Второстепенный мастер

Глава 11 Двуликая правда озаряет ночь пурпурным светом

Пеони поморщился.

— Так и знал, что с тобой нужно было быть поосторожнее, — с досадой произнес он, глядя на Ларта. — Я заметил, что ты почуял мою темную энергию.

— Темную энергию? — вытаращился Лиэ Ю.

— Мне помогли, — честно признался Ларт.

Пеони недоуменно смотрел на него, поэтому он продолжил:

— Темные молитвенные флаги концентрируют свою негативную энергию вокруг того, кто признан их «добычей» или является существом, более всего переполняемым негативной энергией в радиусе их действия, я еще не разобрался. В нашем случае, это ты, Пион.

— О, вы знаете, кто я такой на самом деле? — горделиво вскинул голову лже-лекарь. — Да, это я: легендарный вор Пион!

— Оу, — протянул Ларт. — Я всего лишь пошутил. Не думал, что это твое настоящее имя.

В зале воцарилась полная тишина.

— Так может, расскажешь нам, как все было, раз уж мы выяснили правду? — предложил Ларт.

Вор Пион с сомнением кинул взгляд на заклинателей, затем на решетку, затем на вход в Цветочный павильон. Ларт почти воочию видел, как благоразумие борется в нем с желанием покрасоваться.

— А что рассказывать? — уперев руки в бока и выпятив грудь, воскликнул вор Пион.

— Что ты собирался сделать? Последняя попытка заполучить то, что хранится за второй дверью? — произнес Ларт, указывая на сумку, лежащую у ног Пиона.

Тат опустил взгляд на сумку, а в следующий момент толкнул ее ногой к Ларту и Лиэ Ю, а сам бросился к выходу.

— Скорее прочь! — воскликнул Ларт за мгновение до того, как его голос поглотила волна взрыва.

Вместе со взрывом вверх взметнулись куски пола, Лиэ Ю и Ларта откинуло в разные стороны. Кашляя от поднявшейся каменной пыли, Ларт подскочил к Лиэ Ю.

— Ты как, в порядке?

— Да, меня не задело, — отозвался тот, дезориентированно моргая. — Что это было такое⁈

— Скорее за ним! — Ларт схватил его за руку и потянул за собой. — Догонялки!

Вору Пиону не удалось далеко уйти. Ларт с Лиэ Ю выбежали на площадь и увидели, что тот дерется с Фуи.

— Тигр-без-полосок! — воодушевленно воскликнул Ларт. — А ты здесь откуда?

— Как ты думаешь, кто первым забеспокоился, когда ты не пришел ночевать сегодня вечером? — отозвался тот.

Пион перестал нападать на Фуи и отступил, теперь находясь ровно в центре между ним и Лартом. Лиэ Ю обошел по кругу и перекрыл ему путь побега к горе. Оставался открытым только путь, ведущий к Двуликому городу.

— Сдавайся, тебе все равно не сбежать от нас, — предложил Ларт.

— Ты так думаешь? — зловеще улыбнулся Пион.

Эта его улыбочка никому не пришлась по душе.

Разбуженная грохотом и громкими криками, на площадь с обнаженным мечом выбежала наставница Луй Фи. Увидев, что противники из Двуликого города отсутствуют, а вместо них в окружении оказался лекарь Пеони, она опустила меч и замерла на месте, потребовав разъяснения происходящему.

— Происходит разоблачение, — пояснил Ларт.

— Что?

— Ах, наставница Луй Фи! — воскликнул Пион, в одно мгновение вновь превратившись в того скромного и малодушного лекаря, которым притворялся все это время. — Пришлый заклинатель свел главу нашей секты с ума! Они возомнили, будто я вор, пытающийся украсть какое-то древнее сокровище!

Луй Фи ошарашенно переводила взгляд с одного на другого.

— Не только вор, но и убийца, — уточнил Ларт. — Будь ты только вором, это могло даже показаться забавным… Если бы ты, конечно, вздумал украсть что угодно другое, но не то, что хранится во второй комнате.

Глаза Пиона расширились, он впился в Ларта жадным взглядом, вмиг растеряв всю свою маскировку.

— Так ты знаешь, что там⁈

Ларт снисходительно посмотрел на него, тонко улыбнувшись.

