Токсичный Барон. Том 1

Глава 2. Администраторский доступ

Я тащил за собой стокилограммовый контейнер, словно детскую машинку на веревочке. Колеса вязли в фиолетовой жиже, которая здесь заменяла почву, чавкали, сопротивлялись каждому шагу, но мне было плевать. Энергия бурлила в венах, требуя выхода, действия, движения. Это было пьянящее чувство — смесь адреналина и высоковольтного напряжения, гуляющего под кожей. Я чувствовал себя так, будто сменил старый, глючный ноутбук, который вис от открытия браузера, на топовую рабочую станцию с разогнанным процессором.

Мир вокруг больше не был просто картинкой. Он стал потоком данных. «Эфирное зрение» — так это назвала Система — работало как продвинутый AR-интерфейс, наложенный на сетчатку. Я смотрел на скрученные деревья и видел не просто уродливые стволы, а их внутреннюю структуру: черные, закупоренные каналы, по которым вместо живительного сока текла гниль. Это была не хаотичная мутация, а системная ошибка. Словно кто-то внедрил в биосферу вирус, заставляющий клетки делиться неправильно.

Над каждым объектом висели полупрозрачные теги, пульсирующие холодным неоновым светом:

[Объект: Древо-мутант (Тип: Ясень). Состояние: Увядание. Структурная целостность: 40 %. Энергетическая ценность: Низкая.]

Я перевел взгляд на землю. Под ногами, на глубине метра, сквозь толщу грязи и корней, пульсировала сеть ярких голубых жил. Это были «эфирные вены» — естественные проводники магии земли, аналог силовых кабелей. Сейчас они были забиты той же дрянью, что и воздух — черными тромбами «некро-эфира», но Система подсвечивала их как потенциальный ресурс. Сама схема была рабочей, просто требовала капитального ремонта и хорошей промывки.

— Интересно, — пробормотал я, останавливаясь, чтобы перевести дух. Тело, несмотря на допинг из магии, всё еще оставалось телом дистрофика. Мышцы ныли, легкие работали как кузнечные меха. — Если есть трубы, значит, их можно прочистить. Вопрос только в инструменте. И в давлении.

Особняк приближался, вырастая из тумана мрачной громадой. Три этажа, некогда роскошный фасад в стиле классицизма, теперь напоминал череп, обглоданный временем. Лепнина осыпалась, обнажая красный кирпич, похожий на воспаленное мясо. Колонны покосились, словно пьяные атланты, уставшие держать небо. Крыша правого крыла обвалилась внутрь, зияя черной дырой, из которой торчали обломанные стропила — гнилые ребра левиафана.

Я остановился метрах в двадцати от парадного входа. Массивные дубовые двери, когда-то покрытые лаком, теперь посерели и растрескались. Одна створка висела на одной петле, вторая была приоткрыта, словно приглашая внутрь черного зева. Тишина здесь была другой. Не ватной, как у ворот, а напряженной. Звенящей.

Инстинкт инженера, годами работавшего на опасных объектах, завопил: «Ловушка! Нарушение техники безопасности!» Вслед за инстинктом проснулась и Система.

Интерфейс мигнул красным, накладывая на фасад здания сетку сканирования. Звука не было, но я «почувствовал» вибрацию тревоги в висках.

[Внимание! Обнаружена биологическая активность.]

[Тип сигнатур: Множественные, мелкие, агрессивные.]

[Локация: Холл первого этажа, кухня, вентиляционные шахты.]

Сквозь стены я увидел — нет, скорее почувствовал — тепловые пятна. Десяток мелких, быстрых теней метались внутри дома. Они были размером с крупную собаку, двигались дергано, хаотично, то замирая, то срываясь с места с неестественной скоростью.

— Падальщики, — догадался я, вытирая холодный пот со лба. — Эфирные крысы.

В любом заброшенном месте с высоким фоном заводятся твари, жрущие остатки магии. Они мутируют, становятся агрессивными, сбиваются в стаи. Для полноценного боевого мага они не проблема — один фаербол или воздушный удар, и нет стаи. Но я не маг. Я — администратор с нулевым боевым опытом в этом теле. Мои руки дрожат даже от веса пустой бутылки, а единственный навык — «жрать» эфир. Идти через парадный вход — значит нарваться на всю стаю сразу в узком коридоре. Глупо. Суицидально.

