У тебя за спиной

Глава 24

На следующий день я взял выходной и отправился навестить Лиззи. Это было очень, очень глупой идеей, но я всё равно так поступил. Кэш следовал за мной сегодня, и мне понадобилось время, чтобы от него избавиться. Разумеется, вскоре я получил недовольное сообщение и ответил, что мне нужно всего несколько часов. Убедить его было проще, чем Роу: он сказал, что прикроет меня, если я вернусь к пяти. Конечно, добавил, что если меня убьют, то это моя вина.

Лиззи была в комнате для занятий, когда я приехал. Она делала коллаж, аккуратно вырезая картинки из журналов.

— Приятно видеть вас, Куинн, — сказала Марго, одна из медсестёр, когда я зашёл. — Вы молодец, что так часто её навещаете. Знаю, вам, наверное, непросто выкроить время из-за работы.

Я улыбнулся ей и направился к Лиззи. Легонько постучал по её плечу, и она, поднявшись, обняла меня. Мы сели вместе, и она показала, над чем работала.

Лиззи вырезала цветы из журнала «Дома и сады». Это напомнило мне вчерашний день с Сейдж и её татуировку.

— Очень красиво. Что ты собираешься с этим делать?

Она пожала плечами.

— Не знаю.

Она вернулась к работе, тихонько напевая себе под нос.

— Ты не читала без меня? — спросил я, и она подняла взгляд, распахнув голубые глаза.

— Нет, конечно, — сказала она, покачав головой, но на её лице мелькнула хитрая улыбка.

— Неужели? — прищурился я, и она захихикала, пытаясь ускользнуть.

Но я схватил её и начал щекотать, пока она не захохотала до слёз.

Комната была светлой, а обитатели выглядели счастливыми и занятыми. Я позаботился о том, чтобы она попала в достойное учреждение. Я видел слишком много ужасных мест и не смог бы оставить её там, где бы не доверял персоналу.

Когда Лиззи снова занялась вырезанием, я заметил браслет на её запястье. Я его раньше не видел и спросил, откуда он у неё.

Она сжала губы и начала мотать головой.

— Это секрет.

— Правда? — Я предположил, что кто-то из персонала мог подарить ей браслет — они иногда делают такие вещи. — Можно посмотреть?

Она протянула руку, и я разглядел серебряный браслет с изящным кулоном в форме буквы «Э» — Элизабет.

— Очень красиво, — сказал я, и она прижала руку к груди.

— Это очень особенный подарок. Я берегу его, — серьёзно заявила она.

— Вижу, что так. Это действительно ценный подарок.

Она кивнула и снова сосредоточилась на вырезании. Я провёл с ней весь день: пообедал, потом поиграл на улице в догонялки с её друзьями. После этого мы вернулись в её комнату, и я читал ей «Гарри Поттера». Книга действительно оказалась увлекательной и смешной, а Лиззи была в восторге. Я оставался с ней так долго, как только мог, но в конце концов пришлось попрощаться.

Как только я сел в машину, отправил Кэшу сообщение с расчётом времени возвращения.

Он ответил, что я ему теперь должен. О, я знаю. Я должен многим людям многое. Но это неважно. Ради Лиззи я готов на всё.

Я написал Сейдж, спросив, как заживает татуировка, и она прислала мне фото. Кожа на её спине была красной и воспалённой, но это нормально. Потом она отправила ещё одну фотографию, на которой она морщится от боли.

«БОЛЬНО».

Я засмеялся и ответил, что боль — это необходимое зло.

Она написала в ответ: «Хочешь прийти и всё исправить?»

Я не думал, что секс — это подходящее решение, и, почему-то, мне захотелось отказаться. Это впервые, когда я испытывал хоть какие-то сомнения насчёт того, чтобы переспать с Сейдж. Раньше такого никогда не было. Я не понимал, почему сейчас всё стало по-другому.

Она словно запутывала меня, проникала под кожу, растекалась по венам, и мне… мне нужен был перерыв.

«Хотел бы, но нужно наверстать кучу работы».

Я подумал о том, чтобы добавить смайлик с грустным лицом, но это показалось слишком ребяческим.

«Жаль. Мне бы пригодилась помощь в том, чтобы втирать лосьон в спину».

Я улыбнулся, но почувствовал укол вины за отказ, хотя просто не мог.

«Вот это тактика, Сейдж. Ты ведь всегда говоришь, что это я пользуюсь такими штуками».

Она ответила смайликом с подмигиванием.

Я положил телефон и откинулся на спинку дивана. Лео смотрел на меня, нервно подёргивая хвостом.

— Прекрати на меня пялиться, — сказал я, но он лишь медленно моргнул своими жёлтыми глазами.

И тут раздался сигнал с одноразового телефона. Пришло ещё одно фото — на этот раз меня, заходящего сегодня в свою квартиру.

