Время есть – точи топор!

11. Мусорщики

Люди, что заходили в подъезд, вскоре начали выходить обратно. Они шли вереницей и тащили все, что смогли там найти. Остатки разломанной мебели, вещей, проводки, оконных рам и стёкол. Не брали только бетон и штукатурку. Всё, что можно было оторвать, отвинтить, вытащить, шло в дело.

— Что происходит? — спросила Алиса.

— Поиск ресурсов, — сказал я, — разве не очевидно?

— Но зачем им этот хлам? Это же просто мусор! — сказала Алиса.

— Когда чего-то становится слишком мало, оно меняет свою ценность, — сказал я, — дерево, это дрова, обработанное дерево можно использовать для чего-нибудь более интересного. Ты не обратила внимания, что в пустующих домах квартиры настолько обобранные, что найти что-нибудь полезное там практически невозможно. Ещё год назад в них было несложно обнаружить даже бытовую технику. Но время идёт, и по домам проходятся со всё более и более мелким гребешком. Этот уже самый мелкий, дальше только здания на кирпичи разбирать. Этот момент тоже вполне может настать, только вот нескоро, потому что этого добра вокруг слишком много.

— Всё равно не понимаю, — вздохнула Алиса, — жить так, это… ну я не знаю… зашквар какой-то!

— Зашквар? — усмехнулся я, — ну и словечко ты вспомнила! Да нет, никакой это не зашквар. Просто у всех разные возможности. До магопокалипсиса было то же самое, разве нет? Некоторые жили на виллах, некоторые в квартирах, а некоторые на теплотрассе. И не все оказывались там из-за пристрастия к алкоголю. Бывают и просто жизненные обстоятельства. Наверняка у этих людей просто мало возможностей улучшить свою жизнь, и они делают это так, как могут.

— Обчищая чужие квартиры! — презрительно сказала Алиса.

— Лиса, они уже обчищены по сто раз! Это не мародёры. Мародёрами были те, кто обносил только опустевшие дома, когда жители уходили, но думали, что скоро вернутся после того, как всё наладится.

— Да ну, всё равно выглядит неприятно это всё, — сказала Алиса, — да и сами они все, какие-то… неприятные!

— Поверь, скорее всего, это не их выбор, — сказал я, — хочешь, пойдём, пообщаемся с ними.

— Вот ещё! Да я с ними на одном поле не сяду! — сказала Алиса.

— Что, не сядешь? — спросил я.

— Ну, того… это… да ты понял! — передёрнула плечами Алиса.

— Нет, не понял, скажи, что, ты не сядешь? — настаивал я.

— Ты специально? — вдруг дошло до неё, — дразнишь меня, что ли? Ах ты гад!

И она легонько пихнула меня в плечо.

— Мы, вообще-то, тоже сейчас используем чужую квартиру в своих целях. И до этого много раз такое проделывали, — сказал я.

— Это другое! — сказала Алиса.

— Ну, конечно! — усмехнулся я, — просто мы одеты лучше, вот и вся разница.

— Думаю, что и магов у них сильных нет, раз они всяким хламом занимаются! — сказала Алиса.

— Скорее всего! В человеческой пищевой цепочке они заняли одну из нижних ступеней, — сказал я.

— А мы кто в этой цепочке? — оживилась Алиса.

— А мы хищники, — сказал я, — с нами лучше не связываться, загрызём! Р-р-р-р-р-р! — наставил я пятерню ей в лицо.

— Не, ну это правда, — сказала она, спокойно отодвигая мою руку, — здесь даже возразить нечего! Это мы могём!

— Ну так что, пойдём, поговорим с ними, а? Мне интересно пообщаться, — сказал я, — потому что вот такого я ещё ни разу не видел. Но, думаю, чем дальше, тем подобных групп будет встречаться всё больше и больше. Люди буду вынуждены уходить из своих домов и искать любые ресурсы, вплоть до таких, — я кивнул на мусорщиков, таскающих всякий хлам.

— Ты, видно, их совсем ни во что не ставишь! — усмехнулась Алиса.

Я не стал ей говорить, что уже прощупал всю их группу своими щупальцами и выяснил, что с маной у них совсем туго. Почти все пустые, хотя «резервуары» вроде есть. Странно! Но сильных магов я среди них не почувствовал. Хотя не всегда запас маны выдаёт опытного волшебника. Было бы здорово сразу определять магический потенциал оппонента. Такой сканер мне бы тоже не помешал, но, к сожалению, я им не владел.