— Убийца? — переспросил Лиэ Ю.

— Да-да, убийца, — спохватившись, принялся объяснять Ларт. — Зачем ты убил того ученика, а?

Пион пристально посмотрел на него. Казалось, во время этого он решал, играть ли ему или сказать правду. Наконец, он решил, что все равно не сможет здесь остаться, так зачем утруждать себя игрой? Пион произнес, полностью утратив облик «лекаря» и показав свое истинное обличье:

— Вы бы о нем не горевали, если б знали, каким он был! Этот маленький мерзавец увидел однажды, как я спускаюсь в катакомбы. И что вы думаете? Дождавшись, пока я уйду, и также никому больше не сказав, он спустился, обшарил открытые комнаты и стал таскать оттуда сокровища! Я заметил позже. Он спускался туда не один раз и не два. Если бы так продолжилось, кто-нибудь обязательно заметил бы его похождения и вышел на меня! Я раздумывал о том, как ему исчезнуть, а тут так удачно он оказался среди тех, с кем подрались йями Чертова города. Глава секты рассказал, как они требовали его голову, да, глава? — Пион поглядел на растерянного Лиэ Ю, самодовольно ухмыляясь. — План созрел в моей голове моментально. Оставалось только усыпить его соседей по комнате, но мне, как лекарю, это не составило труда. Я сделал так, чтобы смерть выглядела именно такой, какую требовал Двуликий город, и это сработало: у главы секты не закралось и тени сомнения, что в произошедшем может быть еще чья-то вина.

Лиэ Ю потрясенно хватал ртом воздух, опустив свой меч. Этот Пион был прав: он на самом деле даже не подумал, что вина Двуликого города не доказана. Даже несмотря на то, что не было никаких следов проникновения, Лиэ Ю не мог допустить мысли, что это сделал кто-то из своих.

— Но это ведь не все, не так ли? — спокойно выслушав эту историю, продолжил Ларт. — Те шесть ран на твоем теле, это все возмездие за преступление, и ты знаешь, за какое.

Пион скривил нос, словно почуял неприятный запах.

— То — дела давно минувших дней. Ошибка молодости, если хотите знать. Я не собирался убивать их, просто так вышло.

— Вышло как? — настаивал Ларт.

— Потолок обвалился, здание было ветхим. Я не знаю, почему эти люди решили, что это моя вина.

— Ты хотел что-то украсть?

— Нет, тогда… Я просто жил в той деревне. Это было давно, я же сказал.

— Погибло шесть человек?

— Шесть детей. В том здании мы собирались на учебу.

— Где находился ты в этот момент?

— На чердаке. Эй, какого черта ты вытягиваешь из меня все эти ответы⁈ — дошло до Пиона.

— Я просто хотел понять общую картину, — развел руками Ларт.

— Общая картина в том, что я шесть долгих лет потратил, чтобы пробраться в ту комнату! И все насмарку! Я так и не нашел ключа к ней! Разве по легенде он не должен был быть спрятан где-то в руинах? А теперь я больше не могу здесь находиться.

— Как вы могли так обмануть меня? — ошарашенно произнес Лиэ Ю.

— Как? — переспросил Пион. — Да очень просто. Вспомните нашу первую встречу, вам показалось, что она была случайной? Я понимал, что мне не притвориться бессмертным заклинателем праведного пути, я не смогу изменить свою энергию. Но я смог подавить ее и прикинуться смертным лекарем, странствующим в целях обретения знаний. Эй, господин Ларт, — внезапно обернулся к тому Пион, — как тебе удалось так быстро отыскать вход в катакомбы? Я потратил не один месяц, разыскивая его. Ты ведь уже бывал внутри, не так ли?

Ларт в ответ только многозначительно ухмыльнулся.

— Л-лекарь Пеони, я не понимаю… — растерянным голосом произнесла сбитая с толку Луй Фи.

Пион обернулся к ней через плечо.

— Признаюсь, мне на самом деле нравилось наше общение. Рядом с тобой я чувствовал себя героем. Твои глаза видели во мне доброго и смелого человека. Это было чертовски приятно. Ничего общего с реальностью, конечно же.

Луй Фи потрясенно прикрыла рот рукой. Ее трясло.

