Токсичный Барон. Том 1

Глава 16. Месяц тишины

Спустя месяц после «Битвы у Ворот» я понял одну простую истину: бесконечная энергия не заменяет туалетную бумагу. И уж тем более она не заменяет хлеб, патроны калибра 7.62 и антибиотики. Я стоял на балконе своего кабинета, опираясь на трость из полированного титана. Внутри трости был спрятан конденсатор на полтора мегаватта и шоковый разрядник, но сейчас она служила мне просто опорой. Моя правая нога все еще плохо слушалась после нейропатического выгорания, а по спине периодически пробегали фантомные судороги, словно кто-то дергал за оголенные провода.

Внизу, во дворе усадьбы, кипела жизнь. Странная, пугающая жизнь, от которой у любого нормального человека волосы встали бы дыбом. Вокруг «Гефеста», чей гул теперь напоминал ровное дыхание спящего дракона, суетились дроиды. Мой «Железный Легион» разросся. Я напечатал полсотни «Пауков» разных модификаций: от крошечных разведчиков до сварщиков. Они ползали по стенам, латали крышу, тянули новые кабели. Но не они были хозяевами периметра.

По двору скользили Тени. Моя сделка с Бездной работала. Сущности, вылезшие из Разлома, приняли форму черных, дымных силуэтов в псевдо-броне. Они не ходили, они перетекали. Они не говорили, но я чувствовал их присутствие в своей голове как холодный, статический шум. «Стражи» патрулировали периметр. Днем они прятались в тени деревьев Рощи Скорби, ночью выходили на охоту. С тех пор, как они встали на пост, ни одна крыса, ни один мутант и ни один шпион Шуваловых не подошли к забору ближе чем на километр.

— Граф, — голос Коршуна вывел меня из задумчивости.

Наемник стоял в дверях. За месяц он отъелся, его борода была аккуратно подстрижена, а на груди красовалась кираса из «танковой» стали с гербом Ворона. Моя личная гвардия выглядела внушительно, но в глазах Коршуна я видел тревогу.

— Докладывай, — я повернулся к нему, морщась от прострела в пояснице.

— Третий конвой вернулся пустым.

Я сжал набалдашник трости.

— Пустым? Зуб отказался продавать?

— Хуже. Зуб исчез. Его лавка сожжена. На Заставе-4 новый смотрящий, человек от клана Меньшиковых, но ходит под Анной. Нам объявили эмбарго, Макс. Полное. Никто не продаст нам даже гвоздя. Официальная причина: «Карантинная зона высшей опасности».

Я прошел к столу, на котором громоздились голографические карты.

— Анна… — прошипел я. — Умная стерва. Она поняла, что силой нас не взять. У нас ядерный реактор в подвале и армия демонов на стенах. Поэтому она решила нас уморить голодом.

— Парни нервничают, — продолжил Коршун, понизив голос. — У нас заканчиваются сигареты, кофе и свежие овощи. Мы едим консервы и мясо мутантов. Спирт тоже на исходе. Наемник без выпивки и табака — это бомба замедленного действия.

— Я плачу вам золотом, — напомнил я.

— Золото нельзя есть, Граф. И его негде потратить. Мы в золотой клетке. Если так пойдет дальше… начнется бунт. Или дезертирство.

Я посмотрел на него тяжелым взглядом. Мои глаза, как говорила Тая, теперь иногда светились фиолетовым в темноте. Влияние Печати.

— Никто не уйдет, Коршун. Я решу эту проблему.

— Как? Напечатаешь еду на принтере? Твой «Гном» делает отличный пластик, но он не вкусный.

— Я заставлю их снять блокаду.

— Силой? У нас двенадцать человек и полсотни роботов. Против Империи?

— Умом, сержант. Умом и законом.

Я жестом отпустил его. Когда дверь закрылась, я осел в кресло. Ситуация была патовой. Я — Глава Рода. У меня есть Печать, есть Замок, есть Энергия. Но юридически я нахожусь в серой зоне. Совет Кланов признал мой статус временным. Они ждут. Ждут, когда я оступлюсь. Или когда Разлом поглотит меня. Мои счета заморожены «до завершения аудита наследства». Мои земли в кольце блокады. Мне нужен был прорыв. Не военный — дипломатический. Но такой, чтобы все поняли: со мной нельзя играть в молчанку.

В этот момент Страж ожил.

[Внимание, Создатель. Входящий объект. Воздух. Сектор Север.]

[Идентификация: Имперский Курьерский Дрон. Класс "Гермес".]