— Система, — мысленно обратился я, стараясь контролировать дыхание. — Построй маршрут. Цель: подвал или технические помещения, минуя холл. Критерий: скрытность и минимальный контакт с фауной.

Интерфейс на секунду задумался, перебирая варианты. Перед глазами пробежали схемы этажей (откуда они в базе? Из памяти крови?). Зеленая стрелка навигатора, висевшая в воздухе, дернулась и указала влево, в обход дома, к разрушенному западному крылу.

Я оставил контейнер у крыльца. Никуда он не денется, мародеров тут нет (пока), а местным тварям консервы без надобности — они предпочитают свежину. Стараясь ступать тихо (что было непросто, учитывая хрустящую под ногами мутировавшую поросль, похожую на сухие кости), я обогнул здание.

Вот оно. Система подсветила низкое, полуподвальное окно, почти полностью скрытое разросшимся колючим кустарником с шипами длиной в палец. Стекла давно были выбиты, решетка проржавела и держалась на честном слове.

[Точка входа: Технический проем (Загрузочный люк кухни).]

[Структурная целостность решетки: 12 %.]

Я подошел, взялся за прутья. Они были холодными, склизкими от плесени. Легкое усилие — я направил немного энергии в руки, совсем чуть-чуть, чтобы усилить мышцы — и ржавый металл с жалобным стоном вывернулся из крошащегося бетона. Я аккуратно положил решетку на землю.

Из черного зева окна пахнуло сыростью, затхлостью, плесенью и чем-то еще… резким, металлическим. Запахом старой крови и помета. Я заглянул внутрь. Темнота. Эфирное зрение тут же переключилось в режим «ночного видения», раскрасив подвал в оттенки серого и синего, как на экране тепловизора.

Помещение было пустым. Какие-то поваленные стеллажи, перевернутые бочки, кучи ветоши. Похоже на старый винный погреб или продуктовую кладовую. Главное — красных меток биологической активности здесь не было. Я перевалился через подоконник, ободрав комбинезон о битое стекло, и спрыгнул вниз. Ботинки мягко стукнули о каменный пол.

[Локация: Цокольный этаж. Уровень угрозы: Низкий.]

Я выпрямился, отряхивая руки от ржавчины. Первый этап пройден. Я внутри периметра. Теперь нужно найти путь наверх, к «Сердцу Домена», и постараться не стать обедом для тех, кто оккупировал первый этаж. Сердце билось ровно, «реактор» внутри гудел на холостых оборотах, готовый в любой момент выбросить мощность.

Я двинулся к двери в дальнем конце коридора, чувствуя, как переполняющая меня энергия требует выхода. Руки буквально зудели, кончики пальцев покалывало. Я понимал: драки не избежать. Рано или поздно они меня учуют. И мне, черт возьми, нетерпелось проверить, на что способен этот новый, «улучшенный» Макс Воронцов. Инженерный интерес пересиливал страх.

Дверь поддалась с противным, визгливым скрипом, который в тишине подвала прозвучал как сирена. Я замер, прислушиваясь. Сверху, над головой, раздался быстрый цокот когтей по паркету. Множественный цокот. Твари услышали.

«Тихо не получилось», — констатировал я без эмоций. — «План Б: агрессивная оборона».

В коридоре цокольного этажа было темнее, чем в кладовой. Эфирное зрение рисовало стены в синих тонах каркасной сетки, показывая скрытую проводку старинных маго-светильников. Я увидел тепловой след на полу — свежий, ярко-оранжевый, тянущийся шлейфом. Кто-то прошел здесь минуту назад. Впереди, у лестницы, ведущей на первый этаж, мелькнула тень. Система тут же вывела маркер, обводя силуэт красным контуром:

[Цель: Мутировавшая крыса-падальщик (Ранг F).]

[Угроза: Средняя.]

[Уязвимость: Низкая сопротивляемость к Энергетическим перегрузкам.]