Пион долгим взглядом обвел всех присутствующих.

— Как тяжело ощущать, что шесть долгих лет потрачены впустую. Это должна была быть моя триумфальная кража. Но, время вышло. Даже если б вы не разоблачили меня, из-за Чертова города мне пришлось бы бежать.

— Ты все еще надеешься скрыться⁈ — возмущенно воскликнул Фуи.

Пион расплылся в широкой предвкушающей улыбке. В воздухе все это время концентрировалась тьма. В ночном пространстве будто натянули тетиву. На мгновение все замерло, а затем взорвалось лепестками пурпурного пламени. Левый глаз Пиона запылал фиолетовым, энергия, которую тот скрывал все это время, заплясала вокруг него адским огнем.

— Демонический культ! — воскликнул Фуи, прикрываясь и отступая.

— Верни мне Пеони!! — закричала Луй Фи и ринулась на Пиона с мечом.

Тот поморщился, услышав ее крик, в одно движение он развернулся и выбил меч из ее рук. Схватив ее за волосы, второй рукой он приставил меч к ее горлу.

— Советую никому не двигаться, — зловеще произнес он.

— Н-нет, — шептала наставница Луй, — я не верю… Это не может быть так…

— Ты же взрослая женщина, — поморщился Пион. — Что за сопли.

Он отступал, выходя из окружения, волоча ее за собой. Фуи и Лиэ Ю следили за ним глазами хищников, в любое мгновение готовых наброситься на добычу. Ларт стоял неподалеку, крутя в руке зеленый зонтик.

Этот зонтик сорвался в полет и ударил по руке Пиона, выбивая из нее меч. Фуи ринулся на вора, обнажив острые когти, а Лиэ Ю бросился вперед и поймал падающую Луй Фи. Заклинателей накрыло волной пурпурного огня и откинуло прочь, только Ларт остался стоять на месте. Его зонтик, словно дразнясь, ударил Пиона в плечо.

— Скажи мне, ты знаешь, что находится во второй комнате? Что ты собирался украсть?

Пион сделал шаг к нему. Вглядываясь в лицо Ларта, Пион понял, что на самом деле тот точно знает ответ.

— Там сокровище! — воскликнул он.

— Неужели?

Пион резко ударил Ларта в центр груди, прямо в то место, где была еще не зажившая рана. Рана, от которой обычный человек давно бы умер.

Сила удара заставила Ларта отступить на пару шагов. Он охнул, согнувшись от боли. Несмотря на постоянную тянущую боль в груди, он все никак не мог запомнить, что там находится рана, которая заживает довольно медленно.

Пион подскочил к нему и схватил за ворот одежды.

— Там не золото и не драгоценные камни, — выплюнул он. — Но там сокровище.

— На половину ты прав: там действительно не золото и не драгоценные камни. Но является ли сокровищем то, что находится внутри? Кто сказал тебе украсть это?

Пион так сжал челюсти, что заходили желваки. Он приблизился к Ларту и произнес, глядя тому в глаза:

— Я не убью тебя только потому, что ты спас мне жизнь. Но запомни: если мы встретимся еще раз — я не буду столь великодушен.

Выдохнув это, он отпустил его одежду и бросился прочь, скрываясь в темноте ночного леса. Ларт, провожающий его с игривыми искорками в глазах и легкой улыбкой на устах, был более чем уверен, что ему удастся скрыться.

— Никто не ранен? — обернулся он.

— Наставница Луй! Наставница Луй! — тем временем пытался дозваться Лиэ Ю.

Ларт присел рядом с ней и внимательно осмотрел.

— Похоже, она просто потеряла сознание от переживаний, — констатировал он.

— У меня хвост обгорел! — потрясенно воскликнул Фуи, поймав в руку кончик хвоста. — Мастер, что же делать⁈

Лиэ Ю тем временем подхватил на руки наставницу Луй и обернулся к Ларту.

— Он так и сбежит? — неодобрительно глядя на него, спросил глава секты, явственно намекая на то, что это именно Ларт его отпустил.

— Разве такой уж плохой расклад? Тот, за кем гонялся Двуликий город, исчез, твою секту более не будет никто беспокоить.

— Это, конечно, так, но он убил человека — его следует покарать.

