Ты - Моя Душа

Глава 10

Он станет отцом! После получения результатов ДНК подтвержденный факт его будущего отцовства стал единственно стоящим в жизни Саши. Ни о чем другом Аверин не мог думать. Наконец-то маленькое пухлое существо назовет его папой. Александр мечтал о ребенке долгие тринадцать лет. В самом начале брака Саша не настаивал, потому как понимал, что молодой супруге надо хотя бы закончить ВУЗ, прежде чем окунуться в тяжелые заботы материнства. А потом произошла жуткая трагедия, после которой что бы они не делали — у них не получалось зачать.

Каждый месяц, в течение долгих семи лет жить в ожидании и всегда получать отрицательный результат. Это разъедало его изнутри! Бесчисленные процедуры, сдачи всех мыслимых и немыслимых анализов, секс по расписанию, сбор спермы в баночку,… а в итоге его мечта о детях не осуществлялась. Регулярный статус жены “не беременна” день за днем подрывал в нем уверенность в себе как в мужчине. Что он за мужик такой, если не в состоянии сделать жене ребенка? Аверин чувствовал острую несправедливость в том, что в стране столько брошенных сирот, а те, кто хотят стать родителями — элементарно не могут.

Врачи говорили, что они оба здоровы и находятся в детородном возрасте. Но после каждого его мужского провала Арина выкуривала по пачке ментоловых сигарет, задумчиво таращась в окно. Нет, жена никогда ни в чём его не упрекала. Ни разу от неё он не слышал ни слова обвинения. Но смотреть в ее глаза и понимать, что он не может дать ей самое главное в жизни любой женщины, было невыносимо! В какой-то момент его терпение лопнуло. Он просто обессилел ждать и каждый месяц осознавать, что он “не мужик”.

А она боролась… С видом Жанны Д'арк регулярно проходила назначенное лечение, беспрекословно выполняла все предписания врачей, стойко переносила даже самые болезненные и неприятные процедуры. Аверин никогда бы не подумал, что его капризная, взбалмошная жена в состоянии с таким упорством методично исполнять всё, что от нее требовалось. Это не могло не восхищать. Если бы она тогда не совершила роковую ошибку, у них всё могло сложиться иначе!.. Да он не только Porshe и загородный дом — он бы весь мир сложил к ее ногам!..

Если есть Бог на свете, то у него слишком своеобразное чувство юмора: послать им ребеночка тогда, когда они расстались. Хотя сейчас ни о каком разводе речи идти не может, раз Арина забеременела. Его отец бросил их ради другой женщины, когда Саше было шесть лет. С тех пор он его не видел. “Папаша” не помогал его матери, и никоим образом не участвовал в жизни сына. Аверин о нем не слышал уже больше двадцати лет. Кажется, у него даже сводная сестра имеется. Саша не уточнял, потому как считал, что если человеку ты не интересен, зачем насильно навязывать ему свое общество. Его мать так и не вышла замуж, и запрещала Саше плохо отзываться об отце. Он догадывался, что, несмотря на предательство мужа, мать его все равно до сих пор любит. Аверин ее не понимал и был невысокого мнения о своем отце. Вернее его и отцом назвать было сложно. Мужчина, даже ушедший из семьи, должен нести ответственность за своих детей.

Единственное, что омрачало безусловную радость Аверина — необходимость объяснения с Олесей. Он не знал, как она отреагирует на новость о беременности его супруги. Не надо было обладать экстрасенсорными способностями, чтобы догадаться — ей это не понравится. Да и какую женщину обрадует тот факт, что у её мужчины будет ребенок с другой?

На разговор с Олесей Саша шел как на похороны. Смешно, но одна из причин его развода с Ариной — постоянные скандалы. А теперь он возвращается к женщине, которая должна была стать его тихой гаванью, в ожидании худшего выяснения отношений в его жизни, похлеще, чем когда-либо было у него с женой.

