Гермионы и свиток Рона, который был закончен только частично, коротко посмотрел на Гарри с непроницаемым выражением лица и двинулся к следующему столу, не прерывая свой рассказ. Это было сделано так гладко, что слизеринские школьники ничего не заметили.

Тем не менее, Гермиона и Рон увидели это и удивленно посмотрели на Гарри. Тот лишь пожал плечами, благодарный за отсрочку приговора. Он сел с Гермионой за обедом и закончил домашнюю работу, думая, что должен отдать ее Снейпу, и чем скорее, тем лучше.

После ужина они пробрались в одну из неиспользуемых башен, рядом с кабинетом директора, чтобы встретиться с Сириусом и Ремусом. Гарри все еще беспокоился насчет Риты Скитер, и спросил о защитных заклинаниях, которые установил Дамблдор, чтобы она не смогла проникнуть в Хогвартс.

- Даже если она не может сюда попасть, - сказал Гарри, после того как они убедили его, что тут достаточно безопасно. - Тебя не должен никто видеть, Сириус. Есть вероятность, что кто-то из слизеринских студентов знает, что ты анимаг. Сомневаюсь, что Петтигрю сохранил это в секрете. Я уверен, Малфой наверняка знает.

- Все под контролем, - с улыбкой сказал Сириус. - У Ремуса есть заклинание. - Он превратился в Мягколапа, чтобы Ремус мог им его продемонстрировать. Быстрый взмах палочкой - и огромная собака превратилась в маленького пушистого крупа. Мягколапу-крупу, похоже, очень нравился его раздвоенный хвост, и он от души вилял им, вызывая смех окружающих.

- Разумеется, это всего лишь иллюзия, - сказал им Ремус. - Но через нее трудно будет что-то разглядеть.

- И все же, - предупредил его Гарри. - Собака в компании Ремуса Люпина вызовет подозрения.

Сириус превратился обратно в человека.

- Не беспокойся обо мне, Гарри, - улыбнулся он. - Я хорошо умею бегать. И на крайний случай у нас есть еще одно обличие - Ремус может сделать меня похожим на Живоглота.

Гарри вздохнул.

- Меня просто выводит из себя тот факт, что такой убийца, как Люциус Малфой разгуливает на свободе, а у тебя половина министерства на хвосте. - Но, тем не менее, он позволил крестному отвлечь его от грустных мыслей своими историями, и уже вскоре все они сидели и смеялись.

Прошло почти полчаса после отбоя, прежде чем Гарри вернулся обратно в подземелья. Они потеряли счет времени, когда вдруг Ремус вспомнил, что Гарри теперь не может просто пробраться в гриффиндорскую башню и сделать вид, что ничего не случилось. Ремус предложил проводить Гарри назад, чтобы избежать наказания, но Гарри решил иначе. Было лишь начало учебного года, но рано или поздно это должно было произойти, и сейчас не самый плохой момент, чтобы узнать, как Снейп поступит в этой ситуации.

Когда он вошел, Снейп сидел в гостиной около огня и читал. Он не поднял голову, когда Гарри вошел в комнату.

Неуверенный, стоит ли упоминать об опоздании, Гарри некоторое время простоял у двери. Наконец он пересек комнату и направился к своему столу, вытащил свиток с законченной домашней работой, которую он сделал в обед. Он осторожно подошел к Снейпу, садясь на диван напротив него.

- Я закончил домашнюю работу, - неуверенно произнес он.

Снейп поднял голову, с непроницаемым выражением лица. Он внимательно посмотрел на свиток, прежде чем протянуть руку и забрать его у Гарри, положив на кофейный столик.

- Спасибо, - просто сказал он. И продолжил читать книгу.

Гарри продолжал смотреть на него, думая, не делает ли он это намеренно. Возможно. Он вздохнул.

- Простите, я опоздал, - тихо сказал он.

- Тебе повезло, что Филч не поймал тебя, - высказался Снейп, не поднимая глаз от книги. - В последнее время он много патрулирует коридоры, пытаясь поймать парочку слизеринских школьников.

Гарри ждал. Но ничего не происходило. Гарри нахмурился. Мужчина собирался заставить его угадывать, в чем дело? Он подождал еще несколько минут и, наконец, сдался. Он покачал головой и направился в спальню.

- Ты все еще хочешь пойти со мной на семейный ужин? - спросил Снейп, прежде чем он покинул комнату. Гарри застыл на пороге. Поэтому он не снял баллы? Он хотел услугу за услугу?

- Я обещал, что пойду, - напомнил ему Гарри. Он не собирался нарушать слово, даже если Снейп вел себя как идиот. Кроме того, ему было интересно посмотреть на семью мужа.

- Он будет в эту субботу, - сказал ему Снейп. - Думаю, это удобно.

- У меня будет квиддичная тренировка утром, но больше ничего.

- Мы воспользуемся портключом, - объяснил Снейп. - Я уже заказал его.

- Вы подскажете мне, что одеть? - спросил Гарри, внезапно почувствовав нервозность при мысли обо всей той роскошной одежде, которую Снейп купил ему. Он привык к более простой, но предполагал, что для ужина этого будет недостаточно.

Снейп кивнул, и насмешливая улыбка слегка коснулась его губ.

- Я подберу тебе что-нибудь подходящее. - Он посмотрел на дверь спальни и кивнул в ее сторону. - Я оставил тебе еще зелья Сна-без-сновидений на твоей тумбочке.

- Спасибо, - при упоминании зелья, напомнившего ему о событиях прошлой ночи, Гарри почувствовал прилив смущения.

- Спокойной ночи, - тихо добавил он и быстро покинул комнату.

Он принял душ и переоделся в пижаму, схватил обещанное зелье с тумбочки и забрался на кровать. Положив палочку и очки на тумбочку, он вытащил крышку и выпил зелье. Затем забрался под одеяло и устроился поудобнее, готовясь ко сну, и, наконец-то, почувствовал себя в безопасности, в своей собственной кровати, где было куда более комфортно, чем в больничном крыле.

Его собственной кровати. Эта мысль зацепилась где-то в сознании, не давая покоя. Это не его собственная кровать. Это кровать Снейпа. Он просто спал в ней. Но все же, здесь было куда комфортнее, чем в больничной кровати.

Он уже уплывал на убаюкивающих волнах зелья Сна-без-сновидений, когда Снейп присоединился к нему. Сквозь дымку сна он неясно почувствовал, как мужчина забирается на кровать рядом с ним, смутно почувствовал руку, которая мягко коснулась его лба и убрала с него волосы. И затем он окончательно потерялся в облаке сладкой неги, которое не исчезало до самого утра.

— — — — — — — — — — — — — — — — — —

Примечания автора

Прежде чем кто-то спросит - нет, Гарри не станет наркоманом, подсевшим на зелье Сна-без-сновидений. Не уверена, в каноне ли это было, или в фаноне, что зелье вызывает зависимость (думаю, это фанон), но в этой истории оно безвредно - особенно когда Снейп начнет делать зелье специально для Гарри.

Глава 15. Манеры

После всех событий уикенда Гарри был очень рад тому, что неделя получилась небогатой на события. В ночь пятницы было полнолуние, и Ремус с Сириусом ушли из замка, сказав Гарри, что, возможно, не вернутся до воскресенья. Снейп варил волчье зелье для Ремуса, но даже с ним оборотень обычно сильно уставал от трансформации и собирался проспать большую часть субботы. Сириус хотел остаться с ним, хотя он признался Гарри, что не особо продвинулся в ухаживаниях за своим другом: Ремус все еще относился к его флирту как к шутке.

Ужин в главном зале вечером в пятницу прошел достаточно живо - несколько семикурсников-гриффиндорцев и хаффлпафцев умудрились где-то купить изделия близнецов Уизли и занимались тем, что испытывали их на слизеринцах и равенкловцах. У многих школьников то и дело появлялись розовые волосы и заячьи уши к восторженному изумлению их сверстников. Гарри знал об этих товарах достаточно, чтобы избегать шутников.

- Так ты знаешь, что оденешь? - спросила его Гермиона, когда они сидели за столом, наслаждаясь ужином. Невилл и Дин подняли головы, с любопытством глядя на Гарри.

- Наденешь когда? - спросил Дин.

- Бедному Гарри придется пойти на ужин с семьей Снейпа завтра вечером, - сообщил им Рон с отвращением на лице. - Можете представить себе целый дом Снейпов?

- Ох, Гарри! - глаза Невилла вытаращились от шока. - Званый Волшебный ужин, да еще и со Снейпами!

Гарри закатил глаза.

- Это не должно быть так уж плохо, - стоял на своем он. - Снейп говорит, что остальные члены семьи совсем на него непохожи.

- И все же, - вздрогнул Невилл. - Я никогда не любил званые ужины. Моей бабушке нравится их устраивать, но я всегда слишком нервничаю, вместо того, чтобы нормально есть.

- Слишком нервничаешь? - нахмурился Гарри, размышляя о том, что возможно существует нечто, о чем Снейп ему не сказал. Званый ужин у волшебников. Он по-настоящему не думал об этом. Не думал о том, что он будет званым.

Он посмотрел на свою тарелку, внезапно вспоминая случай, когда он совершил ужасную ошибку и подошел к столу тети перед одним из ее званых ужинов. Ему было, возможно, шесть или семь, и ему было достаточно интересно, почему его тетя устроила такую суматоху вокруг сервировки стола. Когда он вылез из своего чулана, чтобы посмотреть, он заметил «хороший» китайский сервиз - тот, который Петуния держала в сундуке. Он смутно помнил, что у каждого места было более одного хрустального бокала и более одной вилки. Столовое серебро выглядело необычайно красивым, и он протянул руку к одной из ложек, чтобы рассмотреть, что за узор был на сияющей ручке.

Петуния заметила его и пронзительно закричала, схватила его за руку и оттащила от стола. Он помнил, как она обзывала его разными словами, а потом притащила на кухню, собираясь наказать за то, что он посмел дотронуться до ее вещей. Даже сейчас он четко помнил, как она подтолкнула его к раковине и окунула его руку в горячую воду из чайника. Он ревел от боли, когда она тащила его обратно к чулану и кинула его внутрь, говоря, что если он издаст хотя бы один звук, один писк этим вечером в течение ужина, то увидит еду только через неделю.

Он провел ночь, прижав красную руку к груди и закусив губу, чтобы не нарушить тишину, слушая перезвон хорошей китайской посуды и смех гостей Дурслей. Это был первый и единственный его опыт, связанный со зваными ужинами.

- На что они похожи? - спросил Гарри, и его заполнили разного рода мрачные предчувствия - он понял, что совсем ничего не знает о поведении и этикете на званом ужине. Он знал, что у него сносные манеры - миссис Уизли это часто ему говорила. Но как-то сомневался, что ужины в Норе можно было назвать зваными. Близнецы часто швырялись едой на таких мероприятиях.

- Что на что похоже? - спросила Гермиона.

- Званые ужины, - объяснил Гарри. - В смысле, я видел однажды, как тетя накрывала стол перед званым ужином, и на столе было больше одной вилки, насколько я помню. Для чего нужно две вилки?

- Хороший вопрос, приятель, - хихикнул Рон. - Может, для того чтобы ты мог съесть еды в два раза больше.

- Ты никогда не обедал в хорошем ресторане, Гарри? - с любопытством спросила Гермиона.

