Бастард Императора. Том 26

Глава 18 Прибытие Клариссы

Авадий усмехнулся, но слишком уж ровно для человека, которого мои слова не задели.

— А у тебя губа не дура, Вайторл, — произнёс он и последнее слово почти выплюнул, будто проверял, дрогнет ли у меня лицо. Потом чуть откинулся в коляске и прищурился. — Не знаю, как давно ты выбрался, но ты уже хочешь заполучить в подчинение целую империю?

Я спокойно смотрел на него, не отвечая сразу. Снаружи он держится уверенно, даже с насмешкой, но за такой выдержкой слишком часто прячется другое — быстрый расчёт, сомнение и страх ошибиться в момент, когда ставка вдруг становитсяь слишком высокой.

Для практика развитие не пустой звук. Мы живём этим. Кто-то развивается из жажды силы, кто-то — из желания стать лучшим, кто-то — из-за долга перед Родом, перед страной, перед людьми, которых не может позволить себе потерять.

Но дело не только в целях. Есть ещё сама энергия. Её движение, её рост, ощущение внутренней высоты, к которой тянешься годами. В этом мы мало чем отличаемся от учёных, которые всю жизнь идут к новому знанию. Практик точно так же не умеет стоять на месте.

И потому я не сомневался: мои слова уже успели задеть его куда глубже, чем он хочет показать.

Передо мной сидит человек, который когда-то мог ходить, мог пользоваться силой, мог чувствовать себя целым, а потом лишился этого. И не просто лишился — был вынужден жить дальше с раной, которая тянется слишком глубоко, почти до верхнего уровня души.

Когда практик перестаёт чувствовать энергию, внутри него не остаётся тишины. Там начинается пустота. А пустота почти всегда сводит с ума сильнее боли.

Авадий перестал улыбаться. Хмуриться тоже не стал. Его лицо будто застыло, а взгляд сделался внимательнее и суше.

— Если ты так уверен, что можешь меня исцелить, — произнёс он наконец, не отрывая от меня глаз, — то почему считаешь, что я просто не смогу схватить тебя и узнать всё сам? — он сделал короткую паузу, после чего мельком посмотрел на Яну. — Или её, — добавил он уже тише. — Схватить девчонку и заставить тебя выполнить обещанное.

Я даже не повернул головы в сторону Яны. Ответил так же ровно, как отвечал ему всё это время:

— Ты этого не сделаешь. Не сделаешь ни мне, ни кому-либо из моих людей. И мы оба прекрасно понимаем почему.

Эту партию снова веду я. Кто бы знал, что ситуация вообще к этому придёт, но я рад, что так вышло. Всё же в нашем мире очень многое значит именно информация. Я узнал достаточно о нём по энергии, и теперь могу задавать свои условия. Уже не как равный, а тот, кто имеет собственные интересы.

Он мне не друг, и даже скорее враг. Продешевить в этой ситуации — значит поставить себя в заведомо низкое положение. А среди сильных это не просто слабость, это подчинение.

Если я исцелю его за услугу — это совсем не значит, что в дальнейшем мы не столкнёмся лбами. Даже если этой услугой станет то, что он забудет моё имя. Нет. Исход в этой ситуации только один — подчинить. Только это станет гарантом того, что однажды против меня точно не ополчатся святые этой империи. Как и он сам.

Только так я смогу быть уверен в нём.

Авадий едва заметно дёрнул бровью. На этот раз он усмехнулся иначе. Без злости. Почти с усталостью. Он и правда знал это не хуже меня.

Ещё когда я шёл сюда вместе с Яной, я допускал, что разговор свернёт именно в эту сторону. Угроза, давление, проба на слабость — слишком привычный ход для тех, кто привык торговаться с позиции власти. Вот только Авадий не дурак. И потому его слова были блефом с самого начала, а также были вкинуты специально.

Причина проста.

Мне нет никакого смысла сдавать его кому бы то ни было. Ни Сарнойлам, ни любому другому, кто захотел бы воспользоваться его положением. Более того, даже при желании я не стал бы этого делать. Пока он не направляет оружие в мою сторону, пока не трогает моих людей и не пытается играть против меня открыто, он остаётся не врагом, а нейтральным «союзником».

