В погоне за Смертью

Глава 17

Выйти обратно к дороге по собственным следам оказалось значительно проще, чем я думал – надо будет не забыть в следующий раз, когда сойду с ума, убегать в лес поизобретательнее. Иначе первый же отряд егерей, даже без гончих, выйдет на мой след.

Интересно, гончие вообще могут выйти на мой след?

За это я не люблю долгие прогулки по лесу – вечно во время таких в моей голове возникают странные мысли и идеи. Хотя, наверное, я могу быть рад, что хотя бы это не изменилось после смерти?

К моему удивлению – телега никуда не уехала, а Хайнрих никуда не сбежал. Более того – он был занят делом, а именно – закапывал на обочине убитых мною головорезов. Рядом с ним гордо стояла Алисия, наблюдая за работой мужика. Не оставалось ни малейших сомнений, по чьему указанию тот был этим занят.

Откуда это в ней?

Мало того, что для того, чтобы осмелиться отдавать приказы взрослому нужна большая смелось, и будем честны, откровенная наглость, если ты, конечно, не дворянка. Для тех в отношении холопов возраст не имел никакого значения – ты обязан подчиняться воле госпожи, даже если она семь лет отроду.

Но Алисия то не была аристократкой – обычная сельская девочка, выросшая в окружении, где на мужчину-то косо посмотреть опасно, не говоря уже, о попытках командовать им!

И чёрт бы меня побрал! Я бы понял даже это, если бы Хайнрих был простым холопом – у тех подчинение в крови! Но Хайнрих же был плебеем! Торговцем!

Я находил только одно объяснение:

— Кита, что ты ей сказал? – с прищуром посмотрел я на череп на рукоятке.

— Не понимаю, о чём ты говоришь.

Наглая черепушка ухмылялась прямо мне в лицо.

Не люблю сюрпризы.

— Ты предпочёл бы, что он прирезал девочку и укатил в закат? – язвительно спросил меч.

— Конечно, нет! – моему возмущению не было предела – вот ведь наглая железяка!

— Тогда, может, в следующий раз, прежде чем с рычанием убегать в лес сам позаботишься об этом? – я начинаю всё больше считать, что, решив убить воскресившего меня некроманта, поступаю правильно. Теперь мой собственный меч учит меня! – А не предъявлять претензии, тому кто позаботился об этом вместо тебя?

И ведь хрен, что я ему отвечу на это! Я в и самом деле сломя ноги унёсся в лес, словно кобель, почуявший текущую суку!

— Ладно. Забыли, - недовольно пробурчал я в ответ.

Лучшее, что я мог сейчас сделать – промолчать, и спуститься вниз к дороге.

— Смотрю, времени вы не теряли! – громко крикнул я, привлекая к себе внимание.

— Господин! – радостно крикнула Алисия. – Вы живы!

Девочка от чувств побежала в мою сторону и обняла меня.

— Когда я услышала рёв, я так испугалась! А потом и вы куда-то пропали! – тараторила малышка, не выпуская меня из объятий. – Увидев трупы, мы подумали, что на вас напал дикий зверь и утащил вас в лес! Ну как мы, Хайнрих подумал!

Я с прищуром посмотрел на побледневшего мужика, который сейчас, казалось, был готов провалиться сквозь землю от страха.

Даже рыть перестал, собака!

— Хайнрих подумал? – мрачно повторил я за девочкой.

Рука волей не волей потянулась к рукоятке меча, но на её пути была голова Алисии, поэтому я просто нежно почесал ей голову. Она большая умничка.

Чего нельзя сказать о Хайнрихе!

— Папа говорил, что от безделья в голову к людям лезут дурные мысли! – улыбаясь во весь рот, поделилась девочка со мной этой вселенской мудростью. – И лучший способ от них избавиться – занять дурака делом! Воть!

Вот оно значит как!

Алисия довольно и гордо улыбалась мне, чем невольно вызвала ответную улыбку и у меня. Я наклонился к ней пониже:

— Твой папа говорил чистую правду! – что даже удивительно для холопа. – А ты большая-большая умничка!

Это не отменяет того, что если я встречу её папашу на дороге, то за попытку убийства дочери, я отсеку ему руки и ноги!

— Спасибо, Господин!

— Уверен, что за такой ценный урок, Хайнрих тебе обязательно что-нибудь купит в Мистафе, верно, Хайнрих? – если бы взглядом можно было убить – мужика бы разорвало на кусочки прямо на месте.

Мне кажется, что после смерти мои глаза начали смотреться особенно жутко – раньше люди не дрожали от одного моего взгляда. Торговец же, казалось, был готов прямо сейчас упасть в обморок.

— Не переставай рыть! – рыкнул я от гнева.

Что же ты будешь с этим делать! Вылитый Родриго!

— Как закончишь – отойдём в лес. Нам нужно поговорить на счёт того, что я тебе приказывал НЕ ДЕЛАТЬ ни в коем случае, и что ты сделал!

