Владимир, Сын Волка 4

Глава восьмая. Право на труд

*СССР, РСФСР, город Москва, ТТЦ «Останкино», студия передачи »Человек. Земля. Вселенная«, 17 января 1992 года*

— А что именно вы хотите услышать? — поинтересовался Владимир, поудобнее устроившись в кресле.

— Владимир Вольфович, телезрители, наверняка, хотят услышать ответ на старый, но весьма актуальный вопрос, — улыбнулся Виталий Иванович Севастьянов, ведущий передачи. — Зачем нам нужен космос?

— Наверное, некоторым телезрителям сперва надо что-то почитать по заданной тематике, обдумать прочитанное, сделать на основе обдуманного какие-то выводы, а уже потом задавать такие вопросы? — задал Жириновский встречный вопрос. — Может, с этими выводами, и вопроса никакого не будет?

— Всё-таки, хотелось бы услышать развёрнутый ответ… — качнул головой Севастьянов.

— Что ж, ладно, — поправил Жириновский галстук. — Вам-то, Виталий Иванович, всё это известно, но объясню для уважаемых телезрителей. Итак, космос, а вернее, наша отечественная космическая программа, нужна нам по трём причинам.

— И какие же это причины? — поинтересовался ведущий.

— Первая — научная, — загнул Владимир палец. — Всех же сейчас беспокоит программа «Энергия-Буран», я правильно понимаю? Так вот вам ответ — у нас такие научные проекты на неё завязаны, что все просто с ума сойдут, если узнают! Но не узнают, пока что! Но я уверяю вас, что это будет революция! Кто-то болтает на весь Союз, что у «Энергии-Бурана» нет практических целей — запомните выражения их лиц! Запомните тщательно! Потом сравните с тем, какими они будут, когда реализуются замышленные нами программы!

Разного рода скептиков полно, не только в СССР, но и на Западе — они утверждают, что для ракеты-носителя с такой грузоподъёмностью просто нет задач на орбите, поэтому смысла в ней нет, а «Буран» и вовсе бесполезен, как и «Шаттл».

— Вторая цель — практическая, — продолжил Владимир, загнув второй палец. — Скоро будет первый пилотируемый запуск — не скажу когда точно, но скоро. Одной из целей полёта будет отработка ремонта спутника прямо на орбите, а также забор спутника, вышедшего из строя! Это продлит срок службы многих важных для нас спутников, а также даст нам очень много важной информации.

— Подобное уже делали американцы, в рамках программы «Спейс шаттл», — произнёс Севастьянов.

— Да, делали, — согласился Жириновский. — Но мы такое будем делать впервые. Запомните — на данном этапе, это делается не для того, чтобы утереть кому-то нос, а с научно-практическими целями.

— Я понимаю… — кивнул Виталий Иванович.

— И третья причина — военная, — загнул Владимир третий палец и замолк.

Возникла пауза.

— На основании этих трёх причин, я утверждаю, что «Энергия-Буран» нужна и будет доведена до конца, — разорвал эту паузу Жириновский.

— Хорошо, Владимир Вольфович, — улыбнулся Севастьянов. — Это исчерпывающий ответ.

— Но «Энергия-Буран» — это, знаете ли, далеко не всё, чем занимается наша космическая отрасль, — сказал Жириновский. — На орбите сейчас находятся все 24 спутника, необходимые для штатной работы системы ГЛОНАСС — если кому-то было надо почувствовать, как американцам утирают нос, то вот, пожалуйста! Спутниковая группировка системы NAVSTAR, в данный момент, насчитывает лишь восемнадцать спутников, чего недостаточно для полного покрытия планеты сигналом, а у нас на орбите все 24 спутника, что обеспечивают полное покрытие!

Срок «жизни» у «Ураганов» оставляет желать лучшего, но альтернативы только разрабатываются, а спутниковая навигация нужна уже сейчас.

Как показывают разведданные, американцы уже давно знают, что Жириновский форсировал работу по ГЛОНАСС, поэтому тоже ускоряются, чтобы нивелировать временное преимущество СССР — вероятно, скоро начнётся парад запусков…

— Американская GPS работает в режиме частичного покрытия, что снижает эффективность системы, — сказал Жириновский. — А у нас покрытие полное — в любом уголке планеты советский самолёт или корабль, оснащённый специальным модулем, получает свои точные координаты! Сбиться с курса теперь практически невозможно, если есть приёмник на борту и голова на плечах!

