Великолепный Дуся

Глава 19 Триумфальное возвращение

Карнистир Морьо чувствовал опустошение. Не то приятное опустошение, которое возникает после успешно разрешённого кризиса. Да, ему удалось выплеснуть давно копившиеся гнев и раздражение, вот только результаты… Базар разрушен полностью. Ультимативное заклинание, которое почти против воли вырвалось во время покушения, уничтожило всё, ему едва удалось удержаться и не зацепить форт с авалонскими постройками вокруг него, но сильно легче от этого не стало.

Конечно, теперь местность вокруг аванпоста выглядит куда аккуратнее, чем прежде. Нет этих раздражающих аляповатых палаток и лотков, всё покрыто ровным слоем прекрасной зелени. Она скоро умрёт, как только вложенная магия закончится, растения, животные и насекомые угаснут без поддержки, но и тогда здесь останется чистое поле, заросшее густой, яркой травой. На взгляд Морьо этот пейзаж будет гораздо симпатичнее, чем-то убожество, которое простиралось на месте Базара прежде. И всё-таки его вкусы и предпочтения здесь не на первом месте, как ни печально. На деле он уничтожил очень удобную, хоть и противоречащую политике авалона точку доступа к редким ресурсам. Кто знает, когда местные атани решатся снова прийти сюда, чтобы торговать? Ещё неизвестно, скольких он убил! И теперь ему придётся как-то объяснять свою вспышку представителям местной людской администрации, отчего Карнистир чувствовал фантомную, но очень ощутимую зубную боль. А если ещё кто-то из них решится доложить через голову губернатора в метрополию, Морьо могут и пожурить. Отвратительно.

Всё это не имело бы большого значения, если бы ему удалось поймать эту раздражающую мелкую тварь. Он бы перетерпел упрёки и недовольство представителей метрополии, если бы достиг цели. Так нет же! Эта мелкая гадина ухитрилась сбежать! И всё из-за того, что люди неправильно его информировали. В тот момент, когда гоблин уже практически был у него в руках, ему помогли. Духи. Кто бы мог подумать, что он ещё и шаман?

Карнистир понимал, что его одержимость этим гоблином становится уже не совсем нормальной. Однако он не мог, не хотел себя одёргивать. Это стало личным. Какая-то мелкая, ничтожная пакость отвесила ему пощёчину — вытерпеть такое и спустить? Морьо перестанет себя уважать, если так поступит. Плевать, что это недостойно эльдар, так злиться на подобное ничтожество. Этот гоблин оставил его с носом, выставил идиотом, и просто так оставить оскорбление было не в силах Карнистира. Эльдар твёрдо решил — он найдёт и захватит тварь. Как и собирался. Он не будет мстить гоблину, это слишком мелко. Достаточно будет и того, что гоблин окажется у него в руках и своей жизнью поможет продвинуть научные исследования.

Вот только погоню придётся отложить. Сначала необходимо минимизировать последствия собственных действий. А для этого ещё требуется вернуться на Базар, что тоже займёт некоторое время. Его второпях слепленный скакун не прожил долго, и в результате Морьо, увлёкшись погоней, оказался посреди степи один и без транспорта. Нужно вернуться и найти нормальную машину… да полно, есть ли у этих атани машина? Тогда хотя бы лошадь. Несмотря на свою специализацию Карнистир предпочитал технику живым существам. Техника не так капризна, к тому же ей не требуется управлять самостоятельно, можно посадить за руль кого-нибудь, а самому спокойно предаваться размышлениям, не отвлекаясь на управление. Но, в крайнем случае, сойдёт и лошадь. Её можно модифицировать в широких пределах. Нужно только будет проследить, чтобы мутации не зашли слишком далеко, чтобы животное продержалось достаточно долго — путь предстоит дальний. И ещё нужно будет посмотреть, не остался ли жив кто-нибудь из его людей. Помнится, во время своей вспышки он старался не затронуть заклинанием ближайшие окрестности. Вполне вероятно, кто-то из людей до сих пор жив.