Мужик одной рукой схватился за сердце, продолжая рыть землю второй. Проклятье! Того и гляди окочурится прямо здесь! И кто тогда будет зарывать трупы? Я опустил взгляд на девочку:

Интересно, у неё хватит сил, чтобы вырыть пару могил? Можно даже не глубоких. Ну не аристократу же, при холопе рядом, их закапывать в конце концов!

Алисия же при этих словах разжала объятия и встала между мною и Хайнрихом:

— Я приказала ему залезть в телегу, чтобы его случайно не убили! – твёрдо сказала девочка.

День потрясающих открытий и поворотов! Так, когда там у нас закат?

— А я приказал ему держаться от кузова подальше. И очень чётко и понятно объяснил, что с ним случится, если он ослушается! Не так ли, Хайнрих? – дружелюбное выражение в миг пропало с моего лица.

Мне не нравится то, что здесь происходит.

— Да, Господин, - понуро ответил мужик.

Господи! Какой послушный! Хоть бы попытался сбежать! Был бы повод прирезать! Это он так давит мне на жалость? Или надеется, что эта девчонка сумеет меня убедить?! Ха!

Если бы я не умел наказывать тех, кто ослушивается моих приказов, из меня не получился бы даже такой дерьмовый кондотьер как я! Ну, или Рауль. Надеюсь, что Рауль всё же был похуже меня. По крайней мере отряд он угробил значительно быстрее меня!

Во многом по моей вине, конечно…

К чёрту! Не хватало ещё сейчас начать этим загоняться!

Последнее время я так часто ругаюсь, что мне не помешает сходить в церковь. Интересно, а я не развалюсь ещё на входе? Кто знает как...

Слава Господу мой бессвязный поток мыслей прервала Алисия:

— Я обещала, что не дам его в обиду! – стояла на своём девочка.

Я глубоко вздохнул и начал мягко говорить:

— Я всё понимаю, но он ослушался МОЕГО приказа, а мне подчиняешься, и ты в том числе. Это одно из условий на котором я взял тебя с собой, не так ли?

Что со мной происходит? Почему я вообще пытаюсь объяснить что-то крестьянской девке? Почему просто не отпихну её в сторону и не зарублю этого мужика на месте? Раньше я бы так и сделал, не подумав и минуты – что стоит жизнь простолюдина по сравнению с волей благородного?

Ничего.

— Дядя Хайнрих не виноват! Он ослушался только потому, что я приказала ему и обещала его защитить!

Откуда это упорство? Неужели этот странный мужик на самом деле стал для неё так важен всего за пару дней, что она сначала решилась подвергнуть свою жизнь опасности, а теперь защищает его?

— Он подверг твою жизнь опасности! – может она не до конца понимает, что произошло?

— А мне кажется, что она прекрасно всё понимает, - хмыкнул в моей голове меч.

— Я знаю.

Моя голова сама собой наклонилась в непонимании:

— И ты его защищаешь?

Я перевёл взгляд на Хайнриха, который усердно продолжал рыть яму для трупов, в то же время украдкой поглядывая в нашу сторону – подслушивает, зараза!

Что же мне делать?

Девочка пообещала, что защитит этого мужика, а как ещё учили меня с детства – своё слово надо держать. Даже среди равных мне, не все придерживались подобных взглядов, не менее расхожей была и позиция – “Я хозяин своего слова”, что обесценивала любые обещания или клятвы, произнесённые человеком. Люди моего уровня (каким меня воспитывали, а не кем я в итоге стал) с такими старались не взаимодействовать, а при случае не забывали тонко выразить своё презрение.

Людей без чести и принципов не уважает никто.

В то же время я – никаких обещаний или клятв, по убийству Хайнриха не давал. Жизненный опыт научил меня не разбрасываться словами. Чего нельзя было сказать об Алисии. И вот дилемма – чтобы показать, что мои слова нельзя игнорировать – Хайнриха надо зарубить. С другой стороны, а кому это что покажет? Здесь только Хайнрих и Алисия.

При этом – заставить девочку отвечать за опрометчивое обещание – крайне полезно для её воспитания. Пусть привыкает, как я, не разбрасываться словами. Да и в целом – понимание того, что за приказами, всегда должна следовать ответственность за их последствия – весьма полезно. Знание, которое, к сожалению, получают даже далеко не все аристократы. Хотя казалось бы – уж кому-кому, а им такое знать просто необходимо.

— Я обещала! – продолжала стоять на своём девочка.

Уж не знаю, гордиться мне ею или наоборот быть недовольным?

Наверное, так ощущает себя большинство родителей, когда их дети начинают проявлять правильную самостоятельность – с одной стороны безусловная гордость за развитие своего ребёнка, с другой же – грусть и недовольство тем, что твоим указаниям не подчинились?

На меня обрушился вихрь воспоминаний из прошлого – сколько раз я был таким же упрямым? Сколько раз стоял на своём до крови? Я цеплялся и за значительно меньшие поводы, за значительно менее благородные.

Просто самовлюблённый глупец.