[Статус: Дипломатическая неприкосновенность.]

Я нахмурился. Имперский дрон. Это не Шуваловы. Это официально.

— Пропустить, — скомандовал я. — Посадка на площади перед фонтаном. Никакой агрессии со стороны Стражей. Скажи Теням, чтобы спрятались. Не хочу пугать почтальона.

Я взял трость и пошел вниз. Нога болела нещадно. Каждый шаг был напоминанием о том, что я человек, а не машина. Мое тело было слабым звеном в этой цепи.

«Надо доделать экзоскелет, — подумал я. — Хватит ковылять».

Дрон был красив. Белый, обтекаемый, с золотым двуглавым орлом на боку. Он мягко опустился на брусчатку, подняв вихрь пыли. Вокруг уже собрались наемники и Тая. Тая держала руку на автомате, готовая сбить жестянку при первом резком движении. Дрон выдвинул лоток. В нем лежал конверт. Плотная, дорогая бумага с сургучной печатью Министерства по делам Дворянства.

Я взял конверт. Дрон пискнул, сканируя мою сетчатку, подтвердил получение и тут же взмыл в небо, уходя на форсаже. Даже роботы не хотели задерживаться в «Черном Ручье».

Я вскрыл письмо. Тая подошла ближе, заглядывая через плечо.

— Что там? Повестка в суд? Или объявление войны?

Я пробежал глазами по строкам, написанным каллиграфическим почерком. «Уважаемый Максим Викторович Воронцов. Министерство Кланов уведомляет вас, что ваш статус Главы Рода, заявленный в Декларации от 15.09, требует официального подтверждения согласно Кодексу Крови (статья 42, пункт 3). В связи с отсутствием у вас зарегистрированного ранга Мага и длительным пребыванием в статусе "пустышки", ваша дееспособность ставится под сомнение. Для разблокировки активов Рода и снятия карантинного статуса с земель "Черного Ручья", вам надлежит прибыть в столицу Уральского Региона (Екатеринбург-Прайм) для прохождения аттестации. Аттестация будет проведена в рамках ежегодного Регионального Турнира "Молодая Кровь". Вам предписано принять участие в турнире и подтвердить ранг не ниже "С" (Подмастерье). Неявка или поражение будут расценены как отказ от прав на наследство и признание недееспособности. Земли Рода в этом случае переходят под внешнее управление (опекун: Анна Шувалова-Воронцова). Срок прибытия: 7 дней. Дата турнира: 25.10».

Я рассмеялся. Сухо, зло.

— Что там? — не выдержал Коршун.

— Приглашение на казнь, — я передал ему письмо. — Моя любимая мачеха разыграла гамбит. Они загнали меня в угол. Если я не поеду — я потеряю все юридически. Мой статус аннулируют, земли отдадут Анне, а меня объявят диким магом, подлежащим уничтожению. Сюда пришлют не наемников, а Имперскую Гвардию с ордером на зачистку. Если я поеду… Я покину свою крепость. Я останусь без «Гефеста». Без армии дроидов. Без Теней. Я буду на чужой территории, в городе, который контролируют Шуваловы. И мне придется драться на арене. По правилам дуэлей. Один на один. Против магов, которые тренировались с пеленок. А я — инвалид с тростью, у которого магии хватает только на то, чтобы зарядить батарейку.

— Это ловушка, — сказала Тая, прочитав письмо. — Они убьют тебя по дороге. Или на арене. Макс, у тебя нет ранга. Ты инженер, а не дуэлянт. Ты победил армию, потому что у тебя был Титан и реактор. Там у тебя будет только… ты.

— Не совсем, — я задумчиво потер подбородок. — В правилах турнира есть лазейка.

— Какая?

— «Аттестация Родовых Техник». Я могу использовать артефакты, созданные лично мной. Это считается проявлением "Магии Артефактора".

Я посмотрел на своих людей. Они ждали решения.

— Мы едем, — объявил я.

— Ты спятил, — констатировал Коршун. — Мы не пройдем блокаду. На трассе нас разберут на запчасти.

— Мы пройдем. Но не как беженцы. Мы поедем как делегация. Я повернулся к усадьбе.

— Страж!

[Слушаю, Создатель.]

— Размораживай проект «Призрак». И готовь мобильную лабораторию. Мы едем на гастроли.

— Какой еще «Призрак»? — спросила Тая.

— Экзоскелет. Но не такой, как Титан. Титан — это молот. А мне нужен скальпель. Легкий, быстрый, автономный. Костюм, в котором я смогу выйти на арену и не выглядеть как танк.

