Вик Разрушитель 11

Глава 4

Признаюсь, такого я от Харальда не ожидал. Этот политический хитрец и интриган внезапно изменил традиционный сценарий официальной встречи. Стало понятно, что нас ждёт нечто иное, чем обычное представление гостей, когда посольский «Сааб», везущий меня, Лидию и господина Зюзина, а также кавалькада автобусов мягко проехали мимо парадного крыльца. Так как сопровождение и не думало останавливаться, наш водитель пристроился за ними, получив короткий приказ от посла.

Мне удалось рассмотреть неподвижно стоявших гвардейцев из внешней охраны. Никого из встречающих на крыльце даже в помине не было, и красной дорожки — тоже. Охрана проводила нашу кавалькаду взглядами, да и только.

— Не поняла, — первой высказала удивление Лида, сидевшая рядом со мной в роскошном вечернем платье из тёмно-синего атласа. — Это что за шуточки? Андрей… Нас хотят унизить?

— Подожди, не делай поспешных выводов, — я тоже был в недоумении, но не настолько, чтобы сразу же обвинять встречающую сторону. — Насколько мне известно, сам дворцовый комплекс имеет несколько входов. Возможно, нас везут к другому.

— А смысл? — раздула ноздри Великая княжна. — Есть официальный протокол, по которому обязана действовать принимающая сторона!

— Но ведь мы находимся здесь не с официальным визитом, — попробовал я найти ответ на происходящее. — Вполне допускается отступление от протокола, по моему мнению. Да и как тут вообще он работает…

— Ваше Высочество, Андрей Георгиевич прав, — неожиданно поддержал меня Зюзин. — Такие вольности допустимы, если визит входит в перечень «дружественных мероприятий». Что так и будет, это стало понятно ещё в порту, когда нас встречали кронпринцы.

— Надеюсь, король Харальд знает, что делает, — буркнула Лида и охнула, глянув в окно.

Наш «Сааб» стал притормаживать, чтобы остановиться перед той самой пресловутой красной дорожкой, которую раскинули от мраморного крыльца «запасного» парадного входа до того места, где из автобусов должна выходить делегация. По моим прикидкам, придётся шествовать метров пятьдесят, чтобы нас успели запечатлеть на фотоснимках и видеокамерах. Представители СМИ, важные гости, много молодых юношей и девушек в красивых нарядах… Интересно, да. Но где сам Харальд со своими королевами?

Неизвестно в какой момент выскочивший из «Сааба» телохранитель распахнул заднюю дверь. Я пожалел, что это не Куан. Он бы показал класс.

— Идите, молодые люди, — улыбнулся Зюзин, продолжая сидеть на противоположном диване. — Этот вечер для вас, а мы тут — лишь статисты.

«Лукавишь, дядя», подумал я, вылезая наружу под яркими блицами фотовспышек и возбуждённые голоса местной публики. Прохладный вечер, но совсем не ощущается влажности, что удивительно. Ведь рядом залив, должно быть сыро. Я-то больше о девушках переживаю. Они все принаряженные, многие в платьях с открытыми плечами. Не замёрзли бы…

Эти мысли проносятся в голове мимоходом, пока я протягиваю руку, в которую ложится маленькая, но крепкая ладошка Великой княжны. С неподражаемым изяществом она ступила на ковровую дорожку. Улыбнулась, оценивая масштаб происходящего, а потом решительно обхватила меня за локоть.

— Не торопись, — прошептала она, чуть повернув голову.

Как будто я сам не знаю!

Позади нас уже мягко зашипела открываемая дверь автобуса. Мы намеренно чуть-чуть задержались, чтобы дождаться выхода свиты. Вернее, за нами первыми должны пойти Арина и Нина. Это я так настоял, крепко поругавшись с Матвеевым ещё до выезда из отеля. Он категорически не хотел ставить Захарьину в первые ряды из-за её статуса. Должны были идти княжны Голицына, Долгорукова, Елецкая, Мещерская. Но мне удалось обломать всю программу куратора. Он же не знал, что кроме Лиды и Арины, Нина в скором будущем со всей вероятностью тоже станет моей женой. До других сразу же дошло, что «дело нечистое», раз я так рьяно отстаиваю свою позицию, а этот жираф с завышенным самомнением продолжал упираться.

Да, это стало проблемой. Нину я, можно сказать, раскрыл по полной программе. По Москве поползут слухи, достигнут ушей императора и цесаревича. Как они отреагируют на подобную выходку? От меня ждут иных действий, а личная жизнь боярышни Захарьиной их интересует только в разрезе эксперимента.

Поэтому я и разозлился. Да плевать, что будет дальше! Девчонку обижать не позволю. Нина, к её чести, восприняла перестановки в шествии без торжествующей улыбки, но с таким видом, как будто и не ожидала иного результата. Шепотки среди великокняжеской свиты она проигнорировала с ледяным спокойствием.

Живой коридор, проложенный между встречающими, наконец, закончился. Вверху парадной лестницы «номер два» на специальной площадке стояла Астрид во всём великолепии своей природной красоты. Длинное с короткими рукавами платье тёмно-кремового цвета чудесно оттеняло белоснежную кожу её рук и лица. Волосы собраны в весьма сложную причёску, украшенную изящной золотой диадемой со вставками из сапфиров. В ушках покачиваются изящные серёжки в виде золотых спиралек, в центре которых блестят капельки сапфиров. На правой руке в свете фонарей и вспышек поблёскивают пара колец с драгоценными камнями и родовой перстень. Украшений немного, что сразу прибавило вистов Снежной Кошке.

Справа от Астрид расположились трое её единокровных братьев (сыновья королевы Ранди): Олаф, Вигбьёрд и Вигот, с пробивающимися первыми усиками над припухлой губой. Слева — родные братья Гуннар и Мадольв. Те узнали меня и заулыбались. Наверное, я для них был если не богом, спасшим заложников от гибели, то асом в сверкающих доспехах точно. Мальчишки, чего уж там.

Мы подошли ближе и остановились в шаге от королевских отпрысков. Щёлканье затворов, шепотки — всё отодвинулось на второй план. Я смотрел на Астрид и любовался ею, понимая, что тону в омуте голубых глаз. Пауза затягивалась, и Снежная Кошка почувствовала, что меня надо спасать.

— Добро пожаловать в прекрасный Стокгольм, Ваше Высочество, Светлый княжич! — мелодично проговорила она с приятным акцентом. — Благодарю вас, что вы откликнулись на мою просьбу и уделили своё драгоценное время для поездки!

