Богатыри Круглого Стола Сказ 3 Бел-горюч Камень-Алатырь

Скрижаль 4 Сказ о кровавых годах

Зима на севере Британии прошла мирно. А с наступлением весны в Камелот прибыл король Кадваллон. Прошлой осенью с Длинноруким вернулись домой в Гвинед лишь только тридцать рыцарей из ста. Однако сейчас под стягом Кадваллона вновь была сотня рыцарей (на коней сели сыновья его вассалов). Король Гвинеда, верный союзническому долгу, прибыл к Артуру, дабы идти в поход против завоевателей. Что же касается Камелота, то в нём теперь было лишь шестьдесят рыцарей и паладинов, да плюс семь десятков благородных вассалов могли явиться на зов короля. Ну, а всего вместе с рыцарям и дворянами юга под стягом Артура теперь собралось три сотни тяжёлой конницы, три сотни варягов и полторы тысячи лёгкой пехоты. Со всем этим войском Артур намеревался идти на соединение с конунгом Идой, у которого было порядка двух тысяч щитов. Таким образом, под командованием Артура собиралось чуть более четырёх тысяч щитов, и такое войско должно было перебить хребет завоевателям. Всё казалось простым и понятным, как вдруг…

Три года прошло со дня битвы под Арконой, и вот теперь Чёрный Конунг с пятью тысячами щитов высадился в Британии. С этого момента все Оловянные острова (включая Ирландию) на целые долгие 12 лет погрузились в сплошной кровавый ад.

Естественно, помимо всех прочих вместе с Оттаром пришёл и Эгиль Волчья Шкура, который по воле триединого бога всё же стал конунгом всех нурманов, а также Сигурд Кольцо — новый конунг данов. Огнём, топором и потоками крови Оттар всё же вернул данов под свою руку. Ярл Сигурд был единственным, кто из вождей данов не предал Оттара, именно поэтому последний и стал в итоге их конунгом. Эгиль Волчья Шкура тоже не жалел крови соплеменников, возвращая мятежных нурманов под стяг Чёрного Конунга. Естественно, именно за карательные действия и получил Эгиль власть над всей Нурманией, за исключением Хологаланда, что был личной вотчиной Оттара. Вот с двумя этими кровавыми карателями и прибыл в Британию Чёрный Конунг. Правда, обоим этим новоявленным конунгам в плане жестокости и бойцовской ярости было далеко до Эрика Кровавого, а уж до Атли Мясника и подавно.

Едва Оттар заявился в Британию, как заключённый осенью прошлого года Инвернесский договор сразу же накрылся тем самым органом, о котором вы подумали. В сложившейся ситуации конунг Элла тут же направился на полдень — намереваясь встать под стяг Чёрного Конунга. Что характерно, Кощей был совсем не против подобных действий Эллы.

Ну и естественно, Атли Мясник тоже был счастлив воссоединиться с войском Йормунганда.

А вот другой ютский конунг Хенгист особой радости по поводу прибытия Чёрного Конунга не испытывал. И это несмотря даже на поражение от короля Артура, ибо свое личное положение Хенгист после той битвы только улучшил, поскольку воины погибшего конунга Хорсы теперь стали его бойцами. Ну и к тому же, Хенгист стал неплохо обустраиваться на захваченных землях. Ну, а сейчас придётся носиться ему по всей Британии, словно в зад ужаленному, ради каких-то бредовых идей Чёрного Конунга.

Отношение конунга западных саксов Кердика к возвращению Оттара мало чем отличалось от реакции конунга Хенгиста. Кердик тоже неплохо устроился на юге Британии, и участие во всяких там безумных Сумерках Богов его мало прельщало. Мало того, сын Кердика Кинрик вообще хотел поднять мятеж против Чёрного Конунга, пришлось папаше успокаивать своего не в меру ретивого отпрыска.

Однако, оба конунга вынуждены были признать верховенство Оттара. Правда, надо отдать им должное: и Хенгист, и Кердик при этом старались всегда держаться подальше от триединого бога. Что же касается Артура, то он решил повременить с походом, ибо войск у Чёрного Конунга было гораздо больше. Однако же, и без дела государь наш король не сидел, а собирал войска под своё знамя.

