Тренировочный День 12

Глава 8

Будка комментаторов

— И снова мы на арене спортивного комплекса «Тестильщик»! В первый раз с одна тысяча девятьсот шестьдесят девятого команда Текстильного Комбината нашего города выиграла у «Буревестника» и сейчас идет второй матч «Текстильщика» в первой лиге, второй матч против команды из далекого сибирского города Колокамска, «Стальных Птиц». Надо сказать, что «Птицы» тоже новички в первой лиге, но показали себя даже лучше чем наши, против всех ожиданий убедительно обыграв Ташкентский «Автомобилист». В их составе есть легионеры из высшей лиги, чего стоит только Арина Железнова, юная вундерндша? Вундеркинда?

— Это слово не склоняется.

— Юное дарование из Московской команды «Крылья Советов»! Номер десять на площадке, в черно-красных цветах «Стальных Птиц», посмотрите, как она уверенно держится, как двигается! Она словно зверь в клетке! Бедные наши девочки, отданные на растерзание монстру из высшей лиги! Это агония!

— Прекрати панику, Люда.

— Точно! Рано паникова! Подача у наших! Женечка Глебова на линии… бьёт! Простая подача! Мяч летит через сетку и… «Птицы» принимают! Бергштейн, их пятый номер, выходит под мяч, касание, передаёт связующей… пас идёт на левый фланг… удар!

— Третий номер, Чамдар А.

— Мяч перелетает сетку, но как-то вяло, без огонька, и… Защита! Защита, товарищи слушатели! Дуся! Наш девятый номер на блоке! Руки вверх, прыжок — и мяч отскакивает назад! На сторону «Птиц»! Какая зашита!

— Это называется блок, Люда.

— Мяч спасли! В невероятном прыжке номер пять в красной майке — вытащила мяч с того света, он полетел вверх, свеча!

— А это свечка. Либеро у Птичек что надо, подобрала…

— Пас идёт на… десятый номер! Гений поколений! Арина Железнова, звезда высшей лиге у нас в Иваново и…

— Сейчас будет удар в полную силу, Люд.

— Удар! Господи, как она бьёт! Как она бьёт! Мяч летит вниз как… как… как молния! Как экспресс-электричка! Как советские ракеты по капиталистическим странам! Как…

— Как мяч.

— Да! Как очень быстрый мяч! И… Дуся⁈ Она снова там⁈ Снова на блоке⁈ Как она успела переместиться⁈ Железнова била в другую сторону! Но полетел в эту сторону! Я уже ничего не понимаю, товарищи слушатели!

— Наша «Терминатор» читает игру как книгу.

— Блок! Ещё один блок! Мяч отскакивает! «Птицы» в отчаянии! Бергштейн снова падает, снова тянется… достаёт! Едва-едва, умудряется поднять безнадежный мяч! Про такие мячи моя бабушка говорила, что легче новый купить чем этот достать! Но мяч уходит… в трибуны⁈

— Почти.

— Летит за пределы площадки! Мяч уходит за пределы площадки! Это всё? Это очко наших? Мяч же… О! Кто-то бежит! Кто-то из «Птиц» бежит за мячом! Выскакивает за линию, мимо скамейки запасных, прямо к трибунам! Это… это… какой номер?

— Шестнадцатый. Салтыкова.

— Салчакова! Айгуль Салчакова мчится за мячом как… стремительный бульдозер!

— Стремительный бульдозер?

— Она точно так же не разбирает дороги, бежит прямо по спинкам кресел! Как бульдозер! Носорог! Танк! Только стремительный! Принимает мяч прямо из-за ограждения! В падении! Перекидывает обратно на площадку! Это вообще законно⁈

— Пока мяч не коснулся пола он в игре…

— Мяч летит обратно! Криво, неудобно, но летит! Кто-то из «Птиц» подхватывает, пасует… снова на Железнову! Она единственная в позиции для удара! Прыгает!

— Не успела выйти под мяч. Не справится…

— Что?

— Смотри на ноги. Основа игры — ноги. Передвижения.

— Бьёт! Удар! Мяч летит… мимо! Аут! Мяч уходит в аут! Железнова промахнулась! Гении тоже могут промахнуться мимо линии?

— Неудобная позиция. Пас был кривой после такого приёма. Она пыталась спасти — не вышло.

— Три-шесть! Нет, подождите… четыре-шесть? Зоя, какой счёт? Я запуталась!

