Банный бизнес попаданки (СИ)

Глава 36

Через пару дней к нам приехал граф Ланже. Он прибыл не в карете, а верхом на красивом кауром жеребце. Он сообщил мне, что уже отправил письмо в столицу и надеется, что нужный нам инженер скоро найдется. Судя по всему, его сиятельство не был стеснен в средствах и готов был вложить в наш проект ту сумму, которая потребуется.

Я снова напомнила ему про баню. А он снова от нее отказался. Но зато искренне порадовался тому, что маг Лабарош будет приезжать к нам раз в неделю за продуктами.

В дом его сиятельство тоже не вошел, как я его ни уговаривала. Так мы и разговаривали с ним, стоя на холодном ветру.

А Нинелла опять не вышла из дома до тех пор, пока наш гость не уехал. Хотя с утра еще говорила, сколько дел у нее было в птичнике. Даже учитывая ее не слишком большую любовь к людям, такое поведение выглядело странным, и я начала думать о том, что, может быть, она была знакома с графом куда ближе, чем хотела показать.

В этом как раз не было бы ничего особенного — когда-то оба они были молоды, и его сиятельство вполне мог увлечься девушкой, которая жила в его лесу. В таком случае и обида Нинеллы была вполне объяснима. Граф, конечно, бросил ее из-за разницы в положении, и теперь она не могла его простить.

Эта теория показалась мне достаточно убедительной, но проверить, верна ли она, не спросив об этом саму мадемуазель Донован, я не могла. А спросить ее я ни за что бы не решилась.

И прекратить общение с его сиятельством я тоже не могла. Наш проект был слишком важен. Если у нас получится добыть соль, то у нас появятся деньги. А они нам явно не помешают. Дом нуждается в ремонте, а наше хозяйство — в рабочих руках. И Дженни быстро растет, и я хотела бы купить ей красивые новые платья. И учебники, по которым я смогла бы с ней заниматься. Нанять учителя в нашей глуши не представляется возможным, но девочка должна изучить хотя бы самые необходимые предметы.

— Блажь это, дорогуша! — а вот Нинеллу наш возможный бизнес с солью в восторг не привел. — Ну, какая тут соль? Всем известно, что соль привозят с побережья моря.

И убедить ее в том, что соль может быть и в тех местах, где никакого моря нет, у меня не получается.

— Но лоси же не случайно на эту поляну приходят! Они соль любят!

— Хо! Лоси! Да кто же их знает, чего они туда приходят! Ты бы еще на заячьих повадках расчет строила!

И я просто перестала обсуждать с ней эту тему, решив, что пока сюда не прибыл инженер и не начались работы, тратить силы на такие разговоры бессмысленно.

Первый визит к нам Лабароша и его высочества прошел довольно настороженно. Маг был неразговорчив — он просто сказал нам, что именно ему нужно, а когда получил всё это и расплатился за товар, тут же уехал. А маленькому принцу он и вовсе не позволил выйти из экипажа.

— Интересно, — задумалась я, — живет ли он на мельнице один, или у него есть какие-то слуги?

— Нам не должно быть до этого никакого дела, — резонно возразила Нинелла. — Если ему не хочется ни с кем общаться, и он справляется со всем сам, то зачем ему в доме кто-то еще? А за продуктами, как я поняла, он ездит в Ланжерон.

— Да, но как же мальчик научится разговаривать, если с ним никто не будет говорить? А сам Лабарош, похоже, скуп на слова. Он даже нас не поблагодарил за молоко. Посчитал, что нам достаточно будет за это тех монет, что он дал.

— Это не наше дело, — повторила Нинелла. — И чем меньше ты будешь туда соваться, тем будет лучше. Мне тоже жаль принца, то стоит мне подумать о том, как его отец поступил с нашей Дженни, так и помогать им вовсе не хочется. А у тебя слишком доброе сердце. Только поверь мне, этого никто не оценит.

Я и сама пыталась убедить себя в этом. Но понимала, что сам мальчик вовсе не виноват в том, что его отец столь жесток. И помочь я хотела исключительно принцу, а вовсе не королю.

И потому когда Лабарош и его высочество приехали к нам в следующий раз, я приготовила для мальчика маленький подарок — я сложила в маленькую корзинку сладкие пирожки, что как раз утром напекла Летти. Все дети любят сладкое, и он наверняка не исключение.

Я воспользовалась моментом, когда маг вошел в дом, чтобы забрать продукты, и подошла к карете.

Мальчик был внутри, и когда я отворила дверцу, сначала испуганно вздрогнул. Но потом узнал меня и приветственно кивнул.

— Вот, возьмите, — я протянула ему корзинку, — они с ягодным повидлом и с творогом. Тут хватит и вам, и вашему дяде.

Я прекрасно знала, что маг никакой ему не дядя, но старалась придерживаться той легенды, что у них была. И всё-таки обратиться к принцу на «ты» я себе не позволила.

Мальчик кивнул еще раз, и губы его тронул чуть заметная улыбка.

— Что вам тут нужно, мадемуазель? — недовольно спросил Лабарош, который уже подходил к карете с корзиной куда большего размера, чем принесла я.

— Ничего, сударь, я всего лишь принесла немного вкусных пирогов для вашего племянника. Если они вам понравятся, то вы можете брать у нас еще и их. И хлеб наша Летти печет такой, что он просто тает во рту — и ржаной, и пшеничный.

— Вы хотите, чтобы я спустил у вас все свои деньги? — хмуро откликнулся он.

Я обиженно хмыкнула и пошла прочь. Но он окликнул меня:

— Наверно, я выразился слишком резко, мадемуазель! И да, хлеб я у вас тоже стану покупать. У меня совсем нет времени печь его самому.

Это был пусть небольшой, но шаг вперед. А ответное действие последовало через неделю уже с их стороны.

Лабарош уже не стал запрещать мальчику выходить из кареты, и его высочество вошел во двор вместе с ним. А тут уже Дженни предложила ему показать наш птичник, и не меньше четверти часа они кормили кур и собирали яйца. Уж не знаю, как они общались друг с другом, но когда они вернулись оттуда, то выглядели весьма довольными. И хотя одежда его высочества была испачкана птичьим пометом, его «дядюшка» не сделал ему замечания, только едва заметно покачал головой.

А сам маг привез нам подарок — толстые ароматизированные свечи из воска.

— Они пахнут кедром и розмарином, мадемуазель, а это весьма полезно при простудных заболеваниях, — сказал он. — И они будут долго гореть.

Я поблагодарила его, и на сей раз мы расстались почти друзьями.