И прожил таким всю жизнь, осознав свою глупость лишь после того, как лишился жизни. Сколько раз у меня была возможность повернуть свою жизнь в другую сторону? Начать создавать, а не разрушать. Дарить жизнь, а не отнимать её своим клинком. А с другой стороны – а был ли у меня выбор?

Я рос на рассказал о древних героях и великих битвах! Даже спал я с деревянным мечом в обнимку!

Эх, Марианна! Надо было ещё тогда всё послать к дьяволу!

И если быть до конца честным – какое право имею я, потерявший по дурости собственную жизнь, отнимать жизнь у других лишь на основании своей прихоти?

— Он теперь твоя ответственность! – всё ещё в сомнениях объявил я.

Хочет отвечать за этого торгаша? Да ради Бога!

Я протянул девочке ножны с Китой, изрядно покрытые кровью:

— Чтобы были как новенькие, как и сам клинок!

Если такая взрослая – пусть займётся делом, а я пойду отдохну в телеге – этот день меня утомил до невозможности.

Проходя мимо Хайнриха, я увидел, что тот тащил за ноги по земле тело Франсуа, а его изуродованное мною лицо безжизненно тащилось по земле, оставляя за собой кровавый след.

— Прости меня, старый друг, - тихо прошептал я одними губами.

Если бы всё сложилось иначе…

— Господин, - неуверенно обратился ко мне мужик, - у вас за правым ухом кровь. Может стоит промыть?

Застигнутый врасплох, я замер на долю секунды, после чего потянулся к уху кончиками пальцев – и вправду – на них остался небольшой алый след крови.

— Она не моя, - только недовольно буркнул я, и пошёл дальше.

Потом. Всё потом.

************

Около пары часов ушло у Хайнриха на то, чтобы закопать все тела: дело это не быстрое, да и земля в этих краях не отличалась особой мягкостью, что не ускоряло задачу.

Я же всё это время провёл в телеге. Помогать торговцу убирать последствия учинённой мною резни, у меня не было никакого желания. Куда большее место в моей голове занимали мысли о причинах всего произошедшего. Мог ли я не допустить этого сражения? Что если бы изначально я вышел к людям Франсуа не с мечом наперевес? И что не менее важное:

А не стали ли действия самого Хайнриха тем поворотным моментом, когда мы стали обречены на бой? В конце концов, пока Франсуа его не заметил, нам удавалось вполне себе мирно беседовать. Хотя тут был большой вопрос – надолго ли? Судя по увиденному мною в лагере головорезов – окажись мы в окружении людей Рауля – меня могла ждать незавидная участь, как и Алисию.

Если людям Франсуа повезло бы немного больше, или они были бы посноровистее – бой для меня закончился бы прямо здесь на дороге. Если один разбойник, пусть и случайно, смог парализовать одну мою руку, то полный отряд Рауля в почти сорок человек, наверняка, хоть бы и случайно, но повредил мне обе.

При таком численном преимуществе врага, справиться с ними мне позволило только то, что к моменту сражения со всем лагерем, я был уже сильно “разогрет” со всеми вытекающими отсюда преимуществами. И то покромсали меня дай боже.

Так что, в данном случае люди Франсуа, да и он сам, выступили для меня своеобразным “разогревом”, без которого, в случае если бы я согласился на его условия и пошёл договариваться с Раулем, меня просто разрубили бы в месиво. Истекающее ядом и магией смерти месиво.

В то же время – почему девочка вообще решила, что Хайнриху угрожает опасность? Неужели она подумала, что я отдам его своим старым товарищам на убой? Или он сам её надоумил? В любом случае – сейчас мне об этом думать не хотелось: не хватало ещё начать искать подлога в своём окружении.

Пусть и я близко не правитель, но историй, когда тот или иной власть имущий человек, начинал на почве паранойи прочёсывать всё вокруг, чем только усугублял ситуацию и настраивал против себя, я начитался прилично. Есть свои плюсы быть “доверчивым дураком” - зачастую они живут не чуть не меньше, мнительных “умников”.

Жизнь полна парадоксов, если у тебя хватает ума увидеть их за её суетой.

************

Закончив импровизированные “похороны”, телега снова задорно покатила по дороге. Нам оставалось от силы всего пара дней пути, так что у меня была искренняя надежда, что на этом наши приключения закончатся: дорога до крепости и так получилась какая-то слишком насыщенная.

Долго ехать у нас не получилось – уже когда мы отъезжали от места боя, начинало смеркаться, так что до момента, когда тьма окончательно вступила в свои права прошло немногим больше часа-двух. Никто из нашего отряда за это время почти не проронил ни слова: Хайнрих больше был занят управлением телегой. Алисия же старательно начищала Киту. Причём, судя по тому, как иногда шевелились её губы – они в это время о чём-то общались.

Не пора ли мне начать ревновать собственный меч?

Наплевать!

Я откинулся назад и погрузился обратно в думы.

Раны на теле сильно болели – стараясь преподать девочке урок, я слишком рано отдал ей меч и тот не успел залечить их все, но поскольку они больше не кровоточили, думаю я это переживу.