— Нам было очень приятно приехать сюда с огромным желанием познакомиться с Вами, Ваше Высочество, — любезно ответствовала Лидия, — и с вашими братьями! Государь-наследник, прошу прощения, что не по этикету…

— Никаких извинений, Лидия Юрьевна, — Олаф улыбался спокойно, не играя на публику. Он учтиво взял руку Мстиславской и прикоснулся к ней губами. — Мы сегодня такие же гости, как и вы. Наша любимая сестрёнка очень хотела достойно отблагодарить своего спасителя, но сильно расстроилась, что он так быстро покинул Скандию. Теперь, пока не исправит свою ошибку, никого отсюда не отпустит.

— Брат, не делай из меня монстра, — пожурила его Астрид, протягивая изящную ручку для поцелуя, что я и исполнил с огромным удовольствием.

Ох, ослепну сейчас от фотовспышек! Что завтра будет твориться в информационном пространстве, нетрудно представить!

Братья Астрид по очереди поприветствовали пунцовеющую от удовольствия и всеобщего внимания Великую княжну, после чего мы обменялись рукопожатиями. Пришла моя очередь представить «своих» девушек. Снежная Кошка должна понять смысл послания, оценить будущих «сестёр» с позиции не соперницы, а союзницы.

— Княжна Арина Голицына, боярышня Нина Захарьина… Они мне, не побоюсь этого слова, больше, чем просто друзья или даже сёстры.

Намёк был толстый, и Астрид его «считала». Чуть прищурившись, принцесса быстро, но очень внимательно оглядела девушек, выглядевших столь же прекрасно, как и она сама.

— У вас великолепный вкус, Андрей Георгиевич, — не делая слишком долгую паузу, проговорила Астрид и величаво кивнула. — Арина Васильевна, наконец-то мы с вами увиделись воочию. Люблю живое общение…

— Я тоже очень рада нашей встрече, Ваше Высочество! — княжна Голицына, судя по сверкающему взгляду, тоже оценила соперницу в борьбе за моё сердце. — Благодарю Вас за приглашение! Для меня честь присоединиться к столь важной миссии!

Астрид улыбнулась польщённо и обратила взор на слегка волнующуюся Нину. Я тоже напрягся. Принцесса, конечно же, не станет показывать своего истинного отношения к девушке гораздо ниже статусом, но любой жест может стать решающим в моём выборе. Семья должна стать дружной и спаянной одной целью командой, а не гнездом вечно недовольных друг другом кобр.

— Нина, как вам Стокгольм? — неожиданно спросила Снежная Кошка. — Я знаю, что времени разглядеть его не было, но мне важно ваше первое впечатление.

— С борта парома ваша столица выглядит очень сказочно, как пряничный город, — Нина ответила бодро, чем вызвала добродушный смех у братьев Инглингов. Но девушку трудно было этим смутить. — Думаю, он мне понравится гораздо больше, если будет позволено осмотреть его без спешки…

— Да, конечно, — Астрид с интересом поглядела на Захарьину, вероятно, давая ей свою оценку. — У нас в ближайшие дни запланирована пешая и автобусная экскурсия по городу, и все желающие смогут к ней присоединиться. — Она чуть подалась вперёд и прошептала, чтобы её услышала только Нина и мы, стоявшие рядом. — Я покажу вам кондитерскую, где уже двести лет изготавливают и продают самые вкусные пряники.

Наконец, необходимые любезности произнесены, и мы, встав чуть поодаль, стали представлять наших друзей из свиты. Я очень внимательно следил за Олафом и Вигбьёрдом. Кронпринцы ещё не женаты, и это обстоятельство меня немного напрягало. Исключительно из-за Вероники. Как бы не запал на неё кто-то из старших братьев. Хотя… в нашей делегации было настолько много красивых девушек, что молодые «викинги» обязательно оценят всех. Вон как глаза забегали, от одной барышни к другой! Ох, нелёгким будет выбор!

Церемония приветствия и знакомства закончилась, и Астрид, как и подобает гостеприимной хозяйке, пригласила нас во дворец. Пока мы шли по широкому и украшенному разнообразными статуями, картинами и старинным оружием коридору, Лидия продолжала держать меня за руку. Олаф любезничал с раскрасневшейся от происходящего Ариной, а Вигбьёрд сопровождал Нину.

— А где же сам король Харальд с королевами? — поинтересовался я у идущей справа Астрид.

— Отец решил, что я сама должна стать хозяйкой вечера, раз уж взяла на себя ответственность пригласить знатных друзей в свой дом, — охотно пояснила принцесса. — И продемонстрировать собственную силу и компетентность, как наследница… Хотя, эту роль прекрасно мог сыграть Олаф.

— Ну уж нет, сестрица, — услышал её старший брат. — Har man sagt A, måste man säga B![1]

— Это он напоминает мне: назвался грибом, лезь в корзинку, — улыбнулась Астрид. — Так, кажется, по-русски? Лингво-амулет не передаёт все прелести русского языка.

— Да, почти правильно, Ваше Высочество! — дипломатически верно ответила Лида. — Назвался груздем — полезай в кузов.

— Да-да! Вот так точно! — обрадовалась принцесса. — Спасибо, сестра!

Мстиславская с таким видом посмотрела на меня, словно выиграла важнейшую битву. Я едва не рассмеялся, потешаясь над попыткой девушки занять стратегическую позицию перед решающей битвой. Лида заметила, как я поедал глазами Астрид, и теперь в её душе бушевала ревность, не желающая до конца смириться с тем фактом, что принцесса тоже может стать моей женой.

— Мы разве не в тронный зал идём?

— Нет, — загадочно улыбнулась Снежная Кошка. — Мы сегодня будем пировать в «Зале Асов». Иногда он превращается в Зал Советов, когда этого требует ситуация. Отец собирал там всех силовиков, когда нашу яхту захватил этот грязный бастард!

Голос Астрид на мгновение дрогнул. Ого! Наверное, она имеет в виду того «корсара» по прозвищу Топор… или Тесак? А-аа, чёрт с ним! Рано или поздно этого бандита поймают. Никуда не денется от карающей руки Харальда и нашего «Арбалета». Не зря же майор Лещёв обмолвился о какой-то операции, в которой их должны скоро задействовать. Может, и меня привлекут…

Когда мы подошли к высоченным двустворчатым дверям, возле которых замерли гвардейцы в чёрной униформе (по двое с каждой стороны), откуда-то сверху и из стен полились звуки торжественного марша. Створки медленно разошлись, словно приглашая нас войти в помещение.

Не знаю, что почувствовали девушки, но меня увиденное потрясло. Не меньше, чем созерцание Звёздного Купола. Огромный зал прямоугольной формы венчал сводчатый потолок, напоминающий перевёрнутый корпус драккара. Он был отделан панелями из матового тёмного стекла, в котором отражался свет многочисленных светодиодов, встроенных в пол и потолок, что создавало иллюзию звёздного неба.