Ларт пожал плечами, всем своим беззаботным видом выражая: «Человеком больше — человеком меньше».

Это утро началось у градоправителя Доу Фарона не очень хорошо. Подчиненные, которые по идее должны бы подчиняться, совсем от рук отбились и принялись будить его ни свет, ни заря, покрикивая из-за двери, что настало время послеобеденной аудиенции.

Доу Фарон запустил в дверь тяжелой вазой, которая не разбилась, а громыхнула об нее, словно метательное ядро. За дверью в тот же миг все стихло.

Градоправителю все же пришлось подняться с кровати, так как раздражение не давало ему вновь предаться сладостной дреме. Он сел, лизнул ладонь и пригладил ею растрепавшиеся волосы. Затем он подошел к зеркалу и попытался собрать их, используя острую заколку с драгоценной инкрустацией. Получалось из рук вон плохо, заколка каждый раз съезжала то на один бок, то на другой, а то и вовсе падала при любом резком движении. Доу Фарон откинул заколку прочь и принялся завязывать хвост.

— Может, обрезать их? — глядя в зеркало, пробормотал он.

Зеркало ничего не ответило, но поглядело с явным укором. Градоправитель скинул тонкий темный халат и уставился на идеальное мускулистое тело. Покрутился одним боком, другим, заглянул через плечо и констатировал:

— Никаких татух нет. Походу это реально новая жизнь.

— Градоправитель нынче какой-то ошалелый, — шепнул злой дух, похожий на стоящую на двух лапах ящерку-крокодильчика с длинным, закрученным вверх хвостом.

Место стражника ныне занимал другой йями, так как предыдущего удалось убить Вун Мэру. Этот йями имел человеческое телосложение и облик, но лицо было полностью покрыто черными нитями, а мертвенный остекленевший взгляд слепо глядел в пустоту. Судя по всему, этот йями был преобразившимся из-за ненависти человеком, который стал таким после смерти. Сейчас он никак не отреагировал на слова злого духа, возможно, он не мог говорить. Он как бы стоял на страже, но с тем же успехом мог заменять рыцарские доспехи, поставленные для антуража.

Зато неподалеку находились два человека, которые вполне могли стать собеседниками духу. Они были одеты в темно-коричневую простую одежду (цвет был подобен цвету темных молитвенных флагов), похожую по крою на одежду монахов. Это были заклинатели, энергия которых давно сменила полярность, пропитывая их души ненавистью и болью. Они не называли себя «заклинателями искаженного пути», применяя это определение к сторонникам Демонического культа, но по сути не слишком отличались от них.

— Не понимаю, зачем медлит градоправитель, — произнес один из них, кивая на слова духа. — Мы могли совершить правосудие еще прошлой ночью, не требуя от этой секты выдать преступника.

— Градоправитель всегда был себе на уме, — ответил второй. — Не стоит на него давить, ты же знаешь, Хоу, что это никогда хорошо не заканчивалось.

— Да, старший, я знаю. Просто тревожусь за сестру и брата Зол. Они столько ждали возможности отомстить, мне больно видеть, как их агония растягивается.

— Ты верно сказал, Хоу: они долго ждали. Месть не терпит горячности, а Карающий приход всегда настигает свою цель.

Его молодой собеседник собирался было что-то ответить, но тут двери в конце коридора резко распахнулись, выпуская градоправителя Доу Фарона.

— Мне кажется, что-то в его облике переменилось, — задумчиво произнес злой дух.

— Прическа? — предположил Хоу.

— Ваше превосходительство! — склонился в поклоне старший заклинатель, и Хоу последовал за ним.

Доу Фарон остановился возле них и вздохнул.

— Да-да, не нужно формальностей.

— Н-но… как же? — опешил старший заклинатель, который обращался так к градоправителю уже не один год. И тут вдруг «не нужно»!

— Зачем вы хотели меня видеть?

— Кхм… Ничего особенно срочного, мы бы не позволили себе так настойчиво требовать вашего внимания… — начал старший.

— Стучал он, — Хоу бесцеремонно указал на духа.

Доу Фарон перевел взгляд на странное существо, не выглядящее особо свирепо, учитывая его злобное происхождение.

