Паутина магии 2. Ученик чудовища

Глава 8

Вот как бы себя почувствовал любой человек, проснувшись и осознав, что прямо сейчас висит вниз головой, привязанный к дереву? Думаю, ответ очевиден. Но что если под этим самым деревом сейчас ещё и ползают десятки змей? Тут уже накатившую панику нужно умножать минимум в четыре раза, не меньше.

— Твоюж… — сон как рукой сняло.

На одних инстинктах выпускаю волну воздуха вниз, и она подкидывает меня уже вверх. Тут же цепляюсь за спасительную ветку, всё ещё смотря на землю, где змеи от моей атаки даже не пострадали, а лишь яростно зашипели. И я очень надеюсь,что именно этот вид змей не умеют заползать на деревья…

Взяв себя в руки, я отрезаю верёвку, что была привязана к моим ногам и начинаю думать, что делать дальше. Про то, как именно я тут оказался, размышлять смысла не было. Тут и так всё очевидно. Кроу обещал мне практику? Он её организовал. Что тут сказать? Он держит своё слово. Других вариантов просто нет. Потому как я даже представить себе не могу, что за существо способно было бы пробраться в невероятно защищённую башню архимага и выкрасть меня без его ведома.

Оглядевшись, я понял, что нахожусь в каком-то странном ущелье. Вокруг был лишь камень, высохшие деревья без листвы и змеи. Ничего более.

— Кар-р-р! — донёсся каркающий, будто смеющийся, голос ворона, что сидел на дереве у другого края ущелья.

А вот и доказательство, что учитель наблюдает за мной. Хотелось бросить что-нибудь в эту наглую птичью морду, но я сдержался. Стоило сперва разобраться кое с кем иным.

— Широ! Гад ты эдакий! Ты почему не разбудил? — постучал я ногтем по кристаллу на шее.

— Ну, во-первых, мне тоже ночью спать надо, — появился он привычной вспышкой. — А во-вторых… Я что, совсем идиот по-твоему? Выступать против этого монстра? Да он и тебя, и меня одним щелчком пальцев уничтожит. Нет уж, ищи другого дурака. Если он решил, что тебя нужно привязать к дереву вверх ногами, значит, так надо. Он учитель — ему виднее.

С такими аргументами и мне спорить было сложно. Так-то он прав. Даже если Широ смог меня хотя бы разбудить, сделать я всё равно ничего не смог.

— Ладно, прости, — прикрыл свои глаза на мгновение. — Случилось и случилось. Значит, будем действовать по обстоятельствам. И сперва нужно отсюда выбираться.

— Я бы тебе советовал, сперва приглядеться к этим змейкам. Что-то они мне совсем не нравятся… — запрыгнул он мне на плечо.

И я последовал его совету. Змеи и вправду были странные, если приглядеться. Жёлтые глаза с вытянутыми зрачками, острые клыки, стандартные размеры. Это всё как обычно. А вот чешуя их мне не понравилась. Что-то в ней было не так. Серая с переливами, я бы даже сказал скорее стального цвета… Стоп! Если присмотреться, их чешуя и вправду состояла из стальных чешуек. Да-да, из настоящей стали! Лёгкий перезвон во время их движений был тому подтверждением. Я сперва не поверил своим глазам, но ошибки быть не может.

Что это за твари такие странные, о которых я никогда не слышал, понятия не имею. Странные существа. Неестественные. Но придётся работать с тем, что есть.

Я запустил шар огня в одну из змей, в надежде разогнать её товарок. Вот только эффекта не было. Мало того что они даже не дёрнулись, так ещё и та самая змея, что попала под огонь, даже не сдвинулась с места. А на её чешуйках и пригаринки не осталось.

Тогда я продолжил свои атаки. Ветер и вода не оказали абсолютно никакого эффекта. Они не могли пробить эту чешую. Земля лишь заставила змей недовольно зашипеть, но опять же не причинила вреда. Если же я увеличивал булыжник, они просто успевали от него увернуться.

Разумеется, я попробовал и свои любимые нити. Эффект был тот же. Сколько бы я ни пытался их сжать, ничего не получалось. На миг я почувствовал даже отчаяние, но быстро его поборол. Не может быть такого, чтобы с этими змеями было невозможно справиться. Если бы всё было именно так, они давно бы заполонили весь мир. Да и учитель не отправил бы меня сюда. Он ведь учит меня, а значит, этим он хочет преподать мне какой-то урок.