Целый год на юге Британии царил жуткий кровавый хаос. Завоеватели вытаптывали поля, выжигали посевы, селения вырезались и сжигались до тла, замки дымились грудами обгорелых развалин.

Спустя год отправился в поход король Артур, под стягом которого было пятьсот рыцарей и шесть тысяч пехоты. И вот у устья реки Глейн сошлись две великих рати, причём войско Оттара было приблизительно равно по численности нашему, вот только конницы у Чёрного Конунга не было.

Пехоты нашей Оттар не опасался, ибо большую часть её составляли йомены да стражники. И если бы не англы, и не варяги Артуровы, то пехоту нашу вообще можно было бы в поле не выводить, ибо слаба она была супротив свирепых завоевателей. А вот большого количества нашей конницы триединый бог опасался. И видимо поэтому решил одержать верх в битве с помощью колдовства.

Лапландский колдун Талл-нойд, а также прочие финские шаманы творили страшное колдовство, совершали человеческие жертвоприношения, пели заклинания, били в бубны и насылали чёрный мор на нашу рать. Однако же, как бы ни был силён Талл-нойд, а великий Мерлин всё же был сильнее. Почуял наш чародей, что творится чёрное колдовство, собрал все силы свои магические в кулак, да разрушил тёмные чары. И пришлось тогда Оттару по-честному с нами биться-ратиться.

А началась та битва с лучного боя… Ну здоровы́ же, доложу я вам, други мои, англы с луков лупить. Ну и здоровы́. Под стать твоим телемаркским лучникам. Вот только у англов луков поболее будет, чем во всём Телемарке. Ну и плюс йомены. Этим, конечно же не сравнится с мастерством англов и нурманов, однако же их много — две трети йоменов, это лучники.

У них, конечно же, тоже хватало тех, кто знал с какого конца к луку подойти, да и опять же — те же самые телемаркцы. Однако же, перевес в луках у нас был знатный. Ну и задали наши им жару, я вам скажу. Я такого обстрела, как тогда, за всю жизнь ещё не видывал. Ну, а как кончились стрелы, так пошли обе рати толкаться да рубиться.

Побили мы их тогда. Именно конницей и побили. Англы и варяги Камелота сдержали напор, ну а мы — конница — удалили во фланг и опрокинули их. Знатная то была победа, правда пехота, за исключением англов да варягов, почти вся там и осталась лежать.

Вот и как считать? Оно вроде для нас — воинского люда — та битва и не сложной была. А вот каково мужику? А мужик почти весь там остался лежать на берегу Глейн-реки. Вою бабьего было — словами не пересказать.

Оттар после того поражения во Франкию ушёл, ну, а Артур — войско распустил. И вроде тогда как затишье наступило. Атли Мясник, Эгиль Волчья Шкура, Сигурд Кольцо и Элла ушли вместе с Оттаром. Кердик и Хенгист на захваченных землях сидели и особо никуда не вылезали. Королеве Мэд вообще было не до нас — она подминала под себя кланы скоттов. Кощей смирненько сидел на севере. Вроде, как можно было передохнуть немного.

Что же касается Оттара, то он, пользуясь тем, что Мартелл глубоко увяз в войне с сарацинами, пожёг и пограбил многие города в землях франков. Причём, римлян и галлов в тех землях Чёрный Конунг истреблял нещадно, а вот с самими франками был мягок, разговаривал с ними, убеждал встать на свою сторону, и многих уговорил.

Два года Оттар грабил Франкию, а когда узнал, что возвращается Мартелл с войском и рыцарями, то решил судьбу не испытывать.

Награбленные во Франкии сокровища Оттар щедро рассылал в прибрежные грады саксов, данов, ютов, нурманов — собирая под своё чёрное знамя новых воинов. И в итоге, пополнившийся бойцами и кораблями Йормунганд вновь потянулся на заход солнца. Шесть тысяч щитов вёл Чёрный Конунг. Только в этот раз Йормунганд выплеснул свои окольчуженные щупальца не куда-нибудь, а на земли конунга Иды. Оттар решил покарать предателя, а заодно лишить Артура его главной пехотной силы.

