В погоне за Смертью

Глава 10

Сначала задрожали колени, а потом дрожь прошла с ног до головы, но мне стало полегче. В руках едва оставались силы, чтобы держать клинок, он удерживался буквально парой пальцев. Мой взгляд беспорядочно блуждал вокруг:

Хайнрих замер на месте, телега не повреждена, как и кувшин с жижей, а из леса ко мне бежит Алисия:

— Господин! Господин! Вы в порядке?!

В порядке ли я? Навряд ли!

Такое чувство, словно на меня упал трап осадной башни, но я почему-то выжил и даже не получил травму – ничего не понимающее, оглушённое, но вроде как живое существо.

— Не помню, чтобы я говорил, что ты можешь выходить! – крикнул я в ответ.

Мне очень хотелось звучать гневно, но голос скорее звучал устало и потеряно. Что было не удивительно для моего состояния – такие резкие сильные приливы ярости не проходят просто так.

Честно говоря – не помню, когда в последний раз меня охватывала такая ярость. Что-то из другой жизни.

— Это я её позвал, - раздался голос Киты.

— Да знаю я. Не совсем дурак, - буркнул я себе под нос.

После чего, бессильно плюхнулся на пол телеги, облокотившись о бортик.

Физически я был в полном порядке, а вот эмоционально – полностью выжат. Хотелось просто лечь и умереть. Ещё раз!

Ха!

— Допустим, я тебе верю, Хайнрих.

— Спасибо, спасибо, Господин! – жалко начал лепетать мужичок.

Проклятье!

Я хотел сейчас направить на него Киту и ещё пару раз ему пригрозить, для надёжности, но чёрт с ним. У меня едва хватает сил просто не выпустить меч из рук.

— Господин! – ещё раз взволнованно прокричала девочка, подбежав вплотную к телеге, и махая рукой из-за бортика.

Не знаю почему, но вид её руки, которая едва выглядывала из-за борта телеги, меня развеселил.

— Помоги мне Господь! – кряхтя поднялся я и, предварительно убрав меч, подтянул Алисию за руку в телегу. Ещё не хватало, чтобы та случайно порезалась о его кромку. Тогда малышке точно конец!

— Спасибо, Господин! Вы в порядке? – девочка отряхнула свою юбку.

Как интересно мертвец может быть в порядке? Но кто его знает, что творится в девичьей голове?

— В порядке, порядке. Лёгкое помутнение в голове. Не более.

— Такое лёгкое, что ты едва не распотрошил этого мужика прямо на глазах у девочки! – ехидно заметил Кита.

“Иди ты!”

— Ой! Хорошо! Тави меня так напугал! – взволнованно прощебетала Алисия.

— Тави?

Девочка, что-то хотела сказать, но быстро осеклась и посмотрела на торговца.

— Да так, ничего! – смущенно улыбнулась девочка.

“Кита?”

— Да я это, я. Она меня так зовёт.

“Почему?”

— Мне кажется, что ей нравится бесить меня!

“Что же, не могу сказать, что я сильно против! Ты это заслужил!”

— Спасибо за поддержку. Я это тебе припомню!

Лёгкая усмешка появилась на моих губах. Удивительно как быстро я сейчас прихожу в себя.

— Садись к тому борту, - показал я на место в кузове прямо за Хайнрихом.

Таким образом, если на нас нападут из засады, то Алисия будет прикрыта от стрел телом торговца. Хочет он того или нет.

— Что же, Хайнрих! Сегодня тебе улыбнулся сам Господь! – широко улыбнулся я, глядя в глаза мужику. И пусть мои губы улыбались, но вот глаза чётко говорили ему, чтобы даже не думал чего-нибудь выкинуть. – Ты искал защиты, и Он послал тебе защитников!