За моей спиной раздалось дружное аханье. Кажется, впечатлился не только я. Справедливости ради, к чему-то подобному я уже был готов, но всё равно: потомки яростных викингов умели удивлять.

Стены Зала были облицованы светлым, почти белым мрамором, на котором искусно выгравировали гигантские абстрактные узоры, напоминавшие морозные узоры и традиционные скандинавские орнаменты, сложные и изысканные. Чем-то они походили на русские. Возможно, и были заимствования. Всё-таки соседи.

Поразили огромные, от пола до потолка, окна с каким-то интересным напылением, похожим на матовый акрил. Оттуда лился мягкий, рассеянный голубой свет, создавая эффект гигантских ледяных блоков.

— Какая красота! — не выдержала Лида, задержавшись на середине зала, не обращая внимания на людей, стоявших вдоль стен в ожидании нашего появления. — Кто создал всё это великолепие?

— У нас очень много талантливых архитекторов, — улыбнулась Астрид, переглянувшись со мной.

Зал Асов и в самом деле сейчас напоминал пиршественный зал, в котором великие воины удостаиваются права сидеть за огромным столом. Нет, огромнейшим столом! Он был один, П-образный, из тёмного морёного дуба. Никаких скатертей — фактура дерева сама по себе представляла произведение искусства. Стол сервирован деревянной посудой, тяжёлыми столовыми приборами из серебра без излишних украшений, бокалами, старинными кубками. И только позже, когда мы уже расселись по своим местам, я понял, что вся посуда фарфоровая и стеклянная, только удачно стилизованная под дерево. И подивился выдумке устроителей торжества. А ведь многие из нас клюнули на эту нарочитую простоту и стали переглядываться в недоумении.

Мне сразу бросились в глаза три тронных кресла из такого же тёмного дерева, что и стол, со вставками из полированной стали. Спинки стилизованы под крылья валькирий. Не думаю, что сидеть в них удобно. Скорее, восседать, горделиво выпрямив спину. Стало жалко королевское трио. Весь вечер, на виду гостей сидеть, как будто лом проглотив — не лучшее времяпровождение. На стульях-то куда удобнее. Кстати, для гостей они как раз и были, нарочито грубо изготовленные, но очень прочные и с удобными анатомическими изгибами.

Прозвучали последние аккорды торжественной мелодии, и мы тоже замерли напротив Харальда с королевами Ранди и Сиггрид. Забавно, что Свирепый сегодня красовался в белоснежном костюме, как бы не по канону официальных встреч. Этакий намёк на дружеский дипломатический фуршет. Старшая королева словно не случайно облачилась в тёмно-красное одеяние — королевский цвет, а дротскона[2] Сиггрид блистала в длинном платье из голубого шёлка,

— Её Высочество, Великая княжна Лидия Мстиславская, дочь наследника русского престола цесаревича Юрия! — проревел белугой церемониймейстер, пристукнув мощной тростью с серебряным набалдашником по красивому мраморному полу. — Светлый княжич Андрей Мамонов, спаситель королевской семьи! Свита Её Высочества Великой княжны Лидии! Свита Светлого княжича Андрея!

Немного не по протоколу, ну да ладно. У Харальда ведь всё не «по-людски». Уже успел понять. Странный и непредсказуемый, словно нарочито показывающий свою приверженность к старине. Оттого многие западные правители покручивают палец у виска в отношении Свирепого.

Харальд с каменным лицом, на котором не отображалась ни одна эмоция, молча ждал, когда любимая дочь представит гостей, то бишь нас. Как будто ему рыка церемониймейстера мало. Зато в глазах Сиггрид я заметил ревность. Понимаю её. Девушки, которые сейчас застыли рядом со мной, красотой не уступали Астрид. Это могло создать некоторое недопонимание между нами. Я не хочу заиметь северную тёщу, только и строящую козни против моих будущих жён.

А вот королева Ранди излучала невероятное любопытство. И было от чего. Наличие молодых красавиц из Империи в этом зале могло стать мощным рычагом для того, чтобы женить своего старшего сына. Интересно, почему наследник до сих пор не обзавёлся супругой? Кстати, где Олаф-то? Опять Астрид за всех отдуваться?

— Ваше Величество, мой король, — принцесса, алея щёчками, вскинула подбородок и решительно шагнула вперёд, увлекая и меня, и Лиду, за собой. — Позволь представить моих друзей. Великая княжна Лидия Мстиславская! Княжич Андрей Мамонов, наш спаситель и жених Лидии Юрьевны…

Опаньки! А что это сейчас было? Я ничего не понимаю, но сохраняю покер-фейс, как и Харальд. Надеюсь, Лида ничего не отчебучит от неожиданности. Молодец, молчит с гордым видом. Не понимаю, зачем Астрид озвучила наш статус, но ведь не зря? Надеюсь, всё согласовано на высшем уровне, иначе уже завтра вся Европа загудит от такой новости. Или опять какие-то игры на высшем уровне?

— Отдельно представляю вам княжну Арину Голицыну и боярышню Нину Захарьину — самых близких… друзей Лиды и Андрея, — уже по-домашнему проговорила Астрид, причём, по-русски. Ну да, обе королевы неплохо знают наш язык. Успел же с ними пообщаться. Где-то я слышал или читал, что во времена Новгородской республики, ещё до прихода Мстиславских к власти, на территории нынешней Скандии свободно говорили по-русски. Возможно, традиция учить язык потенциального врага или союзника у наших соседей осталась.

Астрид, познакомив «моих» девушек со своими родными, не стала перечислять имена всех свитских, но указала их статус в делегации.

— Добро пожаловать в Скандию, молодые люди, — прогудел Харальд, превратившись из могучего хримтурса[3] в обыкновенного человека. Он даже шагнул вперёд, одобрительно поглядев на медаль, которую я не забыл нацепить на пиджак. Протянул руку, в которую я с опаской вложил свою ладонь, на всякий случай укрепив её с помощью энергии ядра. А то ведь пальцы раздавит шутя, а потом скажет, что ему такого хилого зятя не нужно! Ха-ха, не получилось!

Харальд отпустил мою руку, усмехнулся и переключился на девушек. «Хримтурс» умел быть изящным! Он осторожно обхватил пальчики Лиды, поднёс к губам и обозначил поцелуй. Таким же образом поприветствовал Арину и Нину. Это был знак. Свирепый спокойно мог обойтись вежливыми фразами, что все присутствующие восприняли бы правильно. Однако Харальд закрепил статус моих девушек на высоком уровне. У меня снова в голове закрутились шестерёнки мыслей. А не согласовано ли всё это на высшем уровне? Неужели Мстиславские намеренно подталкивают меня ускорить процесс признания девушек моими невестами? Дескать, уже вся Европа знает о твоих планах, а ты не мычишь, не телишься.