Однако, только своими силами Чёрный Конунг решил не ограничиваться, а отправил гонцов к Кердику и Хенгисту. Конунги саксов и ютов не посмели перечить Оттару и явились на его зов. Таким образом, под стягом последнего теперь собралось 10 тысяч щитов.

Ида проявил благоразумие и, не принимая боя, увёл своё войско в земли Артура. Все грады, замки и поселения, находившиеся под властью Иды, были полностью вырезаны и сожжены. Таким образом, Оттар многократно превзошёл в кровавости и Атли и Эллу, вместе взятых.

Ида же с войском своим соединился с ратью короля Артура, которую последний собрал, узнав о новом вторжении Йормунганда.

Собралось нас тогда не менее семи тысяч. Рать конечно же большая, однако же… До сих пор не понимаю я, почему Артур тогда решился на битву. Да ещё и на битву в чистом поле. Может быть, я конечно же не великий стратег, ни Мартелл, ни Мстивой, ни Кощей, ни Чёрный Конунг, ни Александр Великий, ни Цезарь, и не Велизарий, однако же на мой взгляд, тогда нам надо было закрепиться на каком-нибудь холме и стоять в обороне. Артур же, видимо, прознав про зверства, творимые Йормунгандом, не смог терпеть подобных бесчинств и бросил нас в бой. Семь тысяч супротив десяти.

Благодаря Бе́де Достопочтенному — величайшему историку нашего времени — в историю это вошло, как Камланнская битва. И битву ту мы с треском проиграли. Причём, нас тогда не просто разбили — это был полнейший разгром. Помните, как Чёрный Конунг разбил нас под Ральсвиком? Так вот, тогда это не было полным разгромом. Да и, к тому же, нас тогда всё-таки одолел не сам Оттар, а Устиман-Змей. А сейчас нас разгромил сам Оттар.

Именно тогда Гильда Премудрый написал свою знаменитую скрижаль «О погибели Британии».

Действительно, тогда казалось, что всё погибло. Разгромив нашу рать, конунги завоевателей разделись и начали жечь и разорять не только южную, но и центральную и северную Британию.

Я слышал легенды о нашествии готов и гуннов на славянские земли, а затем и на Рим. Слышал рассказы Мерлина о нашествии народов моря. И вот теперь славные бритты столкнулись с подобной напастью. На месте многих городов и селений теперь лежали дымящиеся пепелища. Дошло даже до того, что Оттар осадил Камелот. И лишь только благодаря доблести наших богатырей с волшебным оружием смогли мы удержать наши стены. Не помогло против нас и чёрное колдовство финских шаманов, ибо Мерлин был с нами. Это пожалуй было единственным досадным эпизодом для завоевателей, ибо все остальные попытки сопротивления они сметали. Кстати, в то же самое время, пока Оттар осаждал Камелот — конунг Элла взял замок Алнвик и вырезал там всё живое. Ну а Чёрный Конунг, бросив осаду Камелота, пошёл разорять земли Артуровы.

Целый год в Британии творился кровавый ужас, после чего Чёрный Конунг (прихватив с собой Атли Мясника, Эгиля Волчью Шкуру и Сигурда Кольцо) отправился на Пиренеи, в земли, занятые сарацинами.

Помните, други мои, как Кощей хвастался, что он сарацин убил больше, чем Мартелл и Роланд, вместе взятые? То была чистая правда. Однако же, Оттар устроил в землях поганых такую резню, что Кощей на его фоне выглядел невинным ребёнком. Причём, Чёрный Конунг не просто так вырезал сарацинов, мавров и берберов и прочих поганых, он считал своей священной ми́ссией очищение тех земель от людей грязной низкой крови, чей мерзкий лик оскорбляет взгляд северных богов. Сперва поганые пытались защищать завоёванные земли и бросали на варягов свои конные орды. Однако же, даже гулямы не могли пробить более чем пятитысячную фалангу северных витязей, а уж про лёгкую конницу и говорить нечего. В лучном бою у поганых тоже ничего не выходило, ибо телемаркские стрелки быстро отучили их устраивать перестрелки. Ну, а в рукопашную тоже ничего у сарацинов не выходило, ибо неизбежно громила их свирепая северная пехота.