Никогда не любил длинные и пафосные речи, но видит Господь, как же забавно наблюдать за вытянувшимся от удивления лицом торговца! Должен же я получить хоть какую-то сатисфакцию, за всё здесь произошедшее? Да, это может и не вина мужика, но, когда дворян это заботило?

— Ты уж определись, дворянин ты или нет, - недовольно пробурчал меч.

И был полностью проигнорирован.

— Грозная армия разбойников засела в этих лесах! Они грабят и убивают мирных жителей! Громят целые караваны! Их злоба и бесчинство не знают меры! – для пущего драматизма, я даже поднял перед собой руку.

Мне показалось, что Кита тяжело вздохнул. А вот Алисии, моё выступление пришлось по вкусу: девочка смотрела на меня с открытым ртом, ловя каждое слово.

— Но сегодня всё изменится! Ведь сам Господь послал меня тебе в помощь! Не бойся…

Меня так и подмывало, как в древних рыцарских романах, сказать – “благородный Хайнрих”, но в тех книжках такие слова обычно говорили знатным девам. А этот мужик даже близко не был знатным. Да и девой он тоже не был. Разве что, по уровню смелости.

— Ты чей-то холоп?

— Что? – непонимающе переспросил торговец.

— Ты чья-то собственность?

— Нет, Господин. Я свободен.

— Отлично!

Я прокашлялся.

— Не бойся жалкий плебей! Я! Сэ…Хм! Рикардо Альгуеро по прозвищу Клинок Смерти!

Как-то я не продумал момент с прозвищем. Папаня-то у меня хорош – Драконья Погибель. Звучит! А мне что? Ледяной псиной называться, даже после смерти, в самом деле?

Я поставил ногу на бортик, для более яркого образа.

— И мой верный оруженосец Алисия… - “поманил” я девочку ладонью.

Девочка зависла на пару секунд.

— Прекрасная! – выпалила она и сразу начала краснеть.

Я вздохнул. Не быть ей настоящим оруженосцем с таким подходом! Впрочем, какая разница?

— Алисия Прекрасная! Защитим тебя от разбойников! Будь спокоен! – вдохновившаяся моей речью, Алисия начала аплодировать. – Всего-то в обмен на еду, кров, дорогу, деньги и может немного товара, или ещё чего. Посмотрим.

Хайнрих сидел молча с открытым ртом не особо понимая, что перед ним сейчас произошло и как ему на это реагировать.

— Ну… - как и Алисию, поманил я его рукой. Только решил немного повеселиться, как наткнулся на стену плебейского тугодумия. Хотя, Хайнрих оказался не так сообразителен, как девочка – та очень быстро поняла, что же от неё хотят. Этот же нет – молча на меня смотрел своими пустыми, как его голова, глазами.

— Благодарность, - понизив тон подсказал я ему.

— Э-э-э, огромное спасибо, Господин Альгуеро! – и с небольшой паузой добавил. – И Госпожа Алисия!

От Госпожи, Алисия зарделась ещё сильнее, став как помидор. Девочке явно не привычно было такое обращение. Ну и хорошо, пусть не привыкает!

Довольный “выступлением” я сел обратно на пол телеги и скомандовал Хайнриху везти нас дальше. Что тот послушно и молча исполнил. Видимо, его полностью устраивало, что он остался в живых и боялся, что этот странный нестабильный человек, уже через секунду опять будет угрожать ему мечом.

— В такие моменты ты напоминаешь мне Родриго.

— Ты издеваешься?

Скепсису моему не было предела. Сколько я его помню, тот большую часть времени был мрачным и недовольным стариком. Шутки же его, как и гортанный смех, скорее больше оскорбляли, нежели веселили.

Впрочем, если учесть, что я заставил плебея называть девочку-холопку Госпожой, то в целом, да. Это издевательство было как раз в духе Родриго.

— Твой отец не всегда был мрачным недовольным стариком.

— Может тогда расскажешь мне об этом? Потому что я видел его только таким.