— Я что, я ничего… время аудиенции…

Доу Фарон было собрался высказать ему все, что о нем думает, но из смежного коридора показалась хрупкая низкая женщина на птичьих лапах. Когти зловеще цокали по каменному полу, заставляя малодушных вздрагивать, а трусливых — прятаться. Ее струящиеся до пола волосы напоминали перья воронова крыла.

Несмотря на то, что женщина была в половину роста Доу Фарона, ее высокомерное выражение лица и строгий облик заставлял того ее неосознанно побаиваться. Он еще не определился, что несут ему ее появления.

— Ваше превосходительство, в тронном зале ожидают горожане, — сообщила она, поклонилась, развернулась и пошла прочь.

У Доу Фарона не было никакого выхода, кроме как последовать за ней. Его нагнали «омраченные».

— Ваше превосходительство, мы ждали вас не случайно, — произнес старший заклинатель. — Дело с вором Пионом и семьей Зол подходит к концу, нужно выбирать следующую цель.

— Так выберете, — отмахнулся градоправитель.

— Я предлагаю исполнить месть младшего Лин. Карающая длань должна успеть покарать виновника, пока его жизнь не забрала болезнь.

— О чем вы говорите? Ничего не понятно, — посетовал Доу Фарон.

— Я говорю о том, что честно будет взять дело, с которым в Карающий приход пришел младший Лин. Человек, который совершил злодеяние, сейчас болен и может долго не протянуть. Будет досадно, если он умрет легкой смертью.

— Да-да, я согласен, — отмахнулся градоправитель.

Женщина-птица как раз подвела его к тронному залу и распахнула боковые двери. Доу Фарон вздохнул, расправил плечи и прошествовал к своему месту на возвышении. В зале столпились всевозможные твари, человекоподобные и вовсе нет, и видеть все это многообразие для градоправителя было почти физически больно и морально очень тяжело (он только недавно привык к женщине-птице).

Напомнив себе, что он крутой и сильный, он поднял взгляд на толпу и вопросил:

— Что за шум?

— Да призраки лютуют, мочи нет! — разразилась толпа. — Пока вы тащили того заклинателя себе на обед, его крови налакались мелкие голодные призраки, и как рассвирепели! Теперь с ними просто так не сладишь!

— Как это «не сладишь»? Нападите на них всем скопом — и дело с концом! — объявил градоправитель и порадовался, что он такой умный и так легко разрешил конфликт, можно расходиться.

Но не тут-то было! Толпа наперебой стала вопить, что призраки слишком сильны, они убивают и поглощают злых духов, становясь еще сильнее, и надо что-то делать, пока они весь город не захватили. Не дело это! Двуликий город всегда находился в строгом балансе зла и зла! Днем — мелкие пакости, ночью — смертоубийство! А теперь что⁈ Призраки лютуют, днем нельзя глаз сомкнуть!

— На что это вы намекаете? — догадался Доу Фарон. — Чтобы я сам, лично, с ними разобрался⁈

— Ну это же отчасти ваша вина…

Ему достался очень наглый электорат. Нельзя давать слабину. Если он сейчас спросит, сколько там призраков, они точно решат, что он согласен их убивать. Нет и еще раз нет! А вдруг он пострадает?

Доу Фарон собирался было решительно отказаться, но внезапно замер, словно прислушиваясь к голосу, нашептывающему что-то ему на ухо. Духи, наблюдающие за градоправителем, затаили дыхание и трепетно ожидали его слова. Доу Фарон словно бы колебался. Он проявлял такую живую мимику в последние пару дней, которую горожане не видели у своего градоправителя в течение множественной череды предыдущих лет.

Наконец, сомнения ушли, лоб Доу Фарона разгладился, а сам он, распрямив плечи, сообщил:

— В основе Двуликого города всегда был кристально ясный закон равноценного обмена зла. Как я понимаю, корень проблемы посадил именно тот заклинатель, вот у него-то мы и потребуем решения!

Зал обомлел. Вот это злодейство!

Доу Фарон стал энергично спускаться, намереваясь немедленно осуществить задуманное. Горожане почтительно расступились, создавая для него торжественный коридор. Под ноги идущему градоправителю полетели сухие цветы, зубы и мелкие косточки.

Видимо, горожан очень впечатлило мудрое решение градоправителя.