И в итоге, бежали пред Йормунгандом орды сарацинские, а кто не успевал сбежать, те падали под копьями и топорами нурманов, данов и ютов.

Два года громил Оттар поганых в земле Пиренейской. Однако же, и в Британии в те годы миром и не пахло. Кердик, Хенгист и Элла продолжали жечь, грабить и разорять земли несчастных бриттов. Король же Артур не мог тогда никому помочь, ибо не имел он войска, а сильно поредевшей дружны паладинов было маловато для похода супротив сильных северных конунгов.

Король Кадваллон Длиннорукий умчался защищать своё королевство. Единственное, что конунг Ида пытался закрепиться на побережье напротив Камелота, так что теперь была зашита от внезапного нападения с моря. Таким образом, всё, что оставалось королю Артуру — это копить силы.

Многие южные бритты (как аристократы, так и простолюдины) узнали об том, что Камелот не пал, что Артур созывает всех храбрых на бой с дикарями-варягами. В основном это конечно же были слухи, однако людям нужна была надежда, а посему именно в Артуре и видели они своё спасение. И много бриттов тогда потянулось на полуночь, кто в поисках укрытия, а кто и в поисках стяга, под который встать для битвы с лютым ворогом.

Два года спустя, как ушёл Оттар на Пиренеи, вновь собрал Артур войско и направился в поход. И как оказалось — вовремя, ибо в то же самое время в Британию вернулся Чёрный Конунг.

Вновь Йормунганд выплеснул на брег своих злых окольчуженных детей. И вновь это были земли конунга Иды. Сам же Ида с войском соединился тогда с нашей ратью, и вот тогда мы все вместе отправились спасать земли, где поселились англы. Причём, мы — кавалерия, умчались вперёд, оставив позади три с половиной тысячи пехоты вместе с обозом.

Решение разделить войско оказалось верным. В итоге, мы застигли их на марше. Всего у Оттара тогда было что-то около пяти тысяч щитов. Мы же застали врасплох их авангард — тысячи полторы щитов. Нас же было — четыре сотни рыцарей.

Ударили мы на них. Ударили без всяких построений — лавой. Тут главное было — внезапность. Ну и они, естественно, тоже не успели построится. Смели их мы. Многих вырубили, многих рассеяли. Ну, правда сотни три-четыре из них в круг всё-таки встали и копьями ощетинились — этим повезло. Ну и как не крути и не считай, а авангард их мы всё же разгромили, и в прекрасном расположении духа ускакали к своей пехоте.

Невесть, конечно же, какая победа, однако же боевой дух она нам здорово подняла. Оттар же, узнав, что рать наша приблизительно равна его войску, не стал рисковать, а сел на корабли у уплыл к своим вассалам. И только собрав под свой стяг Кердика, Эллу и Хенгиста (Атли, Эгиль и Сигурд и так был с ним) Чёрный Конунг пошёл на Артура.

На наше счастье, к Иде из Англанда приплыло много земляков, из которых тысяча щитов тут же присоединилась к нашему войску.

Встретились две наши рати на Узе-реке. Наша пехота крепко тогда встала на берегу — надёжно перекрыв переправу. А конница — рабившись по-сотенно, гарцевала у пехоты на флангах, а также высылала вдоль реки (в обе стороны) большие партии, тем самым давая понять супротивнику, что тому где-либо внезапно переправиться не удастся.

Долго стояли мы на той Узе-реке, не давая супостату переправиться на наш берег. Лучники англов и йоменов меткими своими стрелами не давали ворогам подойти к реке.

Правда, несколько попыток переправиться они всё же предпринимали. Прикрывшись щитами, подтаскивали они какие-то плоты и лодки, однако наши так сыпали стрелами, что мало кто из смельчаков добирался до нашего берега. Ну, а тех, кто добирался, уже встречали копьями да мечами.

Однако же, на большой решительный штурм водной преграды супостат так и не решился.

