Адептка в академии по вызову. Вернуть попаданку

Глава 15

К счастью, в этот раз Азазель решил всё же обойтись без моей помощи. Не иначе, сообразил, что брать на дело зелёную первокурсницу – себе дороже. Вспомнить хотя бы, чем обернулся прошлый раз.

Впрочем, я не возражала. Разве что уточнила (чисто для галочки), как Азик планирует в своём акте мести обходиться без магии. Ведь всего полчаса назад он утверждал, что зелье и её заблокировало за компанию с обликом кота…

На что получила снисходительный взгляд. И ответ, что масштаб потери был слегка приукрашен. Исключительно с целью вызвать у меня чувство вины. На самом же деле, магия подчинялась Азику прекрасно.

Закатив глаза, я решила не лезть в подробности. Раз уж с вопросом кормёжки определились, то делать мне здесь больше нечего. Окинув последним взглядом небольшую комнатку с некогда роскошным гарнитуром, я вслед за Джульеттой поднялась в комнату.

Живот недовольно урчал – всё-таки, к хорошему быстро привыкаешь. Особенно к регулярному питанию. Но я поспешила напомнить себе, что ещё месяц назад питалась раз в день разводной лапшой, и успокоилась. В конце концов, не в первый раз мне приходится засыпать голодной.

Первые результаты мести Азика проявились уже на следующий день. Мы как раз возвращались с пары по физической подготовке, когда из комнаты коменданта раздался истошный вопль. Полный смеси ужаса и отчаяния.

— Что-то случилось, — прокомментировала Джульетта.

— Кажется, я догадываюсь, что именно, — согласилась я.

— И что же? — высокомерно встрял Говард. В общежитии он не жил, но после пар у Остина пользовался нашими душевыми. Вроде бы, у аристократов где-то даже отдельная раздевалка была.

Ответить мы не успели. В коридор вывалился Дюран, потрясая дохлой крысой. Жест я оценила. В прошлый раз это была всего лишь мышь, но в этот раз Азик церемониться не стал.

Красные от ярости глаза сфокусировались на мне, и Дюран выдохнул, тыкая в мою сторону узловатым пальцем:

—Ты-ы!!!

Я моментально вскинула руки. Наша группа замедлилась, и в итоге окончательно остановилась, с любопытством следя за происходящим.

— Я ничего не делала! — выпалила я. — У меня вообще сейчас пара была! Весь коридор свидетелей!

Дюран окинул присутствующих растерянным взглядом, а я мысленно поаплодировала Азику. Судя по всему, он провернул всё вот только что, чтобы на меня не упали подозрения. Надо же, какой продуманный.

Комендант тем временем оценил помятый вид присутствующих, следы грязи на одежде и, очевидно, сделал правильные выводы.

— Кто-о? — прорычал он раненным зверем. — Кто посмел?

Ответа не последовало, и он скрылся в кабинете. Очевидно, пошёл искать улики. Мы же поспешили убраться. Я не спешила реагировать на настойчивые вопросы сокурсников и усиленно прятала ухмылку. Всё-таки, Дюран это заслужил. Начиная с того, что он вообще не должен был отбирать еду у студентов. Что ж, рано или поздно карма настигает каждого.

Тот самый отлов неучтённых животных состоялся в тот же день. И, ожидаемо, не дал никакого результата. За эти пару дней все, кому было нужно, успели зарегистрировать своих питомцев и фамильяров. И прививки сделали – кто в академии, а кто в городе.

С нашей комнатой тоже всё прошло гладко. Стоило людям в форме переступить порог, дверь ведущая в лабораторию, слилась со стеной и не показывалась до самого их ухода. Кем бы ни был упомянутый Азиком Столас, своё дело он точно знал.

Оставшееся время до конца недели прошло спокойно. Азик продолжал прохлаждаться на диване в подвале, время от времени куда-то пропадая. Через нашу комнату он не проходил, но хождение сквозь стены меня больше не удивляло. Комендант безвылазно сидел в своём кабинете. Не иначе, решил охранять свой сейф лично. Нейт не появлялся.

Последнее оказалось неожиданностью. По словам Арчи, провожавшего меня на прошлых выходных, Нейт собирался уехать только до середины этой недели. И по моим подсчётам, середина недели уже наступила. Но его всё не было.

А когда он не пришёл и на собственную лекцию, меня начал грызть червячок беспокойства.

