Время есть – точи топор!

6. Совет

Я вкратце рассказал историю о кристаллах, опустив ряд существенных подробностей. В голове всё время вертелась мысль, что людей вокруг как-то очень уж много и не стоит вываливать им всё, что я знаю. Например, про то, что в основе убежищ лежат такие же зачатки кристаллов, я промолчал. В основном сфокусировался на том, что Орден где-то достаёт эти кристаллы, выращивает и строит вокруг них базы, дабы проводить там исследования и выращивать покорных и эффективных бойцов. А назвать рептилоидов неэффективными было нельзя. Мясники они и есть мясники! Таким лучше не попадаться.

Пришлось поподробнее остановиться на Ордене и рассказать, что я о нём узнал. Даже Шторм про них ничего не слышал. Когда мы с ними воевали, они ведь не представились… да к тому же там, в основном были наёмники, а не адепты.

— Это очень интересно! — сказал Шторм, — нужно будет сообщить об этом начальству. А информация точная? Я понимаю, что ты сам там был, но ведь тебе могли пустить пыль в глаза.

— Точная, — сказала Сирин, — Алик всё правильно рассказал.

— Ты тоже там была? — удивился Шторм.

Рассказывая про Орден, я не упоминал про девочек. Говорил только про то, что касается непосредственно меня. Больше по фактам прошёлся, а не описывал все наши похождения и стычки.

— Я была вторым человеком в Ордене, — сказала Сирин.

— Нормально! — сказал Шторм, присвистнув, — и как же здесь оказалась?

— Связалась со мной, — усмехнулся я.

— Точнее, думала, что была вторым человеком, на самом деле там, конечно, только Паук всё решает, — сказала Сирин, — так что…

— Я тоже оттуда, — сказала Фая, — но правда не занимала большого положения.

— Всё равно, — сказал Шторм, — вы, как люди, знающие ситуацию изнутри, можете рассказать много интересного.

— Можем, — улыбнулась Сирин, — если захотим.

Шторм хмыкнул, но кивнул.

— Но я так и не понял, что стало с этой здоровенной тварью! — сказал Топор, — про Орден, про кристаллы, понятно. Но ведь это же было существо! Я сам видел, как оно ворочалось!

— Кристаллы умеют менять мир вокруг себя. Они могут создавать что-то вроде экосистемы. Барбинизатор тоже вырос вокруг кристалла!

— Что выросло? — хохотнула Алиса, — это что-то про Барби?

— Классное место, подруга! Особенно для девочек! — сказала Амина, — я тебе потом поподробнее расскажу. Сходим туда как-нибудь!

— Кстати, Зоя даже сейчас его охраняет! — улыбнулся я, — там большой отряд её бойцов и голем стоят на страже!

— Наш голем? — воскликнули некоторые хором. Многие так и не знали до сих пор, что он снова в строю.

— Ага, — сказала Зоя с гордостью, — наш голем! Стережёт девушек!

— Как там, кстати, дела? — спросил я.

— Всё в порядке, тишина и покой, — сказала Зоя, — если бы что-то началось, я бы сообщила.

— Хорошо! Так вот, насчёт экосистемы. Барбинизатор это белый замок. Там изначально кристалл был так запрограммирован, я только слегка подправил настройки.

— Настройки? — удивился Тоха, сидящий рядом с Борей, — его можно настраивать?

— Да, — сказал я, — в этом и суть!

— А как? Каждый может? — спросил Антон.

— Нет, наверное, — сказал я, — вряд ли каждый, но я умею. Так сложилось, что научился. Да и не очень хорошо, чтобы все, кто захочет, лезли вносить исправления. Лучше, чтобы этим занимался ограниченный круг лиц. Но механизм отбора я не понимаю. Думаю, кристалл сам решает, кому позволять, а кому не разрешать копаться в настройках. Дело в том, что с ним возникает ментальная связь, и он видит твои мысли и намерения.

— Ну, я тогда точно в него не полезу, — рассмеялась Алиса, — не стоит ему видеть, что у меня в голове происходит, сломается ещё!

— Ну, и что дальше? — спросил Антон, которого история с программированием кристалла очень заинтересовала.

— Дальше… я, кажется, не сказал, но Карачуна создал не Орден. Паук, наоборот, очень интересовался, что именно здесь происходит, но подробностей не знал.

— Да, у меня было задание выяснить и доложить, что за ледяная магия поселилась в Сокольниках, — сказала Сирин.