А тут ещё конунги ныть начали, что войско голодает, да и вообще одни сплошные убытки от этого стояния. И в итоге, Оттар обозвал нас всех нидингами (что обидно) и ушёл жечь и грабить всё, что южнее Узы-реки. Кстати, вместе с Атли, Эгилем, Сигурдом и Эллой он всё же наведался в Ирландию, где тоже оставил по себе кровавую память.

В этот самый момент королева Мэд решила нарушить Инвернесский договор и захватила замок Алнвик. Самому последнему дураку было понятно, что за этим предательством стоит Кощей. Однако же, сам Бессмертный в это время предпочитал отсиживаться у себя в замке и следить за развитием событий.

Ну, а мы, естественно, пошли восвояси — отбивать Алнвик. Ну, в общем-то Алнвик мы отбили без особого труда. Однако, оставлять подобную выходку колдуньи было нельзя, и мы пошли в земли скоттов. И в тех землях, в Каледонском лесу, под завывания волынок, сошлись мы с войском скоттов. Страшная то была битва. Однако же, скоттов мы одолели, и королева Мэд согласилась на заключение мира.

Оттар (а вместе с ним Атли, Эгиль и Сигурд) же вновь отправился в земли франков, фризов и саксов.

А вот Артур (по мудрому совету Мерлина) решил побеждать не только на поле брани, но и на дипломатическом поприще. К конунгам Кердику, Хенгисту и Элле были отправлены посольства. Послы Артура передали конунгам, что Британия признает за ними право на завоёванные ими земли, если они перестанут следовать за Чёрным Конунгом. Что поразительно — все три конунга с радостью согласился на предложение Артура, ибо вечный Рагнарёк их порядком утомил.

Оттар же, щедро раздаривая награбленное, собрал семитысячную рать, с которой и нагрянул в земли франков. Более года Чёрный Конунг грабил Франкию, пока не столкнулся с войском Мартелла. Пять тысяч тяжёлой франской пехоты ничем не уступали варягам Оттара, а две тысячи рыцарей решили исход битвы — Йормунганд потерпел на суше очередное поражение. Тут стоит добавить, что на острие рыцарской атаки был отряд Роланда, включавший в себя сотню Тристана.

Потерпев поражение во Франкии, Оттар направился в Британию. Едва высадившись на берег, он послал гонцов ко всем трём конунгам, а сам выдвинулся на встречу с Артуром. Однако ни Кердик, ни Хенгист, ни Элла на зов триединого бога не явились.

В итоге, оба войска сошлись у стен замка Гвиннион. У Оттара было шесть тысяч щитов, у нас же: три тысячи англов и иных варягов, три тысячи йоменов и пять сотен рыцарской конницы. Не сказать, конечно же, что мы их прям разгромили, однако же поле осталось за нами. Кстати, в этой битве пал всем известный враль Эгиль Волчья Шкура, коего срубил сэр Персиваль.

Мы сперва очень обрадовались нашей победе, однако же Оттар нам тогда доказал, что его не так-то просто выбить из седла…

После поражения Чёрный Конунг отступил. Однако же далее он разделил свою рать на небольшие отряды по 200-300 щитов, которые расползлись по всей Британии. Кстати, корабельные дружины Оттара и Атли Мясника действовали отдельно и не объединялись с другими хирдами, что в общем-то не удивительно — медный хирд стоит любых трёх сотен, да и берсерки Атли Мясника тоже.

И началась тут кровавая карусель… И сделать с этим ничего было нельзя. Да и что сделаешь, когда два десятка отрядов северных дикарей громят и жгут всё вокруг? Осталось только одно — делить войско. А ведь его тоже шибко не разделишь. Ну ладно: рыцари, англы, варяги Камелота — эти хоть могли на равных биться с северянами. А йомены? Ну догонят, скажем 500 йоменов — 200 варягов. И, что? Лучше б не догоняли, ибо посекут последние мужиков, да дальше пойдут жечь и грабить. И в итоге, победа наша нам в горле встала. Встала прогорким запахом горелого человеческого мяса.

Не менее года длился этот Кровавый потоп. Весь юг Британии заволокло тогда черными дымами. Конечно, какие-то отряды мы нагнали и разгромили, но большая их часть продолжала бесчинствовать.