Старик просто в очередной раз хотел убедиться, что это действительно я. Чтобы понимать, насколько весома моя фигура и как далеко он может зайти в переговорах со мной.

Даже сейчас, когда я контролирую ситуацию, и держу его на расстоянии вытянутой руки, он всё равно уже имеет свою выгоду. Опасный… Очень опасный противник. Если бы не мои возможности, играть в эту партию было бы намного сложнее.

Давая Авадию время, я снова медленно пошёл по кабинету. Нравится он мне, сам себе такой хочу. Но только чтобы с балконом.

Шаги глухо расходились по светлому полу, и от этого было даже удобнее думать. Старик молчал, не торопился с ответом. Всё же я затронул самое важное для него.

Сделав круг, я остановился и посмотрел на Яну.

Внешне она оставалась спокойной. Стояла у двери ровно, с прямой спиной, с собранным и холодным выражением лица. Но по иногда бросаемым на меня взглядом видно, что внутри у неё сейчас наверняка куда больше вопросов, чем она показывает.

И я её понимаю.

Ещё недавно всё сводилось к тому, что я пришёл вытаскивать её отсюда. А теперь мы стоим в самом сердце дворца, и я предлагаю правителю целой космической империи присягнуть мне на верность. Для человека со стороны это должно было звучать почти безумно.

Тем более для Яны.

Она выросла внутри другой империи. Для неё фигура императора с детства что-то важное и величественное. Такие вещи впитываются слишком рано, чтобы потом исчезнуть без следа. Уважение к трону, к имени, к самой высоте, на которой сидит правитель.

Но не для меня.

Когда-то именно императоры, короли и главы Родов или орденов приходили ко мне сами. Не звали, а искали встречи. Не пытались торговаться, а просили на выгодных условиях. Кто-то — о помощи. Кто-то — о союзе. Кто-то — просто о том, чтобы я не вмешивался.

И дело не в гордости и не в том, что я ставил или ставлю себя выше них. Просто я слишком хорошо знаю простую разницу между мной и этими фигурами. Точнее, её отсутствие.

Император — это человек, которому подчиняются миллионы и миллиарды. Для этих миллионов и миллиардов он почти всегда кажется фигурой особой, отделённой от остальных. Но мне просто нет до них никакого дела. Именно поэтому мне всегда было легко отрицать их важность именно для себя.

— Я отказываюсь, — наконец сухо произнёс Авадий.

Я остановился и повернулся к нему.

Старик сидел, сцепив пальцы в замок, но теперь в его лице не осталось ни игры, ни интереса. Он уже принял решение и потому стал жёстче.

— Останемся каждый при своём, Вайторл, — продолжил он. — Я отпускаю тебя и твою жену.

На этих словах мой взгляд сам собой скользнул к Яне. Я ничего не сказал и снова перевёл взгляд на Авадия.

— Ты берёшь на обучение моих нов, — продолжил он. — А после, когда закончишь, вернёшь их обратно. Ты человек чести. Я знаю это не понаслышке. Взамен я никому ничего не расскажу о тебе, — он сделал короткую паузу и закончил уже совсем ровно: — На этом встреча окончена.

Я спокойно кивнул, и не собираясь как-то давить на него. Слова уже сказаны, дальше лишь дело времени или обстоятельств.

Когда дверь открылась, я без спешки направился к выходу. Яна, поворачиваясь, слегка склонила голову Авадию — ровно настолько, насколько этого требовали вежливость и её воспитание, — после чего пошла рядом со мной. Уже в дверях я почувствовал на себе её косой взгляд, потом ещё один, но она всё так же молчала.

Меня случившийся расклад более чем устраивает. Я и не рассчитывал, что он согласится сразу.

Какой бы фигурой я ни был в его глазах, империя, которую он строил и возносил собственными руками, слишком многое для него значит. Это его детище, его опора, его след. Такие вещи не отдают за один разговор, даже если на другой чаше весов лежит собственная сила и возможность снова встать на ноги.

Но я почти уверен, что увижу его снова.

Он либо придёт ко мне с новым предложением, либо предложит уже не сделку, но что-то тоже весомое. Сейчас Авадий начнёт считать: риски, выгоды, слабые места и возможные последствия. Разложит всё по частям, потом соберёт обратно и, как это обычно бывает с людьми его склада, сам же загонит себя в ту точку, где останется только один выход.

