Арсенал Регрессора. Том 3

Глава 17 Остров Пепла

Прах Лиха Одноглазого оседал на землю невесомым пеплом, смешиваясь с костяной крошкой острова. Я стоял над останками твари, чувствуя, как догорает адреналин последней схватки. Артефакты удачи из Вегаса медленно остывали, их золотистое свечение угасало, я истощил их полностью.

Тамамо уже нашла реликт, но осталось кое-что еще.

Среди праха, там, где секунду назад находилась голова существа, тускло поблескивал глаз. Мутная радужка смотрела в никуда, сохраняя отпечаток древней, концептуальной силы. Я присел на корточки, протянул руку.

Пальцы коснулись холодной поверхности.

В следующее мгновение глаз превратился в густую чёрную жижу, которая впиталась в кожу тыльной стороны ладони с жадностью пиявки. Ощущение было неприятным, словно тысячи ледяных игл прошили руку насквозь, но я не отдёрнул её. Уже понял, что произойдёт дальше.

На коже проступил символ. Грубый, словно выжженный раскалённым клеймом знак, похожий на перевёрнутое дерево с корнями, уходящими в небо. Руна Чернобога.

Око Бога Знаний мгновенно отреагировало, выводя информацию золотистыми символами:

[Получена Метка Нави]

[Прогресс: ⅓]

[Описание: Печать, связывающая носителя с Навью, миром мёртвых в славянской мифологии. Полный набор из трёх меток открывает доступ к Истинному Буяну.]

Золотистые символы Ока продолжали разворачиваться перед глазами, добавляя новые строки:

[Внимание: Метка Нави делает носителя приоритетной целью для всех обитателей острова]

[Чем больше меток собрано, тем сильнее притяжение. Существа Нави будут чувствовать носителя на большем расстоянии и атаковать агрессивнее]

[Примечание: Метки можно передать другому носителю добровольным касанием, однако разделить невозможно. Все собранные метки передаются единым комплектом]

Я потёр символ на руке, ощущая лёгкое покалывание. Значит, чем ближе к финалу, тем веселее будет. Одна метка — неприятность. Две — серьёзная проблема. Три — каждая тварь на архипелаге почует меня и бросится рвать на части.

Логично. Система не даст пройти Искажение, просто собирая ключи. За каждый придётся платить.

Передать метки кому-то из команды? Технически возможно. Практически — самоубийство для того, кто их примет. Никто из моих людей не выдержит такого давления.

Я буду нести эту ношу сам.

— Костя? — голос Тали вырвал меня из размышлений. — Что с рукой?

Вся команда собралась вокруг, с опаской разглядывая чёрный символ на моей руке. Лиза держала ладонь у рукояти меча, готовая призвать священное пламя при первых признаках угрозы. Роман хмурился, Артём держался чуть в стороне, но его взгляд был внимательным. Даже Тамамо, обычно равнодушная к человеческим делам, склонила голову набок, изучая руну с интересом.

— Ключ, — ответил я, опуская рукав куртки. — Первый из трёх.

— Ключ? — Роман нахмурился сильнее. — К чему?

— К настоящему Буяну.

Я обвёл взглядом команду, отмечая их состояние. Тали выглядела измотанной после боя, но в глазах горел азарт. Лиза поддерживала барьер из священного света вокруг группы, отгоняя мелкую нежить, которая начинала подползать к месту битвы, привлечённая запахом крови. Артём был бледен, телепортация явно отнимала силы, но держался. Тамамо казалась свежей, будто для неё путешествие было простой прогулкой.

— Погоди, — Тали взяла мою руку осматривая метку. — Сценарий говорил о трёх дорогах. Выбери путь, и всё такое. Мы прошли этот остров, убили босса, получили метку. Значит, можно идти к Алатырю?

Я покачал головой.

— Забудь про сценарий. Описание лжёт.

— Лжёт? — Лиза нахмурилась. — Искажения не лгут. Они дают условия прохождения.

— S-ранговые Искажения играют по другим правилам.