Алиса, кстати, не знала о моих возросших способностях. Кое-что я мельком упоминал в рассказе, но не фокусировался на деталях. А про свои щупальца так я вообще с некоторого времени решил никому не говорить. Некоторые и так уже знали слишком много об этом, я решил не распространять дальше эту информацию. Того, что есть, уже и так много.

Я задумался и не смог вспомнить, заряжал уже Алису или нет удалённо. Во всей этой суете совершенно вылетело из головы. Я коснулся её невидимым щупальцем и начал аккуратно вливать ману. Она не нуждалась, но могла принять некоторое количество.

Когда процесс начался, Алиса замерла, потом повернулась ко мне и сказала:

— Мур-р-р-р…

После чего блаженно закатила глаза.

Я добавил ещё немного и прекратил.

— Это что же получается, — вздохнула Алиса, — больше не будет нашего с тобой магического садомазо? Блин, это даже как-то грустно!

— А я вот так наоборот очень даже рад, что не придётся больше тебя бить, — сказал я.

— Я не люблю, когда меня бьют, — сказал Алиса, — за такое обычно убиваю… но это было другое! Я буду скучать по тем временам.

И она слегка наигранно загрустила.

— Ну, будешь плохо себя вести, может, и выпорю как-нибудь, — пожал я плечами.

— Пустые обещания, которые ты никогда не исполнишь, — разочарованно махнула на меня рукой Алиса, — ладно, пойдём, поболтаем с твоими падальщиками.

— Пойдём, — сказал я, — только давай называть их как-то по-другому. Хотя бы мусорщиками.

— Да без разницы, — сказала Алиса, — только ты учти, что, несмотря на всё наше магическое превосходство, пули лбом мы останавливать всё же не умеем. А твоей воскрешающей подружки с нами нет.

— Я думал, она твоя подружка! — сказал я.

— С чего бы? — удивилась Алиса, — ты с ней постоянно где-то шляешься. Не знай я тебя так хорошо, и твою приверженность Рите, обязательно бы решила, что между вами что-то есть.

— Поверь, про нас с тобой тоже многие так думают. И то, что сейчас я выбрал тебя в сопровождающие, только укрепляет их подозрения, — сказал я.

— Это кто это так думает? — заинтересовалась Алиса.

— Я никого конкретно в виду не имел. Но поверь, думают! — сказал я, не желая развивать эту тему.

За то время пока мы разговаривали, мусорщики почти закончили с первым подъездом, и часть рабочих переместилась во второй. Судя по их периодическим радостным вскрикам, там добыча была более богатой.

Но эти самые крики радости были не от переизбытка чувств, а скорее привычными сигналами, чтобы сообщить остальным, где лучше порыться.

Мы спустились, спокойно вышли на улицу и не спеша двинулись в сторону мусорщиков. Они заметили нас сразу, но ритм своих действий не поменяли. Хотя мне показалось, что движения у многих стали более суетливые.

Это, наверное, такая политика «фирмы», не начинать сразу дёргаться при появлении посторонних. Но поскольку «посторонние» в наше время — это синоним «неприятностей», то рядовые рабочие невольно начали нервничать.

Мы не прошли и половину пути, как от монструозного агрегата отделилась фигура и направилась к нам. Это, похоже, был охранник. Здоровый мужик средних лет, не стриженный, в шляпе, как и все в длинном плаще из лоскутов, только вот лоскуты у него были качеством получше. Более целые и больше подходили друг другу в тон. А на самых уязвимых местах, типа локтей, присутствовали кожаные вставки.

— Уважаемые, какие-то проблемы? — спросил он, когда до нас было ещё метров двадцать.

— Проблем нет, — сказал я, — просто хотели пообщаться, если для вас это не трудно.

— О чём? — недоверчиво спросил здоровяк, и я увидел, что в правой руке у него дробовик. Но держит он его внизу, спрятав в складки плаща, так что сразу и не заметишь.

— Надеюсь, ты стрелять не собираешься? — спросил я, — а то мы люди мирные, но не любим, когда нас пытаются убить.

— Не собираюсь, — сказал мужик, — если от вас угрозы не почувствую.

— Ты уж постарайся её не почувствовать, — сказала Алиса, — потому что её нет.

— Так в чём дело? — спросил мужик, — если вы хотите от нас что-то получить, сначала поговорите с нашими покровителями.

— У вас есть покровители? — удивилась Алиса, — а так и не скажешь!