Впоследствии Мерлин понял, в чём причина наших неудач. Как оказалось, весь этот кровавый хаос был хаотичным лишь отчасти, а в большинстве своём это был управляемый хаос. Всё дело в том, что когда Оттар разделил своё войско, то каждый отряд нурманов, ютов и данов получил в свой состав финского колдуна. Талл-нойд, естественно, был вместе с медным хирдом Оттара. Так вот — Талл-нойд и иные финские колдуны с помощью чёрного ведовства и своих бубнов передавали друг другу сообщения. Таким образом, Чёрный Конунг держал связь с большинством своих отрядов, коим он передавал свои приказы, и от которых он получал донесения. Вот поэтому мы и не смогли поймать ни один из этих отрядов.

А вот свеженабранных саксов и фризов Оттар предоставил самим себе. Вот их отряды мы успешно и громили, в то время как основное своё войско Чёрный Конунг сберёг.

Что же касается Оттара, то он прекрасно понимал, что конунги Кердик, Хенгист и Элла его предали. Кстати, предав триединого бога, все три конунга начали очень неплохо обустраиваться на захваченных землях, а Кердик вообще выстроил замок Кердиксфорд, где и уселся на свой новый стол. Естественно, Чёрный Конунг не собирался оставлять это предательство безнаказанным.

Послав через Талл-нойда послание конунгам и нескольким ярлам, Оттар собрал две тысячи щитов и вторгся с ними в земли Эллы. Конунг восточных саксов тоже собрал две тысячи щитов. Казалось бы, силы были равны. Однако, это совершенно не так, ибо равная численность совсем не означает рваные силы. Медный хирд стоил трёх, а то пяти сотен варягов. Не меньше стоили и берсерки Атли Мясника. Элла всё это понимал не хуже нас, поэтому он сел на корабли и направился… Куда бы вы думали? Правильно — к Кощею! Почему, именно, к Кощею, спросите вы? Ну, видимо, чтобы быть как можно подальше от Оттара и всех этих его Сумерек Богов.

А дальше было совсем интересно. В поведении Оттара произошли перемены — вместо того, чтобы сжигать и вырезать всё вокруг (как он делал всегда), он просто захватил земли Эллы и уселся на них. Это было неожиданно. Честно говоря, подобного поведения от Чёрного Конунга никто не ожидал. Однако, сие совсем не означает, что наступил мир. Некоторые отряды продолжили свои кровавые набеги в глубине Британии.

Сам же Оттар теперь предавал огню и мечу исключительно побережье. Причём, по морю он ходил совсем небольшим войском. Как правило это были его «Дракон», «Фафнир» Атли Мясника и ещё пара-тройка других лодий.

Артур же в это время очень неплохо усилился. Многие рыцари и свободные йомены видели в нём единственную надежду Британии. Таким образом, под стягом Артура собиралось всё больше и больше воинов. Да и количество паладинов к тому времени приближалось к двум сотням.

Что же касается Эллы, то его Кощей сманил в поход на Ирландию. Говорят, на Островах Зелёного Эрина до сих пор помнят те страшные и кровавые события.

Года полтора Кощей и Элла жгли и грабили поселения Ирландии. А когда они с большой добычей вернулись в земли Кощея и хорошенько отметили удачный поход, Элла упросил своего приятеля идти на полдень, дабы выбить Оттара со своей (согласно Инвернесского договора) земли.

Кстати, Кощей видел усиление Артура, и согласился на эту авантюру только потому, что эти действия укладывались в вышеуказанный договор.

Вскоре, Кощей и Элла высадились в землях, захваченных Чёрным Конунгом. И вот, две рати сошлись в поле… Однако, вопреки ожиданиям Эллы, Кощей поднял белый флаг и поехал на переговоры с Оттаром.

Долго беседовали два тех злодея. Столь долго, что слуги их накрыли скатерть на траве, да принесли вино и всякое угощение. Элла же во время той беседы места себе не находил и на кал исходил.