Ну… то что есть в мире существа, которым я со своими силами не могу нанести урон, я уже понял. Но это ведь не всё. Как-то же я должен отсюда выбраться.

— Хм, а что если… — задумался я.

Сперва пришла в голову идея, что стоит доработать свои плетения, увеличив их поражающую силу, дабы суметь пробить защиту змей. Но этот вариант я отложил на потом. Сомневаюсь, что Кроу проверяет мою способность к плетениям. Да и не уверен, что я действительно способен голой силой пробить их броню.

Змеи, что ползали внизу, почему-то напомнили отвалившиеся ветки дерева. И после этой мысли в мою голову пришла одна интересная идея. Я растянул между ладонями свои нити и сосредоточился на том, чтобы изменить их. Было тяжело изменять их форму, но всё же постепенно всё получалось. И вот, спустя около получаса я, наконец, смог закрепить результат, чтобы нити сохраняли свою новую форму.

На первый взгляд, ничего не изменилось. Но если приглядеться, можно было заметить мельчайшие чуть загнутые наросты на нити. Получилось что-то вроде цепи от бензопилы. И теперь пора её испытать.

Спустившись пониже, но не до самой земли, я направил модифицированную нить в сторону одной из стальных змеек. На этот раз, вместо того чтобы пытаться сжать или проткнуть, я применил её как пилу. С едва слышным скрипящим звуком, нить встретилась с чешуёй. Посыпались искры, змея дёрнулась и зашипела гораздо громче и злее. Это сработало! Её броню можно было перепилить, хотя и с огромным трудом. Нить медленно вгрызалась, и через несколько секунд напряжённой концентрации туловище змеи было практически перепилено пополам. Существо извивалось в агонии, а его сородичи, почувствовав неладное, начали проявлять беспокойство, но не отступали.

«Отлично!» — ликовал я про себя. Но эйфория длилась недолго. Процесс был слишком медленным и энергозатратным. Пока я расправлялся с одной змеёй, десятки других уже окружали дерево, а некоторые даже начали пробовать карабкаться по стволу, цепляясь стальными чешуйками за кору. Моя теория об их неспособности лазать оказалась ошибочной. Нужно было действовать быстрее и эффективнее.

Я пригляделся к трупу убитой змеи. Что-то в ней было не так. Подхватив нитью тушку, я поднёс её ближе, и всё встало на свои места, едва холодный металл коснулся моих пальцев. Она была не живая! Не в том смысле, что я её убил, а в том, что эта змея никогда и не была живой! Это были какие-то конструкты, что двигались благодаря магии.

— Вот оно что, — почесал я подбородок. — Значит, кто-то или что-то их создало. И если это так, то у них должен быть источник энергии или слабое место.

Присмотревшись к только что «обезвреженной» змее, я заметил слабый тусклый свет в глубине разреза — крошечный синеватый камешек, вплетённый в стальную плоть. Он уже затухал. Значит, чтобы остановить их, необязательно отсекать голову. Достаточно разрушить или дестабилизировать этот кристаллик.

Задача упростилась. Мои нити, даже в обычном виде, были идеальным инструментом для тонкой работы. Нужно было не ломать броню, а проникнуть сквозь неё, найти зазоры между пластинами. Сконцентрировавшись, я создал нечто вроде гибкого жала. Нацелившись на змею, которая была ближе всех, я направил его не в чешую, а в едва заметную щель у основания головы. Нить, ведомая волей, проскользнула внутрь и с щелчком расколола синий кристалл. Змея мгновенно обмякла, превратившись в кучку безжизненного металлического хлама. Идеально!

Теперь можно было работать на скорости. Я сплёл целый веер таких микроскопических жал, запустив их в ближайшую группу змей. Щелчок, щелчок, щелчок — и несколько серых тел замерли. Метод работал. Постепенно я очистил пространство вокруг своего дерева. Змеи, казалось, не обладали особым интеллектом — они просто реагировали на угрозу и двигались на источник магии, то есть на меня. Систематически уничтожая их по несколько штук за раз, я начал продвигаться вперёд по ущелью, от одного дерева к другому.