Пока Свирепый знакомился (как по мне, он с удовольствием любезничал) с русскими барышнями, я заметил, как морщится Матвеев от такого явного нарушения всех протоколов. А может, злился, что его, как и Яшу Брюса, не замечают. В душе я похвалил Харальда за такое показательное равнодушие к тем, кого здесь не должно быть. Я хотел приехать в Стокгольм только с Лидой, Ариной и Ниной, а возможно и с Вероникой, но пришлось брать с собой большое количество людей, здесь совершенно не нужных. Так что позлорадствую потихоньку.

Всё это время нас усиленно фотографировали и снимали на камеры. Процедура немного затянулась, но рано или поздно должна была закончиться. Нас ещё представили каким-то серьёзным людям, начиная от министров и заканчивая знатными аристократами, среди которых мелькнула фамилия Фолькунгов, из чьего Рода был Эрик-Берсерк. А так-то я и не старался всех запомнить. Вот Лида — та словно в свою стихию попала. Раскрасневшаяся, улыбающаяся, вежливая со всеми… Дипломатия даже на таком уровне требует выдержки для долгих и утомительных разговоров.

Но всё когда-то кончается, и зычный голос управителя, уловившего какой-то знак короля, возвестил о начале банкета. Все стали рассаживаться за столами по подсказкам стюардов в серебристых костюмах. Вероятно, у них был план рассадки гостей, согласно титулам, должностям, статусам и прочим привилегиям. Нашим девушкам и парням досталась левая половина стола, причём, сразу рядом с королевской семьёй.

Я с Лидой, Ариной и Ниной удостоились чести сидеть по правую руку от королевы Ранди, точнее, сразу после Астрид. Пусть Снежная Кошка и была главным действующим лицом, но в какой-то момент Харальд взял на себя управление празднеством и произнёс неплохую речь, в которой много лестных слов досталось его дочери, организовавшей приезд «своих русских друзей, благодаря собственной настойчивости и умению удерживать в руках нити управления столь неординарным событием». Астрид польщённо улыбалась, но чувствовалось, что она нервничает, то и дело покручивая в руках бокал с вином.

Харальд снова действовал не по протоколу, что никого из местных гостей не удивило, за исключением господина Матвеева. Даже посол Зюзин излучал невероятное спокойствие, когда король посвятил первую часть приветственной речи мне, а не Великой княжне Мстиславской. Я особо не хотел выслушивать похвальбу в свой адрес про героический поступок на «Северной Звезде». Надеюсь, не придётся выступать с ответным словом. Когда король переключился на Лидию, я вздохнул свободнее, чуть ли не в унисон с Астрид. Поглядев друг на друга, улыбнулись. Ох, подозреваю, этот момент «схватили» жаждущие «горячих» кадров фоторепортёры!

Король закончил свою речь, недвусмысленно напомнив о своём желании быть лучшим другом русского императора во всех сферах сотрудничества, а также «невзначай» обронив, что «хотелось бы иногда встречаться по-родственному». Караул! Меня «вязали» по всем правилам облавной охоты! Ну, точно, коварный император и хитрый король сговорились. Отыскал взглядом господина Зюзина. Тот сидел с довольным видом рядом с какими-то важными мужчинами (вероятно, тоже послы) и внимательно слушал Харальда.

— А ты разве уже предложил Астрид руку и сердце? — послышался в правом ухе шёпот Лиды. — С чего это вдруг такие разговоры?

— Сам не знаю, — чуть повернув голову, прошептал я в ответ. — Мне показалось, ты в курсе происходящего.

— Думаешь, со мной делятся государственными секретами? — фыркнула девушка. — Подозреваю, тебе отрезают пути к отступлению.

— Я тоже об этом подумал, — киваю и тут же поднимаюсь вместе со всеми, держа бокал в руке. Харальд закончил тост, надо выпить.

Вся банкетная часть была тщательно срежиссирована, чувствовалась опытная рука, и совсем не принцессы Астрид. Присутствующие выслушали приветственную речь Великой княжны Лидии, мою, посла Зюзина с нашей стороны и каких-то важных людей со стороны короля. И только потом хитрец Харальд предложил оставить молодёжь веселиться и танцевать, а сам вместе с королевами и остальными гостями удалился. Я заметил, что посол Зюзин и Яша Брюс тоже куда-то пропали, а вот навязчивый господин Матвеев остался «контролировать» нашу делегацию.

Стало как-то легче, словно с плеч упала невидимая тяжесть обязательств, строго подчинения каждому действию королевской руки. Меня всё время не покидало ощущение игры со стороны Харальда. Или я настолько привык к этим «шахматам», что вижу в каждом слове или движении какую-то подоплёку? Неужели становлюсь унылым и прагматичным взрослым?

— А ты нам покажешь Звёздный Зал, Астрид? — с надеждой спросила Арина, когда мы вышли из-за стола, чтобы переместиться в танцевальный зал, откуда уже неслись бодрые ритмы.

— Обязательно! — принцесса посмотрела на свои часики. — Только чуть позже, после танцев и фуршета.

— Ещё и фуршет будет? — удивился высокорослый парень в сером костюме в тонкую полоску. Княжич Иван Буремский из свиты Мстиславской держал под руку Катю Мещерскую. Он случайно услышал Астрид и остановился в удивлении.

— Два-три часа танцев — и аппетит снова появится, вот увидите, — улыбнулась девушка и жестом пригласила нас на танцпол, где уже веселилась часть наших ребят и молодых аристократов столицы под живую музыку какой-то разбитной группы из двух симпатичных девушек — яркой блондинки и жгучей шатенки в компании двух длинноволосых парней. Пели они чудесно, надо признать. Самому захотелось потанцевать.

Стюарды ловко лавировали между танцующими, разнося на подносах разнообразные прохладительные напитки и фужеры с игристым, которых было гораздо меньше. Видимо, король дал указание несколько ограничить молодёжь в употреблении шампанского. Но нам и без алкоголя было весело. Астрид с девушками, что с нашими, что с местными, уже перезнакомившимися друг с другом, зажигали вовсю, не обращая внимание на время. Парней тем более невозможно было вытащить из этого цветника. Я взял с подноса стакан с лимонадом, в котором плавали кусочки льда, перешёл обратно в Зал Асов. Мне хотелось повнимательнее рассмотреть композиционную составляющую помещения. Кто бы мне вначале дал головой вертеть по сторонам?