Гарри подумал об этом. Дурсли никогда не брали его даже в рестораны быстрого питания, не говоря уж о чем-то хорошем. По правде говоря, до приезда в Хогвартс он вообще редко сидел за обеденным столом. - Я ел в Дырявом котле. И покупал мороженое на Диагон-аллее.

- Ох, - сказала она, глядя на Невилла, который неуверенно пожал плечами ей в ответ. - Вообще-то, это не то, что я имела в виду.

- Разные вилки нужны для разных видов пищи, Гарри, - сказал ему Невилл. - Но это Волшебный ужин, что означает, что ты будешь использовать нечто, получившее свое название от старого языка «скрамасакс». Это означает кинжал.

- Кинжалы? - недоверчиво переспросил Гарри.

- Все зависит от того, насколько тактичны Снейпы, - кивнул ему Дин. - Поскольку все знают, что ты воспитывался магглами, этикет требует, чтобы они сделали уступку и положили такие маггловские столовые приборы, как вилки. Но некоторые из чистокровных семей скорее умерли бы, чем стали использовать вилки на званом ужине.

- Без вилок? - недоуменно спросил Гарри.

Рон легко толкнул его локтем, привлекая его внимание к столу слизеринцев.

- Когда-нибудь обращал внимание на то, как Малфой ест? Он держит нож в своей ведущей руке и поддевает им мясо.

Гарри взглянул на Малфоя. Тот увлеченно разговаривал с Блейзом Забини, но Рон был прав. В своей ведущей руке он держал достаточно острый обеденный нож, а в другой - ложку, которую использовал только в случае крайней необходимости. Большинство слизеринцев делали точно так же, а когда Гарри оглядел зал, то заметил, что они были не единственными. Многие равенковцы и даже несколько гриффиндорцев ели так же.

Быстрый взгляд на главный стол показал, что Снейп делал то же самое. К его удивлению, как и Дамблдор, Макгонагл, Флитвик и Синистра. Хагрид, как обычно, раздирал еду пальцами.

Гарри посмотрел на своих друзей в изумлении.

- А что насчет кинжалов?

- На званом ужине в сервировке обычно участвуют только кинжалы и ложки. Вилки считаются чересчур маггловскими, и даже приносящими неудачу столу, - объяснил Невилл.

Гарри взглянул на Гермиону, ожидая подтверждения. Она пожала плечами.

- Я никогда сама не видела Волшебный званый ужин, - сообщила она ему. - Но я читала о них. У чистокровных волшебников существует множество традиций и обычаев, которые отсутствуют у магглов.

- Но я даже не знаю маггловских обычаев, - запротестовал Гарри. - Как я, по-вашему, могу разобраться с Волшебными?

- Мы можем провести для тебя блиц-курс, Гарри, - предложил Невилл. - В официальных мероприятиях я совершенно безнадежен, но я знаю обычаи. Бабушка меня научила.

- Ты сможешь научить меня всему, что нужно знать, до завтра? - с надеждой спросил Гарри.

- Ну… - Невилл скептически посмотрел на него. - Мы можем попытаться.

- Не забудь о тренировке по квиддичу, - напомнил ему Рон. - Она важнее, чем ужин у Снейпов.

- Если только Снейп не накажет его, - подчеркнул Невилл. С этим Рон был вынужден согласиться, правда, нехотя. Только немногие вещи, по его мнению, могли быть важнее, чем квиддич.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Северус провел большую часть дня в классе зелий, проверяя работы и готовясь к занятиям на следующей неделе. Он вернулся в свои комнаты, чтобы одеться пораньше, поскольку семья ожидала их около четырех. Гарри нигде не было видно.

Пока юноша был на квиддичной тренировке, Северус подобрал для него подходящую одежду и оставил ее на кровати вместе с запиской, в которой говорилось о времени, когда им надо отбыть. И сейчас, когда он вошел в спальню, то обнаружил, что одежды не было, а его записка лежала на кровати. Быстро взглянув на нее, он увидел, что Гарри накарябал ответ в самом низу листочка - говорящий о том, что ему надо что-то сделать, и он оденется в гриффиндорской башне, но обещал быть вовремя.

Как всегда, подумал Северус. Так они не будут путаться друг у друга под ногами, пока собираются. Он вытащил свою одежду из шкафа и пошел в ванную принять душ. К своему ужасу, он обнаружил, что его мысли целиком сосредоточены на Гарри. Когда он осознал, что провел последние десять минут, пытаясь представить, как тот будет выглядеть в официальном одеянии, которое он для него выбрал, с отвращением покачал головой, переходя в состояние полнейшего раздражения.

Обмотав полотенце вокруг талии, Северус покинул душ, высушил свежевымытые волосы заклинанием и повернулся к зеркалу. Он остановился, чтобы критически посмотреть на себя, размышляя, что же подумают родственники, когда увидят его, стоящего рядом с Гарри Поттером. Скорее всего, что он провел какой-нибудь темный ритуал, чтобы вынудить мальчика жениться на нем.

Он никогда не выиграет в конкурсе красоты - это без сомнений. Он посмотрел на свой нос - он никогда не был привлекательным, и несколько переломов в юном возрасте не улучшили его форму. Он был достаточно силен и в хорошей форме, как ему казалось, но это было практически единственным, чем он мог привлечь внимание в хорошем смысле этого слова. И даже его тело было искалечено темной меткой на руке - серебряные нити, обернувшись вокруг нее, сделали ее еще более заметной.

И еще были шрамы. Он участвовал в достаточном количестве дуэлей - и для этой жизни, и для пары следующих. Разумеется, он мог исцелить ранения до того, как они превратились в шрамы, но это было бы не по-слизерински. Шрамы были знаком чести в Кругах Меча. И с юных лет его учили поступать правильно, по-слизерински. По крайней мере, одной старой привычке он изменил, и теперь быстро лечил все новые ранения, не давая шрамам появиться.

Гарри заметил шрамы. Это удивило Снейпа. Это означило, что по какой-то причине, после женитьбы, мальчик рассматривал его, когда он был частично раздет. Сам же Гарри до сих пор был достаточно осторожен и не дал ему возможности рассмотреть его, а Северус старался давать мальчику как можно больше личной свободы. Кроме этого, он был знаком, по крайней мере, с некоторыми частями тела Гарри: за последние несколько лет он много раз помогал мадам Помфри собирать мальчишку чуть ли не по частям.

Тем не менее, он не мог не задуматься о том, что же мальчик подумал о нем. Он не мог судить по единственной выдавшей его фразе, когда Люпин и Блэк рассказывали ему про кровавый спорт. Он решил: не стоит тешить себя иллюзиями, что мальчик мог найти его хотя бы немного привлекательным. Золотые гриффиндорские мальчики не считали гнусных слизеринцев привлекательными. Это было простым, хорошо известным фактом.

Конечно, он никогда по-настоящему не делал ничего, чтобы улучшить свой внешний вид. Это никогда не было для него важным.

Нахмурившись, он посмотрел на свое отражение, затем подобрал палочку и быстро побрился с помощью заклинания. Еще одно простое заклинание почистило ему зубы, и затем, по какой-то своей причуде, он добавил еще одно заклинание, чтобы отбелить их. Более-менее, подумал он, и затем забросил это дело как безнадежное, потому как, в конце концов, никого никогда по-настоящему не заботили другие его черты лица - всех отпугивал нос.

Со вздохом он положил свою палочку и протянул руку к гелю для волос. Но остановился, прежде чем открыть бутылку, задумчиво уставившись на нее. Это было еще одной привычкой, которую ему привили слизеринские сверстники. Все стильные Пожиратели смерти носили прилизанные назад волосы, уложенные практически неподвижными волнами. Забавно, но с помощью этого геля маски Пожирателей становилось гораздо удобнее носить. Это было популярно среди его поколения слизеринцев, и, так как Драко Малфой был законодателем мод для своей возрастной группы, то и среди современных школьников тоже.

Мерзкие слизеринцы, скользкие и сальные, как змеи. Так непохожие на золотых гриффиндорцев, которые больше напоминали их лохматого гриффиндорского льва. Те обычно носили свободные и растрепанные прически, и редко задумывались о чем-то вроде аккуратности или стиля. Как Люпин и Блэк. Как Гарри, чьи волосы были вечно взъерошенными, практически умоляющими, чтобы кто-то провел по ним руками, расчесал, укротил непослушные пряди.

Северус опустил бутылку с гелем, так и не открыв ее, и разглядывал себя в зеркале. Без геля его волосы смотрелись гладкими, как шелк и сильно напоминали волосы Сириуса Блэка. Но опять же, может, именно так нравилось гриффиндорцам? Нахмурившись, он положил бутылку геля обратно в шкаф. Потом усмехнулся при мысли о том, будет ли для Гарри иметь значение, каким образом уложит он волосы. Бросив взгляд в зеркало, Северус досадливо вздохнул. Он совершенно не выносил беспорядка, особенно беспорядка без особой на то причины. Но, по крайней мере, можно пойти на компромисс - он собрал волосы так аккуратно, как только смог, и завязал черной лентой.

Достаточно суеты для одного раза, решил он, и переключил свое внимание на одежду. Быстро одевшись в брюки, дублет и выбранные им ботинки, он вернулся в спальню. Быстрый взгляд на часы напомнил ему, что время уже почти подошло. Интересно, готов ли Гарри?

Он вернулся в гостиную и заметил Гарри, задумчиво сидящего на диване и смотрящего на огонь. Тот не сразу заметил Северуса, что дало последнему время рассмотреть мальчика - молодого человека, поправил он себя, так как в этот момент в парне не осталось ничего мальчишеского.

На Гарри был надет зеленый дублет, который выбрал для него Северус, вместе с темными, ладно скроенными брюками из драконьей кожи и ботинками. Весь костюм был отделан серебром - блестящая серебряная нить вплеталась в дублет, окантовывала брюки. Сделанные специально для Гарри, костюм прекрасно на нем сидел, брюки почти провокационно обтягивали ноги, дублет же подчеркивал стройную фигуру ловца. Его волосы были все так же бесконечно лохматыми, очки смотрелись ужасно, но он выглядел как принц, не хуже любого чистокровного слизеринца.

Наконец он заметил Северуса и быстро встал. Северус вынужден был приказать себе держать взгляд на лице мальчика, вместо того, чтобы блуждать глазами по фигуре, как ему бы того хотелось. Эти брюки были просто потрясающими. Интересно, а понимал ли Гарри, насколько привлекательно он выглядит?

Северус был рад, что ему удалось удержать все свои основные инстинкты при себе, поскольку иначе он не увидел бы выражения лица Гарри, когда тот посмотрел на него. Глаза мальчика расширились за очками, и его рот приоткрылся от удивления.

- Вы выглядите… - Начал мальчик. Северус внутренне сжался, ожидая оскорбления. - Мило.

Северус нахмурился. Мило. Это определенно было большим, чем он ожидал. Настоящий комплимент, хотя и довольно слабый.

Но на этом удивление не закончилось.

- Мне нравятся ваши волосы, - добавил мальчик. Северус не смог удержаться, бросил полный удивления взгляд и сразу же принял решение выкинуть все оставшиеся бутылки с гелем для волос.

Гарри внезапно покраснел, как будто только сейчас осознал, что не просто сделал ему комплимент, но сделал это дважды. Мальчик скрестил руки на груди в жесте, который можно было расценить исключительно как защитный, и его лицо неожиданно стало бледным - Северус посчитал это реакцией на то, что тот посмел сделать ему комплимент.

Северус решил сжалиться над ним.