В первую очередь к ГЛОНАСС были подключены военные, а затем гражданские самолёты и корабли, но раньше всех подключились подводные лодки.

Маршал Язов и ряд членов Группы генеральных инспекторов выступали против оснащения гражданской авиации и торгового флота приёмниками ГЛОНАСС, но Жириновский настаивал — в конце концов, это повышает эффективность работы, поэтому должно быть внедрено.

Точность геолокации низкая: 10-30 метров по горизонтали и 20-50 метров по вертикали, но это только для военных, а для гражданских — 60-80 метров по горизонтали и 80-150 метров по вертикали.

Это частично губит идею Жириновского, на которой он хотел зарабатывать десятки тысяч рублей ежемесячно с патентных отчислений — концепцию корректируемых по ГЛОНАСС снарядов и бомб.

С корректируемыми бомбами ещё что-то возможно, так как для 500-килограммовой бомбы не очень важно, если она упадёт где-то в радиусе 30 метров от цели, а вот со снарядами игра, определённо, не стоит свеч. Но только пока что — до тех пор, пока не будет увеличена точность ГЛОНАСС.

Последнее собираются достичь с помощью добавления в группировку дополнительных спутников, что требует дополнительных запусков.

Михаил Фёдорович Решетнёв, возглавляющий красноярское НПО прикладной механики, обещает точность 5-10 метров, если добавить в группировку ещё 9 спутников.

Жириновский дал добро, потому что это вопрос стратегической важности, поэтому теперь подчинённые Решетнёва занимаются проработкой теоретической части и производством дополнительных спутников.

— В ближайшем будущем, мы начнём производство портативных версий ГЛОНАСС-приёмников! — продолжил Владимир. — Туристы и геологи смогут брать их с собой в походы, чтобы не теряться и не вынуждать наши многострадальные спасательно-поисковые службы искать их потом на вертолётах и с собаками…

Портативность, правда, весьма условна — готовящаяся к серии модель «ГЛОНАСС-ГП-20», то есть, гражданская и портативная, весит 18 килограмм, поэтому нужно отряжать отдельного человека, чтобы он носил на спине только её.

Сейчас на вооружение советских СпН поступает АСН-50, весящая «всего» 12 килограмм — это изделие из трудоёмких и дорогостоящих в изготовлении компонентов, поэтому гражданским лицам такое продаваться или выдаваться не будет. Разница в массе невелика, но вот в точности — очень существенна. Да и не нужна гражданским, пока что, такая точность.

— А почему в СМИ об этом говорят очень мало? — нахмурил брови ведущий.

— А я не знаю! — изобразив недоумение, развёл руками Жириновский. — Наверное, не интересно — мы всего-то опередили американцев в развёртывании глобальной навигационной системы на каких-то жалких пару-тройку лет! Подумаешь!

Севастьянов бросил взгляд на лист с предложенными к обсуждению темами.

— Тогда к следующему вопросу, Владимир Вольфович, — решил он сменить тему. — Недавно в «Правде» публиковали текстовую версию вашей знаменитой лекции, прочитанной в далёком 1986 году, в не менее далёком Афганистане.

— Да, была такая лекция в «Правде», — согласился Жириновский. — О робототехнике и снижении нормы прибыли.

— Прошло уже шесть лет, — произнёс ведущий. — Как, по-вашему, сбываются ваши прогнозы?

— Сбываются ударными темпами! — воскликнул Владимир. — Более того, я прилагаю все усилия, чтобы ускорить этот процесс — у нас в стране идёт интенсивная модернизация, которая включает в себя широкую автоматизацию труда! Скоро на Западе тщательно протрут глаза и увидят, что наша производительность стремительно растёт, при сокращении количества задействованных рабочих — тогда-то эти буржуи поймут, что наши товары производятся дешевле, быстрее и эффективнее! И Запад будет вынужден вкладывать средства в роботизацию, чтобы просто не отставать от нас!

Никого и ни к чему это, конечно же, не толкнёт, потому что есть КНР с парой сотен миллионов крайне дешёвых рабочих, готовых работать стахановскими темпами ради миски риса, (1), но Жириновский сейчас даёт пропаганду для внутренней аудитории.

