Паутина магии 2. Ученик чудовища

Глава 2

Мысли о совершенном плетении, оставленном Рэем, не отпускали меня несколько дней. Они переплетались с более глубинным настойчивым зудом. Зудом неудовлетворённого любопытства, почти завистью. Плетение, которое он оставил, было не его. Это была работа мастера, чей уровень на голову, нет, на несколько голов превосходил и мой, и Рэя. Оно было одновременно простым по замыслу и невероятно сложным по исполнению. Такие вещи создаются не обычными магами, больше похоже на работу Архимага. А где обычно живут Архимаги? Правильно. В башнях. И одна такая находится как раз не слишком далеко от меня.

Архимаг, чья башня высилась у соседнего Кроуфорда, был фигурой почти мифической. Затворник, не участвующий в делах Империи, не берущий в ученики даже членов знатных семей. Его существование было для таких, как я, одновременно укором и маяком. Укором — потому что его знания, его мощь были недостижимы, заперты за стенами уединения и безразличия. Маяком — потому что само его существование доказывало, что могущество, не зависящее от происхождения, возможно. Он был доказательством. И он был совсем рядом.

Разумеется, это был не самоучка. У него тоже когда-то был учитель. Ходят слухи, что это был монстр, которого боялся весь мир. Впрочем, это лишь слухи. Увы, других источников информации у меня пока не было. Добраться до записей магов весьма проблематично. Так что остаются лишь слухи…

Впрочем, мне было плевать на то, что обычные люди думают об этом маге или его учителе. Это был шанс получить больше знаний, и я не пойму сам себя, если не попробую заполучить хотя бы частичку этих знаний.

Вот только найти бы ещё на это время… Мы все уже давно погрузились в рутину: перестройка сети связи, реализация находок из гробницы, вербовка новых агентов. Наши действия были размеренными, практичными и очень нужными. А тем временем жажда знаний разгоралась во мне всё сильнее. И я больше не мог ждать.

И так бы я и продолжил заниматься этой рутиной, если бы на днях не пришло послание от наших людей, что с башней стало происходить что-то странное. Будто кто-то смог проникнуть внутрь. Правда, так и не покинул её после этого… Любопытство зрело во мне тихо, и однажды утром я просто озвучил свою идею за завтраком.

— Я отправлюсь в Кроуфорд, к башне… — как гром среди ясного неба прозвучал мой голос.

Шей, подносивший ко рту кружку с крепким чаем, замер. Ренар, нарезавший хлеб, медленно опустил нож.

— Ты сбрендил окончательно? — спросил Шей без тени улыбки. Его голос был холодным и плоским. — В Кроуфорд? Чтобы что? Попросить Архимага поделиться знаниями? Очень смешно. Мы ведь уже узнавали. Этот старик не принимает гостей. Да и пробовал ты однажды туда наведаться. Барьер не пустил. Или ты вновь решил просто поглазеть?

— Нет. Не за этим, — перебил я, отламывая кусок хлеба. Голос звучал твёрже, чем я ожидал. — Просто… я должен попытаться. Ну а если и не получится, то может и правда просто посмотреть. Понять, как выглядит истинное величие вблизи. Чтобы почувствовать магию такого уровня. Для… вдохновения. И для оценки. Рэй ушёл в ученики к Архимагу. К существу, которое уже сложно назвать человеком. К самому воплощению магии. И рядом с нами живёт точно такое же воплощение. Его башня — веха на нашей карте. Веха, которую мы игнорируем из страха. Мне нужно понять этот страх. Измерить его. И понять, к чему стремиться.

— Мне кажется, ты путаешь понятия, — сухо сказал Ренар, аккуратно кладя нож на стол. — «Измерить страх» перед архимагом — это всё равно что пытаться измерить глубину океана, прыгнув в него с камнем на шее. Ты не получишь точных цифр. Ты просто утонешь.

— Я не буду прыгать, — настаивал я. — Я подойду к воде. Посмотрю на её цвет. Послушаю её шум. И всё. Разведка. Наблюдение. Я не трону его барьер. Но попробую хотя бы постучаться. Даже один разговор с таким человеком может стоить многого.

