Токсичный Барон. Том 1

Глава 15. Декларация Независимости

Подъем на поверхность был похож на восхождение грешников из Ада Данте. Мы шли молча. Тяжелое дыхание наемников, лязг их брони и гулкое эхо шагов — единственные звуки в винтовом колодце. Я шел первым, сжимая в руке Печать. Кристалл был теплым, почти горячим. Он пульсировал в ритме моего сердца, и с каждым ударом я чувствовал, как меняется Дом. Стены больше не казались мертвым камнем. Я чувствовал их массу, их напряжение. Я чувствовал потоки энергии, текущие по мифриловым жилам, как кровь по венам. Я чувствовал «Гефест» наверху — его ровный, мощный гул был для меня как песня. Я стал операционной системой этого места.

Когда мы вышли в «Кузницу», наемники попадали на пол, срывая маски и жадно глотая воздух. После могильного холода Бездны, спертый, пахнущий озоном и маслом воздух цеха казался сладким нектаром.

— Живы… — прохрипел Коршун, вытирая пот со лба. Его руки тряслись. — Граф, я много дерьма повидал. Я ходил в рейды на ульи зергов. Я видел, как драконы жгут города. Но то, что там внизу…

Он посмотрел на меня с суеверным ужасом.

— Ты закрыл это. Одной рукой. Кто ты, мать твою, такой?

Я подошел к пульту управления «Гефестом», опираясь на трость. Ноги держали плохо, но спина была прямой. Печать в моей руке сияла мягким рубиновым светом.

— Я — Воронцов, — ответил я просто. — А это — моя работа. Устранять утечки. Даже если они ведут в Ад.

Я положил Печать на панель управления. В интерфейсе «Гефеста» не было разъема под древний магический артефакт. Но это не имело значения. Магия и технологии здесь сплетались в одно целое. Кристалл «прилип» к металлу. Руны на панели вспыхнули, меняя цвет с технического зеленого на благородный золотой.

[Обнаружен Ключ Доступа высшего уровня.]

[Идентификация: Глава Рода.]

[Снятие ограничений системы… 100 %.]

[Доступ к Глобальному Эфирному Каналу: Разрешен.]

— Страж, — мой голос был твердым. — Готовь трансляцию.

[Параметры трансляции?]

— Экстренный канал Совета Кланов. Приоритет «Красный». Код доступа: Кровь и Сталь.

Тая подошла ко мне. Она успела умыться водой из технического крана, но глаза у нее были дикими.

— Ты собираешься звонить Императору? Прямо сейчас? В таком виде? Она указала на мой грязный, порванный комбинезон, на бинты, пропитанные кровью и мазью.

— Именно в таком, — я усмехнулся. — Я не собираюсь надевать фрак. Они должны видеть не аристократа на балу. Они должны видеть выжившего. Воина, который стоит на груде трупов своих врагов.

Я повернулся к наемникам.

— Коршун. Приведи своих людей в порядок. Выстроиться за моей спиной. Оружие на грудь. Лица суровые. Вы — моя личная гвардия.

— Гвардия? — наемник хохотнул, но встал. — Слышали, псы? Подтянуть животы! Мы теперь элита. Попробуйте только не соответствовать.

Я посмотрел на камеру дрона, который завис передо мной. Мне предстоял самый сложный бой в моей жизни. Не физический. Дипломатический. Анна уничтожила мою репутацию, назвав меня фейком. Сейчас я докажу, что я — самая реальная проблема в их жизни.

— Страж, запускай протокол «Феникс».

[Соединение…]

[Взлом протоколов защиты Совета…]

[Обход блокировок…]

[Вы в эфире, Создатель.]

Перед моими глазами развернулась голограмма. Огромный круглый стол, парящий в пустоте цифрового пространства. За ним сидели двенадцать фигур. Это были не люди. Это были аватары. Магические проекции Глав Великих Кланов. Кто-то выглядел как столб огня. Кто-то — как ледяная статуя. Во главе стола сидел Золотой Дракон — аватар Императора, или его Регента, Император редко снисходил до совещаний. Слева от него сидела черная пантера с женским лицом. Анна. Справа — каменный голем с гербом Рыси. Князь Шувалов.