Едва дождавшись окончания пары, я сгребла вещи в сумку и бросилась за ректором. Именно он сегодня замещал Нейта.

— Господин ректор! — выпалила я, задыхаясь. Кросби шагал быстро, и нагнать его удалось лишь в конце соседнего коридора. — Господин… лорд ректор, — поправилась я.

Брови мужчины взметнулись вверх. Под маской вежливого интереса зажглись искорки веселья.

— Слушаю, адептка, — проговорил он. — Что вы хотели?

Я застыла в недоумении. Дыхание сбилось, щёки покраснели от бега. И правда, что же я хотела? Зачем неслась за ректором сломя голову?

— Эмм, — глубокомысленно протянула я. — А…

Мужчина склонил голову набок, демонстрируя внимание.

— Ней… Магистр Линдорм, он… Он в порядке? — выдохнула я, наконец, с ужасом понимая, что теперь щёки пылают уже по совершенно другой причине.

— А по какой причине вы интересуетесь, адептка?

Я вздрогнула. И новым взглядом уставилась на мужчину. Да он же развлекался! Так и ждал, что же я отвечу. Причины ему интересны, надо же…

Одёрнув нервным движением браслет, я быстро огляделась. Мимо тёк поток адептов. Лекции завершились, и все спешили в учебный корпус. На нас, вроде как, не обращали внимание, но лишь пока. Лучше бы так и оставалось.

— Причин нет, — проговорила приглушённо. — Прошу прощения, лорд ректор. Не смею больше вас задерживать.

Коротко кивнув, я развернулась и даже успела сделать пару шагов прочь…

— Он пока не возвращался, — донеслось мне в спину. — Но когда это случится, обязательно дам вам знать, адептка Линдорм.

Поджав губы, я обернулась и с благодарностью кивнула. Нет так нет. Если так подумать, меня вовсе не должно беспокоить, что мой вынужденный пока-ещё-муж где-то задерживался. Как и то, что он предпочёл вовсе не предупреждать меня о своём отъезде. Не должно, и не беспокоит. Всё.

Запала хватило на полтора дня. До первого выходного и очередной рабочей смены в «Альбатросе». А потом мне резко стало не до этого.

Настроение испортилось ещё накануне. Это никак не было связано с тем, что после пары по теории сигилов ко мне подошла профессор Миллер и поинтересовалась, когда же планирует вернуться мой дядя. Нет, дело было вовсе не в этом. Просто с самого утра пятницы на улице зарядил мелкий дождь. Который к вечеру превратился в полноценный ливень.

Осложнялось всё тем, что зонтиком в этом мире я пока что обзавестись не успела. Да и не накопила ещё. А отбирать единственную защиту от дождя у Джульетты или Скотта я не могла.

Впрочем, в субботу картина немного изменилась. Примерно в полдень тяжёлые тучи слегка разошлись, демонстрируя синее небо. Даже солнышко выглянуло, расцвечивая парк академии яркими бликами. С облегчением выдохнув, поспешила в сторону «Альбатроса». В груди зрела надежда, что к ночи тучи вовсе разойдутся, и по пути обратно я тоже не промокну.

А потом я вышла за ворота. Высокое здание учебного корпуса перестало загораживать мне обзор, и я с тоской разглядела почерневший край неба с яркими всполохами пока ещё далёких молний.

Робкая надежда, что грозовой фронт пройдёт стороной, растворилась с первыми ударами грома. А следом по козырьку и подоконникам харчевни забарабанили крупные капли. К счастью, до работы я добраться успела. А вот как буду добираться обратно, пока не решила.

И теперь я стояла у окна, вглядываясь в серую хмарь и пытаясь угадать за этой пеленой фигуры редких прохожих.

— Зря ты прибежала, — прокомментировала Николь, вставая рядом со мной. — Сегодня Бонни и сама бы прекрасно справилась.

Я со вздохом согласилась. Зал за нашими спинами был абсолютно пуст. За стойкой бармен со скучающим видом протирал бокалы. Рядом уныло примостилась Бонни, листая какую-то книгу. На кухне тихо переговаривались повара.

Судя по всему, адепты предпочли в такую погоду остаться в академии, а не спешить выпить в харчевне. В конце концов, завтра будет ещё один выходной.

— А знаешь, что самое обидное? — с досадой отметила начальница. — Похоже, художница снова не придёт.

— Художница? — нахмурилась я. — Какая?