Я достал из Арсенала Карту Всех Дорог, развернул свиток. Золотистые линии побежали по пергаменту, формируя контуры архипелага. Четыре острова, три вспомогательных и один центральный, соединённые тонкими нитями возможных путей.

— Смотрите, — я указал на карту. — Остров Костей, где мы сейчас. Остров Забвения на западе. Остров Пепла на востоке. И Истинный Буян в центре, где находится Алатырь-камень.

— Три острова, три дороги, — кивнул Роман. — Логично. Выбираем одну и идём.

— Именно так думают все рейдеры. И именно поэтому никто из них не пройдёт это Искажение.

Я свернул карту, убрал обратно в Арсенал.

— Описание «выбери путь» — это ловушка. Проверка на терпение и внимательность. Каждый остров скрывает ключ, метку Нави. Нужно собрать все три, чтобы открыть проход к Истинному Буяну. Выбор одного пути означает провал.

Тишина повисла над группой. Команда переваривала информацию, и я видел, как меняются их лица. Понимание, разочарование, затем решимость.

— Три острова, — медленно произнесла Лиза. — Три босса уровня Лиха?

— Не обязательно. Каждый остров имеет свою специфику. Остров Костей проверял способность противостоять концептуальной силе.

— Звучит весело, — Тали поморщилась, но в её голосе не было страха. — Ладно, план ясен. Куда дальше?

Я проверил экипировку команды быстрым взглядом. Запасы зелий, состояние оружия, уровень магической энергии. Все были потрёпаны, но способны продолжать. Пять дней на прохождение давали запас времени, хоть и небольшой. Но наше время будет урезано, потому что совсем скоро «Магистраль» двинется следом.

Метка на Артёме была неактивна. Я специально не стал ее снимать, чтобы не триггерить Магистраль раньше времени. Им в любом случае понадобиться время для сборов, после того как они заметят, что парень пропал. А в Искажении мне нужно, чтобы они шли за нами.

План уже сформировывался в голове.

— Остров Пепла, — решил я. — Он ближе.

Группа двинулась к краю острова, где костяная земля обрывалась над чёрной водой. Туман клубился над поверхностью, скрывая противоположный берег. Где-то вдали, едва различимый в дымке, виднелся силуэт следующего острова.

Между Островом Костей и Островом Пепла протянулся мост.

Если это можно было назвать мостом.

Верёвочная конструкция болталась над бездной, покачиваясь от ветра. Доски, служившие настилом, были старыми, потемневшими от времени, некоторые отсутствовали вовсе, оставляя зияющие провалы. Верёвочные перила выглядели так, словно вот-вот лопнут под собственным весом. Вся конструкция скрипела и стонала, издавая звуки умирающего животного.

— Это шутка? — Тали уставилась на мост с выражением человека, которому предложили прыгнуть в жерло вулкана. — Мы должны идти по этому?

— Можешь поплыть, — предложил я. — Чудо-Юдо будет не против.

Тали бросила взгляд на чёрную воду внизу, где иногда проступали очертания чего-то огромного, и передёрнула плечами.

— Мост так мост, один черт Валькирия меня не дотащит… Я когда на ней, у меня ощущение что меня сжирают изнутри.

Роман подошёл к началу конструкции, потрогал верёвку. Она заскрипела под его пальцами, но выдержала.

— Я пойду первым. Если что-то пойдёт не так, мой талант выдержит падение.

— Нет, — я остановил его жестом. — Идём в том же порядке. Я впереди, Тамамо за мной, Лиза и Тали в середине, Артём за ними, Роман замыкает. Держим дистанцию в три метра, чтобы не перегружать доски. В случае проблем, помогайте тому, кто ближе всего к вам.

Команда выстроилась согласно указаниям. Я ступил на первую доску, чувствуя, как она прогибается под весом. Мост качнулся, верёвки натянулись с протестующим скрипом.

Впереди, сквозь туман, проступали очертания Острова Пепла. Там ждало следующее испытание, следующий ключ, следующий шаг к Алатырю.