Тварь вышла на свет, падающий из дверного проема. Это было мерзкое создание размером с бультерьера, но двигающееся с грацией куницы. Облысшая серая шкура, покрытая мокнущими язвами, длинный голый хвост, хлещущий по бокам, и пасть… пасть была непропорционально огромной, полной игловидных зубов, растущих в три ряда. Глаза светились мутным красным светом — признак того, что тварь напиталась «грязным» эфиром под завязку.

Она зарычала — низко, вибрирующе, этот звук отдавался в диафрагме — и припала к земле, пружиня на задних лапах. Готовилась к прыжку.

— Ну давай, — прошептал я, выставляя руки перед собой. Ладони вспотели. Стойка у меня была, наверное, нелепая — что-то среднее между боксером-новичком и вратарем, который боится мяча. Но тело звенело от силы. Я чувствовал себя живым конденсатором.

Крыса прыгнула. Для обычного человека это был бы смазанный рывок, серая молния. Для меня, с разогнанным нейроинтерфейсом, время стало вязким. Я видел траекторию полета, видел, как сокращаются мышцы под больной шкурой, видел, как раскрывается пасть, метя мне в горло. Мозг сработал четко, выдавая решение задачи: «Вектор атаки прямой. Уклонение влево на 30 градусов, перехват объекта». Но тело… Тело подвело. Мышечная память этого хилого аристократа не знала таких движений. Сигнал прошел, но мышцы опоздали на долю секунды.

Я дернулся влево, но недостаточно быстро. Тварь врезалась мне в плечо. Тяжелая, вонючая туша сбила меня с ног, как кеглю. Удар вышиб воздух из легких. Зубы лязгнули в сантиметре от шеи, но соскользнули по плотной прорезиненной ткани комбинезона химзащиты. Мы покатились по полу, сплетаясь в клубок. Я чувствовал смрад гнилого мяса из её пасти, горячее, зловонное дыхание на лице. Когти рвали резину на груди, добираясь до кожи.

— А ну пошла! — рявкнул я, пытаясь отпихнуть её.

Сила! Во мне была сила, способная гнуть арматуру, но я не знал, как её применить точечно. Я просто ударил тварь кулаком в бок, вкладывая весь вес. Раздался хруст ребер, крыса взвизгнула, но хватку не ослабила. Она была берсерком, не чувствующим боли. Она вцепилась зубами мне в предплечье, прокусывая защиту, кожу и мышцы. Боль резанула руку, яркая и острая.

Я запаниковал. На секунду. Животный ужас жертвы, которую едят заживо. А потом включился «инженер». Холодный, расчетливый. «Механическое воздействие неэффективно. Требуется термическое или электрическое поражение. Источник питания: доступен». Если механизм нельзя сломать кувалдой, его нужно сжечь напряжением.

Я схватил тварь за загривок левой рукой. Пальцы вжались в склизкую, горячую шкуру.

— Система! Сброс энергии! Максимальная мощность! — мысленно заорал я.

Это было интуитивно. Я не читал заклинаний. Я просто представил, что моя рука — это оголенный фазовый кабель под напряжением в десять тысяч вольт, а крыса — идеальное заземление. Внутри меня открылся шлюз. Холодная, ядовитая энергия, которую я впитал на улице, рванулась из солнечного сплетения, прошила плечо, локоть и хлынула через пальцы прямо в тело монстра.

[Активация навыка: Касание Распада (Импровизация)]

Эффект превзошел ожидания. Тварь дернулась, выгнулась дугой, словно в припадке эпилепсии. Я услышал треск, похожий на звук сварочного аппарата. Её глаза вспыхнули ярким голубым светом, на секунду осветив коридор, и… лопнули. Шкура задымилась, пошел запах паленой шерсти и озона. Внутри неё словно взорвалась лампочка. Нервная система выгорела мгновенно. Она даже не успела завизжать — её просто выжгло изнутри за долю секунды.

Я отшвырнул дымящуюся тушу. Она шлепнулась на пол бесформенным мешком, дернула лапой и затихла.

[Цель уничтожена.]

[Получено: 50 единиц био-эфира.]

[Боевой опыт: +1.]

Я тяжело дышал, сидя на полу в луже собственной и чужой крови. Рукав комбинезона был порван в лоскуты, на предплечье расплывалось темное пятно. Руки тряслись — не от страха, а от отката после выброса энергии.

