Банный бизнес попаданки (СИ)

Глава 8

Я не знала, что совершил отец Дженнифер, а потому слова хозяйки приюта остались для меня загадкой. Но я поняла одно — она нам отказала!

— Но, ваша светлость! — воскликнула я. — Мы прибыли в столицу издалека единственно для того, чтобы посетить ваш приют! Неужели, всё это было зря, мадам? Неужели бедная девочка должна расплачиваться за преступление своего отца?

Во взгляде герцогини промелькнуло что-то, похожее на сочувствие. Но всё же она покачала головой.

— Постарайтесь понять меня, мадемуазель. Ваша семья уже имела возможность убедиться, сколь дорого может обойтись желание противиться воле короля. А я сейчас должна думать не только о себе, но и о тех детках, которые находятся в моем приюте. Часть средств, за счет которых они содержатся, поступает из королевской казны.

Я прекрасно ее понимала и не винила за такой ответ. Сейчас мой гнев был направлен вовсе не на нее.

— Но какое же чудовище его величество, если он воюет с тем, кто гораздо слабее его!

Герцогиня протестующе взмахнула его рукой.

— Мадемуазель Арлингтон, вам не следует горячиться! Не забывайте — вы говорите о нашем короле! Мы не можем сомневаться в том, что всё, что он делает, он делает для блага страны и для нашего блага. Равно как не можем и осуждать его решения. Нам всего лишь надлежит их выполнять.

Я прикусила язык. Она права — мне следует думать о том, что я говорю. Я еще с лишком плохо знакома с местными обычаями и порядками. Свобода слова? Вряд ли в Эртландии даже слышали об этом.

— Но что же нам делать, ваша светлость? Может быть, в Эмсворте есть еще какой-то приют для детей из дворянских семей? Куда вы порекомендуете нам обратиться?

Она понравилась мне. Она производила впечатление благоразумной женщины и наверняка делала немало добра для своих подопечных. Теперь я особенно отчаянно сожалела о том, что она не согласилась оставить Дженни у себя.

— Нет, мадемуазель, в городе нет других подобных приютов. Но даже если бы они и были, вы в любом из них получили бы точно такой же ответ, что и здесь. Поэтому я советую вам обратиться в самый обычный приют — туда, где не потребуется говорить, в какому дворянскому роду принадлежит девочка. Там вы можете назвать ее любой фамилией, и никто не станет спрашивать у вас документов.

Я растерялась. Мне было трудно судить, каковы здесь детские приюты. Но всё то, что я знала о приютах в нашем мире, сильно пугало меня.

— Да, возможно, когда вы приедете туда, вы увидите совсем не то, что ожидаете после того, как побывали у нас, — подтвердила мои опасения директриса. — Но детям, которые находятся там, выбирать не приходится. И в любом случае, если выбирать между голодом на улице и таким вот местом, то выбор очевиден. К тому же там дети получают возможность научиться разным ремеслам. У нас работают несколько девушек, которые выросли в городских приютах — прачками, горничными, кухарками. Что стало бы с ними после смерти родителей, если бы добрые люди не определили их в эти заведения?

Я вынуждена была с нею согласиться.

— Может быть, вы назовете нам, ваша светлость, адрес одного из таких приютов? Мы впервые в Эмсворте и ничего тут не знаем.

Она задумалась на мгновение.

— Пожалуй, вам лучше поехать в приют, которому покровительствует граф Дайнор. Он находится на улице Ремесленников в Западном предместье. Это на другом конце города, поэтому вам потребуется нанять экипаж.

Я поблагодарила ее за помощь и вышла в коридор, где уже заждалась меня Дженнифер. Когда я взяла малышку за руку и повела к выходу, она посмотрела на меня с удивлением.

— Я ухожу с вами, мадемуазель Аннабел?

— Да, дорогая, — улыбнулась я. — К сожалению, здесь не оказалось свободных мест.

Дженни постаралась сдержать свою радость, но у нее это плохо получилось, и по дорожке к кованым воротам она бежала почти вприпрыжку.

Глупышка, она еще не понимала, что другой приют, скорее всего, окажется куда хуже, чем этот. А быть может, надеялась, что места для нее не отыщется и там.

Поездка на другой конец города обошлась нам в одну медную монету. Но когда экипаж остановился перед мрачным зданием на грязной улице, я с трудом заставила себя из него выйти. Такое же впечатление этот дом произвел и на Дженни, и когда мы вошли в парадную и стали подниматься по узкой темной лестнице, она беспомощно жалась ко мне.

Впрочем, привратник отыскался и здесь. Он посмотрел на нас с Дженни, но спрашивать о цели нашего визита не стал. Это было и так очевидно. Он сказал, что найти директора приюта мы сможем в кабинете, что находится в самом конце коридора.