- Вы тоже выглядите очень мило, мистер Поттер, - он позволил добавить в эти слова в равной доле изумление и насмешку, так что мальчик гневно закатил глаза.

- Мы закончили с комплиментами? - сухо спросил Северус.

- Пожалуй, - так же сухо согласился Гарри. Он внезапно помрачнел. - Насчет ужина…

Северус застыл, пытаясь догадаться, в чем было дело, и не решил ли Гарри не ходить на ужин. В конце концов, он не мог его обвинять: вечер, возможно, будет неприятным.

- Я думаю, что должен предупредить вас, возможно, я поставлю вас в неловкое положение, - закончил Гарри совсем не ту мысль, какую Северус ожидал от него услышать.

- Извини, еще раз?

Он заметил, что Гарри нервно трет руку - странное подсознательное движение, которое раньше он никогда не видел. Его непонятным образом что-то сильно волновало.

- Поставлю вас в неудобное положение, - объяснил Гарри. - Перед семьей. Невилл и Гермиона пытались научить меня манерам, но я раньше никогда не был ни на каких званых вечерах. Я имею в виду, единственным моим опытом такого рода был короткий взгляд на сервировку стола моей тети, да и то, меня наказали за это… - Он остановился, с угрюмым выражением лица, которое быстро отмел. - Так или иначе, Нев и Миона потратили весь день, рассказывая мне о кинжалах, соли и сервировке стола, но большинство из этого вылетело у меня из головы. Вот … я подумал, что вам стоит это знать.

Северус с некоторое время молча смотрел на него, пытаясь понять все то, что только что услышал. Чтобы мальчик приложил такие усилия, чтобы научиться этикету Волшебных ужинов, дабы не поставить его в неловкое положение перед родственниками - это было невероятно. Он не мог понять, чем заслужил такую заботу. Но здесь было что-то еще, что заставляло мальчика нервничать больше, чем следовало. Гарри так и не прекратил тереть свою левую руку, так, будто бы она болела.

- Как тетя наказывала тебя? - тихо спросил он. Как он и подозревал, его вопрос привлек внимание мальчика к рукам, и тот поймал себя на этом неосознанном движении - растирании левой ладони. Он немедленно прекратил и опустил руки вдоль тела, на лице же проскочила лишь тень тех эмоций и сразу исчезла. Но это сказало Северусу все, что он хотел узнать: тетя причинила ему боль в тот раз, физическую, так как тело ее помнило, даже если разум не осознавал.

- Это не важно, - быстро сказал он. - Идея в том, что, возможно, я все перепутаю, и передам соль не той рукой или намажу масло не на ту сторону хлеба. Я лишь подумал, что вам следует это знать.

Северус прищурил глаза.

- Тебя заботит, что это может меня разозлить? - Он решил, что теперь понял причину нервозности. Хотя на рациональном уровне Гарри и понимал, что никто его не накажет за неправильное поведение в обществе, нервозность исходила из глубин подсознания, от его воспоминаний о жестоком обращении.

- Ну, да, - признался Гарри, выглядя почему-то удивленным, что ему задали такой вопрос. - У меня хорошо получается злить вас. У меня было много времени для практики. Я лишь подумал, что вам стоит подготовиться. Вы думаете, что на занятиях по зельям, когда я не знал, резать ломтиками или кубиками, это было плохо, что ж… это, возможно, будет гораздо хуже.

Северус почувствовал, как его губы дрогнули, и он подавил усмешку. Гриффиндорцы были чересчур честными - любой слизеринец увидел бы в этом отличную возможность воспользоваться ситуацией и отомстить. Если бы он заботился о мнении своей семьи, которое его нисколько не волновало.

- Ты, похоже, думаешь, что для меня имеет значение, что подумает обо мне семья, - сообщил ему Северус. - Или что она подумает о тебе. Не имеет. Честно говоря, я думаю, будет достаточно интересным понаблюдать за тем, как мои братья и их жены будут изворачиваться в плену у правил этикета, пытаясь наладить отношения с Мальчиком-Который-Выжил.

- Чего? - Гарри выглядел сбитым с толку.

На этот раз Северус позволил себе слегка улыбнуться.

- Ты, похоже, забыл, что без тебя их положение в обществе выглядит достаточно шатким. Ты можешь начать бросаться едой за столом, и они только лишь улыбнутся и вежливо сделают вид, что в этом нет ничего особенного.

- Правда? - улыбнулся Гарри. - Ну, тогда все в порядке. Я не буду об этом беспокоиться.

- Хорошо, - согласился Северус. Он подошел к каминной полке, чтобы достать портключ - маленькую серебряную монетку, легко помещающуюся в карман.

- И что можете сказать о вашей семье? - спросил Гарри. - Сколько человек там будет?

- Я не знаю точного числа, - признался Северус. - У меня три брата и сестра, Диана. Двое старших братьев, Клодиус и Марселиус довольно похожи друг на друга. Несколько грубоваты, с ними можно поговорить, хотя у них весьма ограниченное мышление. К несчастью, жен они выбрали за их внешний вид, а не по мозгам - и этот факт быстро становится очевидным, как только те открывают рот. Диана достаточно тихая, милая, по-настоящему нежная душа, ее муж - ее прямая противоположность. - Северус покачал головой. Он всегда думал, что Диана сделала плохой выбор, и, тем не менее, они, похоже, любили друг друга.

- И другой брат? - с интересом спросил Гарри.

- Джулиус, - сказал ему Северус. - Он младший в семье. На самом деле, я не слишком хорошо его знаю. Он был достаточно юн, когда я откололся от клана. Но из того, что я помню о нем, я всегда думал, что он больше всего похож на нашего отца… в манерах, по крайней мере. Вообще, он не намного старше тебя.

- А что насчет детей?

Северус пожал плечами.

- У моей сестры двое детей, трех и четырех лет. У Клодиуса один, шести лет. Я никогда не встречался с ними.

Он увидел, как Гарри помрачнел от этих слов, и попытался отделаться от чувства сожаления. Сожаление не было очень уж сильным - если задуматься, он не слишком любил детей. Но он подумал, что однажды ему придется переступить через себя и попытаться узнать их получше. Благодаря браку, в который он себя втянул, у него более чем вероятно никогда не будет собственных детей, и когда-нибудь ему придется выбрать одного из племянников или племянниц в качестве наследника.

- Готов идти? - спросил его Северус, поднимая портключ. Гарри кивнул и подошел ближе, протягивая руку, чтобы коснуться монеты. Северус дотронулся до монеты палочкой, и мгновением позже они отправились в путь.

— — — — — — — — — —

Примечания автора

Мне понравилась обыгрывать идею столового этикета - хотя, признаюсь, я вырезала большую его часть из главы, потому как это показалось мне слишком подробным описанием. Кинжалы - не мое изобретение, это реалии средневековой Англии. В Англии не было вилок до 1600, и они были плохо приняты обществом. До 1800 они по-настоящему не входили в обиход ни в Англии, ни в Америке.

А поскольку Волшебная Англия застряла в культурном прошлом, я подумала, что можно было бы немного преувеличить и развить идею правил этикета, существовавших в те годы. Гарри, если Дурсли на самом деле держали его подальше от вежливого общества, скорее всего, мало знал об этикете, по сравнению с остальными подростками. Он достаточно вежлив - в основном, потому что манеры вбивали в него - но определенно не знает правил этикета высшего общества. Не думаю, что он когда-то замечал такие подробности, как ведут себя другие школьники за столом. Большинство мальчишек-подростков такого не замечают.

«Скрамасакс» - это небольшое оружие, которое в средние века носили многие англичане. Наряду с защитными функциями, оно использовалось для различных целей, и, в первую очередь, для еды. Если уж совсем следовать традиции, то Гарри следовало бы принести свой собственный кинжал на ужин, а не брать его в гостях.

Что касается внешнего вида Снейпа - да, еще одно клише. Разве кто-то из авторов фанфиков пропускал тему сальных волос? Надеюсь, вам понравилось мое решение.

Глава 16. Встреча с родственниками

Гарри не знал, чего и ожидать, когда вернулся в подземелья после урока этикета с Невиллом и Гермионой. Где-то между осознанием того, что существует правильный и неправильный способ развернуть салфетку, и что соль можно передавать только слева направо, он пришел к выводу, что, вероятно, покажет себя за ужином полным дураком.

Потом мальчик переоделся в одежду, которую выбрал для него Снейп, чередуя этот процесс с уморительными комментариями его бывших соседей по башне. Он с ужасом уставился на себя в зеркало ванной комнаты.

- Как думаете, эти штаны не слишком узки? - запротестовал Гарри, демонстрируя результаты Рону и остальным. В них он чувствовал себя слишком неприкрыто. Это, скорее, одел бы Гилдерой Локхарт.

- Так и должно быть, приятель, - убедил его Рон.

- Ты потрясающе выглядишь, Гарри, - согласился Симус. - И если ты нам не веришь, пошли, спросим Колина. Эти слова вызвали у Рона и Дина судорожный хохот, и мальчик преувеличенно громко вздохнул. Большинство из них, где-то на пятом курсе, пришло к выводу, что бедный Колин Криви безнадежно влюбился в Гарри Поттера. Гарри, конечно, не хотел этому верить, но, в конце концов, сдался, когда обнаружил свой портрет в натуральную величину в комнате Колина, рядом с кроватью.

- Я должен идти, - с недовольством сказал он друзьям и прошествовал вниз по ступенькам, в гостиную. К его раздражению, эти четверо быстро последовали за ним.

Для дня субботы в гостиной было на удивление многолюдно, и когда Гарри вошел, его поприветствовали шквалом свиста и восхищенных выкриков, что моментально вогнало мальчика в краску. В конце концов, Гермиона смогла их утихомирить, но один лишь взгляд, полный безнадежного восхищения, со стороны Колина снова отправил Рона и Дина на грань истерики, и Гарри все-таки решил сбежать.

Он, нервничая, ждал Снейпа у огня, беспокоясь обо все тех вещах, которым Невилл и Гермиона пытались его научить. Похоже, не было никакой возможности пережить этот званый ужин и капитально не облажаться, и мальчик не хотел испытать на себе гнев Северуса Снейпа. Мужчина мог освежевать любого одним лишь голосом. Гарри испытывал его сарказм на себе уже и не сосчитать столько раз, и полагал, что к концу дня будет унижен до предела.

Он шокировано посмотрел на Снейпа, когда тот вошел в комнату и поначалу почти его не узнал. Никаких черных мантий - мастер зелий был одет в той же манере, что и Гарри, только зеленые тона были заменены темно-голубыми. И, черт побери! Мужчина выглядел…ну…привлекательным, возможно даже симпатичным. Не так, как Гилдерой Локхарт, конечно - у Снейпа не было его внешности. Но он выглядел весьма впечатляюще, и эти одежды только подчеркивали тот факт, что у мастера зелий была хорошая фигура. И его волосы, они были совсем другими. Это выглядело…действительно мило.

Он смутно помнил, как выпалил пару комплиментов, и сразу же оскорбился от того, что Снейп нашел их забавными. Но, по крайней мере, мужчина не стал сильно его дразнить.

Мальчик был весьма удивлен, когда Снейп отмел его опасения, касательно предмета этикета. По правде говоря, это почти звучало так, будто бы Снейп надеялся, что Гарри что-нибудь этакое вытворит. Он даже задумался на тему, а сможет ли заработать очки для Гриффиндора своим плохим поведением.