— Дурацкое слово! — смутился мужик, — но это они просят их так называть.

— Говоря по-старому, крыша, да? — усмехнулся я, — а говоря по-простому, обычные бандиты.

— Можете назвать их как хотите, но для нас они покровители! — сказал мужик.

— Эк вас здесь запугали! — покачал я головой.

— У нас дети, много детей! Пожилых тоже хватает, — сказал мужик, — мы воевать мало с кем можем, только с крысами…

— Так вы социальный фонд, получается? — удивилась Алиса.

— Не надо! — одёрнул я её, — они не заслужили насмешек. Наоборот, люди делают, что могут. Не всем быть воинами.

— А зачем вам всё это барахло? — спросила Алиса, — это же мусор!

— Это не мусор, это материалы! — слегка возмутился мужик, — у нас есть несколько швейных машинок, из тканей мы шьём вещи. Одежду и всё для быта. Древесина часто идёт на обогрев, если совсем плохая. Железо некоторое можно перековать, у нас есть кузнец… не профессиональный, но быстро учится и у него уже многое получается. Что-то можно обменять или продать.

— Ну и «покровителям» тоже платить нужно, верно? — спросил я.

— Верно! — напряжённо ответил мужик.

— А если бы их не было, было бы лучше или хуже? Они хоть защищают вас, в самом деле, или только дань собирают? Если придёт другая банда, которая захочет взять вас под контроль, они впрягутся? — спросил я.

— Не знаю, — ответил мужик, — такого не было ни разу. Да нам и наплевать, главное, чтобы не трогали…

— А они ещё и трогают, — вздохнул я, — женщин забирают?

Мужик стиснул зубы, сверкнул глазами, но ничего не ответил.

— Блин, Алик, ну мы же по делам идём! Нам же Риту искать нужно! — обречённо сказала Алиса.

— Ты о чём? — удивился я.

— Думаешь, я не вижу, что ты уже просчитываешь варианты? Ты же хочешь влезть в эту историю! — сказала Алиса.

— Да нет! — возмутился я.

— Ты, может быть, даже сам ещё этого не понял, но я вижу, что собираешься! — сказала Алиса.

— В смысле, влезть в эту историю? — настороженно спросил мужик.

— Не переживай, вас никто не обидит! — сказала Алиса.

— Да я и не переживаю, — с лёгким вызовом сказал мужик. Посмотрев на нас поближе, он наверняка решил, что опасаться молодой парочки точно не стоит. Ну шляются ребята по городу, ищут приключения на свою задницу и рано или поздно найдут!

— А вы в этом караване все и живёте? — спросил я.

— Да, — ответил мужик, — нам же постоянно с места на место перемещаться нужно, искать материалы. У нас и мастерские в этих машинах, и дом.

Постепенно охранник втягивался в разговор. Чем меньше чувствовал от нас угрозу, тем охотнее начинал болтать. Живой же человек. Никто ведь не говорил, что они не хотят общаться с другими людьми. Или что не хотят изменить свою жизнь к лучшему. Не думаю, что вот именно о таком все они мечтали. Обстоятельства!

— А можно посмотреть, как вы живёте? — спросил я.

— Зачем это? — насторожился мужик.

— Любопытство, — сказал я, — не думаю, что смогу узнать какие-то ваши сокровенные тайны.

— Да какие уж тут тайны, — вздохнул мужик, — меня Игорь зовут.

— Я Алик, это Алиса, — представил я фурию.

— А вы точно не из какой-нибудь банды? — спросил мужик.

— Мы такого не говорили, — сказал я, — определённо мы из банды! Но ведь банды-то разные бывают, верно? Даю честное слово, зла мы вам не собираемся причинять.

— Слова сейчас немного стоят, — сказал мужик, — веры никому нет!

— Понять тебя можно, — сказал я, — на тебе большая ответственность. Охраны, как я погляжу, у вас немного. А, как ты сказал, детей, женщин и стариков предостаточно.

— К чему ты клонишь? — напрягся Игорь.

— К тому, что понимаю тебя, — сказал я, — не больше, но и не меньше. Но ты подумай, что я могу увидеть такого, что причинит вам вред?

— Боится, что ты западёшь на какую-нибудь падальщицу, — хохотнула Алиса.

— Алиса! — осёк я фурию, а Игорь яростно сверкнул глазами.

— Мы не падальщики, — сурово сказал охранник, — мы собираем материалы, которые можем использовать для выживания.