Временного скакуна Карнистир сотворил из какого-то мелкого грызуна. Поймать его не составило труда, а вот превратить во что-то удобоваримое удалось только ценой изрядных усилий. Выглядела поделка ужасно неаккуратно, но была достаточно надёжна, чтобы продержаться несколько часов, и Карнистир, тяжко вздохнув, взгромоздился на бывшего суслика.

Возвращение на бывший Базар не обрадовало. Форт оказался осаждён песчаными жабами. Твари тысячами крутились вокруг убежища. Люди уже даже не пытались с ними бороться, разве что отстреливали самых наглых — тех, кому удавалось добраться до прорезанных высоко вверху форта окон.

— Кажется, я зря рассчитывал, что на месте Базара будет оазис, — задумчиво пробормотал Морьо.

Теперь вся зелень была выжрана — жабы не привередливы, и если поблизости нет мяса, вполне удовлетворяются растительной пищей. Правда, людей оставлять в покое не собираются. Усиленное магией зрение позволяло разглядеть, что в большей части построек уже нет дверей. Выбиты и выдернуты. Если там кто и прятался, то теперь уже не прячется. Жабы могут быть удивительно прожорливы. Держится пока только форт, но и они как-то слишком вяло отстреливаются.

— Ах да, нехватка боекомплекта, — поморщился Морьо. — Было ведь что-то такое в докладах!

Он тогда поручил разобраться, мэру Йерба-Буэно, и благополучно забыл об этом деле. Видимо, мэр, как всегда, слишком вольно отнёсся к своим обязанностям, и разобрался в своей обычной манере — одной рукой выделил деньги, а другой — их украл.

Карнистир тяжко вздохнул и принялся готовить очередное заклинание. Настроение, и без того не слишком хорошее, и вовсе сдвинулось на отметку «апатия». Его уже не злил тот факт, что вокруг одни идиоты, которые не в состоянии выполнять даже простейшие обязанности. Его не раздражала собственная несдержанность. Не печалил тот факт, что он оказался вдали от дома и любимой лаборатории, в диких местах без нормального транспорта и прислуги. Вот разве что мысль о гоблине по-прежнему вызывала глухое раздражение… но это можно оставить на потом. Сейчас нужно разобраться с первоочередной проблемой.

Он изрядно растратил силы на ультимативное «Буйство жизни». Повторить такое в ближайшее время не получится, да и нельзя. На таком расстоянии он не сможет контролировать магию, так что накроет вообще всех, в том числе и обороняющихся в форте. На мгновение он помечтал о такой возможности. Предстоящее общение с этими людьми не вызывало никакого энтузиазма.

Нет, нельзя. Наверняка они уже доложили о происходящем в Йерба-Буэно. Если Карнистира обвинят ещё и в уничтожении подданных авалона, можно будет поставить крест не только на карьере учёного, но и на свободе вообще.

— О чём ты думаешь, идиот? Набрался от людей безалаберности. Ты ведь всё равно сейчас не сможешь применить «Буйство жизни», — выругал себя Карнистир, даже не обратив внимания на то, что опять говорит сам с собой. Он так тщательно изживал в себе эту привычку, и вот опять!

Впрочем, когда сосредотачивался на какой-то проблеме, Карнистир забывал о неудобствах. И сейчас он лихорадочно размышлял, как имеющимися малыми силами можно остановить нашествие хтонических земноводных. Желательно — быстро.

Несмотря на расстояние, жабы его заметили, и несколько из них бросили попытки добраться до людей в форте, предпочтя новую добычу. Карнистир, не отвлекаясь от размышлений, заставил их сердца биться в сто раз чаще. Жабы пустили из всех отверстий кровь и перестали его беспокоить. Правда, уже спешили новые — эти твари настолько тупы, что не учатся даже на примере своих соплеменников.

Убивать вот так, по одной-две-десять? Нет, Морьо слишком ленив для такого. Нужно придумать что-то более универсальное, но в то же время не затратное.

Морьо зашагал к трупам. Требуется осмотреть их поближе, выяснить, насколько сильно хтонические жабы отличаются от обычных. Раньше он этим не интересовался, так что придётся восполнять пробел в знаниях прямо сейчас.