Мое появление было подобно взрыву гранаты в библиотеке. Моя голограмма — грязный парень с горящими глазами, за спиной которого стояли мрачные головорезы и гудел чудовищный реактор — возникла прямо в центре их стола, расталкивая вежливые алгоритмы.

— Добрый вечер, дамы и господа, — произнес я. — Извините, что без стука. У меня сломался звонок. Вместе с воротами, которые взорвал ваш коллега.

За столом воцарилась тишина. Абсолютная, звенящая тишина. А потом Пантера (Анна) вскочила.

— Это вирус! — ее голос, искаженный магией, был полон яда. — Отключить! Это снова этот хакер! Служба безопасности, блокируйте канал!

— Сидеть! — рявкнул я.

Я ударил рукой по столу, в реальности — по панели управления. Печать вспыхнула. Магическая волна прошла через эфир. Аватары Глав Кланов дрогнули. Анна рухнула обратно в кресло, словно ее ударили хлыстом.

— Это не вирус, мачеха. Это Гербовая Печать Воронцовых. Древняя магия, которую нельзя подделать нейросетью.

Я обвел взглядом присутствующих.

— Я — Максим Воронцов. Сын Виктора. Внук Александра. Законный наследник и Глава Рода.

— Он мертв! — взвизгнул Шувалов (Каменный Голем). — Мои люди видели отчеты! Там руины! Радиация!

— Твои люди сейчас удобряют мои грядки, Игорь, — холодно ответил я. — А твой Архимаг висит на стволе танка, как пугало. Хочешь, покажу фото? Или прислать его голову курьером?

Шувалов замолчал. Каменная маска его аватара пошла трещинами.

— Довольно, — голос Золотого Дракона (Регента) был похож на рокот грома. Он был спокоен, но от этого спокойствия стыла кровь. — Мы видим Печать, юноша. И мы чувствуем Кровь. Ты жив. Это… неожиданно. Но что ты хочешь? Ты ворвался на заседание Совета. Ты нарушил протокол. Ты обвиняешься в использовании запрещенных технологий.

— Я обвиняюсь в том, что выжил, когда вы все приговорили меня к смерти? — я усмехнулся. — Я хочу справедливости? Нет. Справедливость — удел слабых. Я хочу суверенитета.

Я выпрямился, опираясь на трость.

— Я официально заявляю: Род Воронцовых восстановлен. Территория усадьбы «Черный Ручей» и прилегающие земли объявляются закрытой зоной. Любое вторжение — военное, магическое или разведывательное — будет расценено как акт агрессии против суверенного Рода.

Я посмотрел на Шувалова:

— Если еще один твой солдат ступит на мою землю, Игорь, я не буду обороняться. Я приду к тебе. И я принесу с собой то, что нашел в подвалах.

— Ты угрожаешь Совету? — тихо спросила Анна. Она сменила тактику. Теперь она была не истеричкой, а змеей. — Мальчик, ты играешь с огнем. Мы можем стереть твой жалкий домик с лица земли одним орбитальным ударом. У нас есть спутники "Гнев Богов".

— Попробуйте, — я пожал плечами. — Но прежде чем нажать кнопку, спросите себя: почему мой отец запечатал эти подвалы? Что держит этот дом?

Я сделал паузу.

— Я стою на пробке, Анна. Я — Тюремщик. Подо мной — Разлом Бездны класса «Апокалипсис». Если я умру, если мой «Гефест» остановится — пробка вылетит. И тогда твари, которые сожрали Древнюю Империю, придут к вам на чай. Вы готовы рискнуть столицей ради куска земли?

Тишина стала вязкой. Они знали про Разлом. Старики знали. Регент (Дракон) медленно кивнул.

— Шантаж. Грубый, примитивный шантаж. Достойный Воронцова.

— Это не шантаж, Ваше Величество. Это Декларация Независимости, — я поднял Печать. — Признайте мой статус. Верните мне активы Рода, замороженные в банках. И отзовите своих псов. Взамен — я буду держать Врата закрытыми. Я буду вашим щитом от дерьма, которое лезет снизу.