Мост качался под ногами, словно живое существо, которое пыталось сбросить непрошеных гостей. Каждый шаг отзывался скрипом древнего дерева и натужным стоном верёвок. Туман обволакивал нас со всех сторон, превращая переправу в путешествие сквозь молочную пустоту.

Я двигался первым, проверяя каждую доску прежде чем перенести на неё вес. Некоторые казались надёжными, но прогибались под ногой до опасного предела. Другие выглядели трухлявыми насквозь, однако держали без единого звука. Логика здесь отсутствовала, как и в любом уважающем себя S-ранговом Искажении.

За спиной слышалось ровное дыхание Тамамо, лёгкие шаги кицунэ почти не тревожили конструкцию. Дальше шли Лиза и Тали, их движения были осторожными, выверенными. Артём держался молча, сосредоточившись на том, чтобы не оступиться. Роман замыкал строй, его массивная фигура заставляла мост раскачиваться сильнее, но он компенсировал это медленным, размеренным темпом.

Первая атака пришла без предупреждения.

Песня разлилась над водой, сладкая и тягучая, обволакивающая разум подобно тёплому мёду. Мелодия проникала в сознание, и что-то внутри меня откликнулось на неё, потянулось навстречу.

Я быстро сообразил в чем дело.

— Закройте уши! — рявкнул я, разрывая оцепенение усилием воли. — Сирины!

Из тумана вынырнули три фигуры. Женские тела с птичьими крыльями и когтистыми лапами вместо ног, оперение отливало грязным серебром в скудном свете. Их лица были прекрасны той болезненной, потусторонней красотой, которая обещала блаженство и смерть в равных долях. Рты раскрылись шире, и песнь усилилась, захватывая разум тисками.

Тали покачнулась, её глаза остекленели. Рука потянулась вперед, готовая отпустить веревочный мост и шагнуть навстречу зовущим голосам.

Артём схватил её за плечо, удерживая на месте. Его лицо было искажено гримасой боли, он сопротивлялся песне из последних сил, но держался.

Лиза первой перешла в атаку. Священное пламя полыхнуло, отгоняя чары, и она метнула сгусток огня в ближайшую птицу. Тварь увернулась с пронзительным визгом, прервав пение на долю секунды.

Этого хватило.

Я выхватил Грань Равновесия и прыгнул вперёд, используя перила как опору. Клинок рассёк воздух, целясь в крыло второй птицедевы. Сирина попыталась отпрянуть, но мост качнулся в мою сторону, добавляя инерции удару. Лезвие вспороло серое оперение, брызнула чёрная кровь.

Раненая тварь завизжала, её песнь превратилась в режущий уши вопль ярости.

— Держите строй! — крикнул я, возвращаясь на доски. — Роман, барьер на фланги!

Золотистое сияние вспыхнуло по обе стороны моста, отсекая возможные пути для атаки сбоку. Сирины кружили над нами, их крылья рассекали туман, но теперь они держались на расстоянии.

Третья птицедева нырнула сверху, целясь когтями в Тали. Тамамо перехватила атаку потоком голубого огня, пламя лизнуло крылья твари, заставляя её отшатнуться с воплем.

Мы продолжали двигаться вперёд, не останавливаясь. Строй держался, каждый прикрывал соседа. Роман отражал барьерами попытки зайти с флангов, Лиза поливала тварей священным огнём, не давая приблизиться для новой песни. Артём тянул Тали за собой, девушка постепенно приходила в себя, её глаза обретали осмысленность.

Раненая Сирина атаковала снова, на сей раз молча, полагаясь только на когти. Я встретил её Гранью Равновесия, клинок вошёл в грудь по рукоять. Вампиризм меча высосал остатки жизненной силы, и тварь обмякла, соскальзывая с лезвия в чёрную воду внизу.

Две оставшиеся птицедевы обменялись пронзительными криками и отступили в туман. Их силуэты растворились в молочной дымке, оставив после себя только эхо оборванной песни.