За время исследований вокруг образовалось целое кладбище из настойчивых жаб. Штук тридцать нашли свою смерть, пока Морьо разбирался в их внутреннем устройства. В конце концов, решение было найдено. Карнистир довольно ухмыльнулся — ему всегда было приятно вот так находить решение интересной загадки. Особенно, если удавалось придумать что-нибудь элегантное и необычное. Кто бы мог подумать, что в организме хтонических жаб могут остаться обычны паразиты! И что они окажутся настолько эффективны, стоит лишь чуть-чуть подстегнуть их развитие!

Обычные плоские черви — трематоды, двуустки, которые проводят в жабе вторую стадию развития, прежде чем попасть к финальному хозяину — какой-нибудь птице. Морьо прекрасно знал механизм работы этих паразитов в обычной, неизменённой природе. В процессе развития они выделяют мутаген, который провоцирует развитие в животных лишних конечностей, а то и рака. Естественное поведение для паразита — ему ведь выгоден промежуточный хозяин, который будет плохо и медленно двигаться, и которого легко поймает финальный хозяин.

Всё, что оставалось сделать Карнистиру, это поправить метаболизм паразита таким образом, чтобы он выделял другой мутаген, более сильный. Не тот, который вызывает рост лишних конечностей у жаб и лягушек на стадии головастика, а более сильный, влияющий на взрослого хозяина. Несколько экспериментов помогли зафиксировать правильные изменения, а потом осталось только составить заклинание, которое будет действовать автоматически.

Карнистир был горд — результатом часа напряжённой работы стало заклинание, с которым смог бы справиться даже пустоцвет. Оно не требовало много энергии, лишь вносило крохотные изменения в метаболизм паразитов. Карнистиру оставалось только выпустить заклинание и любоваться результатом.

Первые несколько секунд ничего не происходило. А потом… жабы начали худеть на глазах. Ещё бы, на производство нового мутагена требовалась уйма энергии, а где её брать паразиту, как не из самой жабы? Но действие заклинания не ограничивалось только истощением. У жаб начали стремительно расти дополнительные органы. Лишние лапы, глаза, ноздри. Иногда — рога. Одна жаба отрастила себе огромные уши, формой подозрительно напоминающие эльфийские. Карнистиру это показалось насмешкой над его народом, пусть и невольной, и он потратился на то, чтобы жабу испепелить. Не совсем профиль мага жизни, но плохим бы он был специалистом, если бы не мог использовать заклинания других школ!

Всё было кончено буквально за несколько минут. Карнистир с удовлетворением обозревал результат своей деятельности — огромное кладбище бывших жаб, которые теперь скорее напоминали экспонаты из музея естественных наук. Каких только уродцев не породило его заклинание!

— Определённо, это нужно будет взять на заметку. Пожалуй, если доработать, можно будет использовать что-то подобное для быстрого восстановления утраченных конечностей, — задумался Карнистир. — Хотя дорабатывать придётся очень долго. И понадобится множество экспериментов.

Настроение у него немного поправилось. То, как ловко и изящно он решил сложную проблему, слегка поправило пострадавшее после встречи с гоблином самолюбие. Определённо, он ещё не безнадёжен, а та ошибка… это была просто ошибка. От них никто не застрахован. Главное — не терять уверенности в себе, и продолжать идти к своей цели.

Последние несколько дней выдались очень трудными для Айсы. Сначала — долгий переход, во время которого на неё навалилось огромное количество обязанностей. На племя… точнее, на остатки племени, давило предчувствие беды. За ними охотится авалонский маг второй ступени, страшный Вивисектор, и не один, а с целой армией солдат! Никто из тех, кто оставался в роще, даже дети, не надеялся выжить, как бы ни старался подбодрить их вождь. Большее, на что они могли рассчитывать — это успеть добраться до Хтони и сгинуть там, чтобы не достаться врагу. Поневоле, и оставшаяся часть племени, те, кто вернулся из похода, перенимала эти настроения. Но не Айса. Она была уверена — Дуся их не бросит, и обязательно что-то придумает. Встреча с этим гоблином стала для них счастливым случаем, что бы там ни ворчал Вокхинн, несмотря на трудности, они со всем справятся. Она ничуть не удивилась, что когда Дуся вернулся, скорая смерть как-то неожиданно отложилась. Правда, легче не стало, но зато стало куда интереснее.