По мере моего движения каньон сужался, стены становились выше и мрачнее. Воздух, и без того прохладный, начал буквально вибрировать от магии. На скалах виднелись неестественно гладкие участки, будто камень оплавили и заново заморозили. Это место было пропитано чужеродной маной, и её становилось всё больше.

Чем дальше я шёл, тем больше становились змеи. Сначала они были размером с предплечье, а теперь мне на пути повстречались экземпляры длиной в полтора-два метра и толщиной в руку. Их стальная чешуя была крупнее, темнее и, как я быстро выяснил, прочнее. Мои тончайшие жала уже не могли так просто найти лазейку — щели между пластинами были заполнены чем-то похожим на смолу. Пришлось снова вернуться к «пиле», но и её эффективность против такой брони была невелика. Мне приходилось тратить слишком много времени.

Да, в теории, можно было попытаться как-то увеличить скорость вращения цепи, но это не так-то и просто было сделать.

Я залёг за валуном, заметив, как три таких крупных змея, двигаясь в странной слаженности, будто патрулируют проход. Их чешуя была явно ещё прочнее. И боюсь, пока моя «пила» будет разбираться с одной тварью, остальные меня прикончат. Тут даже на дерево не залезешь. Эти гады были с них размером.

Нужно было новое решение. И тогда в голову пришла одна интересная мысль из знаний прошлой жизни. Как расколоть металл? Очень просто. Нужно просто достаточно его охладить. Экстремальный холод делает металл хрупким. Если не получается распилить или проколоть, можно попробовать сломать.

Сосредоточившись, я начал создавать новое плетение. Просто холод и ничего лишнего. Это был риск, но риск оправданный. Теорию я уже знал, так что надо было попробовать реализовать её на практике. И у меня получилась небольшая сеть, излучающая леденящий магический холод. Её я и набросил на ближайшую из больших змей.

Эффект превзошёл ожидания. Стальная чешуя моментально покрылась инеем, затем толстым слоем изморози. Движения змеи стали резкими, рваными, а когда она попыталась резко рвануться в мою сторону, раздался отчётливый треск. На её теле появилась паутина трещин. Второй выстрел обычной, но усиленной нитью по повреждённому участку, и куски её чешуи разломились, как хрустальная ваза. Оставалось только сломать кристалл под бронёй.

— Наконец, ты мыслишь как маг, а не как громила, — довольно похвалил Широ, не слезая с моего плеча.

— Ну спасибо за комплимент, — проворчал я, уже набрасывая ледяную сеть на вторую цель. — Но лучше бы ты помог.

— Зачем? Ты и так неплохо справляешься. Это твоё испытание, а не моё, — покачал он головой и исчез во вспышке.

А тем временем, на шум боя уже сползались новые «охранники». Я ускорился, действуя как на конвейере: заморозка, точный удар, переход к следующей цели. Рутина оттачивала навык, делала движения почти автоматическими. Но усталость накапливалась. Концентрация требовалась колоссальная, а магический резервуар начинал ощутимо мелеть.

Наконец, я пробился через самый узкий участок каньона и выбрался на открытую площадку. Это была обширная каменная чаша, окружённая со всех сторон неприступными скалами. В центре её возвышался странный обелиск из тёмного металла, очень похожего на тот, из которого состояла чешуя змей. А прямо у подножия обелиска, шевелилось что-то огромное.

Моё сердце ёкнуло. Я почувствовал исходящую оттуда мощь ещё до того, как это «что-то» показалось в полный рост. Первой показалась голова. Огромная, размером с телегу, с горящими глазами, и пастью, усеянной рядами стальных кинжалов-клыков. Чешуя на ней была практически чёрной и явно куда более крепкой, чем встреченная мной ранее. За головой появилось толстое, мускулистое тело. Длина этой змеи должна была измеряться десятками метров.

Она выползла полностью и, подняв переднюю часть туловища, смерила меня взглядом. Это был страж. Хранитель этого места. И финальное испытание.

— Ну учитель, ну удружили… — пробормотал я, глядя на каркающего ворона, который уселся на скалу и продолжал за мной наблюдать.