— Больно, — констатировал я, морщась. — Но, черт возьми, эффективно.

Я посмотрел на свою ладонь. Она слабо светилась, по коже пробегали остаточные разряды. Я не боец, это факт. Рукопашная с монстрами — плохая идея, ведущая в травмпункт. Мой метод — это «короткое замыкание». Я — ходячий электрошокер. Мне не нужно бить сильно, мне нужно просто коснуться.

Я встал, поморщившись. Рана на руке дергала. — Стоп. Я посмотрел на укус. Кровь уже остановилась. Края раны затягивались прямо на глазах, сплетаясь тонкими голубыми нитями, формируя новую ткань. Регенерация. За счет внешней энергии. Система перенаправила излишки заряда на ремонт оболочки.

— Удобно, — хмыкнул я, сжимая и разжимая кулак. Боль уходила. — Батарейка подзаряжает корпус. Вечный двигатель, пока есть кого убивать или чем дышать.

Остальные твари наверху притихли. Видимо, почувствовали смерть сородича. Или всплеск моей силы, который для них был как вспышка маяка в ночи. Нужно заканчивать с зачисткой. Но теперь я знал, что делать. Страх ушел, уступив место азарту исследователя.

Путь к «сердцу» оказался короче, чем я думал. Подвал переходил в древнюю крипту — фундамент, на котором стоял дом. Здесь архитектура менялась. Кирпич сменился массивными гранитными блоками, подогнанными друг к другу без раствора. Стены были исписаны полустертыми рунами, которые при моем приближении начинали едва заметно тлеть.

Воздух здесь был плотным, почти твердым. Концентрация эфира зашкаливала. Для обычного мага это было бы смертельно — «эфирное давление» просто расплющило бы его ауру, вызвало бы магический инсульт. Я же чувствовал себя как глубоководная рыба, вернувшаяся в родную впадину. Давление не убивало, оно поддерживало.

В центре круглого зала стоял постамент. Каменный куб, черный, матовый, поглощающий свет фонаря. На нем лежал слой вековой пыли и какой-то серой плесени.

[Объект: Управляющее Ядро Домена (Класс: Родовой Алтарь).]

[Состояние: Спящий режим / Критическое загрязнение.]

[Доступ: Ожидание авторизации.]

Я подошел ближе, чувствуя священный трепет. Это был мой «сервер». Моя консоль управления реальностью в этом проклятом месте. Ключ к выживанию.

Я смахнул рукавом пыль. Под ней проступила гладкая, холодная поверхность, похожая на обсидиан. В глубине камня плавали тусклые искры.

— Ну привет, — сказал я тихо, кладя ладонь на камень. — Давай знакомиться. Я твой новый сисадмин. Пароль: «Я хочу жить».

Контакт. В голове словно взорвалась сверхновая. Меня выдернуло из тела. Зрение, слух, осязание — всё исчезло. Я больше не стоял в подвале. Я стал домом. Моим телом стал камень и дерево. Моими венами — трубы и проводка. Моими нервами — силовые линии в стенах. Я почувствовал каждую балку, каждый кирпич. Я «видел» тварей на первом этаже — их было еще семь штук, они жались по углам, испуганные моим присутствием, их маленькие злобные сердца бились в унисон. Я чувствовал пробоины в крыше, как открытые раны. Сквозняки, гуляющие по коридорам. Гниль в перекрытиях восточного крыла.

Но главное — я чувствовал Источник. Глубоко под землей, под фундаментом, билась жила Силы. Искаженная, ядовитая, «некротическая», но невероятно мощная. Она пульсировала, как огромное, больное сердце, ожидающее лечения.

Передо мной развернулось меню. Огромное, сложное, с сотнями вкладок, графиков и схем. Большинство было серым (недоступно или разрушено), но раздел «Базовая Безопасность» мигал тревожным желтым.

[Запрос прав доступа…]

[Идентификация по крови… Ошибка (Генетический сбой / Слабая кровь).]

[Идентификация по энерго-структуре… Анализ…]

[Тип души: Архитектор. Совпадение 99 %.]

[Приветствую, Администратор.]