Это теперь будет традицией? Ежедневные снимки, чтобы напомнить, что за мной следят?

Телефон хотелось разбить об стену, но я этого не сделал, потому что в дверь постучали. Озадаченный, я встал и потянулся к пистолету, который всегда держал под рукой, когда был дома один.

Как можно тише я подошёл к двери и заглянул в глазок. Пусто. Я продолжал смотреть, но коридор оставался безлюдным. Осторожно приоткрыв дверь, я убедился, что пистолет скрыт от посторонних глаз. На полу лежала посылка — простая коричневая коробка, заклеенная прозрачным скотчем.

Чёрт.

Это могло быть всё на свете: бомба, предупреждение — что угодно. Я наклонился и прижал ухо к коробке, стараясь уловить тикание или писк. Тишина. Подождав ещё пару минут, я услышал, как хлопнула дверь в конце коридора. Деваться было некуда — я поднял коробку и занёс её внутрь.

Держа её как можно аккуратнее, я направился на кухню и поставил на стол.

Мне следовало позвонить ребятам. У Кэша есть оборудование, с помощью которого можно просветить коробку и узнать, что внутри. Но что-то подсказывало, что дело личное. Эти догадки подтвердились, когда пришло новое сообщение:

«Ты уже открыл её?»

Это была не бомба и не ловушка. Мой сталкер слишком наслаждался этой игрой, чтобы убить меня так просто. Я взял нож и осторожно разрезал скотч, оставаясь настороже. Поднял одну крышку, затем другую. Коробка была лёгкой, когда я поднимал её, и внутри лежал лишь один предмет.

Фотография в простой серебристой рамке.

На ней была моя мать, когда она была молодой. Ей, наверное, около восемнадцати. Она вышла замуж за моего отца, когда ей исполнилось двадцать.

Мои руки задрожали, пока я вынимал рамку и рассматривал её.

Как сталкер достал эту фотографию? Как это вообще возможно?

Что происходит?

Я провёл всю ночь, глядя на фотографию и пытаясь решить, что делать дальше. Очевидно, этот сталкер знает меня. Знает мою мать. Знает моё прошлое. Это выходит далеко за рамки обычной мести за деньги. Здесь что-то куда более глубокое и тёмное, и я не был уверен, что смогу справиться.

Мне следовало рассказать Кэшу. Или кому-то ещё. Но я не мог себя заставить. Это бы открыло старые раны и вытащило моё прошлое на поверхность, смешав его с настоящим. Я не мог этого допустить.

В итоге я вернул фотографию в коробку и убрал её в сейф. Неважно, как она ко мне попала, — я оставлю её. У меня слишком мало вещей, которые напоминали бы мне о матери.

Поспать я так и не смог. Просто сидел, одну за другой открывая банки с пивом, и смотрел в пустую стену.

Мне следовало поехать к Сейдж. Если бы я это сделал, сейчас не был бы один. Я мог бы утонуть в ней и всё забыть.

В два часа ночи я не выдержал и отправил ей сообщение, надеясь на ответ. Через несколько минут она откликнулась:

«Приезжай».

Мы не занимались сексом. Я даже не знаю, как это назвать. Но, наверное, это было ближе всего к тому, что люди называли «заниматься любовью», чем когда-либо прежде. Сейдж была невероятно нежной, касаясь меня губами, руками, своим телом. Она двигалась медленно, словно смакуя каждую секунду. Это было соединение двух тел, но одновременно и нечто большее.

Когда Сейдж оказалась сверху, медленно принимая меня в себя, я перестал думать о чём-либо, кроме неё. Она сжигала всё остальное — все страхи, сомнения, навязчивые мысли. Её руки легли мне на грудь, и она начала подниматься и опускаться, заставляя меня стонать от удовольствия. Она была повсюду вокруг меня. Она была всем.

Когда мы оба достигли кульминации, меня накрыла волна умиротворения. Мысли больше не бежали в хаотичном потоке. Я не думал о том, что может пойти не так. Я просто был здесь, с ней.

Она наклонилась и поцеловала меня, наши тела всё ещё оставались единым целым.

— Полегче? — её голос прозвучал мягко, а улыбка была сонной, умиротворённой.

Я не чувствовал вины за то, что разбудил её. Я не чувствовал ничего, кроме благодарности за то, что оказался рядом.

Я приподнялся, усаживая её на себя, и обнял так крепко, словно хотел, чтобы она растворилась во мне.

— Да, — ответил я, уткнувшись в её шею.

Я снова почувствовал, как желание накатывает на меня, и начал медленно двигаться. Она обвила меня руками, и мы продолжили. Её движения подстраивались под мои, и вскоре мы оба вновь достигли вершины.

Её глаза закатились, а голова откинулась назад.

— Завтра я буду уставшей, но это того стоило, — сказала она, открывая глаза и улыбаясь.