Гигантская змея не стала ждать. Она двинулась вперёд с пугающей для своего размера скоростью, сметая всё на своём пути. Её пасть распахнулась, и я не видел там ни синего кристалла, ни даже подобия глотки — только череду стальных зубов и сгущающуюся в глубине лиловую энергию.

Я отпрыгнул в сторону, и в то место, где стоял секунду назад, ударил сноп магического пламени, от которого камни не горели, а плавились. Атаковать в лоб было безумием. Мои ледяные сети, против этой брони были бесполезны. Просто не способные охладить броню до нужной температуры. Вспыхивающий изнутри чудовища жар просто нивелировал эффект охлаждения. Нужно было найти иное слабое место. И глаза казались очевидным вариантом.

Я пустился в бег, петляя между валунами, стараясь держаться вне прямой видимости чудовища. После чего я выскочил на открытое пространство, привлекая его внимание, и когда его голова повернулась ко мне, а пасть снова начала накапливать энергию, я выпустил с десяток своих самых прочных, заострённых игл прямо в левый глаз.

Монстр даже не моргнул. Иглы ударились о прозрачную, будто стеклянную линзу, покрывающую глаз, и отскочили, не оставив и царапины. Змей лишь раздражённо тряхнуло головой, и контратака последовала мгновенно. Не лучом, а хвостом, который прочертил по земле с чудовищной скоростью. Я успел создать щит из нитей, но и он не особо помог. Меня отбросило, как щепку, в скалу. Зазвенело в ушах, мир поплыл.

Лёжа на камнях, отчаянно хватая ртом воздух, стало понятно: глаза — не слабое место. Это ловушка. Слабое место должно быть где-то глубже, откуда эта тварь черпает энергию. Я перевёл взгляд на пульсирующий обелиск. От него к гигантской змее тянулся толстый, видимый только в магическом зрении, шнур сияющей энергии. Она была привязана к нему, как щенок на поводке. Уничтожить обелиск? Нереально. Он излучал такую мощь, что приблизиться к нему было бы самоубийством. Там ведь тоже должны быть свои сюрпризы, что мне точно не понравятся. Но поводок… его можно попытаться перерезать.

Проблема была в том, как это сделать…

Собрав остатки сил, я поднялся. Гигант уже разворачивался для нового удара. Я не стал убегать. Вместо этого я начал плести. Не одну нить, а тысячи, микроскопических волокон, сплетая их воедино. Это было даже не плетение, а скорее чистая воля, оформленная в своеобразное лезвие. Процесс отнимал последние силы, в висках стучало, из носа по капле потекла кровь. Передо мной, вися в воздухе, мерцала тончайшая, почти невидимая струна, состоящая из тысяч других нитей — моё последнее оружие. Лишь концепт, о котором я размышлял ранее. Но похоже, пора попробовать его применить.

Змея, почуяв неладное, ринулась вперёд, чтобы просто раздавить меня. Я закрыл глаза и скомандовал Широ. В тот же миг невероятная яркая вспышка озарила всё вокруг, ослепляя змею. Мне оставалось лишь прыгнуть вбок, избегая удара. Змей со всей скоростью влетел в стену. Это мне и было нужно.

Из последних сил я резанул своей сверхплотной нитью по поводку, питающему конструкт. Раздался звук, похожий на лопнувшую струну гигантского инструмента. Нить была разрезана.

Гигантская стальная змея замерла. Потухли её глаза. Лиловое свечение в пасти погасло. Затем, с оглушительным, давящим уши грохотом, её тело начало рушиться, разваливаясь на огромные, безжизненные куски стали. Грохот катился эхом по каньону, затихая вдали. И вскоре тишина, густая и звенящая, накрыла округу.

Я опустился на колени, едва дыша. Перед глазами плясали чёрные пятна. Но я победил. Сверху донёсся удовлетворённый карк. Ворон, взмахнув крыльями, спустился и сел на один из осколков поверженного исполина.

— Я победил! — довольно вымолвил я, не в силах даже крикнуть. И всё же эти тихие слова казались куда как убедительнее любого крика.

После чего я исчерпал свой запас сил и просто повалился на прохладный камень, глядя на потускневший, но всё ещё пульсирующий обелиск. У меня получилось. Я справился!