Гарри не любил портключи со времен Тремудрого турнира. Но, тем не менее, твердо ухватился за монету и позволил перенести себя к месту ужина.

Он немного пошатнулся, когда они приземлились, и, может быть, даже упал, если бы Снейп не подхватил его за локоть и не удержал равновесие.

- Извините, не люблю портключи, - пробормотал мальчик. Снейп промолчал.

Подняв голову, он увидел, что они стоят на дороге из гравия прямо перед большими железными воротами, на которых был выбит знак с розой, напомнивший Гарри татуировку, которую он видел на спине у Снейпа. За воротами мальчик разглядел огромный дом и красивый ухоженный сад, окружавший его.

- Это Снейп Мэнор? - спросил Гарри.

- Нет, этот Брайарвуд холл, - сообщил ему Снейп. Мужчина немного повернулся в сторону холма, находящегося на некотором отдалении от дома. - А это Снейп Мэнор.

Глаза Гарри расширились. Брайарвуд холл, похоже, был частью гораздо большего владения, и далеко за садами, на холме он увидел огромный замок с высокими башнями, внутренними дворами и, по крайней мере, с тремя независимыми крыльями.

- Вау! - воскликнул он, не в состоянии найти лучшего слова, чтобы описать всю его величественность. Похоже, потребуется много краски!

- Вам, правда, стоит поработать над своим лексиконом, мистер Поттер, - сухо сказал Снейп.

- Где мы конкретно? - Гарри хотел знать. - Это далеко от Хогвартса?

- Далеко - это все достаточно относительно, - ответил Снейп. - Мы в графстве Высокого Холма.

Гарри нахмурился. География никогда не была его сильной стороной, но он видел достаточно карт Британии, чтобы, по крайней мере, знать основы.

- В Британии нет графства Высокого Холма.

- В маггловской Британии нет графства Высокого холма, - поправил его Снейп. - Ты стоишь на земле одного из шести не нанесенных на карты графств Британии, в западном, если быть точным.

- Не нанесенные на карты графства? Гарри, конечно, слышал о не нанесенных на карты домах, но целое графство? Он даже не знал, что такое возможно. И, только подумать, в Британии их было шесть! Мальчик задумался, а как много их, должно быть, по всему миру.

- Много волшебников здесь живет? - спросил он.

Снейп пожал плечами.

- Думаю, не очень. - Он указал на дорогу, идущую вниз от Брайарвуд холла. - Министр Фадж живет в нескольких милях вниз по этой дороге. И Малфои живут несколько дальше, на север отсюда. Многие старые семьи имеют владения в Высоком Холме.

- А что насчет Норы? - с любопытством спросил Гарри. Он знал, что в Нору можно доехать на автомобиле, но, в то же время, всегда считал, что она каким-то образом изолирована или защищена от остального маггловского мира.

Снейп криво улыбнулся ему.

- Нора расположена в восточной части, - сказал он и оставил эту тему. Гарри предположил, что каждое из не нанесенных на карты графств имеет свой экономический статус.

Снейп постучал палочкой по воротом. Они с Гарри подождали, пока те откроются. Мальчик последовал за ним.

- Разве мы будем ужинать не в Снейп Мэнор? - из любопытства спросил Гарри, когда Снейп направился в сторону Брайарвуд Холла.

- Снейп Мэнор - это мой дом, - сообщил ему мастер зелий. - Хотя я годами не открывал его. Брайарвуд Холл принадлежит моему брату Клодиусу. - Он внезапно нахмурился, глядя на мальчика со странной искоркой в глазах. - Думаю, мне следует сказать тебе, что этим вечером разные люди будут пытаться добиться твоего разрешения на то, чтобы открыть Мэнор. Ни при каких обстоятельствах не давай его.

- Почему они будут спрашивать меня? - в замешательстве спросил Гарри.

Снейп пожал плечами.

- Теперь это такой же твой дом, как и мой, - напомнил ему мужчина. - Он не открывался с тех самых времен, как умер мой отец, и, думаю, там небезопасно.

- Ветхая конструкция или потому что ваш отец был Пожирателем смерти? - резко спросил Гарри.

Снейп насмешливо ухмыльнулся.

- Есть заклинания, которые сохраняют структурную целостность здания.

Что, похоже, было ответом на вопрос. Снейп подозревал, что в Мэноре было полно темной магии.

- Забавно, - пробормотал мальчик. Мастер зелий не ответил.

Как только они приблизились к Брайарвуд Холлу, две огромные деревянные двери, с вырезанными на них лозами розового винограда, открылись. Из дома заструился поток людей. Их было так много, что Гарри инстинктивно придвинулся поближе к Снейпу, подумав, что, возможно они попали в какую-то ловушку. Он быстро посмотрел на Снейпа, замечая, что мужчина не был встревожен, но был зол - на лице расплылась знакомая гримаса, взгляд его потемнел, что само по себе не предвещало ничего хорошего - мальчик слишком хорошо знал этот взгляд.

Навстречу ему раздались приветствия, крики «добро пожаловать!», и Гарри обнаружил себя пожимающим руки совершенно незнакомым людям, пытаясь запомнить имена представлявшихся. В конце концов, он почувствовал, как сильная рука сжалась на его плече, Снейп вытащил мальчика из центра толпы и подтолкнул к маленькой группке людей - взгляд мастера зелий достаточно эффективно отпугивал тех, кто попытался возразить.

- Гарри, это мои братья Клодиус и Марселиус и их жены Джулиана и Дельфина, - представил их Снейп. Его голос был лишь немногим лучше угрожающего рычания.

Клодиус и Марселиус, без сомнения, были родней мастера зелий. У обоих мужчин был нос Снейпа и такой же цвет кожи. Но, кроме этого, сходство было незначительным. Никто из мужчин не был так же высок, как старший брат, и оба они были гораздо более грузными. Марселиус щеголял аккуратно подстриженной бородой. Каждый из них пожал руку Гарри, достаточно вежливо поприветствовал, но, в то же время, они оценивающе смерили мальчика с ног до головы, как будто взвешивая какие-то «за» и «против».

Джулиана и Дельфина были удивительно красивыми женщинами, одна золотовласая, другая рыжеволосая. И обе хихикнули от удовольствия, когда мальчик пожал их руки, Дельфина даже сделала реверанс.

- И это, - рявкнул Снейп, указывая на большое сборище людей, которые перед этим окружили Гарри. - Вероятно, родственники. - Мужчина бросил недовольный взгляд на Джулиану и Дельфину, которые приятно улыбнулись ему в ответ. Очевидно, обе женщины пригласили все свои семейства на это маленькое собрание.

- Это моя сестра Диана и ее муж Элрик Брэнд, - продолжил Снейп представления, махнув рукой в сторону следующих двух людей, ждущих представления.

Диана Снейп Брэнд была довольно привлекательной особой. Ее темные волосы и темные глаза красиво контрастировали с бледной кожей; черты лица же были утонченными и изящными. Но, кроме того, в ней была какая-то скрытая грация, которая, к удивлению Гарри, напомнила ему Макгонагл, только куда моложе. Пожав его руку, она подарила мальчику теплую улыбку, искренне радуясь встрече с ним. Ее глаза практически сияли, когда он посмотрела на своего старшего брата.

Элрик Брэнд, с другой стороны, был ее полной противоположностью. Он был невероятно высоким, очень мускулистым, с прической и бородой викинга. Конечно, мужчина был выше их всех. Он хмуро посмотрел сверху вниз на Гарри, так, как будто бы разглядывал коротышку. При рукопожатии же Брэнд сжал его руку несколько сильнее, чем это было необходимо.

- И это мой младший брат Джулиус, - наконец сказал Снейп, показывая ему последнего члена группы.

Гарри едва смог сдержать выдох удивления, когда увидел Джулиуса в первый раз. Он думал, что четвертый брат будет выглядеть так же, как остальные, но Джулиус Снейп отличался от Клодиуса, Марселиуса и Северуса так же, как ночь отличается от дня. У него был тот же цвет лица, темные волосы, темные глаза и бледная кожа. Но тогда как Диана, которая была избавлена от фамильного носа Снейпов, была достаточно симпатичной, Джулиус был ослепительно красив. Он был почти того же роста, что и Северус, стройный, сильный. Но на этом сходство заканчивалось. Его черты были безукоризненными - высокие скулы, острый подбородок, пленительно полные красные губы. Даже бледная кожа, которая была у всех Снейпов, смотрелась на нем наподобие самого лучшего гипса. И он был одет так, чтобы привлекать внимание - в черный вельветовый дублет, окантованный темно-бордовым шелком. Его руки были украшены несколькими сверкающими кольцами.

Он подарил Гарри долгую чувственную улыбку, пожал ему руку, и, как и его братья, оценивающе посмотрел на мальчика, но, в отличие от них, в его глазах блестело нечто, более похожее на голод. Это заставило мальчика вздрогнуть самым наинеприятнейшим образом, и он бросил нервный взгляд в сторону Снейпа, не зная, заметил ли тот. Мастер зелий пристально посмотрел на него, и сердитый взгляд на его лице сменился взглядом созерцательным.

А затем Диана позвала всех обратно в дом, и неприятный момент был исчерпан.

У Гарри почти не было времени, чтобы восхититься прекрасной архитектурой Брайарвуд Холла - он оказался снова окруженным толпой родственников. Мальчик успел пройти за Снейпом и остальной семьей в главный зал, до того, как оказался отрезанным толпой мужчин и женщин, которые были очень рады присутствию Мальчика-Который-Выжил.

- А правда, что вы советник министра Фаджа? - пролепетала одна женщина.

- А правда, что вы секретный игрок английской команды по квиддичу? - спросил молодой человек прежде чем Гарри успел ответить на первый вопрос.

- Я слышал, что ты научился аппарировать, когда тебе исполнилось семь! - воскликнул другой мужчина, пока Гарри размышлял над тем, как кто-то тайно может играть за квиддичную команду. - Как ты смог сделать это?

- В «Ведьминском еженедельнике» написано, что ты встречался с иностранной принцессой-вейлой, - объявила грузная женщина средних лет. - Как ты оказался у Северуса?

- Ты правда можешь укрощать драконов своим пением?

- Правда, что ваша метла сделана из посоха Мерлина?

- Это правда, что когда злые создания касаются вас, то сгорают дотла?

Гарри, который пообещал себе никогда не читать таблоиды, уставился на них всех с растущей тревогой. Конечно же, люди не могли поверить в такое - ну хорошо, Квиррелл сгорел дотла от прикосновения к нему, но это было другое.

- Можно посмотреть твой шрам?

Гарри бы воспринял вопрос с тем же недоверием, как и остальные, если бы он не исходил от маленького мальчика, около шести лет. Он вздохнул и сел на коленки перед малышом, забыв про остальных взрослых, отбрасывая волосы со лба.

Малыш счастливо ему улыбнулся, и его глаза расширились от восторга, когда он уставился на шрам в виде молнии на лбу Гарри. И все было бы ничего, если окружившие его взрослые не восприняли бы это как знак, чтобы ринуться вперед и прикоснуться к нему, достать пальцами знаменитый шрам. Некоторые женщины выглядели так, будто бы намеревались поцеловать его. Гарри шокировано отпрянул, почти теряя равновесие, пытаясь уклониться от них.

- Довольно!