— Ты говоришь так, будто это так просто и безопасно, — Шей откинулся на спинку стула, и в его глазах читалась усталость. — Но ты сам знаешь, что это не так. Кто знает, что творится в голове у таких существ? Их восприятие мира… оно иное. Они могут считать пространство вокруг своей башни продолжением своей лаборатории. Он может решить просто стереть помеху в лице тебя с лица земли, потому что ты нарушил тишину его уединения. Это слишком опасно — надеяться на милосердие Архимага, которого в народе называют чудовищем.

— Именно поэтому мне и нужно это увидеть! — голос мой дрогнул от нетерпения. — Чтобы перестать бояться абстракций. Чтобы страх обрёл конкретные очертания: вот барьер, вот искажение пространства, вот плетение заклинания. Мы с тобой, Шей, всегда работали с конкретикой. А сейчас мы боимся призрака. Я устал бояться призраков.

Они молчали. Шей смотрел на меня с обречённостью, понимая, что я не отступлюсь. Ренар изучал свои руки.

— Мне ведь тебя не переубедить, верно? — наконец произнёс Шей тихо. — Нет, не отвечай. Я и так знаю ответ на данный вопрос. Хорошо. Пусть будет так. Но пообещай мне, что ты будешь осторожен. Увидел опасность — развернулся и ушёл. Вот и всё. Ты не герой в балладе, Фауст. Ты живый человек, и у нас хватает проблем без того, чтобы ты нарывался на новые.

Я посмотрел на его напряжённое лицо, на мрачного Ренара, и кивнул.

— Хорошо, обещаю.

Он тяжело вздохнул, словно с него сняли груз, но недоверие в его глазах не исчезло.

— Я предупрежу наших людей в Кроуфорде. Если что, можешь обратиться к ним. Впрочем, ты и сам знаешь, — махнул он рукой. — Когда выезжаешь?

— Завтра на рассвете.

Дорога до Кроуфорда пролетела почти незаметно.

Кроуфорд был небольшим городком, живущим за счёт рыбной ловли и горной добычи. Башня архимага располагалась на достаточном расстоянии от города на одном из скалистых выступов в десятке километров от городской черты. На первый взгляд обычная, пусть и весьма громоздкая башня без намёка на украшения или окна. Смотрелась она несколько зловеще, но не более. Какой-то опасности от неё на таком расстоянии не ощущалось.

Я не стал спешить, а снял комнату в дешёвом постоялом дворе на окраине. Судя по докладу моих людей, местный хозяин стал очевидцем событий возле башни. Ворчливый старик на вопрос о башне лишь махнул рукой.

— Стоит себе и стоит. Ещё при моём деде стояла. Кто знает, сколько ей лет. Никого оттуда не видели. Местные туда не ходят. Не потому, что страшно, а потому что… незачем. Мы не беспокоим мага — он не беспокоит нас. Живём в гармонии, так сказать. Разумеется, время от времени к нему наведываются «гости». Большая их часть уезжает назад, так и не преодолев барьера, окружающего башню. Но бывают редкие… кхм… да другого слова и нет: придурки, как есть придурки. Они пытаются уничтожить башню. Итог, как понимаешь, закономерен. Башня всё ещё стоит на своём месте. А вот от пришлых не остаётся даже косточек…

— Но я вроде слышал, что кто-то смог проникнуть внутрь недавно.

— А-а-а… Да, было дело. Сам своим глазам не поверил, когда это увидел. Пара каких-то дебилов заявилась. Надо сказать, весьма обеспеченных дебилов, что весьма потратились в городе. Так вот, они, как и все прочие, стали кричать перед башней, требуя взять их в ученики. Кичились своим происхождением… Ну как обычно. Я уже даже не запоминаю, что они там кричат, всё равно бесполезно. Но тут, однако, случилось странное. Барьер будто ослаб, и они с радостными криками вошли внутрь. Правда, до сих пор не вышли… И, честно говоря, я бы поставил на то, что их крики надоели Архимагу, чем то, что он решил поговорить с ними лично… Местным-то жителям плевать. Нам он никогда ничего плохого не делал. А вот в других землях, поговаривают, его чудовищем кличут. Хм… а ты сам-то зачем к нам приехал? Гости у нас тут не частые, знаешь ли. Неужели тоже решил наведаться к башне? — настороженно прищурился старик.