Дракон посмотрел на Анну. Потом на Шувалова.

— Голосование, — произнес он. — Кто за признание Максима Воронцова Главой Рода и Хранителем Разлома?

Анна фыркнула и отвернулась. Шувалов сжал каменные кулаки, но промолчал. Но другие… Аватар из Льда поднял руку. Аватар из Железа поднял руку. Аватар из Ветра… Шесть голосов из двенадцати. Плюс Регент. Большинство.

— Принято, — прогремел Дракон. — Максим Воронцов признается Главой Рода. Твой статус восстановлен. Твои счета разблокированы, частично, до аудита.

Он наклонил свою золотую голову, приближаясь к «экрану»:

— Но помни, Хранитель. Мы не тронем тебя. Пока ты держишь Разлом. Если хоть одна тварь вырвется за периметр… мы не будем посылать войска. Мы выжжем этот сектор ядерным огнем. Вместе с тобой. Это не угроза. Это протокол карантина.

— Справедливо, — кивнул я. — Конец связи.

Голограмма мигнула и погасла. Я остался стоять в полумраке цеха, перед панелью «Гефеста». Наемники за моей спиной молчали. Потом кто-то, кажется, Коршун, начал медленно, ритмично хлопать.

— Ну ты даешь, Граф… — выдохнул он. — Ты их сделал. Ты реально их сделал. Мы теперь легальные?

— Мы теперь мишени, — устало сказал я, оседая на стул. Ноги отказали окончательно. — Но да. Легальные мишени.

Тая подбежала ко мне, протягивая флягу с водой.

— Ты сумасшедший, Макс. Ты угрожал Императору концом света!

— Сработало же, — я жадно пил воду. Я чувствовал эйфорию. Я победил. Я вернул имя. Я получил неприкосновенность хоть и условную. Я думал, что самое страшное позади.

Я ошибался.

Праздновали мы скромно, но с душой. Коршун выкатил из своих запасов ящик трофейного коньяка. Тая приготовила ужин из наших запасов — настоящее рагу с мясом, а не сухпайки. Мы сидели в холле усадьбы. Горел камин. «Гефест» давал ровный, теплый свет. Наемники травили байки, смеялись, чистили оружие. Они чувствовали себя победителями. Они теперь гвардия признанного Клана. Это означало жалование, статус и возможность ходить в города, не боясь ареста.

Я сидел в кресле, глядя на огонь, и крутил в руках Печать. Она остыла. Стала просто куском красивого стекла. Но что-то меня беспокоило. Какое-то смутное чувство тревоги, зуд на краю сознания. Страж молчал. Системы работали штатно. Но мой внутренний Инженер не спал.

«Слишком просто, — шептал он. — Ты подключил древний артефакт к техно-магическому реактору. Ты прогнал через систему тераватты энергии. Ты изменил структуру защиты. Где побочный эффект? В физике за все надо платить».

— Макс, расслабься, — Тая села на подлокотник моего кресла, протягивая бокал. — Ты выглядишь так, будто ждешь, что из камина вылезет Санта-Клаус с автоматом. Мы победили.

— Я не верю в бесплатные пирожные, Тая.

— Ты параноик. Выпей. Тебе нужно снять стресс.

Я взял бокал. Сделал глоток. Коньяк был хорош. Может, она права? Может, я просто привык ждать удара? Я закрыл глаза, позволяя теплу алкоголя расслабить мышцы.

ДЗЫНЬ. Звук был тихим. Тонким. Как лопнувшая струна рояля. Он пришел не снаружи. Он пришел снизу. Из-под пола. Я открыл глаза.

— Вы слышали?

Наемники замолчали, глядя на меня.

— Что слышали, Граф? — спросил Коршун. — Тишина вроде.

— Струна. Звук разрыва.

ДЗЫНЬ. ДЗЫНЬ. ТРЕСК. Теперь это слышали все. Звук шел из глубины. Глухой, нарастающий гул, от которого задрожали стекла в окнах. Посуда на столе зазвенела. Пол под нашими ногами вибрировал.

— Страж! Доклад! — заорал я, вскакивая, трость упала, но я не заметил боли.

[Внимание! Сейсмическая активность в Секторе Ноль.]