— Может быть однажды и расскажу… а может ты чего и сам вспомнишь... поинтереснее, - многозначительно прошептал Кита.

— Интереснее, чем охота на драконов? Сомневаюсь.

— Делу время, потехе час. Сейчас лучше разобраться с твоим самочувствием, и тем, что ты потерял. Думаю, ты уже догадался? – на сей раз в его голосе не было насмешки, а наоборот, даже небольшой оттенок заботы.

Какой странный меч…

***************

Впрочем – его хозяин был не лучше. Сначала я ещё сомневался, но, когда дал Алисии попробовать вино (из другого кувшина само собой), и её перекорёжило от кислого вкуса, сомневаться дальше было бессмысленно.

Я потерял вкус. Да и, как выяснится уже вечером, аппетит тоже.

С этим и была связана сначала моя гиперчувствительность, переходящая во вспыльчивость, а потом в откровенную клоунаду. Из-за потери одного из основных чувств, меня, словно потомственного вырожденца, начало качать из одного состояния в другое. Мозг такой странной нежити, как я, и так работал по неизвестным законам, а когда он лишился одного из чувств, то, видимо, начал откровенно ломаться.

Я и раньше выходил из себя, но настолько быстро и с позволения сказать “ярко” – никогда. Контролю над эмоциями, вообще уделяется много времени в нашей семье, уж больно опасными и непредсказуемыми становились её члены в моменты гнева.

Такие шутки, как я исполнил перед Хайнрихом, и вовсе были мне не свойственны. Так что откуда оно взялось, у меня не было ни понятия. Хотя, по мнению Киты, это возможно была своеобразная “память крови” внезапно пробудившая у меня. Ведь как раз мой отец, подобное в юности очень любил – сначала выкрутить руки, а потом добротно попаясничать.

Так что я дал себе зарок – впредь держать себя в руках. Если ещё с гневом и вспышками ярости я мог смириться, то вот с похожестью на Родриго – нет уж, увольте!

Ехать в телеге было значительно удобнее и быстрее, чем брести на своих двоих. Чем мы и были заняты остаток дня, пока не начало смеркаться.

***************

Разбив лагерь, Хайнрих с Алисией приступили к трапезе.

Я же на это смотрел с грустью, так как, именно сейчас попробовал что-нибудь съесть и уже ощутил, наверное, впервые в жизни, что такое – кусок в горло не лезет. С аппетитом, как и положено настоящему воину, у меня проблем не было никогда. До этого момента.

Ели мои спутники еду из запасов торговца, так как, пусть мне она больше и не нужна, но вот Алисии очень даже нужна. И кто знает, когда наши пути с этим мужиком разойдутся. Так что, пока есть возможность, лучше подъедать его запасы и экономить наши.

Хайнрих против такого расклада не возражал. Да и вообще, он оказался весьма душевным, пусть и простецким мужиком. Поняв, что никто его убивать, мучить или грабить не собирается, он весьма быстро потеплел и уже скоро вовсю трепал языком. Сказывалось длительное путешествие в одиночку.

А путешествие у него было длинным: как раз из того самого Галса, про который я наврал Вольфгангу.

Хитрый торгаш по своей природе был оптимистом, поэтому, когда услыхал, что Конрад собирается давать сражение мертвецам, подумал, что объединённая армия пары королевств, точно заборет мертвяков. А после того, как она их одолеет – явно захочет отметить. И отметить с размахом.

Так что, недолго думая, жадный мужичок поназанимал в долг у своих коллег и друзей и, накупив целую телегу, весьма неплохого по местным меркам галского вина, двинул в путь.

Когда же, ему на пути повстречались беглые отряды уже бывших солдат Конрада, или других участвовавших королей, Хайнрих не отчаялся. Так как – если не будет празднования победы, то, наверняка, будет утапливание в вине печали. А какая ему по большому счёту разница? Он не дворянин или монарх, чтобы цепляться за клочок земли на который нацелилась нежить – взял монатки да укатил в закат. Он же не холоп какой, чтобы спрашивать разрешения у господина?