Через несколько часов Кощей вернулся в прекрасном настроении. А вот Элле настроение он сразу же испортил:

— Ну в общем, дружочек, с тобой так теперь будет: Оттар земли твои тебе возвращает, а взамен ты дашь ему тысячу воинов. А поведёт их сын твой Цисса. И не обостряй, дружочек, не обостряй. Ибо чревато сие…

Заключив уговор с Оттаром, Кощей сел на корабли и двинул на полуночь. Всё дело в том, что по уговору с Чёрным Конунгом он должен был поднять пиктского короля Бриде, а также королеву Мэд на войну супротив Артура.

Оттар же послал гонцов к Кердику и Хенгисту с требованием прислать по тысяче воинов. В данной ситуации конунги побоялись воспротивиться триединому богу и прислали ему по тысяче щитов. Причём (по требованию Оттара), саксов возглавил Кинрик сын Кердика, а ютов — Эск сын Хенгиста.

И вновь у Оттара было более семи тысяч щитов. И вновь он шёл скрестить мечи с королём Артуром — главным препятствием на пути завоевания Британии.

Благодаря Мерлину, Артур знал, что Чёрный Конунг собрал большую рать, и что Кощей и король Бриде уже идут по земле скоттов, коих Мэд и Моргана настраивают против Камелота.

Оттар и Кощей сговорились с обеих сторон ударить на Артура. Было совершенно очевидно, что Артуру (вместе со всеми его богатырями) не устоять против двух таких воителей и их армий. Потому и радовался Кощей, что вопрос с Артуром решался раз и навсегда. А что касается Британии, то два злодея её поделили: Камелот (и всё, что севернее) отходил Кощею, а всё, что южнее — Оттару.

А ещё, и Кощей и Оттар видели друг в друге сильного союзника. Правда, оба прекрасно понимали, что союз этот вечным быть не может, поскольку двум берам в одной берлоге не ужиться. Но пока обоих всё устраивало.

Артур тоже в сложившейся ситуации прекрасно понимал, что выход у него только один — бить ворогов поодиночке, пока они ещё далеко друг от друга. Именно поэтому, собрав рать, Артур стремительным маршем рванул на юг.

Сошлись мы с ними у Бадонского холма… Как говорилось выше — у Оттара было более семи тысяч щитов. У нас же: англов и иных варягов — две тысячи, да четыре тысячи йоменов, ну и нас — рыцарской конницы — семь сотен.

Несмотря на то, что мы заняли более удобную позицию, встав на Бадонском холме, и на большое количество конницы, перспективы были так себе… Как никак, а против нас было более семи тысяч северных витязей, и две тысячи наших варягов, а также семи сотен рыцарей могло оказаться маловато для победы. Однако, дальнейшее было для меня полной неожиданностью. И похоже, что не только для меня.

Кинрик, Цисса и Эск подняли белые флаги и отвели свои рати в сторону. Таким образом, против нас осталось лишь четыре с небольшим тысячи щитов.

Как я в последствии узнал — предательство сыновей конунгов было частью большого сговора. Сговора, который позволил их отцам окончательно закрепить за собой завоёванные ими земли. Сговора, который положил начало большому миру в Британии. Сговора, который окончательно похоронил Сумерки Богов. Хотя, всё это мало похоже на доблесть, и совершенно не вяжется с рыцарской честью, но, как мне потом сказал Мерлин — «большая политика, вообще, дело грязное, но необходимое». А вот я считаю, что политика лишь потому дело грязное, что ей занимается лишь кучка венценосцев, которые заключают меж собою грязные сговоры. Как по мне, так политикой должны заниматься все, тогда и грязи не будет, либо её будет гораздо меньше. Ибо не зря же древние эллины называли тех, кто не интересуется политикой — идиотами. Ибо, что политика означает в переводе с эллинского? Правильно — городская жизнь. И ежели ты не живёшь одной жизнью с градом своим (либо каким иным поселением), и не вершишь его судьбу на форуме, тинге либо вече, то твою судьбу будут вершить венценосцы. А уж они навершат — будьте покойны. Кровью умоетесь от их решений. А уж они промеж себя всегда договорятся… Простите, други мои, опять я отвлёкся.