— Прости, что написал так поздно, — проговорил я хриплым голосом.

Она покачала головой и приложила палец к моим губам.

— Всё в порядке. Тебе не нужно объяснять. Всё хорошо, Куинн. Я бы предпочла, чтобы ты позвал меня посреди ночи, чем страдал в одиночестве.

Я подумал было сказать, что не страдаю, но не смог соврать. Всё рушилось одновременно, и я не мог дышать. Но с Сейдж я мог вдохнуть — и всё, что я чувствовал, было её запахом, её теплом, ею.

— Всё хорошо, — снова сказала она, наклоняясь, чтобы встретиться со мной в поцелуе.

Отстранившись, она улыбнулась.

— Останься. Спи здесь и просто обними меня.

Я кивнул, и она поднялась с меня, направляясь в ванную. Я откинулся на её подушки и глубоко выдохнул.

Когда она вернулась, то улеглась на живот, осторожно перебираясь ближе, пока не устроилась на моей груди. Я провёл рукой по её спине, стараясь не задеть татуировку.

— Это минимум, что я могу для тебя сделать после того, как ты сегодня пошёл со мной, — проговорила она сквозь зевок.

Я не мог подобрать слов.

— Прости.

Я сам не знал, за что извиняюсь.

— Тебе не за что извиняться, Куинн. Я волнуюсь за тебя. Ты выглядишь... грустным и потерянным.

Она слишком проницательна, для своего же блага. Часто я жалею, что не могу вернуться назад во времени и никогда не соглашаться на эту работу. Что было бы, если бы я просто зашёл в ту кофейню и встретил её? Просто встретил. Просто был Сайласом с самого начала.

Но машины времени не существует. Никак не вернёшься назад. Никакого волшебства из книг Лиззи. Это реальность, и кости уже брошены. Как выпало, так и придётся играть.

— Ты слишком сильно задумался, — сказала Сейдж, медленно проведя пальцем между моих бровей.

— Всё нормально, — ответил я.

Чистая ложь.

— Мне хочется, чтобы ты мог мне довериться. Мог поговорить со мной.

Я не доверяю никому. И никогда по-настоящему не доверял.

— Мне нелегко доверять людям. Я обжигался раньше, — сказал я тихо.

— Это понятно. Люди иногда разочаровывают. И иногда они оказываются не теми, кем кажутся, и узнаёшь ты об этом, когда уже слишком поздно.

Её голос тоже стал тише, и мы зашептали в темноте.

Я стану для неё одним из таких людей. Она добавит меня в список тех, кто не оправдал её ожиданий. Глядя на неё в темноте, я пожелал вновь заняться с ней любовью, чтобы хоть немного утихомирить бурю в своей голове.

— В тебе есть глубокая грусть, Куинн. Что с тобой случилось?

— Мою мать убили, — ответил я.

Я больше не мог сдерживаться. Даже если не скажу ей всей правды, я могу поделиться частичками, и, возможно, это хоть немного облегчит бурю в моём разуме.

— О, Куинн... Мне так жаль. — Её рука ласково скользнула по моей груди, а голова устроилась у меня на сердце. — Мне так жаль тебя. Сколько тебе было лет?

— Почти восемнадцать.

Я был достаточно взрослым, чтобы получить опеку над Лиззи, но это ничего не облегчало. Возраст не имеет значения, когда находишь тело своей матери на кухне. Это всегда останется самым ужасным событием в твоей жизни.

— Ты остался совсем один? — спросила она. Мне пришлось сглотнуть, прежде чем ответить.

— Да.

Никогда и ни за что я не расскажу ей о Лиззи.

Сейдж вздрогнула и прижалась ко мне ещё сильнее.

— Я даже не могу себе представить.

И не сможет. Её родители могут быть холодными и критичными, но они живы. Они любят её. Если бы возникла необходимость, они сделали бы всё ради неё.

— Я не люблю об этом говорить. Мало кто знает. Это не лучшая тема для разговора. — Я попытался пошутить, но получилось неубедительно.

— Думаю, я не смогу сказать ничего, что действительно утешит тебя, но это не остановит меня от попыток.

Её зелёные глаза светились в темноте, и та интенсивность, которую я видел раньше, вернулась. Будто она пыталась донести до меня что-то, что словами не передать.

— Ты не заслужил того, что с тобой произошло. Никто не заслуживает такого. Есть люди, которые утешают банальными фразами, что всё в жизни имеет смысл, но это ложь. Иногда ужасные вещи случаются безо всякой причины. Они просто происходят, а мы остаёмся, чтобы собирать осколки.

Для человека, который не пережил серьёзных трагедий, Сейдж точно знала, что нужно сказать.

— Спасибо, — выдавил я.

Это были единственные слова, которые смог найти.

— Пожалуйста, Куинн.

Она вздохнула и закрыла глаза. Я обнял её, и впервые за долгое время смог заснуть.