Я сжал трость так, что металл скрипнул.

— Они хотят шоу? Они хотят проверить мою кровь? Я устрою им шоу. Я покажу им, что такое «Техно-магия».

— Сколько у нас времени?

— Неделя. Семь дней, чтобы собрать снаряжение, которое не требует подключения к розетке. Семь дней, чтобы научиться драться без поддержки Дома.

Решение было принято, но реальность тут же ударила под дых. Мы готовились к походу, но нам не хватало ресурсов даже на то, чтобы собрать нормальный паек в дорогу.

— Макс, посмотри на это, — Тая вывалила на стол в Кузнице содержимое последнего ящика с припасами. Пять банок тушенки «Срок годности: неизвестен». Пакет гречки. Три плитки шоколада, покрытого белым налетом. — Это все, — сказала она. — На 14 человек. Нам ехать до Екатеринбурга три дня. Плюс там жить.

— Мы купим еду на месте.

— За что? Твои счета заморожены. Мои кредитки давно в черном списке. У Коршуна и парней — только долги и пули.

Я потер виски. Проблема была острой. У меня были миллионы рублей в эквиваленте энергии. Я мог бы продать «очищенные батареи». Но кому? Блокада.

— У нас есть один ресурс, — сказал я медленно. — Который ценится везде. И который не требует сертификатов.

— Какой? Твоя почка?

— Нет. Мифрил.

Я кивнул на гору обломков в углу цеха. Мы собрали много хлама с поля боя, но самое ценное я приберег.

— Я переплавлю часть обшивки Титана. И сделаю слитки. «Чистый» мифрил без примесей.

— Ты хочешь разобрать Титана?! — Тая округлила глаза. — Это же… святотатство!

— Титан мертв. Без реактора и руки он просто металлолом. А нам нужно выжить. Я возьму пару пластин с ног. Этого хватит, чтобы купить половину черного рынка в столице.

Следующие три дня превратились в адский марафон. Пока «Гефест» плавил металл в индукционной печи, я занимался своим телом. Мне нужен был костюм. Я не мог надеть тяжелую броню — мои мышцы атрофировались, кости ныли. Мне нужен был экзоскелет, который станет моим телом. Поддержит позвоночник, усилит движения, компенсирует хромоту.

Проект «Призрак». Я взял за основу легкий разведывательный скафандр наемников, трофей с Фантома, который тот бросил, когда убегал… а нет, стоп, Фантом ушел в одежде. Значит, я взял броню с одного из элитных бойцов Шувалова. Я распотрошил его, выкинув стандартную начинку. Вместо нее я вплел в ткань мифриловые нити — искусственные мышцы. На спину я установил компактный блок питания — кассету из пяти сверхемких кристаллов. Это была моя ахиллесова пята. Заряда хватит на 30 минут активного боя. Потом — замена батарей. Как в старом фонарике. Никакой бесконечной энергии. Только строгий лимит.

— Макс, ты понимаешь, что если батарейка сядет во время боя, ты упадешь и не встанешь? — спросил Коршун, наблюдая, как я тестирую сервоприводы ног.

Я стоял посреди цеха. Костюм был матово-черным, облегающим, с жесткими элементами на груди и суставах. Он гудел тихо, почти неслышно. Я сделал шаг. Легко. Нога не болела — экзоскелет взял нагрузку на себя. Я подпрыгнул. На два метра. Приземлился мягко, амортизаторы погасили удар.

— Понимаю, — ответил я. — Поэтому я не буду затягивать бои. Я буду бить быстро и грязно.

— А оружие? — спросил наемник. — Твой рельсотрон расплавился.

— Я сделал кое-что поинтереснее. Для дуэлей. — Я подошел к верстаку. Там лежали перчатки. Массивные, закрывающие предплечья. — Грави-кастеты. Внутри — генераторы ударной волны. При контакте выдают импульс, способный проломить бетонную стену. И еще кое-что. Я взял с полки несколько металлических шариков размером с теннисный мяч.

— Дроны-камикадзе? — догадалась Тая.

— Нет. Это «Умная Пыль». Внутри каждого шарика — сотня микро-дронов с шокерами. Если их выпустить, они создают облако, в котором невозможно колдовать. Они жалят мага током, сбивая концентрацию.

— Запрещенный прием, — усмехнулся Коршун. — В регламенте турнира сказано: «Запрещены яды и проклятия». Про рой механических комаров там ни слова.