Гарри никогда прежде не был так рад видеть своего мастера зелий, быстрыми шагами зло марширующего в его сторону, с сердитым взглядом на лице. Он инстинктивно протянул к нему руку, и обрадовался, когда ее схватили, и вытащили его из середины толпы. Нисколько не стыдясь, мальчик спрятался за Снейпом.

- Назад! - рявкнул мастер зелий, когда остальные попытались последовать за ним. Все остановились, напуганные видом взбешенного волшебника.

- Ну, Северус, - заныла Дельфина. - Они только лишь хотели посмотреть на него. Не каждый день удается встретить такую знаменитость.

Гарри съежился от этих слов, хорошо зная, что Снейп думает о знаменитостях. Мастер зелий обернулся, чтобы пронзить женщину яростным взглядом:

- Что ж, они посмотрели на него. А теперь заставь их уйти. Я не для того его сюда привел, чтобы ему докучал весь этот глупый сброд. Или уходят они, или мы!

Дельфина, на лице которой читалось унижение, от того что ее семью назвали сбродом, побледнела от этой угрозы.

- Ох! - воскликнула она. - Конечно, конечно. Что ж, все равно они не собирались оставаться на ужин. - Женщина начала прогонять их от двери, и Джулиана пошла ей помогать. Толпа, хоть и протестуя, но начала редеть.

- Мои извинения, Гарри, - сказал Снейп, к удивлению мальчика. Он уже готов был почувствовать на себе весь гнев мастера зелий. - Если бы я знал, что тебя тут кинут этой своре диких собак, я бы никогда тебя сюда не привел.

Снейп назвал его по имени. Они никогда не обсуждали это, но Гермиона ясно дала понять, что на людях ему следует называть Снейпа по имени. Выглядело бы странно, если бы он этого не делал.

- Все в порядке, Северус, - непривычно прозвучало имя на его губах.

Он увидел, как что-то блеснуло в глазах Снейпа, и момент спустя распознал это как одобрение, прежде чем мужчина согласно кивнул.

- Вижу, ты такой же очаровательный, как всегда, Северус, - высказался Клодиус. - Дикие собаки? Немного грубо, ты не находишь?

Северус повернулся и пронзил брата взглядом.

- Едва ли. Полагаю, ты думал, нам это понравится?

Клодиус пожал плечами.

- Они хотели встретиться с ним. Едва ли их можно обвинить в этом. Уверен, с Гарри - могу я называть тебя Гарри? - такое постоянно случается.

- Да, Сев, остынь, - согласился Марселиус. - На прошлой неделе, когда Гарри был на обеде в Гербологическом сообществе ведьм, толпа, должно быть, была в пять раз больше.

- Он в школе, ты, тупица! - проревел Снейп. - Он не разъезжает и не выступает с речами на званых обедах! И с каких это пор ты начал верить таблоидам!

- А теперь слушай сюда, Северус! - рявкнул Марселиус, и Гарри подумал, что вместо воссоединения двух братьев, здесь скорее разгорится новая семейная междоусобица. Мальчик жил с дядей Верноном Дурслем слишком долго, и научился распознавать первые признаки назревающего конфликта.

- Извините, - быстро вклинился он между Северусом и его братьями. На него уставились три удивленных взгляда. - Мы пришли сюда не драться. Давайте попытаемся сменить тему, хорошо?

Клодиус и Марселиус выглядели сбитыми с толку, так, будто бы подобная идея не приходила им в голову - или же, возможно, они не привыкли, чтобы кто-то вмешивался в их споры. Северус выглядел - на самом деле, Гарри не был уверен, как интерпретировать взгляд на лице мужчины. Он подозревал, что, возможно только что потерял несколько дюжин очков с Гриффиндора, за то, что посмел вмешаться.

- Да, пожалуйста! - немедленно согласилась Диана, делая шаг вперед и благодарно улыбаясь мальчику. - Гарри прав. Мы все здесь, чтобы снова узнать друг друга. Давайте не будем начинать все с бессмысленной драки.

Выражение лица Северуса немного смягчилось, и мальчик послал Диане благодарный взгляд.

- А теперь, кто хочет выпить! - объявила Дельфина, ослепительно улыбаясь - избавившись от родственников, она и Джулиана вернулись в комнату. Они легко пронеслись по комнате к самому центру группы, совершенно не замечая общей напряженности, и начали вручать всем разнообразные напитки.

Когда Элрик взял стакан виски из рук Джулианы, он кивнул Гарри.

- Ты должен был позволить им подраться, - пробормотал он так, чтобы только мальчик мог его услышать. - Хорошая драка - это то, что надо, чтобы не заскучать. Я с нетерпением ждал этого.

Гарри ничего не сказал, и лишь взял бокал с тыквенным соком у Дельфины. Он сделал первый глоток и почти подавился - напиток опалил горло, и на глазах выступили слезы. Элрик крепко хлопнул его по спине, ухмыляясь.

- Это бренди из моих личных запасов. Не трать его понапрасну, - сказал ему мужчина.

Его реакция вызвала смех у Клодиуса и Марселиуса, и они весело ему улыбнулись.

- Сев еще не позволил тебе добраться до своих личных запасов, я так полагаю? - спросил Клодиус. - Стыдись, Северус. Ты должен всем делиться.

Гарри бросил нервный взгляд на мастера зелий, не уверенный, какой реакции стоит ожидать. Северус лишь бросил тяжелый взгляд на своего брата.

- Он никогда не просил, - просто сказал он.

- Я не любитель выпить, - отозвался Гарри, надеясь, что шутка себя исчерпала, и они не будут предлагать ему тыквенный сок, смешанный с бренди весь вечер.

- Предпочитаешь сливочное пиво, Гарри? - предложил Джулиус, протягивая знакомую бутылку.

- Спасибо, - благодарно кивнул Поттер. Джулиус снял заклинанием крышку и вручил Гарри пиво и бокал. Странно, он прикоснулся к руке мальчика, когда передавал их, хотя мог бы обойтись и без этого, и Гарри с удивлением посмотрел на него. Мужчина лишь молча улыбнулся ему, а потом отошел. Диана начала рассказывать Северусу о своих детях и о том, чем они занимались в последние несколько лет.

— — — — — — — — — — — — — — — — -

Примечания автора

Насколько мне известно, Снейп - не римская фамилия, но мне захотелось назвать всех членов семьи римскими именами. «Северус» - определенно имеет латинские корни.

Глава 17. Шипы

Они немного посидели в главном зале, Диана пыталась удержать разговоры между братьями в мирном русле. Но Гарри четко понимал: чувство враждебности между тремя старшими не преодолеть за один вечер. Джулиуса же, похоже, не заботили семейные ссоры, и он мало участвовал в беседе. К ужасу мальчика, большую часть времени тот провел разглядывая его самого. Каждый раз, когда Гарри смотрел на него, он встречался с этими темными глазами, жадно изучающими его, что заставляло чувствовать себя очень некомфортно.

Как и предупреждал Северус, оба брата и их жены, Клодиус, Марселлиус, Дельфина и Джулиана, нашли минутку, чтобы поговорить с мальчиком с глазу на глаз, и спросить его о планах на Снейп Мэнор. Женщины великодушно предложили отремонтировать замок, тогда как мужчины настаивали на важности того, что у человека с таким статусом, как у него, должен быть подходящий дом для важных приемов. Гарри улыбнулся им и посоветовал поговорить об этом с Северусом, поскольку он слишком занят школой, чтобы думать на эту тему. Они выглядели разочарованно, но воздержались от комментариев.

В конце концов, Дельфина и Джулиана позвали всех в столовую на ужин. Мальчика посадили рядом с Джулиусом, прямо напротив мастера зелий. Один взгляд на стол - и он увидел обещанные кинжалы. К его облегчению, стол был сервирован вилками, однако они лежали под странным углом - что, по словам Невилла, было знаком уважения магглорожденному гостю, но они не предназначались для общего употребления.

Перед первой сменой блюд, был сделан тост. Клодиус произнес скучную речь, о том, как он рад приветствовать Гарри в семье - что само по себе было бы неплохо, если бы он не чередовал ее с многочисленными намеками на то, как сильно было опозорено семейное имя. Северус выслушал все комментарии, не проронив ни слова, что было сделано, скорее всего, лишь ради Дианы. Это удивило и разозлило мальчика. Это сильно напоминало первое письмо, которое они отправили мастеру зелий. И хотя Гарри никогда не ладил с Северусом, он четко понимал, каково это - когда семья обращается с тобой как с отбросом. Особенно, учитывая то, что на самом деле Снейп был героем этой маленькой семейной драмы, а не злодеем, как его выставляли перед всеми братья, это становилось вдвойне нечестно.

Отлично, раздраженно подумал он. Если они решили вести себя грубо, то ему не стоит волноваться, как бы случайно не оскорбить их своим поведением. Когда первая смена блюд закончилась, Гарри намеренно разложил шелковую салфетку по-маггловски и немедленно взял в руки вилку, проигнорировав кинжал. Когда мальчик взглянул на Северуса, то заметил, как у того промелькнула маленькая ухмылка - определенно, в его глазах читался довольный блеск. Гарри улыбнулся и задумался, какие бы еще ошибки сделать.

Разумеется, его манеры никто не прокомментировал, однако они не остались незамеченными. Мальчик обрадовался, что его старания не остались без внимания - Джулиана сделала жест, отпугивающий злых духов, когда он передал соль не в том направлении. Но никто по этому поводу ничего не сказал.

Джулиус затронул любимую тему Гарри. Большую часть ужина он расспрашивал о его роли в гриффиндорской квиддичной команде. В ходе беседы мальчик позабыл о пристальных взглядах, приносящих ему такой дискомфорт, и по-настоящему стал получать удовольствие от общения.

- А как же ты? - наконец спросил он младшего Снейпа. - Ты играл в школе?

Джулиус пожал плечами.

- Я пытался, но я плохо летаю. Я особо и не старался - гораздо веселее смотреть за игрой.

Гарри не мог с этим согласиться, но не подал виду.

- А в каком доме ты был?

- Доме? - спросил Джулиус, немного сбитый с толку. - Ах, да, конечно. Дома. Я учился не в Хогвартсе. Бобатон. Мы все там учились, кроме Северуса.

- Правда? - мальчик не смог скрыть удивления.

Марселиус, который слышал их разговор, нагнулся ближе.

- Да, Гарри, - сказал он достаточно громко, чтобы оставшиеся члены семьи тоже слышали. - Северус был единственным, кто учился в Хогвартсе. Боюсь, отец слишком заботился о репутации семьи. Он считал, что остальные могут попасть не в тот дом.

- Не в тот дом? - нахмурился Поттер, ощущая скрытое оскорбление, но не понимая, с чем конкретно оно связано.

- Разумеется, он имеет в виду Слизерин, - сообщил ему Северус, шелковым голосом, окантованным тесьмой враждебности.

- Это был твой дом, не так ли, Северус? - уколол Марселиус, хотя было очевидно: он уже знает ответ. - Мерлин сохрани, чтобы сын Пожирателя смерти оказался в каком-то другом доме, не в Слизерине! Боюсь, отец не доверял нам.

Гарри почувствовал, как в нем закипает злость. Он не любил Слизерин, но все эти атаки против Северуса были ужасно несправедливыми. Мальчик увидел холодный блеск в глазах Снейпа, и понял: Диана - не Диана, но мастер зелий вряд ли сможет и дальше терпеть такое поведение.

- Знаете, мне кажется, у вас неправильное представление о факультетах и Пожирателях смерти, - сообщил им Гарри.