Заглушив мотор, Аверин еще долго сидел в машине, обдумывая как деликатнее преподать правду Олесе. Горькую пилюлю не подсластишь, а врать и выворачиваться он не намерен, не по-мужски как-то, да и вышел он давно из того возраста, чтобы оправдываться в своих действиях, даже ошибочных. Александр выбрался из машины, вдохнул прохладный осенний воздух, поднял глаза и в ночном небе нашёл созвездие Большой медведицы. Он представил, как однажды на прогулке возьмёт на руки своего ребёнка, пригладит мягкие, детские кудряшки и они вместе будут искать на черном небосклоне яркие скопления огоньков. Малыш будет смешно открывать рот от удивления, а его глаза будут гореть от жажды познавать все новое и неизведанное. А ещё Аверин обязательно научит его играть в мяч, кататься на велосипеде, плавать, в общем, делать все то, что никогда не делал для него отец. Это было самым главным! А все остальное, в том числе и объяснение с Олесей, полная ерунда. В груди защемило от неизведанного им ранее чувства, а в глазах подозрительно защипало, и он глубоко вздохнул.

Зайдя в квартиру, Саша почувствовал пряный запах домашнего пирога и впервые за все время пока встречался с Олесей, подумал о том, что если бы девять лет назад Арина родила, он спокойно прожил бы еще тринадцать лет без ее ежедневной готовки.

— Саша, я тебя заждалась. Ты голодный? — спросила Олеся, улыбаясь. Как всегда, эта светлая женщина была мила и приветлива, а ведь он не заслуживал такого к себе милостивого отношения.

— Нам надо поговорить, — начал он и сел за стол, даже не переодевшись в домашнюю одежду.

— Что-то случилось?

— Арина беременна, — ответил он. К его удивлению лицо у Олеси просветлело, и она тепло улыбнулась.

— Это же чудесно! Она сможет быстрее дать тебе развод! Я так рада, что у нее наладилась личная жизнь, и она больше не будет препятствовать нашему счастью, — воскликнула радостная Олеся. Аверин так и не понял, почему она решила, что личная жизнь Арины им когда-либо мешала.

— Не все так просто, Олеся. Она беременна от меня, и разводиться мы не будем, — сказал Аверин, опустив глаза. Саша всегда гордился, что в любой ситуации поступает максимально порядочно по отношению к людям. Хотя бы в личной жизни, потому как в работе это было сложно, даже невозможно. А сейчас он понимал, что поступает как последний мудак. Только не мог до конца прояснить по отношению к кому именно: то ли к жене, с которой прожил тринадцать лет, то ли к женщине, которой год морочил голову, обещая уйти от жены и давая ложные надежды на предстоящую свадьбу.

— Ты уверен, что ребенок твой?

— Да, я сделал тест ДНК, — признался он, потому как не видел смысла юлить.

— Ты возвращаешься к жене? — тихо спросила славная женщина, которая не заслужила скотского к себе отношения. А в данном случае он поступал с ней крайне жестоко.

— Нет, Олеся. К Арине я не возвращаюсь, но и разводиться пока не буду. Я знаю, что значит расти без отца. Я не хочу подобного для своего ребенка, — Аверин ожидал от Олеси возмущения, скандала и обвинения во лжи и предательстве. Но эта женщина его удивила, когда на ее лице не дрогнул ни один мускул, а плечи расслабились от облегчения. Она вновь приветливо улыбнулась и сказала:

— Это мудро, Саша. Дети не должны страдать от ошибок родителей. Так ты ужинать будешь? Я сейчас разогрею. Я сделала мясной пирог по новому рецепту, надеюсь, тебе понравится и…

Аверин опешил. Потому что Олеся затараторила о новом рецепте, рассказывала о своих пациентах и своей работе. Она перевела тему, словно ничего не случилось, и не он только что заявил о том, что изменил ей с женой.

— Олеся, это все конечно интересно, но… ты слышала, что я сказал? Вообще-то я тебя предал, — Саша чувствовал себя полным придурком или мазохистом, потому как ожидал женской истерики и, не дождавшись, решил ее заполучить.

— Все мужчины изменяют. С этим ничего не поделаешь, — отмахнулась Олеся и стала накрывать на стол. Аверину показалось, что он ослышался.