А здесь было на что посмотреть. Ещё бы спросить у кого значение каждой композиции. Но не у слуг же, готовящих стол для фуршета!

— Нравится? — услышал я за спиной голос Олафа.

— Бесподобно, — признался я, обернувшись. — Расскажешь? Ну вот, к примеру, что это?

Я ткнул во фрагмент стены, которая не была закрыта панелями, а нарочито оставленной грубой, без отделки. На крупных боках дикого камня виднелись нацарапанные острым предметом руны, назначение которых мне было совершенно не известно. Барельеф снизу подсвечивался вмонтированными в пол круглыми светильниками.

— «Стена Первых Клятв», — Олаф встал рядом со мной и отпил из бокала шампанское. Где, интересно, взял? Или ему в особом порядке подносят? — На ней выгравированы руны самых первых законов и клятв конунгов.

— А это что? — я кивнул на сужающиеся кверху колонны из чёрного базальта. Они словно пики устремлялись к потолку и как будто пронзали его. На каждой из них тоже была гравировка, но отличающаяся от рун. То ли цифры, то ли какой-то текст.

— Это хроника одного из великих походов наших предков к Винланду, — пояснил кронпринц. — Здесь не только отрывок из летописи, но и ключевые слова, цифры, схемы передвижения кораблей.

«Винланд — нынешние САСШ, точнее их восточное побережье», вспомнил я. «Ну да, в исторических хрониках Скандии особо отмечаются эти грандиозные походы». Чем больше я узнаю северян, тем больше поражаюсь их глубочайшей связи с предками, их деяниями, будь они героическими или неприглядными. Они хранят свою историю бережно и даже слегка агрессивно, по моему мнению. «Отбитые на голову викинги» — так могут сказать те, кто не соприкасался вот с такими артефактами.

— «Архив Ветров», — кивнул Олаф на дальнюю стену, где расположилась странная инсталляция в виде сотен узких вертикальных трубок из прозрачного стекла. Внутри каждой из них под воздействием невидимой аэрации кружилась какая-то взвесь. — Это частицы пепла, земли и железной стружки с легендарных мест сражений и первых поселений.

— Необычно, — признался я, вглядываясь в круговерть серых, чёрных и серебристых частичек. Вполне возможно, что археологи насобирали нужного материала с нужных мест и привезли сюда, когда планировалось создать эту инсталляцию. — Умеете вы подать историю столь оригинальным способом.

— Нет, Андрей, мы никому ничего не собираемся подавать, — Олаф медленно отпил из бокала. — Это наша история, для наших потомков. Когда отец воссел на троне, он чуть ли не каждый день приводил нас в Зал Асов и рассказывал о величии предков, завещавших земли Севера нам, ныне живущим. Европа может сколько угодно морщиться от нашей манеры вести политику согласно стратегии, принятой первыми конунгами. Дико, грубо, необузданно, требуя какого-то особого исполнения договоров. Зато у нас сейчас самые передовые технологии, интегрированные в магическое искусство. Кибернетика в сплаве с магией — тоже наша фишка.

— А как же король Матиас? — решил я спровоцировать Олафа. — Ведь это в его правление появились столь чудесные артефакты и инсталляции. Опять же, Звёздный Зал…

— Знаешь ли ты, Андрей, почему наш отец решился на публичную казнь Матиаса? — кронпринцу было неприятно вспоминать факт этого события, но он всё же не стал уходить от темы.

Я попытался вспомнить рассказ Лутошина, когда ехал на «Скандинавском экспрессе» из Новгорода в Москву вместе с отцом Светы Булгаковой.

— Говорили, что Харальд захотел сесть на трон, считая себя более достойным власти. По древним законам бросил вызов и срубил голову старику.

Олаф фыркнул, покачался с мысков на пятки и обратно.

— Вот так просто заявился на тинг, бросил вызов Матиасу по древнему обычаю, и убил его? Неужели в эту чушь верят?

— Ну… я охотно выслушаю другую версию, — обернувшись, я убедился, что рядом с нами никого нет. Официанты заканчивали накрывать фуршетный стол, из соседнего зала доносилась очередная залихватская песня. — Пусть она и не согласуется с версиями «цивилизованных» стран.

— Матиас вёл переговоры с британцами на разработку концессий, — глухо проговорил Олаф. — В большей мере — лесных. Карелия, Суоми богаты лесами. Представляешь, какая прибыль ожидалась? А мы точно знаем, что островитян нельзя пускать к природным богатствам. Пусть у себя рубят, сколько душе угодно. Хоть всю Британию в пустыню превратят, жалеть не будем. Оппозиция во главе с кланом Инглингов долгое время ставили заслон подобным инициативам от Матиаса, готового целоваться с англосаксами за возможность «приобщиться к цивилизационным ценностям», — отвращение на лице кронпринца было самым неподдельным. — Тем не менее, ему удалось провести несколько законов, упрощающих процедуру регистрации иностранных компаний. Сюда и французы с чего-то нос решили сунуть, ну и датский король Магнус стал суетиться. Кроме леса у нас много полезных ископаемых, что тоже привлекало богатых промышленников из Европы. Отец понял: надо торопиться. Закон в риксдаге[4] уже прошёл третье чтение и должен был быть подписан со дня на день. А идею парламентаризма Харальд Свирепый всегда отрицал, подозревая многих депутатов в лоббировании нужных Матиасу законов. При поддержке многих аристократических семей он организовал тинг… ну а дальше началась другая история Скандии.

— А желание датского короля женить своего сына на Астрид — из этой же оперы? — догадался я.

— Верно, — кивнул Олаф. — Когда отец пришёл к власти, Магнус едва ли не сразу начал продвигать идею свадьбы. И ведь как-то умудрился уговорить короля Харальда. Пойми, Андрей, это политика. Чтобы получить свою выгоду, нужно уметь отдавать что-то ценное. Отец с большим нежеланием согласился отдать Астрид за Фредерика. Он её очень любит. Единственная дочка, красавица… скажи, ведь так?

— Да, — не стал отрицать я очевидное. — И очень удачно подвернулся захват «Северной Звезды».

— Как сказать, — снова покачался Олаф, после чего продолжил неторопливо двигаться вдоль стен, на которых были высечены барельефы видных деятелей Скандии прошлого, от воинов до политиков современности. В этом тоже был какой-то смысл. Не портреты, а увековечивание в камне. Хотя и камень не вечен. — Сложись всё иначе, не познакомился бы ты никогда с Астрид. Отец несколько раз предлагал Магнусу вычистить Балтику от пиратов, но тот по разным причинам отказывался вступать в военный союз. Думаю, всё банально просто. Нет у датчан опытных спецподразделений для подобных акций. Жертв было бы много. Да и база «Корсаров» почти под боком Дании. Они уже продемонстрировали, что будет, если Магнус вздумает присоединиться к Харальду. Два года назад в Копенгагене произошло несколько терактов. Рынок, торговый центр, машина одного из высокопоставленных военных вместе с хозяином, офис крупной грузовой компании… Я понимаю Магнуса, и нисколько его не осуждаю. Быть сильным — не только привилегия, но и огромная ответственность.