Хотя он никогда не забывает, что любые «экономические чудеса», основанные на непомерно дешёвой рабочей силе, имеют свойство заканчиваться, поэтому, рано или поздно, но западным промышленникам придётся заниматься роботизацией, а у СССР, к тому моменту, будет богатый опыт на этом поле.

— Наверное, уже есть какие-нибудь результаты отечественной роботизации? — поинтересовался ведущий.

— Ещё какие результаты! — заверил его Жириновский. — Годовой план по внедрению гибких поточных систем выполнен в точности — на разные заводы поставлено ровно 200 систем. Они уже установлены и демонстрируют нам верность выбранного курса! Возьмём машиностроение, в котором ГПС установлены и отлажены на 65 заводах — производственный брак снизился с 7,9% до 2,5%! Чуть больше, чем в три раза, Виталий Иванович! Вы только вдумайтесь в это! На эти же заводы были поставлены новые станки с ЧПУ — там теперь все станки такие! Справедливости ради, надо сказать, что станки с ЧПУ внесли немалую лепту в снижение процента брака, но главным образом повлияли именно ГПС — это величайшее наше достижение, которое нужно лишь масштабировать!

А для этого нужны деньги и ресурсы, которые у Союза есть и которые Жириновский щедро сыплет в модернизацию.

— К нам в редакцию поступали сведения, что эта модернизация, помимо увеличения эффективности производства, также влечёт за собой негативные последствия, — произнёс Севастьянов. — Авторы писем сообщают, что опасаются массовой безработицы…

— Да не будет никакой массовой безработицы! — раздражённо воскликнул Жириновский. — Я почти на каждом своём выступлении говорю — рабочих рук остро не хватает! Какая ещё, к чертям, безработица?! Эти люди, которые такое пишут, в своём уме?! У нас дефицит рабочей силы — я давно говорю об этом! Те безработные, которых мы, внезапно для себя, обнаружили в конце прошлого года — они уже испарились с тихим «п-ф-ф-ф» — все они уже работают!

2,6 миллионов трудоспособных граждан, всё это время занимавшихся непонятно чем, ГКО уже обработала и распределила, а затем потребовала найти где-то ещё хотя бы 3-4 миллиона, желательно, вчера, а лучше позавчера.

И спрос на рабочие руки будет только усиливаться, потому что каждый год на пенсию уходят, в среднем, 3,5 миллиона человек, а им на замену выходят 2,5 миллиона человек. Ежегодный дефицит — 1 миллион человек. А есть ведь ещё фактор, что качество новоприбывших ниже, чем у ушедших, что дополнительно отягчает этот дефицит.

Жириновский всё так же часто ловит себя на мысли, что находится на войне, в которой неуклонно проигрывает — он теряет по миллиону в год, несмотря на то, что есть неплохой рост населения…

Поэтому-то автоматизация и роботизация — это единственный выход для СССР. Больше нет никаких вариантов и Владимир готов решительно сложить голову, но добиться полного исполнения комплекса программ «Модернизация-90».

— Обращаюсь к вам, обеспокоенные сограждане! — твёрдым взглядом посмотрел он в камеру. — Вашим рабочим местам не угрожает абсолютно ничего! Единственные, кто должен испытывать реальную угрозу — нечистоплотные руководители и их прихлебатели, обстряпывающие свои грязные делишки под ширмой повышенной автономии! У нас страна Советов! Статья 40-я Конституции СССР 1977-го года! Почитайте, для разнообразия и общего развития! Там всё написано!

Владимир пригрозил камере кулаком, а затем посмотрел на ведущего.

— У нас народ добрый, но наивный! — воскликнул он. — Слушают всяких «надёжных людей», переносящих всякие побасенки, как венерический букет! Я зачем избирался, по-вашему?! Чтобы лишить честных людей рабочих мест и потом… А зачем мне это делать?! Я требую логичного объяснения!

— От меня?! — удивился Севастьянов.

— А может и от вас! — ответил Жириновский. — Какое, на ваш взгляд, может быть объяснение этой, придуманной за меня, якобы моей цели?! Согласно этой якобы моей цели, я хочу лишить честных людей рабочих мест, чтобы… чтобы что?!

— Я так не считаю, Владимир Вольфович, — сразу же мотнул головой ведущий.

— Допустим, гипотетически, что вы так считаете! — раздражённо воскликнул Владимир. — Вот просто представим, что вы считаете — какое объяснение вы можете придумать?