— Строй работает, — выдохнул Роман, когда мы преодолели очередной участок моста. — Каждый знает своё место, никто никому не мешает.

— Для того и придуман, — я не оборачивался, продолжая следить за туманом впереди. — Ещё метров двести до берега. Будьте готовы.

Мост тянулся дальше, ныряя в густеющую дымку. Доски под ногами становились всё более ненадёжными, некоторые отсутствовали вовсе, заставляя перепрыгивать через провалы.

Сирины вернулись на полпути к берегу.

Их было пять на сей раз, и они атаковали слаженно, с двух сторон одновременно. Песнь обрушилась волной, удвоенной силы, но мы были готовы.

Лиза создала купол священного света вокруг середины строя, защищая Тали и частично прикрывая Артёма. Тамамо выпустила веер огненных лезвий, отсекая атаку справа. Я принял на себя левый фланг, Грань Равновесия и Коготь Фенрира работали в связке, не давая тварям приблизиться.

Роман держал барьер снизу, не позволяя птицедевам поднырнуть под мост и атаковать из-под ног.

Бой был коротким и жестоким. Две Сирины рухнули в воду, рассечённые моим клинком. Ещё одна сгорела в огне Тамамо, её пепел развеялся над бездной. Оставшиеся две отступили, их крики полнились яростью и страхом.

— Они учатся, — заметила Тамамо, когда мы возобновили движение. — Следующая атака будет хитрее.

— Следующей атаки не будет, — я указал вперёд.

Туман редел, открывая контуры берега. Остров Пепла выступал из дымки серой массой, безжизненный и унылый. Мост упирался в каменный причал, покрытый слоем чего-то, что издалека напоминало грязный снег.

Мы сошли на твёрдую землю один за другим. Ноги утонули по щиколотку в мягкой субстанции, и я понял, что это был пепел. Жирный, маслянистый пепел, который облепил обувь подобно болотной тине.

Здесь ничего не росло. Ни деревьев, ни кустов, ни даже травы. Бесконечное серое поле простиралось до горизонта, покрытое толстым слоем пепла и нарушаемое лишь большими холмами.

Местами пепел доходил до колена, местами поднимался, но везде оставался одинаковым: серым, безжизненным, мёртвым.

Небо над головой было чёрным. Ни звёзд, ни луны, ни облаков, просто абсолютная чернота, которая давила на плечи физическим весом. Воздух пах гарью и серой, каждый вдох царапал горло, оставляя привкус сожжённой плоти.

— Уютно, — Тали огляделась с отвращением. — Словно кто-то сжёг целый мир и забыл убраться.

Я активировал Око Бога Знаний и Карту Всех Дорог, пытаясь получить карту местности. Золотистые символы вспыхнули, замерцали и погасли.

[Картографирование невозможно]

[Пространственная структура локации нестабильна]

— Карта здесь бесполезна, — сообщил я команде. — Пространство меняется.

— В смысле меняется? — Роман нахмурился.

— В прямом. Остров перестраивает себя. Путь, который мы видим сейчас, может исчезнуть через минуту.

Лиза подняла руку, и на её ладони затеплился огонёк священного пламени. Мягкий золотистый свет разлился вокруг, отгоняя давящую тьму.

В следующее мгновение пепел у её ног вскипел.

Крошечные частицы вспыхнули оранжевым, словно раскалённые угли. Волна жара ударила по ногам Лизы, она вскрикнула, отдёргивая руку. Пламя на ладони погасло, и пепел успокоился, снова став серым и безжизненным.

Я схватил её за запястье, осматривая повреждения. Кожа покраснела, местами пошла волдырями. Ожоги первой степени, болезненно, но терпимо.

— Что это было? — Лиза смотрела на пепел с изумлением и страхом.

