44 — 43


44

20 марта 2018 года

Вторник

Глаза жгло невыносимо. Это было стандартно для дедлайна, но Ольшанский впервые так сильно ощущал усталость. Работать не хотелось, разумеется, никому, но на всех предыдущих проектах Игорь был единственным человеком, всё ещё способным найти мотивацию для сидения на работе по вечерам.

Сейчас он ощущал себя выжатым лимоном, и единственное желание, которое постоянно крутилось в голове — это выключить компьютер и уйти отсюда как можно скорее. Была ли виной тому дурная рабочая обстановка, или он просто устал — Игорь сказать не мог, но чётко знал, что ничего хорошего с такой работы не получится.

— Все уже ушли, — Саша остановилась у него за спиной и склонилась ближе. — Пойдём домой.

— Надо ещё доделать… — Игорь потёр глаза, пытаясь сосредоточиться, но код расплывался и превращался в какое-то размытое пятно, не содержащее в себе ни капли смысла.

— Не надо, — с нажимом возразила Саша. — Ты устал. Ты засыпаешь на ходу. У нас впереди ещё десять дней. Успеем.

— Саш…

— Успеем.

В её голосе зазвенела бабушкина стойкость; Ева Алексеевна обычно таким тоном требовала, чтобы муж оставлял своих подчинённых в покое и приезжал домой. Игорь мог вспомнить два или три случая, когда дедушка всё-таки ослушался.

Но он только придвинул клавиатуру к себе поближе, понимая, что код сам себя не напишет, не оттестирует и не исправит ошибки. Они уже подходили к самому концу, оставалось добавить жалкие детали, но Игоря не покидало предчувствие, что вот-вот случится что-то очень плохое.

Саша, вместо того, чтобы оставить его и, обидевшись, уйти домой, потянула на себя кресло. Колёсики с тихим скрипом заскользили по полу, и Игорь вдруг понял, что компьютер оказался вне пределов его досягаемости.

— Саш…

— Не вздумай, — прошептала она ему на ухо. — Девять часов вечера. В это время надо…

— Сидеть дома на диване?

— Не обязательно сидеть, — рассмеялась как-то по-особенному Саша, совершенно нехарактерно для себя. — И не обязательно на диване. Но если ты захочешь…

Игорь удивлённо прокрутился на кресле, чтобы оказаться к жене лицом. Её глаза удивительно весело сверкали, скорее даже игриво.

— Моя дорогая, — усмехнулся Ольшанский, — я правильно понимаю твои намёки?

— Предположим, да, — хитро протянула Саша, подаваясь вперёд. — Если ты сейчас уйдёшь с работы, мы доедем домой и твоей бабушки там не будет…

— А её там не будет?

Александра кивнула и склонилась к нему, упираясь ладонями в спинку кресла, на котором сидел Игорь.

— Не будет, — с придыханием прошептала ему на ухо. — Если ты поспешишь…

Ольшанский поймал её за талию и притянул к себе, приникая к губам жены. Саша сначала ответила на поцелуй, а потом отпрянула.

— Не тут, — покачала головой она, впрочем, всё ещё так же игриво. — Дома. И в твоих интересах доехать туда как можно быстрее. М?

Игорь впервые за все свои годы работы просто выдернул компьютер из сети, не заботясь о том, сохранятся последние изменения или нет…



43

21 марта 2018 года

Среда

Сонно-тягучее настроение, казалось, разлилось по всему дому; за пределами спальни мир существовал весьма смутный, размытый, без особых точек отсчёта и маркеров идентификации. По крайней мере, хотелось верить, что хотя бы среди ночи они никому, кроме друг друга, не нужны.

Саша не спала; в полумраке её глаза почти светились, как у той кошки, и Игорь слышал неровное дыхание.

— Иногда мне кажется, — протянула она, глядя куда-то мимо мужа, в окно, — что мы — не семья, а какие-то несчастные рабы своей работы, которые бегут от дедлайна к дедлайну и никак не могут остановиться.

Ольшанский склонился, чтобы быстро поцеловать её в губы, и вновь отпрянул, позволяя Саше всё так же изучать что-то неведомое и не факт, что прекрасное, затаившееся там, за окном.

— Может быть, — согласился он. — А Регина — рабовладелец, который выкупил наши души и теперь повелевает ими.

Нельзя сказать, что это было очень смешно, Разумовская и вправду никогда не устанавливала ограничений, за которые не заходила, и придумать задание могла даже сотруднику, находившемуся на смертном одре.

— Это когда-то закончится? — Саша провела кончиками пальцев по линии подбородка Игоря. — Или мы так и останемся вечными сотрудниками одной и той же фирмы?

— Ну, — усмехнулся Ольшанский, — рано или поздно мы умрём.

Саша устало закрыла глаза. Её интересовал вопрос о другой вечности, и шутки здесь были, пожалуй, неуместны.

— Всегда можно уволиться, — протянул Игорь. — Дедлайны, фирмы приходят и уходят, а жизнь утекает навсегда.

— Может быть, — кивнула задумчиво Саша. — Может быть. Главное понять, когда вовремя убегать.

Ольшанский вновь склонился ближе к жене, целуя её в уголок губ, и Александра улыбнулась, словно пытаясь запомнить момент.

— Обещаю, — прошептал он, — рано или поздно распрощаемся с Региной навсегда. И точно не позволим работе вытеснить из жизни всё остальное.

— Ловлю на слове.

Она оттолкнула его, выбралась из кровати, набросила тонкий халат на плечи и подошла к окну, пытаясь в ночной темноте найти что-то, что подтвердило бы правдивость его слов.

— Звезда падает, — как будто это было что-то обыденное и скучное, вздохнула Саша. — Видишь? Вот…

Скорее всего, это был какой-то вертолёт или что-нибудь ещё невыносимо банальное. Но Саша с такой надеждой провожала эту звезду, что у Игоря язык не повернулся сказать ей правду.

Напротив, очень захотелось загадать желание. Даже если оно не сбудется, даже если это — детские игры, из которых они давно уже должны были вырасти. Они смотрели на эту звезду не так, как смотрят на неё взрослые люди, понимающие, что чудес не бывает.

Игорь не знал, впрочем что задумала Саша, какое сокровенное желание выудила вдруг из своего сознания.

Даже не подумал, могли ли их мысли в этот момент, когда падала звезда — или пролетал вертолёт, или просто что-то светилось, — совпасть…


Загрузка...