— Ну… — задумался Севастьянов.

— Не спешите — время у нас есть, — посмотрев на часы, сказал Жириновский.

— Я не могу ничего придумать, Владимир Вольфович, — признался ведущий. — Это нелогично.

— Вот! — ткнул в его сторону пальцем Жириновский. — Вот!

Он взял со стола стакан с водой и сделал несколько глотков.

— Кхм, — кашлянул он. — Есть ещё какие-нибудь вопросы?

— Разумеется, Владимир Вольфович, — облегчённо улыбнулся ведущий. — Следующий вопрос, правда, несколько политический…

— Спрашивайте! — решительно ответил Жириновский, махнув рукой. — У нас, с недавних пор, политику обсуждать не просто можно, а нужно!

— Вопрос касается ослабления санкций КОКОМ, о котором не так давно сообщали «Правда» и «Известия», — собравшись с духом, произнёс Севастьянов. — Правда ли, что в обмен на ослабление санкций Советский Союз отказался размещать новые оперативно-тактические ракетные комплексы на территории Германии?

— Правда, — подтвердил Жириновский. — План размещения этих ОТРК был разработан ещё при Горбачёве, но и он не его автор — это задумал ещё сам Андропов! Я лишь начал проводить его в действие, на что сразу же отреагировали в НАТО — пришлось договариваться.

— А в чём был стратегический смысл размещения ОТРК в Германии? — поинтересовался ведущий.

— О-о-о, смысл был! И ещё какой! — с улыбкой ответил Владимир. — Насыщение ГСВГ и ННА ГДР новыми ОТРК позволило бы расширить «зону запрета доступа» в радиусе 650 километров! Это бы лишило смысла накопление живой силы и техники для нанесения наземного удара. Противнику пришлось бы накапливать их слишком далеко от передовой, но даже это бы ничего не дало, так как в ходе наступления наши ОТРК бы просто били по их логистическим узлам, с очень высокой точностью уничтожая боеприпасы и технику.

Первые испытания ОТРК «Ока-УН» показали, что кругового вероятного отклонения в 5-7 метров добиться не удалось — ГЛОНАСС, пока что, не позволяет такой точности, поэтому КВО составляет лишь 12-15 метров. Но это, тем не менее, всё ещё высокоточное оружие, так как боевая часть ракеты 9М853Ф имеет массу в 450 килограмм. А есть ведь ещё ракета 9М853К, оснащённая кассетной боевой частью, имеющей массу 715 килограмм, но в её случае КВО некритично, потому что она бьёт по площади.

— Но с точки зрения НАТО это ведь выглядит, как агрессивное действие… — произнёс ведущий.

— Если смотреть без контекста — да, выглядит агрессивно, — ответил на это Жириновский. — А если взять контекст в виде сокращения численности Советской армии, то есть, общего уменьшения нашей опасности для НАТО, то это уже выглядит не как агрессивное действие, а как перестраховка. Как нам не перестраховываться, если мы сокращаем численность нашей армии, а они продолжают держать в Европе полный контингент? Но мы пришли к соглашению и президент Буш заверил меня, что он тоже сторонник сохранения мира в Европе.

— Теперь мне всё понятно, — улыбнулся Виталий Иванович. — И всё-таки, хотелось бы вновь вернуться к тематике космоса…

*СССР, РСФСР, город Москва, Кремль, Сенатский дворец, 28 января 1992 года*

— Свяжитесь с Милошевичем и скажите ему, чтобы он прекратил эту херню! — потребовал Жириновский. — Он разве не понимает, к чему всё идёт?!

— Владимир Вольфович, мы больше не можем сделать этого, потому что наши дипломаты высланы из Белграда, — ответил на это Александр Александрович Бессмертных.

— Вот подонок! — воскликнул Владимир.

Ситуация в стремительно и кроваво распадающейся Югославии резко накалилась — теперь в Боснии.

Агентура КГБ выяснила подробности договорённостей между Слободаном Милошевичем и Франьо Туджманом, касательно Боснии и Герцеговины. Оказалось, что эти двое договорились о разделе этой страны между Сербией и Хорватией, по национальному признаку, без учёта мнения босняков.

Обеспокоенная международная общественность не знает, что делать, поэтому лишь ввела эмбарго на поставки вооружений на территорию Югославии и обсуждает условия ввода войск ООН.