— Запустить протокол «Малый Купол», — скомандовал я мысленно, посылая волевой импульс в структуру дома. — Изолировать внутренний периметр. Герметизация. Вентиляция — фильтрация 100 %.

Камень под рукой потеплел. По стенам крипты побежали голубые искры, разгораясь в полноценное сияние. Дом вздрогнул, стряхнув пыль веков. Где-то наверху с грохотом захлопнулись ставни (те, что уцелели). В окнах вспыхнула тусклая, призрачная пленка барьера, отсекая ядовитый туман улицы.

[Купол активен. Расход энергии: 2 % в час.]

[Внутренняя атмосфера: Стабилизация. Очистка запущена.]

Ветер перестал выть в щелях. В подвале стало тихо и уютно. Воздух стал чище, суше. Я убрал руку. Голова слегка кружилась от обилия информации, но это было приятное головокружение. Как после успешно сданного проекта, когда ты видишь, как твое творение оживает.

Я — Владелец. Теперь официально. У меня есть ключи, и я сменил замки.

Я поднялся по лестнице на первый этаж, не скрываясь. Крысы, почуяв изменения в атмосфере дома и поняв, что территория больше не нейтральна, с визгом бросились врассыпную. Они выпрыгивали в окна, пробивая своими телами мой пока еще хилый барьер. Пусть бегут. Я их потом переловлю. На опыты. Мне понадобятся образцы местной фауны.

Вышел на крыльцо. Контейнер стоял там, где я его оставил. Я затащил его внутрь, в холл, подальше от открытой двери. Сорвал крышку ударом кулака — замок отлетел, как пластиковый.

Внутри лежало то, что мачеха посчитала мусором, достаточным для смертника:

Упаковки армейских галет (срок годности истек год назад, упаковка блеклая).

Пятилитровая канистра с водой (вода мутная, техническая).

Спальный мешок (дырявый, пахнет плесенью).

Сломанный мана-генератор (бытовой, такие ставят на дачах для освещения сарая).

И… на дне, завернутый в промасленную тряпку, лежал черный, тяжелый шар размером с голову ребенка.

Я взял его в руки. Тяжелый, килограмм сорок. Система тут же выдала справку, подсвечивая объект золотым контуром:

[Объект: Геологический бур "Крот-М" (Списан).]

[Назначение: Горнопроходческие работы в сверхтвердых породах.]

[Особенность: Содержит сердечник из обогащенного мифрила. Резцы — алмазное напыление.]

Я рассмеялся. Громко, эхом по пустому дому. Смех был злым, торжествующим. Они думали, что кинули мне кусок железа, чтобы я мог выкопать себе могилу в каменистой почве.

«На тебе лопату, парень, закопайся сам». Идиоты. Бюрократические крысы. Мифриловый сердечник — это основа для боевого голема или мощнейшей турели. Мифрил — лучший проводник магии в этом мире. С помощью моей Системы и безлимитной энергии этого проклятого места я смогу превратить этот шар в оружие массового поражения.

Вдруг перед глазами всплыло красное окно, перекрывая обзор. Тревога.

[Внимание! Периметр нарушен.]

[Сканирование дальней зоны…]

[Обнаружена группа гуманоидов. 3 объекта.]

[Вооружение: Огнестрельное, магическое.]

[Дистанция: 5 км. Вектор движения: Прямо к усадьбе.]

[Расчетное время прибытия: 4 часа.]

Я перестал смеяться. Улыбка сползла с лица, сменившись маской сосредоточенности. Гости. Кто-то решил проверить, сдох ли «подарочек» Анны Воронцовой. Или просто мародеры решили поживиться, увидев, что барьер на границе открывался. В любом случае, они идут не с чаем и пряниками.

Четыре часа. У меня есть всего четыре часа, чтобы превратить этот дырявый сарай, в котором даже дверей нормальных нет, в неприступную крепость. Или хотя бы в смертельную ловушку.

Я посмотрел на мифриловый шар в своих руках. Погладил холодные алмазные резцы.

— Ну что, «Крот», — сказал я, чувствуя, как внутри разгорается холодное пламя азарта. — Пора тебе сменить профессию. Ты больше не шахтер. Сегодня ты будешь убийцей.