— В общем, король Харальд воспользовался ситуацией и расторг помолвку, — кивнул я, вышагивая рядом с кронпринцем.

— Да, Андрей. Но, чтобы ты не обольщался, скажу так: не появись ты на горизонте, отец нашёл бы Астрид жениха в другом месте…

— То есть ты знаешь, из-за чего возник вариант со мной? — я остановился и пристально взглянул на принца-наследника. Не скажу, что мне было безразлично. Подобная позиция короля неприятно царапнула по самолюбию. А с другой стороны, Олаф ведь не зря напомнил про политику. Она, тварь такая, на чувства и желания не обращает внимание. Есть только выгода.

— Я — знаю, — глядя мне в глаза, честно ответил принц, тоже остановившись. — Но больше никто из братьев даже не предполагает, какую Силу ты имеешь. Они думают, что Астрид в тебя влюбилась на яхте, когда ты спас её. Считают сестрёнку романтической натурой…

Олаф наклонился ко мне и тихо проговорил:

— Если у тебя с Астрид всё удачно сложится, то ты должен чётко понимать, какую жену приведёшь в свой дом. У моей сестрёнки очень сильная воля, холодный аналитический ум и готовность принимать неожиданные, а порой жёсткие решения. Даже Вигбьёрд гораздо мягче Снежной Кошки… Ох, проболтался…

— Да я уже знаю её прозвище, — по-приятельски хлопаю Олафа по плечу. — Она сама попросила меня называть её так.

— Значит, своё решение она уже приняла, — пробормотал принц.

— Ты о чём?

— Нет-нет, я и так сказал тебе больше, чем должен был, — хмыкнул тот и оживился, когда заметил, что в банкетный зал буквально влетели Астрид с Ариной и Лидой, а за ними потянулась остальная молодёжь. Все бросились к столу, а принцесса с моими девушками, захватив по пути бокалы с коктейлями, решили присоединиться к нам.

— Андрей, ты не любишь танцевать? — с лёгким укором спросила Астрид. — Или тебе не понравилась музыка?

— Наоборот, очень люблю, особенно медленные, — улыбнулся я. — А что это за группа? Музыка классная, не слышал такую.

— Это же '«ValkEcho»! — воскликнула принцесса. — Неужели не слышали?

— Я слышала пару песен, — призналась Лида. — Недавно в Сетях ролики крутили.

— Да, эта группа образовалась совсем недавно, и ещё мало известна в Европе, но у нас она стала невероятно популярной, — Астрид потянула через трубочку коктейль и продолжила: — Называется «Эхо Валькирий». Правда, быстренько сократили до «ВалькЭхо», или просто «ВИ». Поют на английском, чтобы «засветиться» в мировых чартах. Их звучание не просто «поп», а настоящая «Northern Wave» — «Северная Волна», смесь мелодичного «попа», электронных синтов восьмидесятых годов прошлого века, эпичных фолк-мотивов и современных битов. В аранжировках они частенько используют семплы звуков драккаров, плывущих сквозь штормовые волны, льда и ветра. И даже пропущенные через аппаратуру звуки рунных вязей.

Астрид раскраснелась, протараторив всё это с милым акцентом. Арина уважительно изобразила аплодисменты, внимательно выслушав отличную рекламу неизвестной миру группы.

— Андрей, я уверен, тебе с сестрёнкой скучно не будет! — рассмеялся Олаф, не обращая внимания на то, как румянец покрыл щёчки принцессы. А вот Лида поглядела ревниво.

— А что за звуки рунных вязей? — поинтересовался я.

— Это очень интересно! — воодушевилась Астрид, не оглядываясь на собирающуюся вокруг нас толпу молодёжи. — Когда группа создавалась, искали гитариста-виртуоза. Перебрали большое количество исполнителей, но всё было не то. Пришёл Стен и показал мастер-класс. Оказывается, он владеет малым рунным мастерством, и сам изготавливает струны, зачаровывая их. Оттого и звучание волшебное получается, особенно если через компьютер ноты пропускать.

— Ой! — Арина вдруг прижала ладошку к губам и с паникой в глазах поглядела на меня.

Я её прекрасно понял. Находясь на танцполе, Арина могла погасить своей антимагией фоновые магические импульсы струн. А ведь там ещё и Нина лихо отплясывала. Надеюсь, девчата держали свои Дары в пассивном состоянии. Судя по восторгу молодёжи, ничего страшного не произошло.

— Что такое? — удивилась Астрид, глядя на княжну Голицыну.

— А насколько силён магический эффект струн? — спросила та.

Принцесса перевела взгляд на меня, и в её чудесных глазах появилось понимание.

— Я могу спросить у Стена, каковы характеристики артефактов, — задумчиво проговорила она. — У них сейчас перерыв. Думаю, к фуршету ребята выйдут, а то рискуют остаться голодными.

Все рассмеялись и поспешили к столу. О, и шампанское опять появилось в нужном количестве! Это правильно. Градус веселья нужно поддерживать. Бокал-два никому не помешают.

— Андрей, — зашептала Арина, улучив момент в круговерти перемещений. — Отвлеки внимание Астрид, чтобы она не догадалась о появлении ещё двух антимагов!

— Прекрасных и обольстительных, — добавил я и легонько прикоснулся губами к щеке княжны. — Хорошо, сейчас поговорю с этим Стеном, и выясню, помешает ли ему играть мой Дар.

— Третий медленный танец — мой, — тут же последовал ответ.

— Почему именно третий? — «удивляюсь» я, безусловно зная ответ.

— На первый ты пригласишь Астрид, чтобы показать свою благодарность за приглашение, ну и потому, что она хозяйка, как-никак. Вторая — Лида. Она по статусу выше меня.

— И ты так спокойно встаёшь в очередь?

— Я никуда не спешу, — улыбнулась Арина. — Моя модель поведения — медленный и расчётливый шаг. Не забывай, ради чего ты здесь. Я должна помогать тебе, а не мешать.

— У тебя появилась соперница, — предупредил я, прикоснувшись пальцем к виску. — Олаф её достоинства так расписывал…

— Посмотрим, — улыбнулась Арина. — Пока только вижу старательную и волнующуюся девочку.