[Фиксирую выброс энергии. Источник: Алтарь.]

[Уровень угрозы: Критический. Нарушение целостности печатей.]

— Твою мать… — я побледнел. — Я перегрузил его.

Я не учел одного. Печать отца была ключом. Но она также была пробкой. Когда я активировал ее, чтобы связаться с Советом, я использовал ее как усилитель сигнала. Я прогнал через нее мощность «Гефеста». Я «разогрел» ее. И теперь, когда я отключился, она начала плавиться. Энергетически. Старые скобы, которые мы «залатали» моей магией и энергией Гончих, не выдержали резкого перепада давления.

БА-БАХ! Глухой удар снизу подбросил мебель в воздух. Камин треснул.

— В укрытие! — заорал Коршун, опрокидывая стол и прячась за ним. Но прятаться было не от кого. Пока.

Из пола, прямо сквозь паркет и бетон, начал пробиваться свет. Черный свет. Это оксюморон, невозможная вещь, но это был именно он. Лучи абсолютной тьмы, которые не освещали, а пожирали пространство. Они били из щелей, из вентиляции.

— Кузница! — крикнул я. — Мне нужно вниз!

— Ты сдохнешь там! — Тая схватила меня за руку. — Макс, дом рушится! Бежим!

— Если я не остановлю это, бежать будет некуда! Зона накроет весь район!

Я вырвался. Я побежал к двери в подвал. Наемники в ужасе жались к стенам. Они видели монстров, видели танки, но они не были готовы к тому, что сам дом пытается их сожрать.

Я влетел в «Кузницу». Здесь творился ад. «Гефест» выл на запредельных оборотах. Кольца плазмы вращались так быстро, что слились в сплошной шар. С него срывались молнии, ударяя в стены. Но самое страшное было в конце цеха. Гермодверь в «Сектор Ноль» была выгнута наружу. Металл толщиной в полметра пузырился, словно пластик на огне. Из щелей двери била Тьма.

— Страж! Аварийный сброс! Останови реактор!

[Отказ системы! Управление перехвачено!]

[Кем?!]

[Источником. Оно голодно, Создатель. Оно жрет энергию.]

Разлом проснулся. Он почувствовал вкус «Гефеста». И теперь он пил его, как вампир через трубочку. Если реактор взорвется, смешавшись с некро-эфиром Разлома… это будет не Хиросима. Это будет новая Черная Дыра. Я бросился к пульту. Ручное управление. Рычаги были раскалены. Я схватил их голыми руками, кожа зашипела, запах паленого мяса ударил в нос, рванул на себя.

— Отрубайся, сука!

Турбины начали замедляться. Но Тьма не отступала. Дверь в шахту с грохотом сорвало с петель. Она полетела через весь цех, едва не снеся мне голову, и врезалась в стену. Из проема хлынул поток Сущностей. Не Тени. И не Гончие. Это были Твари Бездны. Бесформенные, многорукие, сотканные из дыма и зубов. Они заполнили цех за секунду.

Я стоял у пульта, один. С пистолетом в одной руке и Печатью в другой.

— Ну идите сюда! — заорал я. — Я Инженер! Я вас всех аннигилирую!

Я вложил Печать в слот аварийного контура.

— Страж! Протокол «Цитадель»! Запечатать дом!

[Это запрет нас внутри с ними!]

— Делай!

Стены усадьбы снаружи покрылись силовыми щитами. Окна закрылись бронеплитами. Мы оказались в герметичной банке. Я, мои люди… и Легион из Ада.

Твари Бездны не напали. Они замерли. Огромная масса тьмы, висящая посреди цеха, остановилась в метре от меня. Тысячи глаз смотрели на Печать, которая сияла в гнезде пульта. Печать пульсировала. И Разлом пульсировал в такт.

В моей голове снова раздался Голос. Хранитель. Но теперь он звучал не враждебно. Он звучал… испуганно? Нет. Заинтересованно.

«ТЫ ЗАПЕР СЕБЯ С НАМИ. ЗАЧЕМ?»

— Чтобы вы не вышли наружу, — ответил я вслух, глядя в бездну. — Я обещал Совету. Я держу слово.