— Да не. Что вы? Просто интересно. Не каждый день так близко башню Архимага увидишь. А я тут по торговым делам. Меня управляющий отправил, так как самому лень тащиться к вам было.

— Понимаю. Я сам по молодости много земель исколесил… — предался воспоминания старик, больше не рассказав ничего полезного.

Я же на следующий день отправился в сторону башни. Но не пошёл прямо к ней. Я начал с соседнего хребта, чтобы понаблюдать издалека.

Первое, что я ощутил, приблизившись — это отсутствие явной стихийной направленности. Магия, что окружала башню, казалась чем-то абсолютно нейтральным. Была абсолютная, чистейшая тишина. Как если бы кто-то вырезал кусок реальности и заменил его идеально отполированным магически инертным камнем. Сама башня при этом была настоящим шедевром. Её камни были настолько плотно покрыты вязью плетений, что они сливались в одно полотно, различить символы на котором было просто невозможно. Ни всполохов силы, ни пульсаций энергии. Просто ровное непрерывное излучение, говорящее о невероятной концентрированной мощи, находящейся в состоянии полного покоя.

Внешний барьер я разглядел не сразу. Он был не похож на броню или купол. Он напоминал… плёнку. Совершенно прозрачную, бесцветную плёнку без следа плетений снаружи. И эта плёнка будто была ослаблена. Местами она истончалась почти до невидимости. Барьер не казался слабым — он казался старым. И, возможно, не поддерживаемым с должным вниманием. Как стена, за которой давно не ухаживали.

Это было странно, но в то же время невероятно заманчиво.

Я провёл весь день, делая зарисовки в своём журнале, отмечая видимые невооружённым глазом ориентиры и изучая подходы. Прямой дороги не было. Были осыпи, скальные выступы, участки «мёртвой» земли, где не рос даже мох. А ещё в некоторых местах барьер, казалось, был максимально истощён…

К вечеру я вернулся в город, и идея, которую я гнал от себя весь день, оформилась в чёткое неотступное намерение. Я не мог поступить иначе. Если барьер настолько стар и дыряв… может просто подойти ближе? Не нарушая его целостность, а просто пройдя сквозь существующий разрыв? Как зверь, пролезающий в покинутое логово через естественную расщелину в скале.

Но была и ещё одна мысль, что не давала мне покоя. Вряд ли барьер вот так просто исчез самостоятельно. Что если Архимаг умер, и как раз из-за этого барьер и ослаб? Это открывало невероятные перспективы. Взять и заполучить себе всю библиотеку настоящего Архимага? Да, внутри башни всё равно будет крайне опасно, но от такого шанса просто невозможно отказаться.

На следующее утро я отправился снова. И на этот раз был готов идти дальше. Я двигался медленно, осторожно.

Преодоление скального подножья холма отняло несколько часов. Камень здесь был странным — слишком гладким, словно отполированным постоянным невидимым ветром магии. Зацепов было мало. Но я добрался до границы того «мёртвого» поля у самого подножия башни. Вокруг не было никого. Лишь сидящий на одной из скал чёрный ворон будто насмешливо каркнул во весь свой голос, наблюдая за мной.

Барьер висел в воздухе почти невидимый. Я выбрал место, где его свечение было самым тусклым. Подойдя вплотную, я почувствовал… ничего. Ни давления, ни отталкивания, ни холода.

Я протянул руку. Кончики пальцев коснулись плёнки. Она дрогнула, как поверхность воды, и… пропустила руку внутрь. Не было сопротивления. Было ощущение прохождения сквозь тёплую плотную слизь, которая тут же стекала, не оставляя следа. Я задержал дыхание, ожидая всплеска активности, сигнала тревоги. Ничего. Башня молчала.

Я сделал шаг внутрь. И мир изменился. Не кардинально. Звуки снаружи — крики далёких птиц, шум ветра — не исчезли, но стали приглушёнными, далёкими, как из-за толстого стекла. Воздух внутри был неподвижным, застывшим. Давление магии не возросло — оно просто стало… иным. Более цельным. Более концентрированным.