Но это происходит слишком медленно, а конфликт разгорается и расширяется на всю Югославию.

Если бы Горбачёв каким-то чудом сумел реализовать проект Союза Советских Суверенных Республик, на его территории, спустя несколько лет, происходил бы примерно такой же сценарий — кровавая грызня ещё недавно братских народов.

— Что говорит Бутрос-Гали? — спросил Жириновский. — И угощайся лимонадом.

Он подвинул по столу початую стеклянную бутылку лимонада «Буратино».

— Ему не нравится идея расширенного советского контингента, — ответил Бессмертных. — Он предлагает ограничиться несколькими батальонами.

— Да что смогут эти батальоны?! — раздражённо вопросил Владимир. — Нам нужно развернуть там миротворческую мотострелковую бригаду, чтобы принудить группировки в зоне нашей ответственности к миру!

Генштаб, прорабатывавший вопрос применения миротворческих сил, рассматривает возможным контроль границы между Сербией и Хорватией, что должно способствовать деэскалации — предложено физически развести их по сторонам, чтобы они не могли продолжать конфликт в полную силу.

Но это не нравится НАТО, поэтому на подобные предложения СССР на Совбезе ООН накладывается вето со стороны то США, то Великобритании, то Франции.

Владимир всё больше склоняется к тому, чтобы никак не участвовать в разрешении Югославского конфликта, потому что ООН душит любую инициативу с его стороны, хотя он просто хочет минимизировать жертвы.

И у него есть отчётливое понимание, что для обеспечения мира нужны многочисленные подразделения с тяжёлым вооружением — в конце концов, они придут к этому, но к тому времени погибнут десятки тысяч…

— Можете не убеждать меня, я всё понимаю, Владимир Вольфович, — попросил, как всегда, хладнокровный Бессмертных. — Но ООН и НАТО открыто опасаются, что мы займём сторону Сербии и утратим нейтральность.

— Они считают, что мы поддержим Милошевича после того, что он наболтал об «ущербном режиме Жириновского» всем, кто хочет его послушать?! — спросил удивлённый Жириновский. — Заверь генсека, что наша цель — скорейшая деэскалация!

— Я передам это генеральному секретарю, — пообещал министр внешних отношений.

— А что это за субъект там вылез со своим планом? — поинтересовался Владимир.

— Вы о Сайрусе Вэнсе? — уточнил Александр Александрович. — Это специальный посланник генсека ООН. Его план предусматривает прекращение огня, демилитаризацию оккупированной хорватскими сербами и войсками ЮНА территории Хорватии, а также создание условий для дальнейших переговоров.

— Не сработает, — сказал на это Жириновский. — Вернее, огонь-то прекратят, но никто и ни о чём не договорится. Надо сразу брать ситуацию под вооружённый контроль, а не тянуть кота за причинное место! Пока они колеблются, гибнут люди! Донеси эту мысль до Бутроса Бутрос-Гали.

— Сомневаюсь, что они прислушаются, — произнёс Бессмертных, покачав головой. — Они опасаются, что мы вернём влияние на Балканах.

— Иного и не ожидалось, — ответил на это Владимир. — Ладно, чёрт с ними — пусть делают, что хотят. Будут настаивать на нескольких батальонах — пусть будет несколько батальонов. Но с тяжёлым вооружением и с расширенным мандатом на его применение.

— Вряд ли нам удастся получить последнее, — покачал головой министр.

— Так работайте над этим, товарищ Бессмертных, — потребовал Жириновский. — Мальчиков для битья я в Югославию отправлять не буду — они должны иметь право применять оружие и участвовать в боевых действиях.

— Я постараюсь, но ничего не обещаю, — ответил министр.

— Если не удастся добиться выполнения наших условий, пусть занимаются этим сами — мы в этом участвовать не будем, — предупредил его Жириновский. — Мне нужно на перекур.

Он встал из-за стола и направился на выход.

В курилке, расположенной в помещении напротив кабинета, Владимир уселся в мягкое кресло-массажёр, разработанное Всесоюзным научно-исследовательским институтом медицинской техники, для задач медицинской реабилитации, лечебной физкультуры и рекреации.

Серийным производством КМ-1001 занимается ленинградский завод «Красногвардеец», в данный момент выпускающий по 600 кресел-массажёров в месяц. Но масштаб производства наращивается, потому что спрос очень высок — медицина требует тысячи единиц, а потребительский рынок и экспорт жаждут десятки тысяч.