— Забыла? — неодобрительно покачала головой Николь. — Ну один ветер в голове у молодёжи. Стены нам должны разрисовать, помнишь?

Я задумчиво кивнула. Точно, что-то такое Николь мне говорила. Кажется, здесь собирались расписать стены и фасад. Когда же это было?

— На прошлой неделе должна была начать, — процедила женщина. — И как сквозь землю провалилась. Я лично трижды ходила к её дому – нет на месте. Говорят, работает где-то. А должна у меня.

— А аванс забрала? — зачем-то уточнила я.

Николь покачала головой.

— Мы договорились о ежедневной выплате аванса. Первую неделю частями после работы, а остаток после завершения. Ещё она хотела купить материалы, но я сама взяла всё по её списку. Вышло в три раза дешевле, чем она загадывала.

Ну понятно. Судя по всему, разницу девушка решила прикарманить себе. Ну, либо же Николь взяла материалы худшего качества. Но, зная её, в подобное я не верила.

Словом, судя по всему, художница попалась недобросовестная. Я себе такого не позволяла. Хотя и проработала-то в этой области всего ничего.

— А найти новую вы не пробовали? Мне кажется, что если человек не приходит в назначенному времени, то и работать он будет плохо.

— Думаешь, не понимаю?! — горечью проговорила она. — Да только где мне взять другую? Художники, знаешь ли, на дороге не валяются.

— Объявление в газету? — предложила я.

— Давала, — мрачно призналась Николь. — Только эта одна и откликнулась. Рисованию же в основном благородных учат. Аристократию. И никто из них на такую работу не согласится. А среди обычных людей художников наперечёт… Ох, всё. Видно, придётся без рисунков. Зря только тратилась.

Я с сочувствием оглядела напряжённый профиль женщины. Суровую складку на лбу, поджатые губы. Неприятно, когда рушатся планы, да ещё и по вине исполнителей. Эх, мне бы кисточки… Стоп. А что там Николь говорила про материалы?

— А что именно вы закупали? — уточнила я и затаила дыхание.

— Известно, что… Краски, кисти… Да если хочешь, покажу.

— Хочу! Очень!

Боясь громко вздохнуть, я проследовала за Николь от окна вглубь харчевни. Бонни отвлеклась от книги, проводила нас рассеянным взглядом и снова уткнулась в текст. Мы свернули к хозяйственным помещениям, и начальница широко распахнула дверь стенного шкафа.

— Вот. Тут всё, — прозвучало драматично. — Я даже произносить не хочу, сколько это всё стоило.

Я же присела на корточки и с благоговением подняла связку кистей. Бережно потрогала щетину. Приоткрыла крышку одной из красок. И меня захлестнуло такой мощной волной наслаждения и ностальгии, что я не выдержала:

— Я возьмусь.

— За что? — не поняла Николь.

— Я распишу стены «Альбатроса», — торжественно объяснила я. — Я умею! У вас есть эскиз?

Как выяснилось, эскиза не было. Да что там – не было даже банальной схемы элементов (и как краски-то выбирали?). Было только понимание, что изображения на стенах должны быть выполнены в морской тематике. Вот в этом Николь была совершенно уверена.

Впрочем, учитывая пустой зал, времени на обсуждение у нас было сколько угодно. Так что вскоре мы не только определились, что именно должно находиться на изображениях, но и распределили их по стенам. И если сперва Николь была настроена скептически, то наблюдая, как лихо я набрасываю детали, прониклась верой в меня… Ну или, по крайней мере, выразила готовность рискнуть.

Для первого раза на растерзание мне отдали стену в самом маленьком закутке, где предстояло нарисовать альбатроса, летящего над парусником. Мол, вот покажешь работу, тогда и поговорим об остальных стенах. А если что, то моё художество и закрасить недорого.

Разумеется, сама я была настроена максимально решительно и в своих силах не сомневалась. Не то чтобы я была прямо профессионалом в росписи стен. Но был в моей жизни период, когда я хваталась вообще за любую работу, лишь бы платили. Так что несколько подобных работ в моём портфолио числилось.

— На сегодня можешь быть свободна, — сообщила Николь, утвердив последний эскиз. — Всё равно разрисовать не успеешь. А гостей, судя по всему, больше не будет.

Я окинула печальным взглядом пустой зал. За время, пока мы возились с эскизами, посетителей почти не было. Пара одиноких мужчин, желающих быстро поужинать. Да небольшая компания студентов, всё же решивших прогуляться в дождь. Последней оказалась влюблённая парочка. Вот они до сих пор сидели в уголке, сладко переговариваясь.