— Три-шесть, Люда. У тебя единственная обязанность за счетом следить, а ты даже этого не можешь.

— Зоя, да как тут уследишь, когда тут такое⁈ Такое! Мяч взяли прямо с трибун, вон кто-то помогает шестнадцатому номеру «Птичек», Салчаковой — встать… она совершила подвиг, ни секунды не колебалась, бросилась прямо в трибуны, наверняка было больно там падать… жаль, что все равно проиграли мяч. Хотя, нет, не жаль, это же враги наших девчат, правильно что проиграли мяч, но все равно жалко эту отважную девушку! Три-шесть! Зоя, скажи, а почему команда противника каждый раз собирается в центре, они о чем-то говорят? Советуются? Я вижу, что они делают так каждый раз, а вот наши так почему-то не делают…

— Обычно так не делают. Раньше я такого не видела. Порой девчата сходятся вместе после розыгрыша мяча, особенно удачного например… но у «Птичек» похоже традиция — собираться в центре после каждого розыгрыша, обмениваться парой-тройкой слов… не думаю, что они тактику обсуждают, в перерыве между розыгрышами много не обсудишь…

— Получается они просто так вместе собираются? Они же там обнимаются, я видела!

— Собираться каждый раз нет смысла. В перерыве обычно не о чем говорить. Однако… они выиграли «Автомобилист», так что может в этом есть какой-то смысл.

— С нашей стороны хорошо сыграла Евдокия Кривотяпкина, наша Дуся! Она потрясающе играет в блок, не оставляя противникам шансов! Два блока и каждый раз она появлялась как раз там, где требовалась ее присутствие! Она как будто телепортируется у сетки!

— Внимание на площадку. Новая подача…

— Да! Подает наша Шарова Раиса, она бьет по мячу… и конечно же она у нас не Черная Птица Синицына из Колокамска, ее подачу принимают. До обидного легко принимают… и… что это⁈

Светлана Кондрашова

— Алди! — выкрик Лильки бьет по ушам как кнут. Вот он, момент ради которого она так готовилась все это время. Тренировала это конкретное движение, тренировала слаженность девчонок, тренировала даже этот самый выкрик. Лилька обычно не кричит, она молча берет любой мяч, а тут — выкрик. И не просто «мой!» или «взяла!», а именно «Алди!», боевой клич «Каримовских басмачей» из Ташкентского «Автомобилиста». Секретное оружие «Стальных Птиц». Светлана хорошо помнила тот момент, когда в первый раз увидела «Колесницу» Гульнары Каримовой в действии. Мяч подвешивается над сеткой и только очень внимательный взгляд может сказать, что он висит слишком высоко… снизу трудно рассчитать расстояние. Пользуясь этим к сетке, начинают разбег две «лошадки» — у Каримовой это была «семерка» и «восьмерка», они взмывали в воздух одновременно, замахиваясь рукой и уже тогда становилось ясно что это трюк, что одна из них — не ударит. Что одна из них — всего лишь отвлекающий маневр, что это будет пайп.

Светлана знала, что именно происходит в голове у защищающихся в этот момент. Как в голове прокручиваются десятки, сотни вариантов, как стремительно принимается решение на кого именно обратить фокус внимания — на левую или на правую? Кто будет бить? Куда? Как? Наметанный взгляд подмечает каждую мелочь — с какой ноги выпрыгивает каждая, как в полете — отводится назад плечо — для удара или же для того, чтобы обмануть, но не ударить… как фокусируется взгляд взлетающих в прыжке девушек, кто-то прикусывает губу перед ударом, кто-то — сужает взгляд, прищуриваясь… сотни, тысячи мельчайших признаков. За долю секунды мозг выдает решение и защита — выбирает на ком сфокусироваться.

Проблема в том, что кого бы защита не выбрала — она ошибается. Ни левая, ни правая «лошадки» не бьют по мячу. Мяч все еще слишком высоко, но защита этого не понимает, находясь внизу ей трудно просчитать расстояние. А лошадки, которые взлетают, изображая атаку на самом деле исполняют только одну функцию. Заслонить Каримову, которая за их спинами совершает разбег и прыжок! И в тот момент, когда защита взмывает в воздух чтобы выставить блок — она понимает, что совершила ошибку, что мяч слишком высоко, что левая и правая «лошадки» опустятся на площадку, так и не дотянувшись до него… но защита еще не понимает, что происходит. Она думает, что мяч будет просто падать вниз и что у нее все еще есть шанс дотянуться, упав вниз — сменить траекторию, оттолкнуться от покрытия и все же взять мяч… защита все еще надеется.