Как раз в этот момент мимо нас прошли две девочки лет семи-восьми. Каждая из них тащила по большому, полному воды ведру. Мне показалось, что эти ведра весили столько же, сколько и сами малышки.

— Не слишком ли они малы для такой работы? — спросила я.

— А что им будет, этим нахлебникам? — усмехнулся привратник. — Тут все только и думают, как бы урвать лишний кусок хлеба и при этом ничего не делать.

Про «лишний» кусок хлеба он явно приврал. Потому что девочки были такими худыми, что вряд ли их кормили вдоволь. И их платьица были такими старыми, что вряд ли могли защитить их от холода, а в прорехах между многочисленными заплатками виднелась их бледная кожа. И в коридоре пахло грязным бельем и помоями.

Нет, я решительно не могла оставить здесь Дженни! И если это был лучший из городских приютов, то что ждало нас в худших из них?

— Благодарю вас, сударь, но, пожалуй, мы зайдем к вам в другой раз, — сказала я и развернулась к выходу.

И только когда мы вышли на крыльцо, я смогла нормально дышать.

— Почему мы не остались здесь, мадемуазель? — тихо спросила Дженнифер.

— Потому что я уверена, дорогая, что тебе бы здесь не понравилось, — ответила я и взяла ее за руку.

Мы снова наняли экипаж, и я попросила возницу отвезти нас в недорогую, но приличную гостиницу. День уже клонился к вечеру, и мы обе устали. К тому же урчание в желудке напомнило мне о том, что нам следовало подкрепиться хоть чем-то съестным.

«Корона Эмсвортов» оказалась небольшой, но очень уютной. Она стояла на тихой улочке и производила весьма приятное впечатление.

— У нас как остался всего один номер, мадемуазель! — улыбнулась мне мадам Леонор — румяная пышнотелая хозяйка. — Уверена, вас с сестрицей будет тут удобно.

Она приняла нас за сестер, и Дженни счастливо улыбнулась, услышав это.

Хозяйка подхватила мой саквояж и сама провела нас в небольшую комнату. Тут были кровать, стол у окна и единственный табурет. Но стены были обиты красивой тканью, а на полу лежал тканый коврик. И здесь было тепло и сухо.

— Прошу вас, располагайтесь. А я позабочусь о вашем ужине. Полагаю, вы не откажетесь от пары куриных ножек, свежего сыра и горячего травяного чая? Если хотите, горничная принесет вам поднос с едой прямо сюда.

— О, это было бы замечательно! — сказала я.

— Я оставлю вам свечу на столе. У нас в гостинице есть и магические светильники, но только в дорогих номерах. За то, чтобы зарядить в них кристаллы, маги сейчас берут слишком большую плату. Так что свечи куда дешевле. А если вы захотите в уборную, то она находится на первом этаже в самом конце коридора. И если вам потребуется что-то еще, то не стесняйтесь обращаться.

— Простите, мадам, а нет ли здесь поблизости публичной библиотеки, где можно было бы почитать свежие газеты? — спросила я.

Поскольку никто не хотел рассказать мне о том, что такого ужасного сделал Мэтью Шарлен, я должна была найти ответ сама. И мне подумалось, что об этом наверняка должно было бы быть написано в столичных газетах. И хотя я даже не знала, когда это случилось, я решила, что смогу пролистать подшивки хотя бы одной газеты за несколько месяцев.

— Есть, мадемуазель, — не без гордости ответила мадам Леонор. — В трех кварталах отсюда на площади Трубадуров. И стоит ее посещение совсем не дорого. Только сейчас она, должно быть, уже закрыта. Вам лучше отправиться туда утром.

Я поблагодарила ее за совет, и она удалилась.

— Как здесь хорошо! Не правда ли, мадемуазель? — спросила Дженнифер, сидя на кровати.

Бедная девочка готова была довольствоваться даже скромной каморкой, лишь бы не разлучаться со мной.

Через четверть часа нам принесли ужин, и комната наполнилась волшебными ароматами. Куриное мясо с хрустящей корочкой и нежнейший сыр позволили нам завершить день на весьма приятной ноте.

Дженни, едва я уложила ее в кровать, сразу же заснула, а вот я должно лежала без сна, пытаясь понять, как мне следует поступить.

О возвращении в приют графа Дайнора не могло быть и речи. Равно как и о поиске другого подобного заведения. Ни в одном из них мне не хотелось оставлять Дженни. Оставалось надеяться лишь на то, что, когда я расскажу Патрику о поездке в столицу, его сердце всё-таки дрогнет, и он позволит малышке остаться в своем доме.