Слишком велик соблазн получить то, что потерял.

Мне же остаётся просто ждать. Пока его новы будут у меня, он не станет говорить против меня лишнего. Не потому, что боится. Просто слишком хорошо понимает цену времени и цену возможностей. А значит, молчание пока выгоднее любого резкого хода.

Рыжего в коридоре уже не было. Видимо ему сказали просто проводить. Так что к лифту мы с Яной подошли вдвоём.

Прозрачные стены мягко дрогнули, двери закрылись, и кабина бесшумно пошла вниз, вновь открывая вид на город. Яна молча смотрела вниз, и в стекле отражался её спокойный профиль.

Я не мешал ей думать.

Несколько секунд мы просто стояли рядом в тишине, пока город плавно поднимался нам навстречу. Потом я всё же повернул голову и посмотрел на неё.

— Спрашивай, — произнёс я спокойно.

Яна посмотрела на меня и вдруг улыбнулась.

— Нет, — сказала она после короткой паузы и чуть качнула головой. — Пожалуй, свои мысли я оставлю при себе, чтобы не показаться слишком глупой.

— Напрасно, — пожал я плечами и снова перевёл взгляд на город за стеклом. — Иногда лучше спросить, чем молчать.

Яна ничего не сказала. Только чуть склонила голову, будто приняла это к сведению, но не собиралась развивать тему дальше.

Несколько секунд мы ехали молча, а потом я заговорил уже о другом:

— У меня нет связи с Клариссой, так что я не знаю, когда именно она прилетит. Но в любом случае нам нужно быть готовыми. У тебя есть что забрать из Академии?

Яна задумалась. Её взгляд на миг ушёл в сторону, будто она мысленно перебирала свои немногочисленные вещи.

— Смотря что позволят, — ответила она. — Одежду я покупала на свои деньги. Академия, конечно, тоже кое-что выдавала, но это уже не так важно. А ещё… Разве что меч, — девушка на секунду запнулась и посмотрела вниз. — Я к нему привыкла за эти семь месяцев. Но он считается имуществом Академии. Его дают только ученику рыцаря или самому рыцарю. Так что…

Она не договорила, но и так было понятно.

— Если он для тебя настолько важен, — прямо сказал я, — я что-нибудь придумаю.

— Нет, — слишком уж быстро ответила Яна и сразу помотала головой, выставляя перед собой руки. — Пожалуй, не стоит.

Я вскинул бровь и посмотрел на неё вопросительно.

Она заметила это и ответила:

— А вдруг ты решишь захватить Академию?

Я несколько секунд просто смотрел на неё, а потом всё-таки засмеялся.

— Вот уж чего не ожидал, так это того, что ты запишешь меня в захватчики!

На её лице мелькнула лёгкая, почти виноватая улыбка.

— Не переживай, — сказал я уже спокойнее. — На корабле у Клариссы хватает разных вещей. И артефактов тоже. Думаю, по старой дружбе она что-нибудь для меня выделит, — чуть усмехнулся и добавил: — А если нет, то просто доберёмся до нужного места, и там уже сама выберешь всё, что тебе понравится.

— Хорошо, — ответила Яна.

Когда лифт опустился вниз, мы вышли из дворца и решили пока вернуться в Академию. Транспорт брать не стали.

Улицы здесь были светлые, чистые и удивительно спокойные. Люди узнавали Яну, и хотя уже знали, что теперь она не рыцарь, всё равно улыбались ей, а некоторые даже махали рукой. Никто не смотрел зло, никто не спешил отвернуться.

Я невольно отметил про себя, что старик и правда хорошо постарался, выстраивая свою империю именно такой. Неудивительно, что он отказал мне сразу. Авадий слишком многое вложил в это место, чтобы просто взять и передать его кому-то другому.

Но и у меня особого выбора не было. Мне нужно было думать о себе, и о тех, кто теперь рядом со мной.

До Академии от дворца оказалось совсем близко, и всё же дорога получилась насыщенной. Мы купили уличной еды и просто шли, болтая, Яна, которая всегда в своём образе «ледяной королевы» начала смеяться так легко, что прохожие порой смотрели на неё с явным изумлением.