— В смысле? — он понимал, что сам нарывается, но решил все же уточнить.

— У вас, у мужчин, такая природа. Вы не можете оставаться верными одной женщине, — снисходительно сказала Олеся. — Мудрые женщины это понимают. И принимают.

В этот момент Аверину поперек горло встал ее сочный мясной пирог по новому чертовому рецепту. Его покоробила высокомерная надменность по отношению ко всему мужскому полу. Он даже не понял, что его разозлило больше: то, что его сравнивают со всеми мужчинами на планете или то, что его как спесивого, нашкодившего подростка самодовольно “простили”. Между прочим, он двенадцать лет был верен своей жене и даже не собирался ходить на сторону! Ха! А Арина советовала ему соврать, свалить всю вину на нее. А зачем?! По сути Аверин только что получил официальное разрешение на хождение налево. Это ж замечательно просто!

“Мудрые женщины это принимают”— спрашивается, откуда умудренные опытом женщины берут этот бред?! В таком “понимании” мужской психологии Аверин видел только огромную трехъярусную корону на голове у многих женщин, которые сидя в башне, благосклонно “помилуют” провинившихся мужчин. Попробуй, заяви он что-то подобное Арине, получил бы третью мировую войну, и никакого понимания и снисхождения к мужским “слабостям”. Это, по крайней мере, было бы честнее, чем гнусное женское лицемерие о том, что они прощают измены, хотя, по сути, всего лишь стараются удержать мужика на привязи. А он, идиот, обдумывал, как горькую правду подать менее болезненно! И в конечном итоге только что сам выпил отрезвляющую пилюлю.

Аверин молча давился домашним ужином, о котором еще недавно мечтал, а потом закрылся в своем кабинете, оправдываясь работой. Александр горько усмехнулся, когда его вновь по-королевски поняли и не упрекнули в чрезмерной занятости.

До утра Аверин маялся от ощущения мучительной неправильности происходящего. У него скоро будет ребенок и он должен праздновать это радостное долгожданное событие, исполнившуюся мечту. А он сидит за бумагами, в которых всё равно ни черта не видит. Александр никогда не забудет тот день, когда Северов узнал, что станет отцом. Они распили бутылку виски у него в кабинете. Саша никогда раньше не видел настолько счастливого Вадика. После пьянки Аверин поехал домой, а в шесть утра ему позвонили и попросили забрать пьяных в умат Северова и Руслана Баринова из тюрьмы и по-тихому уладить все вопросы.

Господин Вадим Северов, новый губернатор области, не ограничился одной выпитой бутылкой. Он изрядно дозаправился со своим личным помощником Артуром, а потом в пьяном виде орал под окнами дома Руслана Баринова, его то ли соперника, то ли лучшего друга, что Север его сделал, так как у Вадика будет сразу двое детей, а у Баринова только один.

Руслан собирался утихомирить разбушевавшегося Северова, но радостный будущий папаша каким-то образом напоил и его. Потом они из-за чего-то поругались и нанесли друг другу тяжкие телесные. Затем помирились и решили продолжить празднование то ли примирения, то ли беременности Лоры Северовой в ресторане Баринова, в котором умудрились ввязаться в очередную пьяную драку с каким-то посетителем. Они уложили не только гостя заведения и его телохранителей, они побили даже собственную охрану. На этом два бухих бугая тоже не остановились и поехали бить морду какому-то конкуренту Баринова, но будучи изрядно пьяными, что-то перепутали и подрались с кем-то совершенно посторонним. В конечном итоге эти два пьяных лысых идиота оказались в вытрезвителе, по дороге перебив нескольких милиционеров при исполнении. Аверин естественно все уладил и с потерпевшими, и с ментами, и с прессой, чтобы нигде не просочилась информация ни о Северове, ни о Баринове. Всем заткнули рот деньгами и замяли буйство двух лысых идиотов. Молодые папаши разошлись по полной, отпраздновали во всю свое отцовство!