От башни меня отделяло теперь лишь открытое пространство в пятьдесят метров «мёртвой» земли. Я подошёл ближе, стараясь ступать бесшумно. Стена башни вблизи поражала своим совершенством. Но любоваться было некогда. Дверь я нашёл с западной стороны — такой же бесшовный участок стены, отличавшийся лишь едва уловимым правильным прямоугольным контуром. Ни ручки, ни замочной скважины, ни глазка.

Когда я оказался вплотную к двери, то уловил нечто. Сложнейший, многослойный узор защитных плетений, вплетённый в саму структуру камня. И в этом узоре… была аномалия. Крошечный, почти невидимый сбой. Что-то вроде заевшей шестерёнки в идеально отлаженном механизме. Возможно, последствие того же старения, что истончило внешний барьер. А может след давней забытой попытки вторжения. А может оставленное специально…

Что-то тут было не так. Это был огромный риск. Но передо мной была не просто дверь в башню. Это была дверь в иное понимание магии. Я не мог просто развернуться и уйти.

Разум кричал о возможной ловушке. Но любопытство, жгучее, всепоглощающее, шептало: «Один шаг. Только чтобы понять структуру изнутри. И сразу назад».

Я оглянулся. Кругом — лишь безжизненная земля и безмолвные скалы. Стояла абсолютная тишина.

Я приложил руку к камню в точке, где, как мне казалось, находился узел сбоя. Закрыл глаза, полагаясь исключительно на внутреннее, магическое восприятие. И осторожно с невероятной точностью протянул новую нить в энергетическую структуру плетения.

Раздался звук, похожий на тихий щелчок переключателя. Прямоугольный контур двери на мгновение вспыхнул тусклым синим светом. И камень в его пределах… перестал быть непроницаемым. Он стал похож на плотный туман.

Не раздумывая, я шагнул вперёд.

Переход был похож на прохождение сквозь холодный водопад, который не мочит. Ощущение лёгкого сопротивления, мгновенный холод, и я оказался внутри.

Передо мной предстал вестибюль. Круглый, невысокий. Пол из того же тёмного отполированного до зеркального блеска камня. Стены — грубый, неотёсанный гранит. Ни мебели, ни украшений, ни источников света. Но в помещении был не мрак, а ровное рассеянное свечение, исходившее, казалось, от самого воздуха. В центре комнаты на полу был выложен огромный невероятно сложный магический круг. Он был сделан не из краски или инкрустации — он был выжжен в камне, и линии его светились изнутри мягким молочно-белым светом. От этого круга расходились по полу, стенам и потолку сотни более тонких линий, образуя трёхмерную паутину, которая и была источником свечения. Это была нервная система башни. И она медленно пульсировала, будто живая.

Я замер, затаив дыхание. Тишина здесь была абсолютной. Даже звук моего сердца казался грубым неуместным стуком.

Я сделал шаг от стены, намереваясь просто лучше рассмотреть круг. И в тот момент, когда моя нога опустилась на пол, всё изменилось.

Мягкое свечение вспыхнуло ослепительно белым. Беззвучно. Линии магического круга и вся паутина на стенах ожили, заструились движением. Воздух вокруг будто сгустился, а я почувствовал чьё-то незримое внимание.

Тут же попытался шагнуть назад, к стене, к тому месту, где вошёл. Мои ноги не слушались. Я посмотрел вниз. Туман, будто живой, уже обвил мои сапоги и полз вверх. Не сжимая, не причиняя боли. Просто фиксируя. Сковывая.

Я попытался рвануться, дёрнул руками. Руки тоже замедлялись, как будто я погружался в густой мёд. Ещё мгновение, и они застыли в полуподнятом положении. Туман окутал моё тело с головы до ног, создавая неподвижный светящийся кокон. Я мог дышать. Мог моргать. Но не мог пошевелить ни единым мускулом.

Внутри всё кричало. Мозги активизировались на полную, стараясь придумать, как выбраться из этой ситуации. Но всё было бесполезно. Магия, как и тело, меня просто не слушалась.

Я попался…

— Так-с… И какой смертник на этот раз решил потревожить меня? — будто со всех сторон донёсся старческий бас.