Тут я заметил четвёрку музыкантов, решившую подкрепиться, и предложил княжне подойти и познакомиться.

— Нет, без меня, — отказалась Голицына. — Лучше ты сейчас всё тщательно проверишь, чтобы конфуза не получилось.

— Ладно, тогда пообщайся с местной аристократией, — я чуть подольше подержал тёплые пальцы Арины в своей руке и направился к кучке молодёжи во главе с Астрид и Лидой, оживлённо разговаривающих с музыкантами.

Судя по лёгкому смущению, проскальзывающему на их лицах, к такому вниманию они не были готовы. Но держались достойно. Парням было лет под двадцать пять, девушкам — чуть меньше, и всё равно это уже не юнцы, а люди с опытом. Уж я-то научился отличать профессионалов от новичков. Возможно, ребята раньше пели и играли по раздельности, а потом соединились, вот и получилось удачно.

— А вот и Андрей! — воскликнула Астрид, увидев моё приближение. — Он очень хочет с вами познакомиться.

— Мне понравилась ваша музыка, — я приветливо улыбнулся.

Принцесса быстро перевела. Жаль, музыканты не разговаривают по-русски. Но когда это мешает любознательности найти общий язык, особенно если рядом стоит очаровательный переводчик с голубыми глазами?

Длинноволосый, с густыми усами и аккуратной бородкой Стен не только умеет зачаровывать струны. Он ещё и вокалист, играет на соло-гитаре, создаёт звуковые эффекты. Как сам сказал в шутку парень, «ещё и виртуоз, экспериментатор, добавляющий в звучание современные и даже слегка магические элементы».

Маттиас ростом не уступал Стену, такой же высокий, широкоплечий, русоволосый, с гладковыбритым широкоскулым лицом. Тоже вокалист (оказывается, они все четверо поют, поэтому могут варьировать голоса). Астрид его представила как харизматичного лидера, «стального стержня» группы, отчего Маттиас даже покраснел. Нечасто, наверное, его хвалят представители королевской семьи.

Девушки с некоторым кокетством, успевая постреливать глазками, представились как Анника и Лив. Высокая, статная блондинка Анника — истинная дочь Севера с холодной, чистой красотой, помимо вокала играет на клавишных. Лив, та самая жгучая шатенка, оказалась обладательницей голоса с чувственной хрипотцой, чем-то схожего с голосом нашей Анжелики.

В общем, ребята оказались невероятно дружелюбными и весёлыми. Было хорошо заметно, что они нашли друг друга в профессиональном плане, да и между собой общались с теплотой и душевностью. А тут ещё и Арина подошла, увидев мой сигнал. Астрид её тоже представила. Парни учтиво склонили головы, а девушки сразу же оценили статность, красоту и наряд моей княжны, как и Голицына — их. Все остались довольны друг другом.

— Мы хотим покорить Европу, — без обиняков заявил Стен, грея в руках бокал с шампанским. — Но у нас нет продюсера, который мог бы рискнуть и вложиться в наш проект. Да и с финансами пока больше вопросов, чем ясности. На внутреннем рынке у нас сейчас успех, но есть опасения, что все деньги могут уйти в пустоту.

— То есть вы делаете ставку на зарубежную публику? — поинтересовалась Арина, уже некоторое время легонько тыкая меня пальцем в поясницу. Она стояла чуть позади меня и внимательно слушала Астрид, старательно переводившую речь Стена.

— Да. Мы создали стратегию, по которой хотим двигаться в профессиональном развитии, — парень с интересом поглядел на княжну, словно почуял, что в лице красивой девушки забрезжил шанс.

— И что за стратегия, если не секрет? — Арина воткнула в меня свой пальчик. Да что же ей надо?

— Сначала мы работаем на известность, потом известность работает на нас.

— Этой стратегии уже не одна сотня лет, — улыбнулась моя княжна.

— Согласен. Но дело в том, что у нас очень обширные и долгосрочные планы. Хорошая музыка, реклама, гастроли, альбомы и очень чётко прописанные условия в контракте, особенно в плане авторских прав, — Стен переглянулся с Лив, и та едва заметно кивнула. — Понимаете, дело не в том, что мы сейчас хотим известности и денег, на которые можно купить большой дом, красивую машину и много чего ещё. Это будет, я уверен. Мы не хотим в старости остаться нищими, вот что главное. Есть много примеров перед глазами, когда популярные артисты и певцы вдруг становились никому не нужными, не могли найти себе применение и заканчивали жизнь на помойке. Наши песни должны приносить деньги даже тогда, когда мы перестанем петь.

На некоторое время наступило молчание. Я заметил, что Астрид смотрит в пол, словно ей стало стыдно от того, что сказал Стен. Просто ещё не очерствела душой девочка, вот и не понимает, как могут при такой роскоши, что она нам продемонстрировала, жить в нищете довольно известные в Скандии личности. Парень и сам понял, что ляпнул лишнего и стал нервно топтаться на месте. Но Арина тут же вцепилась в него, перестав мучить меня точечными уколами, смысл которых я понял только после её вопроса:

— Стен, а вы бы согласились на раскрутку своих песен в России? Я могу предоставить вам условия для записи, распространения альбома и сопутствующих товаров в виде плакатов, футболок, открыток и даже игрушек по Империи.

— Очень неожиданное предложение, госпожа Арина, — пробормотал Стен и вцепился в свою бородку, как будто она могла ему помочь в выборе правильного шага. — А вы не боитесь, что проект не взлетит?

— Риск есть, согласна, — спокойно ответила Голицына. — Но ведь мы же не сразу вывалим на голову любителей музыки все ваши шедевры. Начнём постепенно приучать к новым голосам. Я владею радиостанцией, и могу начать прокрутку. Ну, хотя бы пока две композиции. К примеру…

И она тихонько пропела:

— My love is like the northern steel, so cold and sharp and true,

And you’re the siren song I feel, pulling me, pulling me through.

«Моя любовь как северная сталь, так холодна, остра и правдива, а ты — песня сирены, что я чувствую, тянущая меня, ведущая сквозь всё», мысленно перевёл я, как сумел.

— Это «Сталь и Сирена», — улыбнулась Астрид, придя в себя. Она с благодарностью посмотрела на Арину, которая сгладила неловкий момент в общении со Стеном.

Ох, лишь бы кто-нибудь из сгрудившихся вокруг нас молодых людей не донёс королю слова музыканта! Обструкция будет обеспечена на самом высоком уровне! Хотя, группа не государственная, деньги им из бюджета не платят, да и король никаким боком к ним не относится. Поэтому «ВИ» могут говорить честно о проблемах, тем более, многие музыканты и в самом деле ведут полунищенскую жизнь. Но… всегда найдутся доброхоты, которые исказят высказывания Стена, чтобы подгадить талантливым ребятам.