Ровно до того момента, пока над спинами опускающихся вниз «лошадок» не взмывает вверх сама Каримова, заслоняя собой солнце. И вот тогда защита наконец все понимает. А мяч, посланный мощным ударом Гульнары Каримовой, капитана «Автомобилиста» — беспрепятственно ударяется о покрытие площадки.

Такова Каримовская «Колесница». Затратная комбинация, требующая согласованности и сыгранности всех участников. «Лошадки» должны взлететь синхронно, сбивая с толку противника, а это — разбег в три шага и прыжок — все одновременно, секунда в секунду. Пасующая должна повесить мяч именно так, как нужно — слишком высоко для пайпа, но так, чтобы защита не могла рассчитать примерное расстояние снизу, сама «возница» тоже должна точно рассчитать свои действия… но когда «колесница» срабатывала, то от нее не было защиты.

— Алди! — выкрик Лильки бьет по ушам как кнут. Сердце Светланы подпрыгнуло. Вот оно. Сейчас. Пас пошёл вверх — высоко, выше, чем нужно для обычной атаки. Со стороны это выглядело как ошибка, как недоработка либеро. Но Светлана знала: Лилька так не ошибается.

Чамдар и Салчакова рванули к сетке одновременно. Три шага — короткий, длинный, стопорящий. Синхронно, как близнецы, как отражения друг друга. Сотни повторений на тренировках, сотни падений и ругани, сотни «давай ещё раз» — всё ради этого момента.

Они взлетели вверх, одновременно, синхронно…Две фигуры в чёрно-красном, две пары рук, отведённых для удара. Со стороны противника — невозможно понять, кто из них будет бить. Обе смотрят на мяч. Обе готовы. Обе —реальная угроза.

Светлана видела, как дёрнулась защита «Текстильщика». Последние несколько раз девятый номер команды противников блокировала атаки с завидной постоянностью, появляясь там, где было нужно и тогда, когда было нужно. Там, где Бергштейн подбирала мяч у земли, «девятая» попросту не допускала мяч на половину своей команды, блокируя его над сеткой.

Однако в этот раз она застыла на месте, провожая мяч взглядом. Не прыгала.

Странно, — мелькнуло в голове у Светланы. Но думать было некогда. Она уже бежала. Разбег — позже, чем у «лошадок», на полсекунды позже. Пока защита смотрит на Аню и Айгуль, пока пытается угадать, пока принимает решение — Светлана набирает скорость…

Чамдар и Салчакова у сетки, в полете. Мяч всё ещё в воздухе — слишком высоко для них, они и не собирались до него дотягиваться. Их работа сделана. Они — «лошадки». Они — обманка.

Защита «Текстильщика» поняла. Поздно — но поняла. Светлана видела, как расширились глаза девушки в белой майке, как она попыталась перестроиться, сменить позицию…

Поздно.

Светлана оттолкнулась от площадки. Прыжок — и она взмыла над падающими «лошадками», над сеткой, над всем. Мяч был прямо перед ней — сине-белый, именно там, где и должен быть. Именно за это она так ценила эту беспокойную и отмороженную Лильку Бергштейн еще в команде гормолзавода — за умение подвесить мяч туда, куда нужно. На долю секунды она зависла в воздухе. Видела площадку противника как на ладони. Видела, где стоит защита — не там, где нужно. Видела пустые зоны.

Удар.

Вся сила плеча, вся злость, вся радость — в одном движении. Ладонь впечаталась в мяч с тем особенным, сочным звуком, который Светлана любила больше всего на свете.

Мяч сверкнул в воздухе бело-синей молнией.

Девятый номер, «Маугли» противника — дёрнулась. Поздно, слишком поздно. Мяч уже прошёл мимо неё, уже ударился об покрытие издав звонкий звук.

Свисток судьи.

Светлана мягко отыграла коленями падение. К ней уже неслись остальные члены команды — обниматься и поздравлять. Она все еще не до конца привыкла к введенной тренером традиции собираться в круг после каждого розыгрыша, неважно выиграли или проиграли. Собираться, обхватывая друг друга руками, в единый круг объятий. Не обсуждать тактику, не советовать, не указывать… просто на несколько секунд собраться вместе. Запрещено — критиковать, высказывать негатив. Разрешено — хвалить, если что-то получилось. Зачем после каждого розыгрыша собираться в круг — она не понимала. Юля Синицына тоже не понимала и была с ней согласна. Какой в том смысл? Лишнюю энергию тратить…

— Молодец, Светка! — говорит Маша Волокитина, обнимая стоящих справа и слева от нее девушек: — колесница вышла что надо.