— Ты хоть понимаешь, что одним словом испортила наши отношения? — хмуро сказал я.

— Нечего нам здесь делать, — сказала Алиса, — нас дела ждут! Ты меня просто удивляешь, как будто Рита тебе уже не очень и нужна!

— Отправлю-ка я тебя, пожалуй, назад! — сурово сказал я, — сам справлюсь!

— Как? Я же тебе ещё не показала нужное место! — поддела меня Алиса.

— Ладно, смотрите что хотите! — вдруг совершенно неожиданно сказал Игорь. Как будто наша с Алисой перепалка его странным образом в чём-то убедила.

Хотя может быть и так. Когда люди начинают вести себя нестандартно, перестают следить за словами и выстраивать отношения, зачастую именно в этот момент их видно лучше всего. Они открываются и предстают настоящими, а не такими, какими хотят казаться собеседнику. Наверное, Игорь увидел что-то, убедившее его в том, что опасность от нас не исходит.

— Спасибо! — кивнул я.

— Идите за мной, — Игорь повернулся и направился к огромному транспорту.

— Как он ездит? — спросил я, — с топливом же сейчас проблемы!

— Есть у нас специалист, который заставляет его двигаться. Магия! Проблема только в том, что маны ему постоянно не хватает. Жрёт эта штука много. Ну, в некотором смысле да, топлива не хватает! — Игорь усмехнулся, — остальные машины на мышечной тяге. Но мы же далеко и быстро не ездим, так, ползём потихоньку от дома к дому, — сказал Игорь.

— Понятно! — кивнул я.

Мы шли вдоль огромного несуразного транспорта, и я вдруг понял, что это своего рода грузовик. Именно в него грузилось всё, что приносили из домов. И уже здесь сидели люди, которые сортировали добычу. Понятно, что единственное самоходное транспортное средство они нагружали максимально. Это был и склад, и сортировочный пункт.

Сквозь неплотно приделанные железные листы я видел много движения внутри. Люди мельтешили, разбирая принесённые материалы. Было много детей, но не очень маленьких. Маленькие нам стали попадаться позже, возле других машин каравана.

Я обратил внимание, что совсем уж грудничков не видно. Самые младшие родились вначале магопокалипсиса, когда ещё непонятно было, к чему всё это приведёт. Ну да, рожать в таком караване не очень-то комфортно. Наверняка люди старались здесь детей больше не заводить. Но и тех, что были, оказалось много. Больше, чем я рассчитывал.

Женщины на глаза особо не показывались, а те, что я видел, выглядели очень плохо. Понятно, что у них с одеждой были проблемы, но они ещё как будто специально себя запускали, чтобы выглядеть непривлекательно. Что ж, очень понятный и очевидный приём. Если их не могут защитить, нужно, чтобы на них никто не зарился.

Я скосил глаза на Алису. Вот уж кто вышагивает, виляя аккуратными ягодицами, и не боится чужих взглядов. А этих самых взглядов её ягодицы собирали сейчас немало. Все мужики, таскающие сейчас материалы из дома, старались выстраивать маршрут так, чтобы держать Алису в поле зрения. Это привело к тому, что вскоре они все столпились на улице, глядя нам вслед, пока мы шли вдоль каравана, который сворачивал за угол и тянулся ещё очень далеко.

Да, эти люди приспособились, делали для выживания что могут, но их было искренне жаль. Тот образ жизни, что они выбрали в какой-то момент, помог им не загнуться, но наверняка, если дать им возможность, они способны на гораздо большее.

И самое главное, конечно, дети! Это для этих людей самая большая забота и уязвимость. А фраза, что «дети — наше будущее» сейчас имела особенно глубокий смысл. Заиграла, можно сказать, новыми красками. Если не беречь детей, мы вымрем к чёртовой матери. И так человеческая популяция изрядно сократилась вследствие случившегося катаклизма… да и продолжала сокращаться. Рожали сейчас крайне мало. В принципе, вымирание уже началось. Чтобы это понять, достаточно оглядеться по сторонам, а потом посмотреть на этот караван мусорщиков.

Осмотр каравана не вызвал у меня никаких опасений. Похоже, эти люди были именно теми, кем казались с первого взгляда. Никаких «камней за пазухой» я не увидел. А именно их я искал. Не хотелось ошибиться и влезть в историю не на той стороне.

Алиса в целом была права. Ошибалась она только в одном: я не собирался влезать в дела мусорщиков, я в них уже влез в тот самый момент, когда увидел выползающий из-за угла караван.