«ТЫ СТРАННЫЙ, НАСЛЕДНИК. ТЫ НЕ БОИШЬСЯ СМЕРТИ?»

— Я боюсь подвести свой Клан. Даже если он состоит из двенадцати дезертиров и одной рыжей девчонки.

Тьма заколыхалась. Из нее сформировалась фигура. Гигантская, ростом под потолок. Рыцарь в черных доспехах, сотканных из дыма.

«ТВОЙ ОТЕЦ БЫЛ СЛАБ. ОН БОЯЛСЯ НАС. ОН СТРОИЛ СТЕНЫ. ТЫ… ТЫ СТРОИШЬ МОСТЫ. ТЫ ПОДКЛЮЧИЛ РЕАКТОР К БЕЗДНЕ.»

Я посмотрел на показатели «Гефеста». Реактор не взорвался. Он… синхронизировался. Энергия Разлома смешивалась с энергией генератора. «Грязная» и «Чистая» силы сливались в новый, неизвестный вид топлива. Стабильный. Мощный. Бесконечный.

— Я не строю мосты, — сказал я, чувствуя, как понимание пронзает мозг. — Я строю двигатель. Вы — не враги. Вы — ресурс.

Я положил руку на Печать:

— Я Максим Воронцов. И я предлагаю сделку.

«СДЕЛКУ?» — в голосе Рыцаря Тьмы послышалось удивление.

— Вы голодны. Вам нужна энергия. «Гефест» даст вам ее. Чистую, вкусную плазму. Сколько хотите, — я сжал кулак. — Но взамен… вы служите мне. Вы не жрете моих людей. Вы не выходите за периметр без приказа. Вы становитесь Стражами этого Дома. Не тюремщиками, а гарнизоном.

Рыцарь наклонился ко мне. Его лицо было пустотой, в которой горели две звезды.

«ЭНЕРГИЯ В ОБМЕН НА СЛУЖБУ? ЭТО… ПРИЕМЛЕМО. НО ЕСЛИ ТЫ ОБМАНЕШЬ… МЫ СОЖРЕМ ТВОЮ ДУШУ. МЕДЛЕННО.»

— Договорились.

Он протянул руку-лапу. Я протянул свою. Обожженную, трясущуюся. Мы пожали руки. Холод Бездны и Жар Реактора встретились.

Вспышка. Меня отбросило от пульта. Твари исчезли. Они втянулись обратно в шахту, как дым в пылесос. Гермодверь с лязгом встала на место (сама!). Руны на ней загорелись не зеленым, и не красным. Они загорелись фиолетовым. Цветом Бездны.

[Система стабилизирована.]

[Новый источник энергии обнаружен: Разлом-Реактор.]

[Мощность: Неограниченна.]

[Статус Дома: Крепость 3-го ранга.]

[Доступны новые юниты: Теневые Стражи.]

Я лежал на полу, глядя в потолок. Я сделал это. Я не просто закрыл Разлом. Я приручил его. Я превратил проклятие в батарейку.

Дверь в Кузницу открылась. Вбежала Тая, за ней Коршун с пулеметом.

— Макс! — она бросилась ко мне. — Ты жив? Твари ушли?

— Они не ушли, Тая, — я улыбнулся безумной улыбкой. — Они поступили на службу. У нас теперь новое охранное агентство.

Я поднялся, опираясь на нее.

— Пойдем наверх. Мне нужно выпить. И мне нужно составить план.

— План чего?

— План захвата мира, конечно. С такой энергией… мы можем все.

Мы вышли из подвала. Снаружи, за окнами, светало. Но это был не обычный рассвет. Над шпилем моей башни, там, где стояла антенна, в небо бил тонкий, едва заметный фиолетовый луч. Маяк. Знак того, что в Мертвых Землях родилась новая сила. Сила, которая сочетает сталь и тьму.

Я посмотрел на свои руки. Шрамы от интерфейса стали черными, похожими на татуировки. Я больше не был просто Инженером. И не был просто Магом. Я стал чем-то иным. Техно-Некромантом? Лордом Бездны? Плевать на названия. Главное — я был Хозяином.