- Едва ли, - усмехнулся Марселиус. - Все знают, что основной выпуск Слизерина - это Пожиратели смерти. На этот раз это было прямое оскорбление, и рука Северуса сжалась на рукояти кинжала. Поттер бросил тяжелый взгляд на другого брата.

- Вообще-то, сэр, вы не правы. Пожиратели смерти выходили из разных домов, не говоря уже о Бобатоне и Дурмштранге. На самом деле Питтер Петтигрю, человек, который воскресил Вольдеморта из мертвых два года назад, был гриффиндорцем.

Все, за исключением Северуса, дернулись при произнесении имени Вольдеморта. Первым пришел в себя Элрик и быстро сказал.

- Ты, похоже, путаешь факты. Питер Петтигрю был убит много лет назад Сириусом Блэком.

Гарри покачал головой.

- Сириус Блэк был невиновен. Питер Петтигрю повесил на него эти убийства. Двое гриффиндорцев - один хороший, другой плохой. Все дома такие же. Северус - первый тому пример. Он спасал мою жизнь столько раз, сколько мне не сосчитать. И он годами рисковал своей жизнью, защищая Волшебный мир от Пожирателей смерти. Я бы сказал, что это вы перепутали все факты, если считаете иначе.

Его слова были встречены молчанием, ведь в голосе мальчика читался неявный вызов. Гарри рискнул бросить взгляд на мастера зелий. Мужчина во все глаза смотрел на него, и удивление на его лице граничило с шоком. Мальчику пришло в голову, что за этого человека никто никогда не заступался. Это был самым малым, что он мог сделать. Гарри все еще должен был ему за то, что тот защитил его от Драко в первый день после свадьбы.

- Что ж, разве не в этом цель ужина? - быстро сказала Диана, прерывая гнетущую тишину. Она посмотрела на стол, и на лице появилась улыбка, полная надежды. - Чтобы прояснить все, наконец, и оставить прошлое в прошлом?

Марселиус и Клодиус посмотрели друг на друга и нехотя кивнули.

- Да, конечно.

Клодиус согласился:

- Думаю, если кто и знает правду, то это Мальчик-Который-Выжил.

И, к ужасу мальчика, он понял, что даже в этом был укор Северусу - что они поверили его слову, слову Гарри. Слова Северуса было недостаточно. Но тут он увидел, как Северус слегка покачал головой, будто говоря ему оставить эту тему. Гарри вздохнул, про себя рассуждая, как же мужчина сможет с этим справиться.

- Мальчик-Который-Выжил, - мечтательно повторила Джулиана, снимая общее напряжение. - Так замечательно звучит. Скажи мне, Гарри, каково это - быть Мальчиком-Который-Выжил? - Она произнесла его так называемый титул с чем-то, близким к благоговению.

- Простите? - мальчик уставился на нее, не понимая, что она имела в виду.

- Думаю, это, должно быть, весьма утомительно, - продолжила она, улыбаясь ему.

Дельфина согласно кивнула.

- Весьма утомительно, - повторила она. - Мне кажется, что самая сложная часть, должно быть, - это подписывать автографы.

- Ах, нет же, дорогая, - не согласилась с ней Джулиана. - Я бы сказала, что отвечать на письма фанатов значительно хуже. Там ему надо писать больше, нежели свое имя.

- Ну, а ты что скажешь, Гарри? - спросила Дельфина. - Расскажи нам, что самое плохое в роли Мальчика-Который-Выжил?

Гарри недоверчиво посмотрел на них.

- Думаю, - неуверенно сказал он. - Это то, что меня постоянно пытаются убить.

Реакцией на его слова были шокированные взгляды, и один придушенный смешок, который, к удивлению мальчика, исходил от Северуса. Тот прикрывал рукой рот, и всеми возможными силами пытался сдержать хохот. На этот раз он определенно увидел одобрение, мерцающее в этих темных глазах.

- Ох, - пробормотала Дельфина. - Думаю, это было бы сложно.

- И все же, - добавила Джулиана, очевидно не понимая смысла того, что сказал Гарри. - Думаю, моя рука устала бы писать, если бы мне пришлось подписывать так много автографов.

- Северус, - быстро вклинилась Диана, меняя тему разговора. - Почему бы тебе не рассказать нам про свою работу? Я так понимаю, твои знания зельеварения превзошли навыки матери.

Снейп, справившись со смехом, пожал плечами.

- Ну, если считать то, что эта женщина сама себя отравила, это было несложно.

Поттер удивленно посмотрел на него.

- Твоя мать отравила себя?

Мастер зелий ухмыльнулся.

- Да, это один из тех отвратительных маленьких семейных секретов, который, я уверен, тебе понравится.

Мальчик посмотрел на остальных, думая, объяснит ли ему хоть кто-нибудь. Диана улыбнулась ему.

- Это необычная история, Гарри, - сказала она ему. - Немногие знают ее. У нашей матери была довольно странная мания. Ты когда-нибудь слышал историю про Белоснежку?

Поттер нахмурился.

- Семь гномов, отравленное яблоко, зачарованный сон, поцелуй истинной любви. Эта история?

- Да, хотя на самом деле это были семь домовых эльфов, - сказала ему Диана. - Но, не сомневаюсь, ты слышал маггловскую версию сказки. Версия волшебников немного другая. Наша мать, однако, заинтересовалась тем аспектом истории, который касался зелья.

- Она хотела сделать отравленное яблоко? - спросил мальчик, думая, что, возможно, именно так женщина отравила себя.

- На самом деле, Гарри, отравленное яблоко достаточно легко сделать, - сообщил ему Северус. - И зачарованный сон, и часть, касающуюся поцелуя истинной любви - все это достаточно просто состряпать. Мать не интересовала эта часть истории.

Окончательно запутанный, мальчик снова посмотрел на Диану. Он не помнил, чтобы в этой истории фигурировало еще какое-то зелье.

- Мать заинтересовало начало истории, - объяснила женщина. - Часть, касающаяся королевы, которая хотела совершенное дитя. Прекраснейшее дитя на всей земле, чьи волосы были бы как ночь, губы алы, как кровь, и кожа бела как снег.

Бела как снег… Гарри нахмурился, и мгновение спустя догадка осенила его. По спине пробежался холодок, когда он бросил шокированный взгляд на комнату, в которой перед ним сидели Снейпы. Все черноволосые с белейшей кожей - он повернулся к невероятно красивому Джулиусу. Мальчик был потрясен догадкой - описание совершенного дитя прекрасно ему подходило. Мужчина улыбнулся, утвердительно склонил голову, отвечая на мысль Гарри, которую тот так и не озвучил, но которая была ясно написана на его лице.

- Она пыталась сделать это со всеми нами, - продолжила Диана. - Но у нее ничего не выходило. До Джулиуса.

- Вы сказали, что она отравила себя, - сказал мальчик, заставляя себя отвести взгляд от Джулиуса Снейпа.

Северус горько усмехнулся.

- Да, мама позабыла про одну маленькую деталь этой жалкой истории. Королева умирает при рождении ребенка и никогда не сможет увидеть свое совершенное дитя. Каждый раз, принимая экспериментальное зелье, она рисковала своей собственной жизнью, здоровьем ее детей, и все из-за такой глупости, как тщеславие.

- Вы когда-нибудь спрашивали ее, почему для нее это так важно? - спросил Гарри, потрясенный историей. Он подумал, что, возможно, в прошлом всех Волшебных семей имелись подобные странности.

- Мать не говорила о своей работе, - сказал Марселиус Гарри. - Дело в том, что мы знали, что она над чем-то работает, но не знали, над чем. Только после ее смерти Северус прочитал ее записи и понял, что она делала.

- Так вот что подтолкнуло твой интерес к зельям? - спросил мальчик.

Северус пожал плечами.

- Я и до этого ими интересовался, - признался он. - Но это определенно не повредило. Ничто так сильно не разжигает интерес, как семейные тайны.

Они еще поговорили о матери. Гарри внимательно слушал, ему было интересно узнать о прошлом Северуса Снейпа. Похоже, что пока речь шла о раннем детстве, без упоминаний об отце, трое братьев могли вести достаточно цивилизованную беседу. Джулиус участвовал в разговоре лишь эпизодически, Диана же смотрела за тем, чтобы все держались безопасных тем для разговора.

Ужин закончился без кровопролитья, и мальчик посчитал это успехом. Когда они вновь вернулись в главный зал, Гарри извинился, вышел в туалет, и медленно зашагал по коридорам. Ему подумалось, что Северус захочет провести некоторое время наедине с семьей, или, по крайней мере, с Дианой, и он не знал, как это организовать.

Благодаря Джулиусу, который перехватил его в холле, мальчику не пришлось об этом беспокоиться и возвращаться в главный зал.

- Я подумал, что ты захочешь осмотреть сад, Гарри, - предложил он. - Это даст Северусу возможность поговорить с остальными наедине. Я подозреваю, они хотят обсудить будущее Снейп Мэнор. Это всегда было больной темой, и я сомневаюсь, что ты захочешь оказаться в центре этой битвы.

Вспомнив предупреждения Северуса о Мэноре, мальчик кивнул.

- Конечно, - согласился он, и зашагал рядом с младшим Снейпом. - Тебе не кажется, что немного темновато для того, чтобы устраивать экскурсии по саду? - Гарри подумал, что экскурсия по дому была бы более уместна.

Джулиус широко улыбнулся, и его темные глаза сверкнули.

- О, не беспокойся об этом. Они хорошо освещены Волшебными огнями. Брайарвуд Холл славится своими оградами из роз. Ты должен их увидеть.

Снейп младший открыл боковую дверь, за которой открывался проход во внутренний дворик и к тропинке в сторону сада. Когда Гарри сделал шаг вперед, то был готов поклясться, что почувствовал, как чья-то рука легонько погладила его по спине. Он бросил удивленный взгляд на Джулиуса, который шел рядом с ним. Мужчина снова улыбнулся ему, и широко махнул рукой, приглашая пройти в сторону сада, который начинался сразу за двором.

На улице было темно. Луна, почти полная, но уже начинающая убывать, висела над головой. Вдалеке, на вершине холма, в лунном свете Гарри разглядел очертания Снейп Мэнор. Но его внимание привлек сад, который собирался показать ему младший Снейп. До этого он видел сады, сделанные в форме лабиринта, только на картинках - огромные живые изгороди - но никогда не видел их так близко. Они возвышались над его головой и цвели; гигантские кроваво-красные розы наполняли тяжелый ночной воздух своим ароматом. Джулиус сказал правду - лабиринт был освещен шариками света, вплетенными в живую изгородь, отчего в холодном лунном свете сад приобретал зловещий голубой отблеск.

Снейп младший шел впереди и, когда они вошли в лабиринт, пьянящий запах роз буквально сбил Гарри с ног. Юноша заметил шипы на стеблях роз. Они выглядели так, будто таили в себе смерть - длинными и чудовищно острыми. Он не позавидовал бы садовнику, который ухаживал за ними.

Хозяин и гость прошлись еще немного. Мальчик задал несколько простых вопросов о поместье, в котором они были, и о тех, которые находились по соседству. Он подумал, что достаточно странно знать, что Малфой Мэнор находится всего лишь в нескольких милях отсюда. И более того, похоже, здесь же были дома Лестранджей, вместе с Гойлами и Паркинсонами. Гарри почувствовал себя не в своей тарелке от того, что большинство людей, живущих в Высоком Холме, либо пытались убить его, либо были убиты, сражаясь с ним.