Единственного чего не учёл предприимчивый Хайнрих – вместе с поражением королевского войска - подняли голову местные разбойники. И не просто подняли, а начали откровенно наглеть, так как теперь их ряды подпитывали солдаты-дезертиры и другое отребье. И если последние и раньше частенько “уходили в леса”, то вот новая сильная и обученная солдатская кровь, стала поворотным моментом.

Так что, увидев меня, он мысленно уже готовился отправиться на тот свет. Когда же этого не произошло, радостный мужик был готов мне простить что угодно. Ведь теперь этот страшный человек на его стороне. Такой благородный господин не может же врать?

Когда я это услышал, мне хотелось рассмеяться прямо ему в лицо, от абсурдности – благородный и верный слову харец? Вот это хорошая шутка! Но меня остановил Китавидас – подметив, что я и вправду благородный, и вправду верный слову человек, а значит пусть торговец и ошибся с формой, зато прекрасно почувствовал суть.

За такие прозорливые комментарии, я даже думал положить его спать с Алисией, если бы не два НО: во первых – рядом был чужой человек, и пусть, я не сомневался в том, что Хайнрих не выкинет ничего странного или опасного, но рисковать я не мог (тем более жизнью девочки), а во вторых, мне начинало казаться, что меч этому будет только рад.

В последние дни у меня появилось ощущение, что после того как я их познакомил, они активно общались между собой. Уж больно немногословным стал доселе почти не замолкавший меч. Даже не знаю, радоваться мне подобному развитию событий или нет. То, что меч перестал действовать мне на нервы, это, конечно, хорошо, но вот кто его знает, что он наплетёт девочке.

А наплёл он уже, судя по всему, немало, раз Алисия, при встрече с Хайнрихом, назвала меня так, как меня называли только самые близкие члены семьи.

******************

Хайнрих безмятежно дрых, и его примеру хотела последовать и Алисия, но я её остановил. Было не трудно догадаться, что тогда по имени звала меня именно она, а не призраки из моей головы, так что мне нужно было получить от неё ответ:

— Почему ты позвала тогда меня по имени?

Мы сидели друг напротив друга, на расстоянии не больше двух метров, и пусть между нами находился костёр, который своим неровным светом смазывал выражение лиц, но я прекрасно увидел, как удивлённо вытянулось лицо девочки. А в глазах появилось некое смущение и, возможно, даже страх.

Неужели она надеялась, что я не пойму, кто тогда кричал? Что перепутаю с одним из своих видений? Этот болтливый меч растрепал ей и про видения?

— Тави сказал, что вы в беде… - неуверенно проговорила она.

— И он же сказал тебе, что нужно крикнуть?

Алисия молча кивнула.

— Твои кошмары слишком яркие, чтобы ты мог их удержать в себе.

— Это не значит, что ты должен вмешивать в дело её!

— Лучше позволить тебе впасть в бешенство и убить всех вокруг в том числе и её?

На этот вопрос у меня не было ответа.

- Что с вами случилось тогда, Господин? Я никогда не видела человека таким. Вы были как…как…

- Как дикий зверь, - подсказал я девочке.

Та кивнула.

Я сделал шумный вздох.

- Как бы это сказать…

Боюсь мне придётся начать с самого начала.

*************

(Краткая история рода Конхеладо)

Более пяти веков назад этими землями правили магические анклавы. Сильнейшие маги того времени объединялись в группы, чтобы вместе познавать искусство волшбы, защищаться от других магов и заодно использовать простых людей для своих нужд, в том числе и для опытов.

В те времена, маги часто воевали между собой за земли, ресурсы, да и просто опробовать в бою свои новейшие открытия. Огромной силы разрушительные заклинания уничтожали земли и наводили ужас на простой люд. Но подобные вещи не сильно заботили чародеев – миром правят сильные, слабым положено лишь склонить голову и терпеть. Таков закон природы.