А вот он… Александр чувствовал, что не должен находиться в этой квартире. У него будет долгожданный ребенок, и сейчас он должен быть рядом с матерью своего крохи, обсуждать имя для малыша или отделку детской, а не оправдываться перед другой женщиной, объясняя причины, почему он переспал с собственной женой. И уж точно он не должен наворачивать ночью круги по квартире женщины, которая так и не смогла стать для него родной…

Какие бы грехи не совершала Арина, стоило признать, что в своем горячем безумии она была честной.

“Я могла бы скрыть наличие любовника и избежать стольких проблем! А знаешь, что самое смешное? Учитывая тот факт, что ты живешь на своей работе и кроме нее ничего не видишь, ты бы даже не заметил, Аверин, что тебе наставляют рога”— а ведь она была абсолютно права. Он бы не заметил… Никогда за ней не шпионил и не устраивал унизительные слежки.

“Я пришла к тебе до измены. Не после, Саша, а ДО! Но ты был так занят самолюбованием и собственным величием, что просрал жену, Аверин!”- снова сущая правда. Аверин с точностью определял, когда она лжет. В тот момент, когда жена рассказывала о “красавчике”, он знал, что между ними еще ничего не было. Однако он был настолько расстроен, что третье ЭКО не сработало, и так обозлился на нее, что просто решил окунуться в работу и элементарно пустить все на самотек.

“У меня были проблемы с мужем, я с твоей помощью от них отвлекалась, “- он слышал, что она говорила своему любовнику. Арина также решила сбежать от неразберихи в их браке, однако первым совершил ошибку он.

Что было бы, если бы Аверин тогда не уехал? Если бы не обозлился на жену из-за раненого самолюбия и задетой гордыни? Если бы он остался с ней? Получилось бы у них поговорить, обсудить, достучаться друг до друга? Как бы в этом случае сложились их отношения?

Саша смотрел из окна на простирающиеся яркие огни ночного города. Дождь нещадно барабанил в окно как в тот день, когда он уходил от жены. Обессилев от гнетущих мыслей, он прикрыл глаза, уперся лбом в окно и шумно выдохнул от точащей изнутри невосполнимой утраты. Тишину ночи разрезал его болезненный шепот:

— Твою мать, Арина! Что мы с тобой наделали?!

Арина возвращалась домой после встречи с Марикой. Подруга просила ее завести в больницу необходимые вещи для ее дочурки. Совсем скоро Уляша поправится, и Арина обещала шестилетней красотуле организовать ее скорый день рождения в новом аквапарке. В благодарность за это талантливая в художественном искусстве крестница подарила ей шикарный портрет, выполненный обычным карандашом. Арина смотрела на себя и не узнавала. Откуда у этой женщины на портрете столько любви и щемящей тоски в глазах? Разве она умеет так смотреть? Она вспомнила, о чем думала, когда позировала маленькому художнику. О своей ласточке. Как спрашивается, шестилетней Уляше удалось уловить тонкие изменения не столько во внешности Арины, сколько во внутреннем состоянии?

Когда она выходила из машины, услышала женский несмелый голос, окликнувший ее. Обернулась и увидела Сашину повариху.

— Арина, я бы хотела с Вами поговорить, — сказала Олеся Полякова, явно нервничая. Она теребила ворот своего распахнутого пальто, из которого виднелось жуткое синее платье в мелкий цветочек. Юля советовала стать акулой-людоедом и загрызть соперницу, но сейчас, глядя на нее, Арина поняла, что грызть там особо было нечего.

— Мы с вами попали в очень неприятную ситуацию, и мне бы хотелось найти из нее наиболее удачный выход, — произнесла добропочтенная педиатр Полякова.

— Под “неприятной ситуацией” подразумеваете тот факт, что вы год спали с женатым мужчиной и увели его из семьи? А, ну да, тогда вы правы, — хмыкнула Арина. Она не собиралась жалеть блаженную. Благодаря бдительной женской интуиции, Арина догадывалась об ее возможном приходе, но все же не верила, что повариха решится выйти с ней на открытый диалог.