- Тебе нравится? - спросил Джулиус, продолжая прогулку. - Сад, я имею в виду?

- Он красивый, - признал мальчик. Он достаточно много работал в саду у Дурслей, чтобы оценить работу, которую, должно быть, проделали с лабиринтом, хотя и предположил, что у волшебников есть всевозможные садоводческие заклинания, чтобы облегчить себе труд. Гарри подумал, что мадам Спраут понравилось бы это место.

- Этот сад является собственностью нашей семьи уже несколько веков, - сказал ему Снейп младший, ведя дальше в лабиринт, двигаясь по извивающимся тропинкам и коридорам. - Моя мать очень его любила.

Услышав эти слова, мальчик нахмурился. Как он понял из истории, которую слышал раньше, мать Джулиуса умерла, когда тот родился. Как младший Снейп мог узнать, что его мать любила этот сад?

- Может, вернемся к остальным? - предложил Гарри, думая, что неправильно лишать Джулиуса компании своего брата. Он, возможно, мало знал Северуса и тоже хотел бы поговорить с ним с глазу на глаз. Кроме того, запах роз становился все сильнее, и ему захотелось убежать от него.

Но младший Снейп лишь рассмеялся.

- Я был ребенком, когда Северус покинул семью, - сказал он мальчику. - Я едва его знаю. Кроме того, я хотел бы узнать тебя поближе. Ты мне кажешься куда более интригующим. - К удивлению Гарри, пока мужчина говорил, он протянул руку и убрал прядь волос Гарри за ухо, и от этого весьма интимного жеста мальчик почувствовал себя очень неуютно. Даже Рон не стал бы делать ничего подобного, а Рона он знал куда лучше, чем этого человека. Внезапно он почувствовал головокружение - похоже, запах роз начал на него как-то действовать.

Но Джулиус снова лишь только улыбнулся и продолжил, так, будто бы ничего не случилось.

- Я представляю, какое для тебя это было огромное разочарование, - сказал мужчина, подводя Гарри к очередному углу лабиринта, в маленький дворик с беседкой посредине. - Оказаться женатым на Северусе.

Гарри встал как вкопанный.

- Что ты имеешь в виду?

Джулиус обернулся и снова улыбнулся ему со знающим взглядом.

- Я имею в виду, что едва ли он может быть тем любовником, о котором молодой человек, как ты, мог бы мечтать. - Он рассмеялся от одной такой мысли. - Ты, должно быть, был в ужасе от того, что находишься во власти кого-то столь жесткого и холодного. К тому же, в Северусе нет ничего радующего глаз. Ты сжимаешься в комок от ужаса каждый раз, когда он прикасается к тебе, или ты привык подчиняться ему?

- Что? - Поттер шокировано уставился на мужчину, не имея ни малейшего понятия, как ответить на его слова. По крайней мере, когда его слизеринские однокурсники делали ему грубые намеки, они все были в форме оскорблений. Это же было другим - чем-то гораздо более личным, и ему не нравилось, к чему шел этот разговор. И он готов был поклясться, запах роз становился сильнее, и странным образом одурманивал.

- Ты довольно красив, знаешь ли, - сказал ему Джулиус, и Гарри, несмотря на обстоятельства, понял, что начинает краснеть. - Думаю, Северус дождаться не мог того, чтобы добраться до тебя. Как, должно быть, ты ненавидел, когда это чудовище прикасалось к тебе. - Снейп протянул руку, чтобы снова коснуться волос мальчика, но тот отбросил ее и сделал шаг назад.

- Ты говоришь о своем брате! - воскликнул он, не веря собственным ушам. Чудовище? Ну хорошо, гриффиндорцы и правда называли его даже хуже, но, ради бога, это была его плоть и кровь! И, кроме того, Северус более чем хорошо к нему относился. Не говоря уж о том, что Джулиус, очевидно, не имел ни малейшего понятия о том, кем был его брат и почему они на самом деле поженились. Он полагал, что только Клодиус и Марселиус верили тому, что мастер зелий все еще Пожиратель смерти. Теперь он видел: мнение Джулиуса о мужчине ничуть не лучше.

- Да, он мой брат, - согласился младший Снейп, продолжая улыбаться. - И это дает мне отличную возможность облегчить твои страдания. Никто даже и не подумает, почему ты так много времени стал проводить в компании своего деверя. Такие семейные связи только приветствуются. - Говоря это, он сделал несколько шагов к Гарри. Парень так же быстро отступил, начиная понимать, к чему тот ведет.

- Ты же не думаешь, что я заинтересовался тобой? - удивленно спросил Поттер. Он не мог поверить, что попал в такую ситуацию - чтобы брат Северуса Снейпа предлагал ему встречаться. Это было просто нелепо.

Джулиус мягко рассмеялся.

- Конечно ты заинтересовался, - ответил он. - Я видел, как ты смотрел на меня. Я знаю, что ты меня хочешь. И кто бы только предпочел Северуса мне?

Гарри понял, что краснеет от смущения - хорошо, может он и подумал, что мужчина красив, но любой бы подумал точно так же. Но, похоже, тот унаследовал от матери не только волшебную красоту, но и ее огромное тщеславие.

- Ты не знаешь меня, - сказал он Снейпу. - И ты не знаешь своего брата. Мне это не интересно. Прощай! - Гарри повернулся, чтобы уйти, желая побыстрее выбраться из этого места. Он не знал, как реагировать на ухаживания человека, который, похоже, привык считать, что неотразим.

Коридор, через который они вошли во дворик, исчез.

Гарри тревожно посмотрел на непроходимую стену из роз, вставшую перед ним. Он повернулся, быстро оглядываясь, думая, что, возможно, повернул не туда. Но, похоже, в этом заборе не было выхода.

- Выход есть, - с мягкой усмешкой уверил его Джулиус. - Но только если ты знаешь, где искать. В конце концов, это же лабиринт. Но если ты сделаешь хоть малейшую ошибку, шипы на стеблях роз достаточно сильны, чтобы содрать кожу до костей. И я единственный, кто знает секрет лабиринта, единственный, кто может вывести тебя отсюда.

Гарри почувствовал, как его сердце начало бешено колотиться, что-то внутри перевернулось, когда он понял, что его соблазном заманили сюда, и он, как дурак, позволил это сделать. Повелся на симпатичное личико. Он снова отодвинулся от Джулиуса, делая шаг в беседку, надеясь, что оттуда сможет увидеть выход. Поттер подумал, что, в крайнем случае, мог бы сжечь забор - если только тот не защищен от таких заклинаний.

Джулиус последовал за ним в беседку.

- Тебе нравится запах роз? - с любопытством спросил он. - Они - это еще одно наследство моей матери. Как раз эти цветы она и использовала в своих зельях. Они в моей крови. Их запах сводит мужчин и женщин с ума от желания ко мне.

Гарри побледнел, понимая, что он говорит. Поттер был не далек от истины, когда подумал, что запах одурманивает. Очевидно, это действовало так же как своего рода принуждение или чары, возможно, афродизиак или любовное заклинание. Но он смог противостоять империусу, и не один раз - эта штука не сможет его победить!

- Говорю тебе, Джулиус, мне это неинтересно! - прорычал Гарри. Он поверить не мог, что этот человек и правда думает, что Гарри упадет в его объятья. Да он совершеннейший псих!

Глаза Джулиуса потемнели, а его улыбка внезапно стала холодной.

- А ты думаешь, меня это заботит? - Джулиус рассмеялся, и внезапно, в одно мгновение, оказался рядом с мальчиком, грубо вжимая его своим телом в одну из колонн беседки и наклоняя голову, вплотную приближая свои губы к его губам.

Нападение было столь неожиданным, что у Гарри не было времени, чтобы среагировать. Однако он смог отвернуться и избежать жесткого поцелуя. Но Джулиуса это не остановило, и вместо этого младший Снейп атаковал нежную шею, скользя руками по телу мальчика, в то время как тот пытался вырваться.

Гарри не ожидал нападения такого рода - до этого Джулиус не сделал ничего, из чего можно было понять, что тот попытается взять мальчика силой. И младший Снейп был сильнее, чем Гарри - гораздо сильнее, и возраст, рост, мускулатура - все работало на него. Парень знал, что ему придется воспользоваться палочкой - если он позволит и дальше этому продолжаться, то у него будут серьезные неприятности. Чувство тревоги в одно мгновение превратилось в слепую ярость, когда он почувствовал, как одна из рук Джулиуса ощупывает его между ног, прикасаясь к нему через кожаные брюки.

Не думая, что делает, он ударил головой вперед, в голову мужчины, с силой, достаточной, чтобы ненадолго отвлечь его внимание. Это было все, что ему было нужно. Он грубо отбросил Джулиуса от себя, выхватил палочку и сделал шаг из беседки. Кончик палочки загорелся, и проклятье уже было готово сорваться, в то время как Гарри пытался взять под контроль свой гнев. Мальчик мог покалечить этого человека, возможно, убить, так он был зол. Его тело буквально тряслось от бешенства.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — -

Примечания автора

Нет-нет, даже и не думайте, что я скажу вам, что случится дальше. Я всего лишь хотела кратко прокомментировать идею о Белоснежке, прежде чем кто-то подумает, что я хочу увести историю в совершенно ином направлении. Эта замечательная история пришла мне в голову, когда я писала сцену ужина - и ничего больше. Я не смогла удержаться и не написать ее - она прекрасно подошла к стенам из роз и поведению Джулиуса. Больше - в следующих примечаниях автора

Глава 18. Сердце лабиринта

Для Северуса этот вечер приносил один сюрприз за другим - и не все из них были приятными. Ему понравилась реакция Гарри на Мэнор, но все хорошее настроение растаяло при появлении толпы людей, набросившейся на Мальчика-Который-Выжил, так, как будто бы он был самим Мерлином во плоти.

Раньше он думал, что мальчик обожает свой статус знаменитости. Но выражение, полное ужаса, на лице Гарри, быстро развеяло эти мысли, так же, как и то, что он практически спрятался за его спиной, когда Снейп вытащил его из центра толпы.

- Мне следовало это ожидать, - подумал он. Северус знал, что это не было делом рук его братьев, но они могли бы обуздать своих жен! Грустно, но с момента их последней встречи Джулиана и Дельфина не стали ни на йоту умнее.

Диана была практически такой же, какой он ее помнил. Мастеру зелий было приятно видеть, как обрадовалась она встрече. Недоверие, которое он видел в глазах Элрика, Клодиуса и Марселиуса, не стало меньше, но, по крайней мере, Диана не поверила в их ложь.

Джулиуса же он не смог прочитать. Молодой человек достаточно вежливо его поприветствовал, но, несмотря на все усилия, они казались совершенно чужими друг другу. Когда Северус последний раз видел его, Джулиус был еще ребенком, хотя мастер зелий забыл, каким тот был красивым. Реакция Гарри на младшего Снейпа не осталась незамеченной, и Северус признал, что тот почти болезненный всплеск эмоций где-то в груди, который он почувствовал в этот момент, определенно был ревностью.