Со временем, маги становились всё сильнее, заклинания всё разрушительнее, а жертвы среди простого люда всё непомернее. Настолько, что начала возникать опасность того, что скоро на этих землях не останется вообще ни одного человека. А кто тогда будет тебя обслуживать? Выращивать для тебя еду, шить одежду и убирать твои испражнения?

Риск потерять кормовую базу заставил магов пересмотреть своё отношение к войне и искать кем можно заменить людей. И они нашли.

Десятки новых видов монстров хлынули из магических лабораторий. Десятки анклавов по всему континенту неудержимо плодили новых и новых тварей. Защищённые густой шкурой и толстым слоем жира от холода йети, бесконечно регенерирующие тролли, быстрые, ловкие и смертоносные волколаки, целые облака ядовитых скарабеев. Чего только не придумывали извращённые умы чародеев.

Началась новая глава магических войн, где на поле боя сталкивались огромные полчища монстров, поливаемых с небес магическим огнём, тонувшие в бесконечных волшебных ливнях, перемалываемые в гигантских земных трещинах.

Но новые солдаты лишь на время отсрочили приближение людской погибели. Чтобы успешно противостоять своим врагам, выводились всё новые и новые виды монстров. Они делались сильнее, быстрее, живучее и, что стало роковой ошибкой – умнее.

Особо умные монстры уже не хотели играть роль скота на убой. Всё чаще и чаще они сбегали из своих клеток. Всё чаще и чаще убивали тюремщиков. После чего уходили в бега. Или же, кто поумнее и покровожаднее – скрывались в человеческих поселениях. Убивая местных жителей, воруя еду и всячески отравляя жизнь окружающим.

Вместо решения проблемы скота на убой, новые твари лишь усугубили её в итоге, так как теперь от разорения стали страдать и тылы чародейских земель.

Требовалось новое решение.

Не сразу, но оно нашлось.

История умалчивает, какой именно магический анклав первым решился на это, но известно одно – за первым, сразу кинулись повторять и другие.

Сотни чародеев принялись создавать солдат нового типа – зачарованных магией людей.

Скрещивая магией гены людей и монстров, проводя один магических ритуал за другим, чтобы чары глубоко пропитали плоть, выводились новые люди. Кому предназначалось стать гвардией и вести за собой монструозные орды.

Каждый анклав использовать то, в чем он хорош, и то, что могло бы стать слабостью его противника. Кто-то создавал людей-драконов – быстрых и ловких мечников, по чьим жилам так густо была разлита магия огня, что они могли подобно дракону выдыхать пламя.

Кто-то создавал людей с невероятной регенерацией. Способных восстановить не только отрубленную конечность за считанные дни, но и едва ли не всё тело (если хватало строительного материала (то есть еды) само собой) из расплющенной кровавой каши.

Ну, а кому-то из магов пришло в голову создать моих предков – людей способных противостоять не только воинам-драконам, но и их хозяевам – огненным чародеям.

Стоит добавить, что все эти изыскания проводились в огромных лабораториях, которые словно гигантские домны пожирали тысячи погубленных человеческих жизней. Десятки тысяч растерзанных и многократно заново сшитых тел. Подобная магия не даётся легко и быстро.

И я искренне надеюсь, что Господь приготовил для всех этих ублюдков отдельный котёл в преисподней.

************

Алисия слушала мой рассказ раскрыв рот – ещё бы! Такое тебе не расскажут твои крестьянские родители. Да и даже откровенно немногие знатные дома могут похвастаться подобной осведомлённостью в истории. Я молчу уже про то, что те потомки подопытных, которые смогли не просто выжить во всех воинах и последующем мятеже, но ещё и размножиться, не сильно об этом распространялись. Зачем кому-то знать о том, что сила и мощь вашего рода - это не благословение самого Господа, а результаты кровавых и многочисленных экспериментов, где ваших же “знатных и благородных” предков использовали в качестве подопытных жертв, с целью сделать из них живое оружие.