— Зачем вы так, Арина? У нас с Сашей любовь и мы… — промямлила Олеся, потупила взгляд и снова зачем-то дернула ворот пальто.

— Ага, прямо “великая”. Такая огромная, что мой муж мне ребенка сделал, прежде чем полностью отдаться во власть чувств к вам! Видимо решил оставить на память о себе, — Арина открыто над ней издевалась, не имея ни малейшего желания сбавлять обороты. Была одна черта у поварихи, которая не давала ей покоя. В ней что-то было не так, а Арина не могла понять, что ее настолько сильно смущает в сопернице. Верный способ узнать врага — раздраконить черта! А раздражать людей у Арины получалось лучше всего на свете.

— Арина, вы должны с ним развестись. У нас Сашей — семья, и мне бы не хотелось… — наконец “возмужал” бодрый солдат в нелегкой женской битве за сердце суженного товарищ Полякова.

— Барышня, — вкрадчиво обратилась к ней Арина. — Вы не ошиблись? Я вам лично ничего не должна.

— Я считаю, что ваш долг отпустить Сашу. Он имеет право быть счастливым. Не удерживайте его ребенком.

— Долг? Небось, гражданский? Вы ничего не путаете? — рассмеялась Арина. — Мы об одном мужчине говорим? Вы его очень плохо изучили. Аверина нельзя насильно возле себя удерживать. Он же вам не бычок на привязи!

— Как же? А ребенок?

— И что вы предлагаете? Может мне еще аборт сделать, чтобы вам жилось спокойней с моим мужем? — с дуру ляпнула Арина. Однако, судя по виноватым глазам и красным пятнам на лице Олеси Поляковой, кажется, она озвучила именно то, что повариха имела наглости ожидать. Арина опешила: — Вы серьезно предлагаете мне сделать аборт?!

— Арина, поймите. Вам тридцать два, по всем медицинским параметрам вы еще сможете забеременеть, — уверила ее чертова врачиха. — Вы молоды и здоровы. У вас еще будут другие дети.

— По каким таким параметрам? — обомлела Арина. — Вы совсем обалдели?!

— Между прочим, вы переспали с моим мужчиной…

— Между прочим, я переспала со СВОИМ МУЖЕМ! С которым прожила тринадцать лет! — отрезала она, — А вот вы, барышня, ему кем являетесь, это еще большой вопрос.

— Арина, я хотела по-хорошему…

— То есть будет и по-плохому? — рассмеялась Арина. Полякова ее явно забавляла. У нее даже настроение улучшилось. — Волосы мне повыдергиваете? Или в лицо плюнете?

— У нас с Сашей будет ребенок, — заявила повариха и гордо подняла подбородок. Арина на секунду растерялась. Лишь на мгновенье потеряла способность дышать. У Саши не может быть ребенка с другой женщиной! Только ее ласточка! В нос ударило гнилым запахом осенних листьев. Ее начал бить мелкий озноб по всему телу, как при температуре тридцать семь и два. Черт, только не очередной приступ паники, особенно не в присутствии идеальной Поляковой! Арина стояла, не шелохнувшись, всматриваясь в лицо наглой Олеси, оказавшейся хищником в овечьей шкуре. Нет, этого быть не может! Арина мысленно приказала себе успокоиться. Повариха не смотрела ей в глаза, все время дергалась и кривила губы. А еще краска заливала ее лицо и Арина, успокоившись, выдохнула:

— Барышня, я выносила судна из-под своей бабушки, когда она была при смерти. Я знаю, как пахнет собачье дерьмо, — вот ведь чертова повариха! Арина поверила этим добрым карим глазкам, но эта женщина ошибается, если думает, что ее так легко можно провести.

— Я не понимаю о чем вы… — замешкалась Олеся и даже отошла на несколько шагов назад.

— Вы настолько беременны, насколько я являюсь признанным математическим гением, а я, поверьте, даже таблицу умножения не до конца освоила, — сказала Арина, улыбаясь. — Я в вас ошибалась. Не такая уж вы и святоша.

— Я не знаю, с чего вы сделали такой вывод… — повариха настаивала на своем, но актриса из неё была хреновая.