Жириновский взял проводной пульт и нажал на кнопку «Режим 3», после чего кресло начало ожесточённо массировать его спину встроенными роликами.

— П-ф-ф-ф… — расслабленно выдохнул он табачный дым.

— Стоит покупать такое? — поинтересовался Бессмертных, вошедший в курилку.

— Лучше записаться в ведомственном медцентре на сеансы или в ЦУМе записаться на автомассаж, — покачал головой Жириновский. — Тысячу двести рублей за кресло — это грабительская цена…

Во всех крупных городах уже открыты кооперативы, оказывающие услуги массажа, в том числе и с помощью таких кресел — ещё один источник выуживания денег из населения.

Но Жириновский, так как может себе позволить, купил два кресла — на работу и домой.

— Уютная курилка получилась, — отметил Бессмертных, осмотревшись.

— Хорошо помогает отвлечься от работы и расслабиться, — сказал Жириновский и стряхнул пепел в урну, стоящую у правого подлокотника.

Иногда, сидя в этой курилке, он думал о том, что оставит после себя в Кремле — возможно, со временем все его достижения обесценят и деконструируют, а запомнят только за эту курилку, как наиболее значимый вклад в жизнедеятельность учреждения…

— В целом, как оцениваешь наши успехи на международном поприще? — поинтересовался он.

— Честно? — уточнил Бессмертных.

— Конечно, честно, — кивнул Жириновский.

— Я оцениваю их, скорее, как отрицательные, — произнёс министр внешних отношений. — Мы разрушили СЭВ, ОВД, бросили наших восточноевропейских союзников, а также будто бы целенаправленно портим отношения с Западом. И, если совсем откровенно, я не могу объяснить себе, Владимир Вольфович, в чём смысл подобного поведения. А ещё я не могу объяснить, почему Запад относится к нашим выходкам практически снисходительно.

— Экономика — вот в чём смысл и причина, — ответил Жириновский. — Тебе нужно больше внимания уделять рапортам от КГБ — там всё написано. Американцы и европейцы напуганы рецессией, которую, если ты не забыл, уже нарекали предвестником второй Великой депрессии. Им сейчас крайне важно выиграть себе как можно больше спокойного времени, чтобы оправиться от последствий этой рецессии. Но пройдёт лишь несколько лет, как они вновь возьмутся за старое. К этому моменту мы должны успеть восстановить экономику и оборвать все лишние связи. В этом весь смысл нашей политики, Александр Александрович.

Примечания:

1 — О китайских рабочих — в эфире рубрика «Ну и ну, Red, вы разочаровываете партия! -500 социального рейтинга!» — в Китайской Народной Республике, 9 января 1958 года, на 91-м заседании Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей, было подписано «Положение о регистрации домохозяйств Китайской Народной Республики». На основе этого документа была официально введена система, которая классифицирует граждан по месту постоянной регистрации и типу поселения - городскому или сельскому, что сейчас называется „хуцзи“, но в народе это называют „хукоу“. Впрочем, регистрацию сельских и городских жителей начали ещё в 1954 году, а также ввели довольно-таки строгие правила изменения статуса проживания. В городах великий кормчий начал строить социализм без китайской специфики, то есть, почти такой же, как в СССР — с развитой и всеобъемлющей социалкой, бесплатным образованием, здравоохранением, субсидированным жильём, а также пенсионным обеспечением. А вот в сельской местности всё было и остаётся не так уж и радужно. И естественно желание селян перебраться в города, чтобы вкусить плоды развитого социализма, но государство строго следило за тем, чтобы всякие селяне оставались на своих местах. Почему в селе было паршиво? А тут надо проследить цепочку событий. По воле великого Мао случился печально известный Даюэцзинь, то есть „Большой скачок“, в результате которого, в период с 1958 по 1962 год, умерло до 40 миллионов человек, преимущественно в сельской местности, а сельское хозяйство погрузилось в жопу на такую глубину, что потребовались годы на его извлечение оттуда. А потом, в 1966 году, началась Культурная революция, которая добавила к происходящему ещё и коричневую ноту хаоса, репрессий почти против всех и лютого беспредела. И если ограничиться западной пропагандой, то может показаться, что это, как всегда, кровавый тоталитарный диктатор обезумел и начал крошить народ, без логики, без цели и без смысла. Ну, совсем как кровавый тоталитарный диктатор Сталин, у которого, как известно, была паранойя, а ещё он любил лично расстреливать и есть младенцев на завтрак и обед, а ужинал он девственницами, которых в стране осталось мало, так как Берия каждый день ездил по всем городам и насиловал школьниц, тем самым, косвенно, спасая их от смерти. А вот если не ограничиваться пропагандой, то можно увидеть не оправдание действиям великого Мао, но логику. А зная логику, которой он руководствовался, можно понять, почему и зачем он это делал. А для этого нужно погрузиться в контекст. И вот тебе, уважаемый читатель, контекст. С 1937 по 1945 год Китай вёл тяжелейшую войну против Японской империи, в ходе которой потерял до 22 миллионов человек, а затем, после победы, с новой силой продолжилась Гражданская война, идущая с 1927 года, в период с 1945 по 1949 год унёсшая жизни до 3,5 миллионов человек. Но и эта война закончилась, после чего установилась власть КНР — и в какой стране себя обнаружил великий Мао? Тотальная инфраструктурная разруха, экономический упадок, денег нет, держаться не за что, а кругом враги — в союзниках только СССР, у которого ситуация ничуть не лучше. Но хуже всего то, что страна большей частью аграрная — 89% населения живут в сельской местности, тяжёлой промышленности нет и не предвидится, зато есть дохрена народу, который просто некуда приложить, потому что промышленности-то нет. И вот, с этой стартовой точки, начинаются действия КПК по выправлению ситуации. Ввиду того, что практически всё национальное благосостояние съели войны, остался только один доступный источник средств на индустриализацию — крестьянство. Отсюда и „Большой скачок“ — великий Мао критиковал СССР за фокус на тяжёлую промышленность и начал индустриализацию с китайской спецификой — с фокусом на лёгкую промышленность, а также индустриализацию сельской местности. Отсюда, кстати, массовая выплавка стали крестьянами на сыродутных печах. Это был очень тупой ход, потому что крестьяне должны сеять и жать, а не тратить всё своё время на низкоэффективную выплавку дерьмового качества стали. Логика тут в том, что если кто-то в селе не работает в поле, то за него это должен делать кто-то ещё. Естественно, „Большой скачок“ провалился и был обречён на это с самого начала — если в селе на поле не все, то голод гарантирован. В общем-то, у великого Мао была мечта — стереть границу между городом и селом, чтобы достичь коммунизма одним решительным скачком, но, на первоначальном этапе, за счёт эксплуатации села. И в это же время, КНР была разделена на два мира — городской и сельский. Городские жили при развитом социализме, причём это я говорю без шуток, а сельские жители выживали, потому что у великого Мао было дохрена идей на их счёт… Собственно, после ухода Мао, система прописки никуда не делась, потому что она работает — где ещё взять столько почти бесплатных рабочих? Сельские жители стремились и до сих пор стремятся попасть в города, потому что в селе долгое время царила нищета на грани голода, а горожане в это время кайфовали — и кайфуют до сих пор. То есть, для селянина сменить прописку — это значит добиться успеха и устроить себе жизнь. И селяне готовы усердно работать даже за шанс закрепиться в городе. Так КНР получила несколько сотен миллионов крайне дешёвых рабочих, за счёт которых и происходят все эти „экономические чудеса“. По данным за 2024 год, число мигрантов-рабочих (так там называют селян) в КНР составило 299 миллионов человек. Во второй книге этого цикла я писал сравнение с двумя Российскими Федерациями +12 миллионов, но это не совсем верное сравнение. Нагляднее это звучит так: две Российские Федерации +12 миллионов, но где каждый гражданин — это человек трудоспособного возраста, готовый вкалывать за копейки или даже за надежду на копейки. В России, по данным за 2024 год, 76 миллионов человек трудоспособного возраста, поэтому, с помощью арифметики, мы можем установить, что на экономическое чудо КНР трудятся почти четыре Российские Федерации, а не две. А если учесть, что в России далеко не каждый готов вкалывать без выходных, по 12-14 часов в сутки, за нищенскую зарплату, то можно увеличить количество Российских Федераций, трудящихся в Китае ещё на несколько штук. Вот такая вот загогулина, уважаемый читатель…