Девушка немного смущалась своей ребячливости, но её ужасно увлекло исследование долины, в которой они остановились. Жилище некроманта, его многочисленные творения… основную часть собрали и захоронили ещё по прибытии, но встречалось ещё много всякого интересного и загадочного. Остальные этими некротическими конструктами брезговали, а Айса отчего-то не могла воспринимать их как части мёртвых тел, лишь как сломанные механизмы. В свободные минуты она подолгу разглядывала находки, пытаясь разобраться, как они устроены, и для чего нужна та или иная деталь.

Вот только свободного времени было катастрофически мало. Племя обустраивалось в укромной долине, как будто им предстояло теперь жить здесь всегда. Айса сначала не понимала, зачем тратить силы и время, потом сообразила. Вокхинн просто старается занять себя и остальных, чтобы не оставалось времени на переживания. Он просто не верит, что Дусе удастся справиться с погоней.

«Ну и глупо, — думала девушка. — Дуся уже не раз доказывал, что может найти выход из любой ситуации. Только что мы были несчастными беглецами, которых вот-вот схватят страшные авалонцы, а теперь живём в относительной безопасности, да и угрозы голода можно больше не опасаться!»

От некроманта и в самом деле осталось достаточно домашней скотины, даже несколько коров, которые давали молоко. Айсе поручили разобраться, как их доить — Рыси прежде никогда не держали домашнюю скотину. Разве что индюшек, но и тех — только в далёкие прежние времена, о которых она только слышала.

Дело оказалось непростое, но Айса постепенно справилась. Правда, ей было немного обидно. Соплеменники отчего-то решили, что заниматься домашней скотиной — это недостойно настоящих охотников, так что эту неприятную обязанность возлагали на провинившихся. И только Айса постоянно была с животными. Наверное, раньше она бы и внимания на такое не обратила, тем более, с животными возиться ей нравилось, а теперь стало обидно.

Когда вернулся Чувайо и сообщил, что авалонцы идут, всё племя окончательно потеряло присутствие духа. Опять! Хотя Дуся передал вполне чёткие указания. Айса была совершенно спокойна, и только немного жалела, что не сможет лично увидеть, как шаман и дети вождя заставят людей отступить и бежать. Она — не сомневалась. И то, что Вокхинн, не в силах скрыть волнение, метался как бык в загоне, находя себе и окружающим тысячи дел и порыкивая на тех, кто отлынивает, её только раздражало. В конце концов, если ты так не веришь шаману и собственным детям, то почему ты не там, не с ними? Ты ведь мог отправиться на Базар и сам всё проконтролировать! Здесь племя прекрасно справилось бы и без Вокхинна!

«А он просто не захотел быть подчинённым, потому что на Дусю, как он сам говорит, где сядешь, там и слезешь. Так что великий вождь Вокхинн предпочитает ругать безумного шамана издалека и за своих детей тоже волноваться издалека. Очень достойное вождя поведение!»

Это были очень разочаровывающие мысли. Прежде вождь казался Айсе непогрешимым, и все его решения — правильными. Даже если в данный момент они кажутся ей ошибочными — это она чего-то не понимает. Но те времена прошли, и теперь Айса чувствовала ужасное разочарование. И обиду! Потому что распоряжения, которые он давал ей, теперь тоже казались ей неправильными. Почему он не отпустил её с Дусей, когда тот предлагал? Она сама постеснялась высказать своё мнение, но Вокхинн всё равно не стал бы его спрашивать. А Айсе очень хотелось увидеть все чудеса Базара. И она точно не была бы бесполезна, хоть Вокхинн и утверждает обратное.