Но это, по крайней мере, стало ответом на вопрос, который мастер зелий уже давно себе задавал. То, что камень нареченных выбрал Северуса для Гарри не означало, что парень интересовался мужчинами. Совсем не означало. Магия камня нареченных действовала таким образом, что он выбирал лучшую из возможных пар для человека. И не было никакой гарантии, что она, по образу или по форме будет для него идеально подходить. В случае Гарри Поттера так и произошло, лучшей парой для него стал тот, кто мог бы защитить его, обучить, сражаться бок о бок с ним, и гарантировать, что у него будет возможность вырасти и прожить свою жизнь, не погибнув от рук Вольдеморта. Камень нареченных не обещал любви. Самые известные пары, определенные камнем, были выбраны по любви, но, без сомнения, это не было единственным вариантом. Возможно, что Поттеру, рожденному для величия, не уготовано было судьбой шанса на любовь. Или, может быть, камень просто понял, что Северус Снейп не встанет на пути у такого чувства, как любовь, потому что, в конечном счете, Северус знал, что у него нет никаких прав на мальчика, и что попросту отвернется и не станет мешать, когда Гарри решит кого-то полюбить. Он, конечно, не встанет на пути к его счастью, при условии, что тот будет благоразумен. Но до момента встречи с Джулиусом Северус вообще никогда не видел, чтобы Поттер смотрел на другого мужчину с каким-то сексуальным интересом. По правде сказать, единственным человеком, на которого Гарри так смотрел, была Чоу Чанг, и даже это казалось как-то не совсем правдоподобно. Он подозревал, что мальчик был слишком озабочен тем, что все вокруг пытались убить его, чтобы по-настоящему задуматься о тех вещах, которые будоражили разум большинства школьников его лет.

Но румянец, разлившийся на лице у мальчика, когда он смотрел на Джулиуса, был весьма красноречив. Он определенно был в состоянии увидеть красоту в мужском обличии. Жаль, что для этого потребовался тот, с красотой которого никто не мог по-настоящему соперничать. Северус решил, что он вне игры.

Так или иначе, вечер с семьей пролетел довольно быстро. Гарри не нервничал, и не вел себя неловко, как ожидалось, и постоянно удивлял и веселил Северуса. Он решил, что ему нравится слышать свое имя из уст мальчика - и после четвертого или пятого раза он даже к этому привык.

И он с удовольствием наблюдал за тем, как Гарри почти с удовольствием сбросил с себя обязанность вести в рамках правил - совершенно проигнорировав кинжал в пользу вилки, несмотря на то, что он, очевидно, тренировался с Лонгботтомом и Грейнджер. Если бы мастер зелий не знал его лучше, то поклялся бы, что этот гриффиндорский мальчишка пытался рассмешить его.

Гарри поразил Северуса, бросив вызов его братьям, защищая его имя и честь от ложных обвинений, используя такое красноречие, которого, как ему казалось, у мальчика не было. Это заткнуло их всех, и, наверное, впервые Снейп понял, почему у этого молодого человека было столько приверженцев.

Позже, когда все вернулись в гостиную, его братья таки подняли тему, которой он ждал весь вечер - о судьбе Снейп Мэнор. Северус задумался: обсудили ли они уже с Гарри этот вопрос и сделал для себя мысленную пометку спросить мальчика, когда они вернутся в Хогвартс.

- Говорил тебе, Клодиус, - сказал мастер зелий брату после пылкой речи о важности Мэнора. - Я не собираюсь открывать Мэнор, пока у меня не будет возможности посмотреть, какие сюрпризы мог оставить отец. Пока что мой график не дает мне такую возможность.

- Это нечестно - отдавать нам гораздо меньший дом, когда этот совсем пустой! - гневно воскликнул Клодиус. - Ты держишь его закрытым только чтобы наказать нас. Ты держишь нас…

Северус, который уже слышал мужчину раньше, попросту пропустил его речь мимо ушей. Он даже видел ее на бумаге - в тех письмах, которые присылали ему все те годы, когда они не разговаривали. Мастер зелий задумался, почему Гарри так задержался и не возвращается в гостиную, и с беспокойством посмотрел на дверь. Затем он заметил, что Джулиус тоже пропал, и нехорошие подозрения закрались в его голову.

- Где Джулиус? - потребовал Северус ответа, прерывая речь Клодиуса.

Брат замолк, недовольно фыркнув и отвернувшись. Тогда мастер зелий посмотрел на остальных. Джулиана и Дельфина ответили ему весьма щекотливыми улыбками, что только усилило подозрения Северуса. Марселиус и Элрик также выглядели так, как будто происходило нечто забавное. Но именно реакция Дианы обеспокоила его больше всего. Она подозрительно уставилась на мужа и остальных братьев, и, казалось, выглядела сбитой с толку.

- Где он? - потребовал ответа мастер зелий, быстро вскакивая на ноги.

- Ну, Северус, - мягко рассмеялся Марселиус. - Дай Джулиусу поразвлечься. Он это любит. И, сомневаюсь, что Гарри будет возражать.

Ревность и гнев с чудовищной силой пронзили старшего брата. Диана также вскочила на ноги, и ее недоумение быстро исчезло, сменяясь гневом.

- Лабиринт из роз, Северус! - закричала она ему, и в глазах ее появился дикий отблеск. - Не обвиняй Гарри!

Если бы она не добавила это последнее предупреждение, мастер зелий бы оказался полностью во власти гнева и покинул бы комнату. Сейчас же, в глубине души прорезался страх. Не обвиняй Гарри? В чем? Ее слова намекали на то, что возможно мальчик не был ответственен за то, что происходило.

В то же мгновение он оказался снаружи, и побежал к входу в лабиринт-розарий. Ребенком Снейп разгадал секреты лабиринта, зная, как перемещаться по его постоянно меняющимся тропинкам и воротам. Он даже знал быстрый путь к сердцу лабиринта. Но когда Северус прошел через главный вход, то понял, что что-то изменилось. Он почувствовал охранные чары в тот момент, когда прошел через них и немедленно выхватил палочку. Применив распознающее заклинание, мастер зелий обнаружил чары принуждения, вплетенные в запах цветов. Они были переплетены с различными любовными заклинаниями и афродизиаками - по его меркам, не сильными, но определенно достаточными, чтобы сбить с толку и одурманить среднего волшебника или ведьму, вошедших в лабиринт.

Ни его, ни Гарри нельзя было даже с натяжкой назвать средними, но он поймал себя на том, что все равно из последних сил мчится к центру лабиринта, проходя большинство коридоров кратчайшим путем. Его мозг уже нарисовал несколько возможных сценариев - определенно его братья и Диана думали, что Северус обнаружит Поттера и Джулиуса в достаточно компрометирующих позах. От него не ускользнуло, что Джулиус посчитал Гарри привлекательным - мужчина весь вечер практически не сводил с него глаз. Но мастер зелий подозревал, что со стороны Клодиуса и Марселиуса было нечто большее, чем братский сговор. Возможно, они думали, что если позволят Джулиусу его соблазнить, то им будет проще влиять на Поттера.

Гнев вспыхнул в Северусе с новой силой. Если он обнаружит, что они сделали это из-за чертового Мэнора, то сожжет это место дотла и оставит их всех жить на улице.

Мастер зелий завернул в последний коридор, и наткнулся на невидимый барьер, одну из многих иллюзорных стен лабиринта. Сквозь нее он увидел центральный дворик и Гарри, запертого внутри него Джулиусом.

Ни Поттер, ни Джулиус не заметили его, но Северус знал, что с их стороны иллюзорная стена представлялась непроходимой стеной из роз. Он оглядел дворик - и насколько мог видеть, все выходы были заблокированы. Джулиус, вошедший туда раньше старшего Снейпа, мог быстро открыть их, нажав на камень в центральной беседке. Но у Северуса не было выбора, кроме как взломать чары. Он поднял палочку и активировал контрзаклятье, вытягивающие их силу.

Северус слышал то, как Джулиус говорил с Гарри, и почувствовал, что слова брата только усиливают его ярость. Он также видел, как мальчик тряс головой, и как нахмурил лоб - без сомнений, тот почувствовал действие заклинаний.

- Думаю, Северус дождаться не мог того, чтобы добраться до тебя. - Говорил Джулиус Гарри. - Как, должно быть, тебе было противно, когда это чудовище дотрагивалось до тебя. - Мастер зелий в бешенстве сжал зубы, когда мужчина протянул руку, чтобы дотронуться до мальчика. Мгновением позже он улыбнулся, когда Гарри отбросил его руку и сделал шаг назад. Северус подумал, чувствует ли его младший брат, как вибрирует и дрожит сеть заклинаний, наложенных на лабиринт, от того, как Поттер пытается сбросить ее с себя.

- Ты говоришь о своем брате! - голос Гарри был наполнен возмущением. Он не верил собственным ушам. Похоже, благородный гриффиндорец еще раз собирался постоять за его честь.

- Да, он мой брат, - улыбнулся Джулиус. - И это дает мне отличную возможность облегчить твои страдания. Никто даже и не подумает, почему ты так много времени стал проводить в компании своего деверя. Такие семейные связи только приветствуются.

- Ты же не думаешь, что я заинтересовался тобой? - потребовал ответа Гарри, отступая назад, в то время как Снейп младший надвигался на него.

- Конечно, заинтересовался, - сказал Джулиус, и мастер зелий почувствовал, как внутри у него снова все переворачивается. - Я видел, как ты смотрел на меня. Я знаю, ты меня хочешь. И кто бы только предпочел Северуса мне?

Мастер зелий увидел, как лицо Поттера покрывается краской стыда, и удвоил свои усилия, чтобы сломать барьер. Он не станет мешать, пообещал себе Северус, когда Гарри влюбится в кого-то еще - но не так! Не в его брата! Это было бы слишком жестоко! Он хотел увидеть глаза мальчика, но голова того была повернута в другую сторону. Глаза Поттера отражали гораздо больше эмоций, чем все остальное, и старший Снейп отчаянно желал знать, какие на самом деле чувства молодой человек испытывал по отношению к его брату.

- Ты не знаешь меня, - неожиданно сказал Гарри. - И ты не знаешь своего брата. Мне это не интересно. Прощай! - И с этими словами мальчик повернулся в сторону Северуса, делая шаг в сторону выхода, только чтобы в ужасе замереть, поняв, что его больше нет. Он не мог увидеть мастера зелий, стоящего на пороге и пытающегося сломать магический барьер. Но Северус отчетливо его видел, он видел отвращение в глазах Поттера, взгляд, который принес облегчение истерзанной душе мастера зелий. Этот взгляд быстро сменился настороженным, когда Гарри понял, что все выходы исчезли.

- Выход есть, - сказал ему Джулиус, которого, похоже, происходящее лишь только забавляло. - Но только если ты знаешь, где искать. В конце концов, это же лабиринт. Но если сделаешь хоть малейшую ошибку, шипы на стеблях роз достаточно остры, чтобы содрать кожу до костей. И я единственный, кто знает секрет лабиринта, единственный, кто может вывести тебя отсюда.

- Идиот, - подумал Северус. - Он и вправду думает, что больше никто не решил загадку этого лабиринта? - Северус узнал его тайны задолго до того, как Джулиус родился. Он не мог не задуматься, сколько еще молодых мужчин и женщин его братец, должно быть, приводил сюда. Других волшебников и волшебниц, у которых не было достаточно сил, чтобы противостоять заклинаниям.

Поттер переместился в беседку, и Северус подумал, что, возможно, мальчику удастся найти камень, который снимал заклинания.

- Тебе нравится запах роз? - спросил Джулиус. - Они - это еще одно наследство моей матери. Как раз эти цветы она и использовала в своих зельях. Они в моей крови. Их запах сводит мужчин и женщин с ума от желания ко мне.