Работа кипела. Тая с наемниками готовила транспорт. Наш броневик «Зубр» прошел техобслуживание. Мы навесили на него дополнительные баки для воды и крепления для мотоциклов, два трофейных байка для разведки. Но главное — мы готовили груз. Ящики с «батарейками». Слитки мифрила. И… «спецгруз».

— Ты уверен, что это безопасно? — Тая с опаской смотрела на небольшой контейнер из свинца и черного стекла. Внутри клубилась Тьма.

— Нет, не уверен, — честно сказал я. — Это фрагмент Сущности. Маленький кусочек Тени, который я «отщипнул» от Стража Бездны и поместил в стазис.

— Зачем?!

— Это мой козырь. Если техника откажет. Если батареи сядут. Если против меня выйдет кто-то уровня Архимага. Я выпущу это.

— Оно сожрет всех.

— Я сделал ошейник. Электронный поводок. Оно будет слушаться. Надеюсь.

К концу недели мы были готовы. Мы выглядели не как аристократы. Мы выглядели как банда высокотехнологичных мародеров. Черный броневик с шипами. Эскорт из мотоциклов. И я — в черном экзоскелете, с лицом, скрытым тактическим шлемом, визор я сделал сплошным, чтобы скрыть свои светящиеся глаза.

— Пора, — сказал я, глядя на рассвет над Рощей Скорби. Дом оставался на попечении ИИ «Страж» и армии Теней. Если кто-то сунется сюда в наше отсутствие — я им не завидую. Тени без моего контроля становятся… очень голодными.

— По машинам! — скомандовал Коршун. Двигатели взревели. Мы покидали Убежище. Впервые за месяц я выходил в большой мир. Мир, который считал меня трупом. Что ж, мертвецы умеют удивлять.

Мы выехали из ворот, когда солнце только коснулось верхушек мертвого леса. Туман стелился по земле, скрывая дорогу. Я сидел на месте пассажира в броневике. За рулем был Коршун. Тая сидела сзади, в десантном отсеке, проверяя связь с мотоциклистами разведки.

Как только мы пересекли невидимую линию периметра, я почувствовал это. Словно с плеч сняли тяжелую шубу, но взамен ударили морозом. Связь с «Гефестом» оборвалась. Поток бесконечной энергии исчез. Теперь я был автономен. Я чувствовал, как индикатор заряда моего костюма начал медленно, но неумолимо отсчитывать проценты.

[Заряд: 99 %… Режим экономии активен.]

— Как ощущения, Граф? — спросил Коршун, объезжая аномалию «Комариная плешь».

— Как у рыбы, которую вытащили из воды, — признался я. — Я чувствую себя… смертным.

— Добро пожаловать в наш мир.

Мы ехали по старой трассе. Асфальт здесь был разбит, повсюду валялись остовы машин. Это была «Серая Зона». Ничейная земля между владениями кланов. Здесь царил закон силы.

— Разведка докладывает: впереди чисто, — голос Таи в наушнике. — Но есть следы. Колея тяжелой техники. Свежая.

— Шуваловы? — напрягся я.

— Нет. След другой. Гусеницы шире. И масляные пятна… пахнет синтетикой. Имперский стандарт.

Я нахмурился. Имперская техника здесь? Обычно армия не суется в Пустоши, если нет ЧП.

— Внимание всем. Повышенная готовность. Дроны — в воздух.

Я выпустил двух «Жужжалок» — маленьких летающих дронов-разведчиков. Они взмыли над лесом, передавая картинку мне на визор. Лес был пуст. Но это была обманчивая пустота. На пятом километре пути, у старого моста через пересохшую реку, нас ждали.

Это была не засада бандитов. Посреди дороги стоял Блокпост. Бетонные блоки, шлагбаум, вышка с пулеметом. И флаг. Не Имперский. И не Шуваловский. Черный флаг с серебряным черепом и шестеренкой.

— Кто это? — спросил я.

Коршун сплюнул в открытое окно:

— Техно-Инквизиция. Или, как они себя называют, «Орден Чистоты». Фанатики. Они ненавидят магов, но еще больше ненавидят таких, как ты. Тех, кто скрещивает магию и машины. Они считают это ересью.

— Откуда они здесь? Их же не было месяц назад… Анна, — догадался я. — Она натравила их на нас. Написала донос, что в Ручье завелась «техно-ересь». Они перекрыли дорогу, чтобы мы не доехали до турнира.

Блокпост был укреплен серьезно. Человек двадцать пехоты в тяжелых экзоскелетах. И одна самоходка с плазменной пушкой. Один из инквизиторов, в длинном плаще поверх брони, вышел на дорогу и поднял руку. В другой руке он держал мегафон.