— Хотите совет? Не вздумайте огорошить Аверина такой “правдивой новостью”. Он не приемлет лжи и моментально выведет вас на чистую воду. Мне хватило пары минут, ему потребуется намного меньше.

— Я беременна и требую, чтобы вы оставили Сашу в покое!

— Боже, она еще и “требует”?! — Арина рассмеялась. — Милочка, я в эти игры играю намного дольше вас. Вы, дорогая моя, букашка на моем пути. Если бы я хотела, я бы вас давно раздавила. Но судя по вашим неразумным действиям, вы прекрасно с этим справитесь без меня. А я просто подожду.

— А Саша говорил, что вы — стерва, — шикнула на нее Полякова, но не особо решительно.

— Саша никогда не врет, — хмыкнула Арина.

— Дайте ему развод и избавьтесь от ребенка!

— А не то что?

— Имейте совесть, вы тринадцать лет портили ему жизнь, а он хороший мужчина и заслуживает счастья.

— Конечно, портила! Так портила, что при уходе он мне квартиру оставил, машину новую купил, а еще деньги регулярно перечисляет. Обещал содержать пока во второй раз замуж не выйду. А я туда не собираюсь, поверьте! Более того, я так ему жизнь испоганила, что Саша до сих пор не может подписать документы о разделе имущества и подать на развод.

— Он содержит вас из-за ребенка!

— Ошибаетесь, милочка, Аверин согласен был на эти условия еще до моей беременности.

— Он просто порядочный и…

— Как вы плохо разбираетесь в мужчинах! Оттого не замужем до сих пор? Никто не брал? Запомните, милочка, ни один состоятельный мужчина не станет вкладываться в женщину, которая ему безразлична. И уж тем более с ней спать.

— Он с вами разведется в самое ближайшее время! — воскликнула явно уверенная в собственной правоте Полякова.

— Это он вам сказал? — спросила Арина и, заметив, как она потупила глаза, продолжила: — Нет, барышня. Саша рассказал вам слезливую историю, как сам рос без отца и не станет отказываться от ребенка. А вы слишком наивны, раз считаете, что он на вас женится. Либо беспросветно глупы.

— Он ушел от вас ко мне!

— Не зазнавайтесь, вы появились в его жизни только потому, что я оступилась. Если хотите, то продолжайте тешить себя иллюзиями о предстоящей свадьбе. Только вам придется долго ждать. Насколько я знаю Аверина — пока нашему ребенку не исполнится восемнадцать.

— Не будьте эгоисткой! Если вы его любите и желаете ему счастья, то сделаете аборт!

— Дорогая моя, эгоизм — мое второе “Я”. Поэтому вы просчитались с вашим визитом. Крупная и непростительная ошибка.

— Вы бессердечная! — воскликнула Полякова.

— А вы настолько “добрый” педиатр, что посылаете беременную женщину на аборт! Наверное, детей сильно любите? Что ж сами не завели? Дайте догадаюсь. Это же не первый ваш женатик. А вы столько лет пили противозачаточные, потому как не были уверены, что мужчина уйдет из семьи к вам, — судя по задергавшейся Поляковой, Арина попала в самую точку.

— Моя личная жизнь вас не касается! — возмутилась Олеся.

— Сказала женщина, которая спит с моим мужем, — поддела ее Арина. Пора было заканчивать. Она, конечно, была истинной профессионалкой в скандалах, но орущая под ее окнами Полякова была ей ни к чему. У нее был такой жуткий нервный вид, что Арина на секунду подумала, что запросто могла бы довести ее до инсульта и избавиться от соперницы, практически не прилагая усилий. Права была Юля, когда сказала, что она — не боец.

— Ребенка я рожу от Саши!

— В своих фантазиях, — отрезала Арины и пошла к подъезду.

— Я не закончила! — крикнула ей вслед возмущенная Полякова.

— А вот я — закончила. Знаете, раньше я вам помогала, скорее из жалостливой снисходительности, но теперь, поговорив с вами, я поняла, что вам самой прекрасно удастся потопить себя, — Арина зашла в подъезд, закончив “избиение младенца”.