Она шла рядом, улыбалась, негромко говорила, и я сам не заметил, как тоже начал улыбаться.

Честно говоря, я думал, что Клариссу придётся ждать долго.

Однако стоило нам подойти ближе к Академии, как я наконец почувствовал именно её. Сразу остановился и повернул голову в сторону космопорта, в небо.

Вдали уже шёл на снижение довольно большой челнок. Кларисса даже не пыталась скрываться. Наоборот, будто специально показывала мне, что она уже здесь.

Яна остановилась рядом и, проследив за моим взглядом, сразу всё поняла.

— Это она? — спросила девушка.

— Да, — кивнул я. — Так что давай поторопимся.

Я не знаю, успела ли Кларисса узнать, что именно здесь произошло, но в одном почти не сомневался: первым делом она отправится к императору.

Человек её положения не может просто прилететь в столицу и обойти дворец стороной. Для таких, как она, это уже не мелочь и не формальность, а вопрос статуса.

До комнаты Яны добрались быстро. Я остался ждать в коридоре, прислонившись плечом к стене, а девушка скрылась за дверью. Проходящие мимо ученицы, так как это женский корпус, окидывали меня… Весьма плотоядным взглядом.

Через несколько минут дверь открылась, и Яна вышла с небольшим рюкзаком. Я молча протянул руку, забрал его и закинул себе за спину.

Яна ничего не сказала.

Мы направились к выходу, и уже у самых ворот увидели, что нас ждёт директор академии.

Он стоял спокойно, как будто и не двигался всё это время. В одной руке он держал длинные белые ножны, слегка изогнутые, и догадаться, что именно в них находится, было нетрудно.

Мы подошли ближе. Старик чуть склонил голову, и я ответил тем же. Следом за мной так же сделала и Яна. Потом он посмотрел уже только на неё.

— Хоть ты и покидаешь нас, — произнёс он спокойным голосом, — ты тренировалась прилежно. Поэтому в знак ученичества… — старик вытянул вперёд оружие, предлагая его Яне. — Теперь она принадлежит тебе.

Девушка на мгновение замерла. Потом быстро взглянула на меня, и я коротко кивнул. Она шагнула вперёд, приняла катану обеими руками и поклонилась уже глубже, чем до этого.

— Спасибо, директор, — тихо сказала Яна.

Он ничего не ответил. Только перевёл взгляд на меня, молча кивнул ещё раз, а в следующий миг просто исчез — без лишних слов, без прощаний.

Я усмехнулся и посмотрел на Яну.

— Ну вот и решилась твой вопрос с катаной.

— Да, — ответила она уже собраннее прежнего.

Её пальцы легко скользнули по белым ножнам, почти осторожно. Потом Яна привычным движением закрепила оружие на бедре специальной защёлкой. В этом жесте не было ни показной радости, ни лишних эмоций. Но даже так я видел, что для неё это важно.

Мы и без того сделали всё быстро, поэтому особенно странно было почувствовать приближающуюся энергию Клариссы уже на выходе.

Транспорт Клариссы уже сел. Теперь уже небольшой челнок мягко опустился на платформу, и через несколько секунд наружу вышла она сама.

На ней было алое платье, подчёркивающее её фигуру, с высоким разрезом у бедра. Но сейчас первым в глаза бросился не наряд.

Лицо.

Она была нахмурена, и, даже, кажется, зла. Девушка вышла одна, и сразу увидела нас.

А где Ольга?

В следующий миг Кларисса телепортировалась, появляясь рядом с нами.

Я почувствовал лёгкое движение слева и посмотрел в ту сторону. Туда, где стояла Яна. Почти одновременно с этим и Кларисса тоже посмотрела в её сторону.

Яна не изменилась в лице. Стояла так же ровно, держала спину прямо, не делала ни одного лишнего движения. Но её рука теперь находилась близко к рукояти катаны. Так, чтобы в любой момент можно её вытащить.

Сама она при этом не смотрела на Клариссу в упор. Взгляд был направлен будто бы немного мимо, но и без того было ясно: сейчас она следит именно за ней. Боковым зрением, по дыханию, по движению — как и должен делать человек, который готов в любой момент среагировать.