Такая правда не нужна никому. Особенно новой аристократии, возникшей на руинах чародейских анклавов.

************

Мой род происходил из древних северных племён, живших на окраинах будущей Аустерии. Крайне холодный климат непригодный для земледелия, обилие животных, как опасных, так и не очень – всё это привело к тому, что мои предки жили только охотой. Чуткие, сильные и ловкие, словно дикие звери, на которых мы же и охотились. Убийства и кровь были в нашей крови.

Долгие века мы были никому не нужны, да и зачем? Ресурсов нет, особой культуры тоже. Даже в рабы наше племя не годилось – уж слишком своенравными и буйными были мои предки. Да и гоняться по замёрзшим лесам за теми, кто мог в них прятаться месяцами откровенно сомнительное удовольствие. Всегда были более лёгкие цели.

Но даже такая “мирная” жизнь не длится вечно.

Когда Анклаву Ледяной Бури, потребовались своё человеческое оружие, то их выбор пал на наше племя. Казалось бы, зачем горстку буйных дикарей использовать в качестве материала для солдат? Не самая разумная мысль, но кто достоверно знает, что вообще твориться в голове у магов? В истории осталось только одна причина: наша кровь.

Кровь с проклятием берсеркерства.

То, что делало из нас отвратительных рабов, в то же время превращало в превосходных солдат. Настоящие машины смерти, которые будут сражаться до последней капли крови и даже дальше. По крайней мере именно такой потенциал увидели маги в моих предках.

Конечно, тогда всё было и близко не так: мало того, что для того, чтобы впасть в боевую ярость нужно было изрядно постараться, так и увеличение боевых качеств от этого было не таким значительным. Человек всё равно остаётся просто человеком, в какую бы ярость он не впал, но, когда подобные вещи останавливали изобретательных чародеев?

Главными их соперниками и наибольшей угрозой был соседний Анклав Огненной Бездны, те самые первые маги, которые додумались начать преображать людей в подобия драконов, а значит и наша направленность была предопределена.

Чудеса магической инженерии, магия Жизни и тонны использованной плоти неизбежно давали свои плоды: наши тела становились ещё крепче, устойчивость к холоду дополнялась устойчивостью и к огню, а состояние берсерка становилось всё полезнее, и в то же время разрушительнее. Но долгое время оставалась не решенной проблема “активации” боевой ярости.

Ритуалы, настои и трансы, которые использовали северные племена, чародеев, по понятным причинам, не устраивали. Нужно было новое решение, желательно с привязкой ко врагу. И что можно сказать? В мире мало загадок способных устоять перед человеческим упорством и изобретательностью.

Спусковым крючком стало тепло.

Кровь, которая в обычное время была холоднее, чем у обычного человека, при сильных эмоциях начинала теплеть, и вместе с ней приходить боевая ярость. Человек становился сильнее, быстрее и ловчее, но вместе с этим неконтролируемым. Тем не менее – северные народы не порождения пламени, а ледяные чародеи не огненные. Поэтому разогреть тела выше температуры нормального человека не получилось. А там, где получалось, тела быстро теряли стабильность и приходили в негодность.

Так что единственным путём повышения боеспособности оставалось - продолжать выводить новых солдат с более холодной кровью. Ведь чем холоднее она изначально, тем выше потенциал у такого бойца, как и тем критичнее помутнение рассудка от ярости.

Из-за этих особенностей в будущем в нашей семье даже было своё особенное оскорбление – про теплоту крови своего собеседника. Ведь чем твоя кровь по температуре ближе к обычному человеку, тем более бесполезным и слабым считался Конхеладо.

И наоборот.

(Конец краткой истории рода Конхеладо)