— А ты что? Выяснила, получается? — спросил Шторм.

— Выяснила, — сказала Сирин, — но докладывать, разумеется, не буду. Надо, пусть сам идёт и узнаёт.

— Карачуна создала какая-то другая сила. Я видел хозяина, и по первому впечатлению, думаю, что встречаться с ним не стоит. Мощный старик! — сказал я.

— Что ещё ты о нём знаешь? — спросил Шторм.

— Ничего! — сказал я, — просто полагаю, что он очень силён и опасен. Надеюсь, что он находится далеко и сюда вряд ли придёт. Но это, разумеется, неточно. Просто мои соображения.

— Сложно! — вздохнул Шторм, — слишком мало данных, чтобы принимать какие-то решения.

— Но это всё присказка, — сказал я, — сказка сейчас будет.

Все затихли и с интересом на меня уставились.

— Я уже упоминал про Иггдрасиль, — сказал я, — это из мифологии. Древо мира, исполинский ясень! Так вот, я перепрограммировал Карачуна, чтобы он трансформировался в Иггдрасиль.

— Зачем? — в полной тишине спросила Зоя.

— Затем, что это будет не просто дерево. Говорю же, это будет место, в котором можно жить… просто в форме дерева. Принимая какую-нибудь форму, кристалл нуждается в жителях, в симбиотах, — сказал я.

— В ком, в ком нуждается? — спросила Зоя. Недостаток образования у молоденькой девочки сказывался. Это навело меня на мысль, что нужно устроить что-то вроде школы… или курсов, где те, кто постарше, будут учить тех, кто помладше. Кто чему может, хоть немного. А то иначе молодёжь со временем совершенно деградирует.

— В тех, кто будет жить рядом с ним или даже в нём, и соседство это будет взаимовыгодным. Они будут заботиться о нём, а он о них, — сказал я, — кристалл может даже еду генерировать, если ему поставить такую задачу. Я передал ему образ того, что хочу увидеть, во что он должен будет потом превратиться.

— И когда это случится? — спросил Феникс. Они с Жарой сидели с самого краешка и чувствовали себя слегка неловко в этой большой незнакомой компании.

— Не знаю, — сказал я честно, — но думаю, что быстро… относительно быстро. По опыту Барбинизатора, или Замка Магдалины, как его прозвали после гибели предводительницы, могу сказать, что изменения происходят иногда за считаные дни, буквально на глазах! Но здесь требуется слишком масштабная трансформация, так что, могут уйти недели или даже месяцы. Ещё и таяние льда добавит проблем… хотя, с другой стороны, может быть, наоборот, ускорит процесс. Кристалл воду любит, он в ней очень нуждается!

— Ну ладно! Вырастет здесь большое и красивое дерево, дальше-то, что? — спросила Амина, — ты ведь к чему-то ведёшь, верно? Кого ты хочешь здесь поселить? Чур не меня!

— Не тебя! — сказал я, — и постановка вопроса в корне неверная. Я не могу никому из вас приказывать и говорить, что делать, я могу только предлагать. Я озвучу свою идею, свой план, а вы уж сами решайте, как со всем этим поступить.

— Ну так излагай, не томи, — сказала Амина, — а то ты сегодня что-то очень долго запрягаешь!

— Потому что прежде чем перейти к сути, нужно было дать контекст, общую картину! Я и так без особых подробностей всё рассказал. Но к делу, так к делу! — я на секунду задумался, посмотрел на пол, собираясь с мыслями, потом поднял глаза на присутствующих, — у нас здесь сейчас несколько десятков человек детей!

— Хочешь затолкать их в дерево? — усмехнулась Амина.

— Не затолкать, а поселить! — сказал я, — сейчас вам, возможно, кажется, что это бредовая идея. Но когда здесь всё устроится, поверьте, за это место начнётся конкуренция. Многие захотят здесь жить. Нужно застолбить эту территорию и дерево за теми, кто имеет на это больше прав. К тому же с нашим образом жизни и постоянными опасностями, содержать такой детский сад будет проблематично.

— Да, нас один Лем умудряется на уши поставить! — рассмеялась Алиса, — сейчас он нашёл себе новых друзей и играет с ними. А так он бы нам сейчас и поговорить нормально не дал!