— Очень динамичная, с драйвовым гитарным риффом и диалогом вокалов Анники и Маттиаса, — с видом знатока добавила Арина, сразу подняв статус профессионального музыкального критика у поющих ребят. — Мне показалось, она об опасном, но неотвратимом влечении. Кстати, Андрей, тебе надо её послушать! Астрид, а что это за песня? «Hush now, my warrior, lay down your sword and shield»?

«Тише, мой воин, опусти свой меч и щит», опять мысленно перевёл я.

— Называется «Колыбельная берсерка», — подсказала принцесса и добавила со значением: — И медленный танец под неё очень хорошо заходит.

— Да, мне понравилось, — подтвердила княжна Голицына. — Очень необычная песня. Начинается как нежная баллада, но на припеве взрывается мощным гитарным звуком и хором.

Я с удивлением и уважением поглядел на Арину. Оказывается, моя девушка ещё и в музыке хорошо разбирается! Теперь понятно, почему она так цепко держит в руках радиостанцию.

— Так что скажете, Стен?

— Мы согласны! — выступила вперёд Лив и вцепилась в руку парня. — Почему бы и не рискнуть на взлёте?

— Да, это будет интересный опыт, — Маттиас оказался решительнее друга. — Когда мы сможем поговорить более предметно?

— К сожалению, наше нахождение в Стокгольме зависит от официальной программы, — Арина поглядела на Астрид.

— Завтра и послезавтра точно не получится, — подтвердила кронпринцесса. — Стен, у вас же есть визитка? Дайте княжне, она сама с вами свяжется, как только появится свободное время.

— Пожалуйста, вот, — Стен вытащил из кармашка сценической рубашки визитку, словно знал, что она пригодится сегодня. Или рассчитывал познакомиться с каким-нибудь аристократом-меценатом?

Арина поблагодарила и забрала у него картонку с номером телефона. Подумав, отдала мне. Правильно, не в руках же держать весь вечер! А я могу положить визитку в карман, что сразу и сделал.

— Давайте танцевать! — крикнул кто-то, не выдержав затягивающегося перерыва. — Просим, «ВИ», просим!

— Стен, зарядите «Сердце-голограмму»! — голос Олафа оказался куда громче остальных. Разве кронпринцу откажешь? Все захлопали, подбадривая музыкантов, которые тут же заторопились к своим инструментам.

Я отыскал взглядом Олафа, и тот, хитрец, подмигнул мне, сделав жест руками, как будто обнял талию невидимой девушки.

— Принцесса, приглашаю на первый наш танец, — я протянул руку, в которую Астрид вложила свою маленькую, но крепкую ладошку.

Ребята из «Эха Валькирии» предусмотрительно не начинали петь, пока мы с Астрид не оказались в центре танцпола. И тут же зазвучала меланхоличная, с красивой электронной аранжировкой музыка. Негромко запела Лив, своим голосом невероятно напоминая Анжелику, а ей вторил Стен. Они как будто вели диалог, в котором сожалели о недостижимом, или уже прошедшем счастье.

Вокруг нас уже танцевали пары. Причём, многие местные парни «разобрали» наших девчат. Олаф кружился с Лидой, Вигбьёрд — с Ариной. Принцесса заметила моё замешательство и с улыбкой положила свои руки на мои плечи.

— Можешь взять меня за талию, — скорее догадался, чем услышал я.

Я нежно обхватил изящный стан кронпринцессы и ощутил гибкое, жаркое тело под тонкой тканью. Не сговариваясь, мы начали двигаться по кругу, держась на полшага друг от друга.

— Какие интересные у тебя подруги, — негромко проговорила Астрид, благо песня позволяла. — Особенно Арина. Очень умная, коммуникабельная и хваткая. Она сразу увидела потенциал «ВИ». Думаю, в России ребят ожидает большой успех. Музыка и песни у них действительно зажигательные. А вот Нина… Она ведь не из знатного рода?

— Род старинный, но потерявший влияние, когда Мстиславские сели на русский престол, — я смотрел в глаза Астрид, ставшие бездонно чёрными в полутьме танцпола, разбавляемой вспышками цветомузыки.

— Что тебя с ней связывает? Любовь? Какой-то договор или некая тайна?

— Всё вместе, — честно ответил я.

— Немного странно, конечно, что ты хочешь ввести её в свою семью, — закусив губу, Астрид плавно двигалась, подчиняясь моим рукам. Танец вёл я, поэтому старался не топтаться на месте. — Учитывая, какие статусные невесты у тебя… Но это твой выбор. Девушка она приятная, мне понравилась. Только показалось, что Нина очень боится потерять тебя, особенно после того, как я с ней познакомилась. Вдруг откажешься…

— Это уже невозможно.

— Хм, интересно, — кажется, Астрид подумала совсем не о том, какой смысл я вложил в эту фразу. На мгновение задумалась. — Андрей, я хочу ещё раз поблагодарить тебя за спасение нашей семьи на «Северной Звезде». Мне потом специалисты рассказали, на какой взрывчатке мы сидели. Я представила, что ты пережил, пока разминировал её…

— Я больше за вас боялся, но за тебя — особенно…

— И в чём же отличие? — Астрид неуловимо приблизилась ко мне; чернота её глаз сменилась на индиго со вспыхивающими звёздочками цветомузыки.

— Потому что ты мне сразу понравилась, — в горле у меня пересохло, и я продолжил невпопад: — Я тебе подарок хотел подарить, но формат встречи совершенно другой…

Палец принцессы прижался к моим губам, а через мгновение мою щеку ожёг лёгкий, как весенний ветерок, поцелуй. Последние аккорды взлетели под высокий потолок, рассыпались звонкими нотами и затихли где-то в закоулках зала. «И ничего не случилось, мой анти-Дар не блокировал руны Стена», подумал я, больше переживая за Арину и Нину.

— Потом подаришь, — прошептала Астрид. — У нас ещё вся неделя впереди.

— А где мой друг-соперник⁈ — раздался весёлый и чуточку хмельной рёв. — Дайте его сюда, хочу обнять!

— Берсерк примчался! — хихикнула принцесса. — Интересно, где он всё время скрывался? Я же приглашала его на церемонию встречи!

Примечания:

[1] Сказал А, должен сказать Б — шведская пословица, русский аналог 'Назвался груздем — полезай в кузов.

[2] Дротскона — на шведском может обозначать как «королева», так и «княгиня».

[3] Хримтурсы — в германо-скандинавской мифологии предвечные великаны, жившие ещё до асов.

[4] Риксдаг — Скандийский (шведский) парламент