«Ты не училась в человеческих городах, как мои дети, — говорил он ей, — и не умеешь охотиться так хорошо, как другие члены племени. Какая от тебя польза в городе⁈»

«Да уж побольше, чем от того же Чувайо, — могла бы ему ответить Айса, — Я, по крайней мере, умею готовить и помогать там, где меня просят! А вот какая польза на Базаре от Чувайо, мне совсем непонятно! Не зря его Дуся отправил восвояси при первой же возможности!»

Мысли были ужасно крамольными, Айса никогда бы не решилась их высказать. Да и самой пришлось выкинуть их из головы, потому что племя опять снималось с места, и вся работа, которой они занимались, пока оставались в долине, оказалась бесполезной. Нужно было идти навстречу с гоблином, а значит, требовалось собрать все пожитки, которых теперь было удивительно много. Благо и транспорта было достаточно — Дуся обеспечил.

«И лошадей, и повозки, и скотину — всё это, добытые Дусей, — подумала тогда Айса. — А ты, Вокхинн, только и можешь, что клясть „проклятого шамана“, и понукать остальных!»

Девушка понимала, что не совсем справедлива к вождю. Он по-прежнему многое делает для племени, принимает важные решения, руководит, да и сам от работы не отлынивает. Но остановиться уже не могла.

Обида вспыхнула ещё сильнее, когда в месте, куда они прибыли, обнаружилось множество разумных, стоящих лагерем. Орки, люди, гоблины… Рыси чувствовали себя в компании чужаков очень неуютно, но нужно было ждать шамана и детей вождя, и они терпели. А потом Вокхинн узнал, что Дуся, Киган и Илве остались следить за тем, сработает ли ловушка. О, как же был зол вождь! Он был в ярости. Он поносил Дусю на чём свет стоит. Он говорил, что из-за проклятого гоблина погибнут его дети, потому что только такому оглашенному безумцу могло прийти в голову посмотреть, убьёт ли взрывом колдуна Вивисектора.

«Твои дети, в отличие от тебя, не такие трусливые ничтожества, и сами могут решать, что им делать!» — Подумала тогда Айса, но ничего так и не сказала. Нельзя говорить такие слова вождю. Он всё равно не послушает, зато накажет, да и остальное племя… они либо поддержат Вокхинна, либо в их головах появится зерно сомнений в вожде, а Айса никому из них такого не желала. Уж лучше пусть продолжают верить в непогрешимого Вокхинна, который ведёт племя к процветанию.

Когда Дуся и дети вождя не явились вовремя на место встречи, Айса тоже начала волноваться. Нет, она верила, что Дуся справится, но всё равно… вдруг с ними что-нибудь случилось? Она видела, что и остальные, разумные, стоящие лагерем поблизости, беспокоятся. У некоторых на лицах появлялась осторожная радость. Айса слышала разговоры:

«Если Вивисектор и Великолепный друг друга поубивали — только лучше всем будет!» — так рассуждали эти негодяи, и девушка их искренне ненавидела. Чувайо рассказал, что многих из этих людей и нелюдей Дуся запугал, заставив себя слушаться, но Айсе всё равно не нравилось, что они желают ему смерти. Некоторые даже собирались сбежать, раз уж он не вернулся. Пока ещё боялись, но разговоры о том шли.

А потом, однажды утром, часовые подняли тревогу. Они заметили песчаных жаб, которые ползли к лагерю. Поначалу среди обитателей начался переполох — люди и нелюди готовились подороже продать свои жизни — жабы в одиночку так далеко от хтони не ходят. Все подумали, что это первые особи из большой волны. Каково же было их удивление, когда Айса первой разглядела на спинах хтонических тварей знакомые фигурки.

— Да! Я знала, что никакой Вивисектор Дусю не убьёт! Смотрите все, он объездил песчаных жаб! Что вы теперь скажете? Тоже будете шептаться и жалеть, что Дусю не убил Вивисектор?

Она была так рада, что даже забыла о своей привычке держаться незаметно. Восторг её просто переполнял, и только закончив кричать, девушка обратила внимания, как на неё смотрят — кто-то с осуждением, кто-то с удивлением, а кто-то с опаской.