— Да, а тут около пятидесяти человек! — сказал я, — мы просто не справимся. Да и дети постоянно будут в опасности. К тому же вопрос питания! Я понимаю, что сейчас ещё есть гуманитарка, но ведь и ртов у нас о-го-го сколько! Что будем делать, когда она закончится? Где мы возьмём продукты на такую ораву? А Иггдрасиль сможет всех прокормить. Плюс ко всему здесь в кармане холодно. Дети постоянно будут сидеть в этой холодрыге. Часто выводить такую толпу на улицу мы вряд ли сможем. Ну и есть ещё кое-что…

— Да ты уже вроде всё перечислил, — сказала Алиса, — больше ничего не придумать!

— Да нет, — покачал я головой, — есть ещё одна проблема. Она может быть не такая очевидная, но вполне себе реальная. У окружающего нас пространства нет границ. По крайней мере, мы о них не знаем! Если ребёнок заблудится в тумане, велики шансы, что он потеряется и погибнет от холода и голода. А это, скажу я вам, мучительная смерть. Просто я не представляю, как контролировать такую ораву! Ну не в загон же их помещать?

Все напряжённо замолчали. Последний довод, в самом деле, был для большинства неожиданный, но когда я про него рассказал, стало понятно, что проблема эта вполне реальная. Игра, шалость или спор может стоить кому-то из детей жизни! И вероятность этого велика как раз потому, что опасностью это не кажется. Детей будет сложно убедить, что это на самом деле может их убить — подумаешь, туман! Каждый ведь как рассуждает: «да я здесь, я рядышком, я не потеряюсь».

— Можешь рассказать поподробнее насчёт дерева? — спросила Юки-Онна, понимая, куда дует ветер и что она в моих планах играет не последнюю роль.

— Да я, в общем-то, основное всё рассказал, — пожал я плечами, — дело уже не в дереве, а в том, что мы здесь сегодня решим.

— А что мы должны решить? — спросил Шторм.

— Мы должны решить, что будем делать в ближайшее время, — сказал я, — теоретически, можно сейчас залезть в тушу Карачуна и внутри ждать, пока он трансформируется в Иггдрасиль. Но я вижу здесь риски, потому что трудно предположить, как именно всё это будет происходить. Таяние ледника, высвобождение из него большого количества воды, перестройка тела Карачуна. Помещать туда детей мне страшно, оставить их здесь, на улице, тоже. Потому что взрослых, кто может взять на себя труд заботы о детях не так уж и много.

— А кто останется с детьми? По-моему это самый главный вопрос! — сказала Алиса, — я пас! Нянька из меня никакая!

— Думаю, что он имеет в виду нас, — сказала Снежана и посмотрела на Юки. Та в ответ кивнула, — дело в том, что во многом случившееся и наша вина тоже, так что теперь мы должны её искупить. Да и не в искуплении дело… у нас тоже дети! Надо как-то налаживать жизнь…

— Две воспиталки на такую ораву? Я вам не завидую! — сказала Алиса.

— Некоторые дети уже достаточно взрослые, немногим младше, чем наша Зоя, а её ребёнком уже язык не поворачивается назвать, через сколько она прошла! К сожалению… — грустно закончил я.

— Всё равно они не справятся! — сказала Алиса.

— Как знать, — пожал я плечами, — но именно поэтому я хотел попросить поселиться возле дерева… или в самом дереве, возможно, даже в его ветвях, огненных птиц, — и я посмотрел на Феникса с Жарой, — мне кажется, что вы очень органично сюда впишетесь!

— Главное, чтобы они твой исполинский ясень не спалили! — усмехнулась Амина.

— Мы умеем себя контролировать! — сказал Феникс.

На этих его словах усмехнулась уже Сирин, которая не раз видела «самоконтроль» Феникса.

— Зря ты смеёшься! У него были причины ненавидеть весь мир, — сказал я, — поверь, теперь, когда их семья воссоединилась, характер у него улучшится. Вся его вспыльчивость была только из-за утраты ребёнка!

— Спасибо! — коротко кивнул мне Феникс.

— Но я на вас не давлю! Вы обсудите всё, обдумайте, — сказал я, — это просто предложение!

— Спасибо! — теперь уже сказала Жара.

Они, в самом деле, не торопились принимать решение, ведь от этого зависело будущее их семьи, так что обсудить это было нелишним.

— Всё? — спросила Алиса.