В общем, как только сыновья конунгов отвели свои рати, мы сразу же и ударили. Сперва конница, а следом и вся пехота…

Хорошо, други мои, атаковать большой конной массой сверху вниз. Проломили мы их стену щитов, а следом навалилась наша пехота. А вот это уже был разгром. Полный разгром. Да, конечно же, рубились они люто и многих наших посекли, однако же лишь только полторы тысячи своих бойцов смог увести Оттар из той битвы. А вот три тысячи нурманов, ютов и данов остались навсегда лежать под Бадонским холмом. Там же остался и Атли Мясник, которого развалил на пополам сэр Ланцелот. Кстати, почти все берсерки тоже остались лежать под тем холмом.

Узнав об итогах битвы у Бадонского холма, королева Мэд распустила войско и скрылась в глуши Каледонского леса, а Кощей и Бриде вынуждены были повернуть восвояси. Туда же, на север, на двух десятках боевых лодий направился и Чёрный Конунг.

И лишь один корабль из разбитого Йормунганда потянулся на восход солнца. То был «Красноклювый Ворон» Сигурда Кольцо. Последний из оставшихся у Оттара конунгов решил, что с него тоже хватит Сумерек Богов, и повёл остатки своей дружины домой.

Всю зиму мы готовились к походу в земли пиктов, а по весне, собрав большое войско, сели мы на корабли, да пошли на полудень вдоль берега. Когда достигли мы устья реки Несс, где стоял замок Инвернесс, то король Бриде, видя наше приближение, поднял белый флаг и признал себя вассалом короля Артура.

Кощей же не стал отсиживаться в своём замке Аркарт, а вместе с Чёрным Конунгом вышел нам на встречу. Бессмертный рассчитывал на своих катафрактов, которые смогут не только разгромить нашу конницу, но и опрокинуть нашу пехоту. Хотя…

Нет, я конечно знаю много примеров, когда войско меньшее одолевало войско большее. Однако же, выводить в поле две тысячи супротив восьми… На мой взгляд, это авантюра.

Артур выстроил наше войско следующим образом: впереди встали пять тысяч йоменов, половина из которых были лучники. За йоменами конунг Ида выстроил двухтысячную стену щитов. А на флангах встала рыцарская конница по пятьсот всадников с каждой стороны.

Видя, что мы поставили вперёд йоменов, Кощей сразу же бросился в атаку. Йомены ответили градом стрел. Волна за волной обрушивались стрелы калёные на несущуюся в атаку конницу. Да вот только, что могли сделать те стрелы чёрной коннице, где не только всадники, но и их скакуны закованы в крепкую броню.

Совсем уже близко были катафракты, и казалось, что вот-вот и опрокинут они йоменов. Однако же, далее Кощея ждал сюрприз…

Великий Мерлин посоветовал Артуру изготовить длинные копья (длиной не менее пяти ярдов) и вооружить ими тех йоменов, что не имели луков. Что и было сделано. Ну, а самих тех копьеносцев наши варяги поднатаскали, да выучили, как строй держать.

Выйдя в поле, побросали те копьеносцы свои пики в траву высокую. Ну, а сейчас, словно из ниоткуда, вырос перед Кощеем целый лес длинных копий.

Бессмертный не стал отворачивать (да и уже поздно было), а ударил напролом.

Лес длинных пик, это конечно же хорошо, однако же удар мчащихся в галоп катафрактов был страшен. В нескольких местах пробили чёрные всадники строй копьеносцев. Однако же, силы тех, кто прорубился сквозь лес копий, уже не хватало, чтобы проломить ещё и стену щитов Иды.

А тут с флангов и ударила наша конница…

Понимая, что катафрактов уже не спасти, Чёрный Конунг стал отводить свой скьялборг назад.

Мы же, вырубив катафрактов, навалились следом и на рать триединого бога.

* * *

С остатками медной дружины Оттар всё же смог пробиться к побережью. Все конунги, все ярлы и херсиры, все финские колдуны — все они погибли. Зато, вместе с бывшим тронхеймским ярлом теперь был Кощей. Погрузились они все вместе на «Дракона», и ударив вёслами, исчезли в густом тумане.

А лежал их путь в сумрачную По́хьелу, туманную Сариолу.