Око Бога Знаний уже анализировало произошедшее, золотистые символы складывались в предупреждение:

[Остров Пепла — зона Магического Выгорания]

[Внимание: любая активная магия, выпущенная наружу, вступает в реакцию с атмосферой острова]

[Результат реакции: мгновенная детонация на источнике заклинания]

[Рекомендация: избегать использования талантов и магических способностей реликтов]

Я прочитал информацию вслух, наблюдая, как меняются лица команды. Понимание приходило медленно, вместе с осознанием того, насколько серьёзна ситуация.

— Погоди, — Тали побледнела. — Ты хочешь сказать, что мы здесь беззащитны? Совсем без магии.

— Хуже. С магией, которая убьёт нас при попытке использования.

Роман посмотрел на свои руки, где ещё мгновение назад готов был вспыхнуть защитный барьер.

— Мой талант… если я создам щит…

— Он взорвётся прямо на тебе.

Тишина повисла над группой, тяжёлая и давящая. Каждый из них уже привык полагаться на свои способности. Лиза со священным пламенем, Роман с барьерами, Тали с конструктами, Артём с телепортацией, Тамамо с ее пламенем и иллюзиями. Здесь всё это превращалось в оружие самоуничтожения.

Черт, Тамамо…

Воздух вокруг лисицы задрожал, как над раскалённым асфальтом в полдень. Я заметил это первым — лёгкое марево, окутавшее фигуру кицунэ, становилось всё плотнее. Пепел у её ног начал тлеть, испуская тонкие струйки дыма.

Тамамо застыла, её глаза расширились от понимания. Иллюзия человеческого облика требовала постоянной подпитки магией, крошечного, но непрерывного потока силы. Здесь, на Острове Пепла, даже этот ручеёк становился смертельным.

— Чёрт, — прошипела она сквозь зубы.

Иллюзия схлопнулась мгновенно, словно лопнувший мыльный пузырь. На месте стройной темноволосой женщины возникла её истинная форма: роскошный белый мех с золотистым отливом на девяти пушистых хвостах, острые уши на голове.

Лиза отпрянула, рука метнулась к мечу. Роман шагнул вперёд, инстинктивно заслоняя собой Тали. Артём замер, его пальцы дрогнули, готовые активировать телепортацию, прежде чем он вспомнил, что это самоубийство.

— Ёкай! — Лиза выхватила клинок, её глаза полыхнули золотом священного гнева. — Костя, отойди от неё! Я с самого начала чувствовала что что-то с ней не так!

Тамамо оскалилась, показывая клыки, её хвосты напряглись. Даже без магии девятихвостая лисица оставалась смертельно опасным существом.

— Спокойно, — я встал между ними, подняв руки. — Все успокоились.

— Она монстр из Искажения! — Лиза не опускала меч. — Как она вообще здесь оказалась⁈

— Технически, — я пожал плечами, — это мой трофей. Из Киото привёз. Сувенир, так сказать.

Тамамо фыркнула, её уши прижались к голове.

— Сувенир? — голос кицунэ сочился ядом. — Я — Тамамо-но-Маэ, девятихвостая владычица иллюзий, а ты называешь меня сувениром?

— Ну, магнитик на холодильник брать было неоткуда.

Тали нервно хихикнула, прикрыв рот ладонью. Напряжение в воздухе дрогнуло, треснуло по швам.

— Она помогала нам, — я посмотрел на Лизу. — На мосту. В бою с Лихом. Всё это время она была рядом, и никого из вас не тронула.

Лиза колебалась, её меч медленно опустился.

— Но…

— Я за неё ручаюсь. Этого достаточно?

Повисла пауза. Роман первым расслабил плечи, отступая назад. Тали уже смотрела на лисицу с детским любопытством. Артём молча кивнул, принимая решение командира.

Лиза убрала меч в ножны.

— Ладно, — её голос был жёстким, но враждебность ушла. — Но я буду следить.

— Следи сколько влезет, — Тамамо тряхнула хвостами, демонстративно отвернувшись. — Сувенир, надо же… Дома я с тобой поговорю!

— Дома? Вы что… Живете вместе? — икнула Тали.