— Поменьше скепсиса! — укоризненно покачал я головой, — я не говорил, что у меня есть волшебная таблетка, которая может решить все проблемы. Есть ещё кое-кто, кому я мог бы предложить остаться здесь. Думаю, они тоже будут здесь на своём месте.

Я посмотрел на Вику и Рому.

— Я так и думала, что ты нам предложишь! — улыбнулась Вика, — вообще-то, жить в лесу, нам подходит. Но мы тоже пока что не дадим ответа, нужно это всё обдумать. Тем более, честно говоря, нарисованная тобой картинка с волшебным деревом пока что плохо соотносится с реальностью.

— Это понятно, — улыбнулся я в ответ, — решать вам. Но уверяю, со временем здесь всё очень сильно изменится. Вы же видели Барбинизатор, а здесь будет ещё лучше.

— Только вот с детьми мы не очень! — сказал Рома, — ни опыта нет, ни, честно говоря… желания… — слегка смутившись, сказал он.

— Дети, это не ваша забота, — сказал я, — просто здесь нужны свои люди, те, кому можно доверять, защитники, которые будут охранять территорию. И защитники сильные, как вы! Нужна община, которая будет здесь жить, а дети будут только частью этой общины.

Вика с Ромой переглянулись, и пусть с ответом они тоже не спешили, я думал, что они останутся.

— Мне тоже предложишь поселиться в ветвях? — спросила Сирин.

— Только если ты захочешь! — развёл я руками.

— Боюсь, что от меня будет больше вреда, чем пользы, — сказала Сирин, — Паук ведь может прийти за мной!

— Он может прийти за всеми, — сказал я, — и обязательно придёт! Поэтому проблему с ним нужно решать. Если тебя это тревожит, можешь обдумать вариант жизни здесь позже, когда с Орденом будет покончено.

— Ты так уверенно об этом говоришь, — усмехнулась Сирин, но тут же задумалась, — хотя, если вспомнить, как ты разделал Карачуна… — медленно проговорила она.

— Тогда уж и мне нужно здесь жить! — улыбнулась Фая.

— Если хочешь, то пожалуйста! Я вообще буду рад, если здесь останется много народу. Но в первое время тут нужно будет остаться всем! — сказал я.

— Всем? — удивился Петя, как владелец кармана.

— Конечно! — сказал я, — ну, не на этом самом месте, где-то в ближайших окрестностях, но тем не менее. А куда мы детей потащим? Так что я предлагаю тебе с карманом остаться в Сокольниках, а если у кого есть дела, сложные нерешённые проблемы, то просто предпринимать отсюда вылазки.

— Я могу голема сюда привести, — сказала вдруг Зоя.

— Возможно, мысль неплохая, но лучше сделать это позже, — сказал я, — первое время лучше здесь находиться, не особо заявляя о себе. И только когда Иггдрасиль начнёт формироваться, уже нужно будет столбить место.

— Блин, я уже устал от Сокольников, — разочарованно сказал Петя.

— Да ты их толком и не видел, — рассмеялась Алиса, — мы же в кармане всё время сидели! Замурованные под горой!

— Вот от этого я и устал! — упрямо сказал Петя.

— Всё, что я говорю, это просто предложения, — напомнил я, — я никому и ничего не приказываю. Каждый может выдвинуть свою идею, и мы её обсудим.

— Да нет, так-то в целом всё правильно, — задумчиво сказал Шторм, — и понятно, что у всех есть планы и дела, но обстоятельства диктуют нам свою волю. Детей просто так со счетов не сбросишь. Они просто только появились, и мы ещё не осознали, что эту проблему нужно решить. Просто закрыть глаза и идти дальше не получится. Хотя и очень надо! Мы и так потеряли очень много времени! Конвой застрял в кармане, и с ним тоже нужно что-то делать!

Сказав это, Шторм погрузился в размышления.

— Чтобы решить проблему с конвоем, сначала нужно решить проблему с Орденом, — сказал я, — до этого выгонять машины на улицу не стоит. Но мы это потом с тобой обсудим поподробнее.

— Ну, тогда мы можем сосредоточиться пока на Ордене, — сказал Шторм, — придумать какой-нибудь хитрый план, раз уж в лоб с ними воевать слишком опасно.

Я уже открыл рот, чтобы сказать: «да, я именно этим и собирался заняться»! Но вместо этого, неожиданно даже для себя, произнёс:

— Нет! Я пойду искать Риту!

В общем, подсознание всё решило за меня!