Арина, наконец, поняла, что же ее смущало все время в этой блаженной. Ее маска “хорошей, славной” женщины. Такая “девочка — отличница”, которая со всеми мила и приветлива, но на деле оказывается той еще малодушной тварью. Ох, какой сюрприз ожидает Аверина!

В принципе Арина не осуждала Олесю. Каждый борется за желаемое, как умеет. Но педиатр Полякова делала это абсолютно топорно и бездарно. Пигалица-тихушница беспардонно решила, что Арина побежит на аборт? Как бы ни так! Повариха посягнула на единственное святое в жизни Арины: на ее ласточку. Этого она ей никогда не простит и не спустит! Что она там несла? Тринадцать лет жизнь Аверину портила? Сейчас она чертовой Олесе Поляковой так жизнь испортит, что мало этой дуре не покажется!

Арина дьявольски улыбнулась, пошла в ванную, зачерпнула ногтем кусочек мыла и приложила палец к уголку глаза. Старинный актерский способ вызвать слезы сработал беспроигрышно. Дождавшись первой упавшей слезинки, Арина набрала любимого, но загулявшего от нее мужа.

— Аверин, — начала она, придав своему голосу органичную драматичность, когда услышала его усталое “алло”. — Если тебе не хватило мужества сказать мне в лицо, что тебе не нужен ребенок от меня, надо было послать чертово смс!

— О чем ты говоришь?

— Твоя повариха беременна. Ты не знал? — спросила она, срывающимся голосом, уже практически рыдая во весь свой актерский потенциал.

— Бред, Олеся не может быть беременной, — опешил Саша на другом конце провода.

— Совсем недавно ты утверждал то же самое обо мне! Знаешь, мне совершенно безразлично, скольких ребятишек вы понаделаете. Но не смей подсылать ко мне свою повариху с предложением сделать аборт! — для Арины важно было не переборщить с “праведным гневом”. Как истинная актриса, она знала, что лучше слегка не додать публике эмоций, чем переигрывать. Тем более Аверин всегда был слишком чувствительным к фальши.

— Что?! Она была у тебя?! Что она тебе наговорила? — разгневанный голос Аверина прогремел на другом конце трубки настолько сильно, что ей пришлось даже отодвинуть от себя мобильный телефон, чтобы не оглохнуть.

— Если тебе не нужен мой ребенок, то пиши отказ от родительских прав, — всхлипнула Арина, выдавив из себя еще несколько “горючих” слез. — Я воспитаю его сама, а малышу скажу, что его папа — космонавт!

— Арина, что ты несешь?! Какой космонавт? Я не посылал ее к тебе и…

— Аборт, Аверин?! — она была беспощадна. — Вы предлагаете мне сделать аборт?! Я согласилась на все ваши условия, подписала все документы. Слова поперек не сказала! Вам этого мало?! Вам еще моего ребенка убить надо?! Это так жестоко, так низко! — для пущей убедительности она немного шмыгнула носиком, совсем чуть-чуть, для органичности образа оскорбленной и униженной жены.

— Арина, я в жизни такого не предлагал, — опешил Аверин. — Господи…

— Нет, если ты настаиваешь и тебе так ненавистна сама мысль о моем ребенке…

— Арина, ты с ума сошла?! — рявкнул Аверин. — Только попробуй что-то с ним сделать, и я клянусь тебе…

— Мне очень больно, Саша. Я от тебя такого не ожидала. Я не могу сейчас говорить, у меня токсикоз, — с ноткой легкой капризности Арина положила трубку и, победоносно улыбаясь, вытерла театральные слезы. Эх, отчего же режиссеры были настолько слепы?! Да она же превосходная актриса! Разыграно шедеврально! И главное, Арина нисколечко не приврала. Ох, не с той женщиной связалась Олеся Полякова! Судя по разгневанному голосу Аверина, повариху не ожидало ничего хорошего.

— Не волнуйся, ласточка, — Арина погладила себя по животу, — Мама не даст тебя в обиду!