— Аня и Айгуля тоже молодцы. — говорит Лиля Бергштейн: — классно вышло.

— Она даже не дёрнулась. — добавляет Аня Чамдар и оглядывается через плечо на сторону противника: — так все быстро. Недаром тебя Свет, «Копром» кличут. Бьешь как сваи забиваешь…

— Все, закончили. — объятья на секунду становятся крепче, потом кружок распадается: — Свет ты на подаче.

Кондрашова кивает головой. Принимает мяч из рук помощника вне площадки, подбрасывает его вверх, закрутив, ловит и идет на свое место. По пути — бросает быстрый взгляд на половину площадки соперников. Видит «девятку», которая смотрит на нее, нехорошо прищурившись. В этом взгляде не было угрозы, не было удивления, вообще не было эмоций. «Девятка» соперников словно бы оценила ее, записав в какую-то книжечку и убрала книжечку на полку, вот и все. Светлана вспомнила что эта девушка даже не дернулась в момент удара. Аня Чамдар тоже это заметила. Она так и сказала — «даже не дернулась». Это-то и было странно. «Колесница Каримовой» была устроена так, что защита была обязана принять неверное решение. Прыгнуть невовремя. Дернуться не туда, куда надо. Конечно, был вариант что эта «девятка» просто в ступор впала, застыла на месте, протормозила момент…

Но Светлана в это не верила. Она уже видела, как «девятка» играет и не верила в то, что та могла впасть в ступор. Нет.

Был и второй вариант. «Девятка» — поняла, что мяч был подвешен слишком высоко… поняла, что «лошадки» не будут бить по мячу, ожидала продолжения комбинации, а увидев, что все равно не возьмет — не стала даже дёргаться. Но… насколько нужно быть хладнокровной и продуманной для того, чтобы сыграть вот так? Быть этого не может… она талантлива, но она же «Маугли», дикий талант из деревни, она не может быть сыгранным ветераном, не может вести себя так, как будто у нее за плечами сотни матчей. Наверное показалось.

Светлана встала на линию, подкинула мяч в руке, примериваясь. Подождала пока все девчата не займут свои места на площадке, пока не раздался свисток судьи. Жалко что Синицына на скамейке сидит конечно… у нее подача что надо. Но…

Она подбрасывает мяч и взлетает вслед за ним, ударом отправляя его в полет на сторону противника. Ее подачу конечно возьмут, но вслед за тем Лиля снова вытащит мяч и подвесит его как надо… опустившись вниз она тут же чуть наклонилась вперед, чтобы быть готовой. Со стороны противника мяч взяла та же самая «девятка», она передала пас «троечке» и «троечка» едва отработала, отправив мяч через сетку. Уровень остальной команды существенно проигрывал в сравнении с «девяткой», если бы у них вся команда такая была у нас шансов не было бы — подумала Светлана, готовясь к разбегу.

— Алди! — выкрик и снова с места срываются «лошадки». Трудоемкий прием, но — беспроигрышный. Достоинство «Колесницы» еще и в том, что, даже зная как именно противник будет атаковать — защита все равно не сумеет взять мяч. Потому что это гибкая система… мяч может быть чуть ниже и тогда одна из «лошадок» может все же пробить, а защита еще даже не прыгнула. Сама «возница» может не ударить, а сделать скидку прямо над сеткой и вниз — а защита уже выпрыгнула. И наконец самое главное — все реагируют на прыжок «лошадок» в начале, нельзя не реагировать. Это как падать назад — даже если знаешь, что там сзади куча мягких матрасов — все равно согнешься, инстинктивно. Чтобы перебороть рефлекс нужно время. Потому у нее был план на «Колесницу» — сперва три, четыре раза подряд, потом, когда защита начнет приспосабливаться — скидка на «лошадок». Два раза. Потом — перестройка схемы. И по новой. Да одной «Колесницы» хватит чтобы сет выиграть!

Она разбегается и выпрыгивает из-за спины «лошадок», чтобы нанести удар и… прямо перед ней в воздухе возникает «девятка» команды соперника! Блок! Но… как⁈