Я подавил усмешку и двинулся вперёд, не ответив, чем заставил девушку покраснеть от своих домыслов.

Тем временем пепел вокруг нас зашевелился.

Сначала движение было едва заметным, лёгкая рябь на серой поверхности. Потом из-под слоя праха начали подниматься фигуры.

Твари были размером с крупную собаку, но на этом сходство с земными животными заканчивалось. Жилистые тела покрывал хитин, который переливался оттенками серого, сливаясь с окружающим пеплом. Шесть лап, каждая заканчивалась серповидным когтем. Головы были вытянутыми, безглазыми, с широкими пастями, полными игольчатых зубов.

Жировики. Порождения славянского фольклора, духи, которые питались жизненной силой и теплом живых существ.

Око вывело информацию:

[Жировик]

[Ранг: А]

[Описание: Хтонические существа, обитающие в местах массовой гибели. Слепы, ориентируются по колебаниям маны и вибрации.]

Их было много. Десять, пятнадцать, двадцать, я сбился со счёта, когда серые тела продолжали подниматься из пепла со всех сторон.

— Магию нельзя, — констатировала Лиза, обнажая меч. — Значит, работаем по старинке.

Я уже держал Грань Равновесия в руке. Активные способности реликтов были под запретом, их магическая природа сработала бы как детонатор, но физические свойства оставались при мне. Острая сталь, прочность металла, вес клинка.

— Коготь для манёвров, — я проверил механизм, трос был чисто механическим, без магического усиления. — Грань как обычный меч. Роман, твой щит можно использовать как оружие ближнего боя?

Роман посмотрел на свои руки, сосредоточился. Его реликт раскрылся на руке.

— Могу врезать им как кастетом. Должно сработать.

— Артём, кинжал. Тали, Тамамо, вы в тылу, в бой вступаете только если твари прорвутся.

Жировики двинулись. Их движения были рваными, дёргаными, словно механизмы с поломанными шестерёнками. Хитиновые лапы разбрасывали пепел, пасти раскрывались в беззвучном шипении.

Первая тварь бросилась на меня, и я встретил её ударом сверху вниз. Грань Равновесия рассекла хитин, клинок прошёл сквозь тело жировика, разрубая надвое. Чёрная жижа вместо крови брызнула вверх.

Бой начался.

Пепел взметнулся облаком, ограничивая видимость, забиваясь в глаза и нос. Я работал вслепую, полагаясь на слух.

Рядом грохотал Роман, его удары были тяжёлыми и сокрушительными. Щит на предплечье работал как молот, проламывая тварям головы. Жировики отлетали от него, корчась в пепле.

Лиза двигалась быстро и точно, её клинок сверкал в тусклом свете. Без священного пламени она полагалась только на мастерство, и его оказалось достаточно. Каждый удар находил цель, каждое движение было экономным и смертоносным. Кто-то много тренировался.

Артём работал кинжалом, ныряя между тварями, используя их слепоту против них. Он бил в сочленения хитина, туда, где панцирь был тоньше, и жировики падали один за другим.

Бой был грязным. Пепел налипал на одежду, забивался под воротник, хрустел на зубах. Твари нападали волнами, и каждая новая волна была многочисленнее предыдущей. Мы рубили, кололи, били, но их меньше не становилось.

Внезапно где-то далеко за холмом раздался протяжный птичий клёкот.

Звук был низким, вибрирующим, от него заныли зубы. Команда замерла на мгновение, прислушиваясь.

Остальные переглянулись, явно не понимая, что это означает. Но я знал. Знал слишком хорошо.

— Роман, — мой голос был спокойным, несмотря на холод, который пробежал по позвоночнику. — Приготовься. Нам понадобится твой барьер.

Роман посмотрел на меня, потом на пепел вокруг.

— Но ты же сказал… Выгорание…

— Без твоего барьера мы скорее всего пополним пепел этого места.

Клёкот повторился, на этот раз ближе и громче. И теперь я прекрасно понял откуда весь этот пепел.

Долбанная Жар-Птица.