— Именем Чистоты! Остановитесь, еретики! Предъявите груз к досмотру! Любые механизмы, оскверненные эфиром, подлежат конфискации и уничтожению!

Коршун посмотрел на меня.

— Что делаем, Граф? Прорываемся? У нас броня крепкая, но плазма прожжет ее за два выстрела.

Я оценил обстановку через тактический модуль. Их экзоскелеты были примитивными. Гидравлика, дизель-генераторы за спиной. Никакой магии, только грубая механика. Они ненавидели магию, но сами зависели от электроники.

— Нет, — сказал я. — Мы не будем прорываться. Мы дадим им бой. Мне нужно протестировать «Призрак» в полевых условиях.

— Ты хочешь выйти? Один? Против взвода? — Тая высунулась в люк. — Макс, батареи!

— Я буду быстр.

Я открыл дверь и спрыгнул на асфальт. Мой черный костюм поглощал свет. Шлем скрывал лицо. В руках ничего не было — только перчатки-кастеты. Инквизитор ухмыльнулся.

— Глядите, братья! Еретик сам вышел на суд! На колени, мусор! Снимай свой бесовской костюм!

Я сделал шаг вперед.

— Я Граф Воронцов. И я еду на Турнир. Уйдите с дороги, или я сочту это нападением на Дворянина.

— Дворянина? — инквизитор рассмеялся. — Ты кусок мяса в консервной банке! Огонь!

Он не собирался разговаривать. Плазменная пушка самоходки начала разворачиваться. Бойцы вскинули винтовки.

— Система. Боевой режим. Овердрайв на ноги.

Время замедлилось. Я рванул с места. Это был не бег. Это было скольжение. Сервоприводы костюма, усиленные мифриловыми мышцами, выбросили меня вперед со скоростью автомобиля. Я зигзагами ушел от первой очереди. Пули высекли искры из асфальта там, где я был долю секунды назад.

Плазменная пушка выстрелила. Сгусток голубого огня прошел мимо, опалив мне плечо (щит костюма мигнул, сняв 5 % заряда). Я был уже у баррикады. Прыжок. Я взлетел на три метра, перемахнув через блоки. Приземлился прямо в центр группы бойцов.

— Грави-импульс! — скомандовал я, ударяя кулаками в землю.

Перчатки сработали. Волна сжатого воздуха и магии ударила во все стороны. Пятерых инквизиторов раскидало как кегли. Их тяжелые экзоскелеты сыграли против них — инерция ударила их о бетон с чудовищной силой. Хруст костей, скрежет металла.

Остальные открыли огонь. Я крутился волчком. Танец смерти. Удар рукой — шлем инквизитора вминается внутрь. Удар ногой — коленный сустав экзоскелета ломается в обратную сторону. Я не использовал магию напрямую. Я использовал скорость и силу, которую давал мне костюм. Для них я был размытым пятном.

— Самоходка! — крикнул Коршун в эфире.

Башня орудия поворачивалась ко мне. Дистанция — десять метров. В упор не промахнется. Я выхватил из подсумка один из шариков «Умной Пыли». Метнул его в ствол пушки. Шарик взорвался облаком серебристой взвеси. Микро-дроны облепили сенсоры и дульный срез.

— Замыкание!

Инквизитор нажал на спуск. Но плазма не вылетела. Она взорвалась внутри ствола, встретив преграду из дронов. Казенник пушки разворотило. Самоходка окуталась дымом.

— Добить! — скомандовал я, отпрыгивая от горящей машины.

Коршун не заставил ждать. «Зубр» рванул вперед, снося шлагбаум и давя остатки баррикады своим отвалом. Турель на крыше заработала, добивая тех, кто еще пытался сопротивляться. Через минуту все было кончено. Блокпост был уничтожен.

Я стоял посреди разгрома, тяжело дыша.

[Заряд батарей: 78 %. Повреждения брони: Легкие.]

Потратил 20 % заряда на одну стычку. Много. Слишком много. Но я жив.

Тая выскочила из машины.

— Ты цел?

— Нормально, — я отключил боевой режим. — Соберите трофеи. Их топливные ячейки могут подойти к моему костюму. И заберите плазменные батареи с самоходки.

Я посмотрел на дорогу, ведущую в город. Это было только начало. Если Анна выставила против меня фанатиков на дальней границе, что ждет меня в столице? Но отступать было некуда.

— Едем, — сказал я, возвращаясь в машину. — Мы опаздываем на вечеринку.