От взгляда на них я почему-то ощутила лёгкую тянущую пустоту в груди. Самой-то мне такие отношения всегда были недоступны. Думала, давно смирилась. А вод гляди ж ты, похоже, завидую.

Парень прошептал что-то на ухо спутнице. Девушка с мягким смехом откинула голову назад, касаясь его руки. Я моргнула и, с усилием оторвав взгляд, перевела его на окно.

За окном висели сумерки. Но пока, кажется, больше из-за дождя. Формально, до отбоя оставалось ещё достаточно времени. Уходить сейчас было жалко. Если завтра в «Альбатросе» наберётся полный зал, поработать не удастся. Такими темпами до красок я ещё долго не доберусь. А у меня уже ручки чесались поскорее приступить к самому интересному!

— Милана, — с укором повторила Николь. — Ты тут уже несколько часов сидишь. В следующий раз дорисуешь, ничего страшного.

— Я только контур на стену перенесу, и сразу побегу, — проговорила умоляющим тоном. — Пожалуйста!

Покачав головой, она поднялась. И неожиданно широко улыбнулась.

— Сказала бы сразу, что рисовать умеешь – я бы тебя в подавальщицы не взяла. Только руки портить.

— Да ну, кому нужен художник, — отмахнулась я, вспоминая, как первое время после переезда от тёти надеялась, что смогу прокормить себя одним только рисованием. Ох, какое разочарование меня ждало… Хотя, возможно, я просто совершенно не умела продавать свои услуги.

Вместо ответа Николь загадочно улыбнулась и удалилась в сторону кухни. Я же подошла к стене и принялась наносить разметку. В переносе эскиза мне бы, конечно, не помешал какой-нибудь проектор… Но имеем что имеем.

— Ты вообще домой собираешься? — выдернул меня из рабочего процесса голос Николь. — Ночь уже, я Бонни отпустила.

— Сейчас, ещё секундочку, вот тут дорисую…

— Завтра дорисуешь. Иди уже! — отрезала Николь, решительно отбирая у меня карандаш.

Тяжело вздохнув, я оглядела результат работы. Если так посмотреть, выглядело отлично. Но если повернуть голову чуть вправо…

— Завтра, — повторила она, и я сдалась.

— Там дождь хотя бы закончился? — поинтересовалась жалобно.

— К сожалению, нет.

Коротко вздохнув, я побрела к выходу. Выходить под ливень не хотелось совершенно. С другой стороны, промокнуть на пути в академию не так страшно, как на пути сюда. Там хоть переодеться можно будет.

— У тебя же есть зонтик? — прилетело в спину. Я остановилась и виновато покачала головой. — Как это нет, Милана? Нельзя в такую погоду без зонтика!

— А у вас, случайно, нет запасного? — спросила я, обернувшись в дверях.

— Нету, — призналась женщина. — У меня и первого-то нет, я же прямо тут, наверху, живу. Но тебе он обязательно нужен.

Спорить я не собиралась. Зонтик – вещь необходимая. Как только накоплю, так сразу обзаведусь.

В итоге мне вручили какую-то тряпку (по виду, кусок занавески), которую следовало растянуть над головой, и в таком виде бежать до академии. Оставалось надеяться, что в поздний час прохожих не будет, и никто моей пробежки не заметит. Хотя какие вообще прохожие в такой ливень?

«Главное, чтобы таркон не появился,» — мелькнуло в голове. И я вдруг очень остро пожалела, что Нейт до сих пор не вернулся.

Впрочем, хочешь не хочешь, а идти к себе было необходимо. Ночевать прямо в харчевне мне никто не предлагал, да и неправильно это, заставлять друзей волноваться. Покрепче сжав тряпку (так себе замена зонта, конечно), я ещё раз попрощалась с Николь и шагнула на улицу.

Дождь шёл стеной. Так, что из-под козырька было страшно выходить. Казалось, сделай шаг – и тебя смоет потоком.

За спиной щёлкнул замок, и я оглянулась через плечо. Да так и застыла в ужасе. За моей спиной, прямо возле двери, застыла тёмная фигура. Мужская.

Первым желанием было метнуться назад и забарабанить в дверь с требованием впустить внутрь. Но потом я присмотрелась повнимательнее…

— Ты?