Без измен. Покорю твое сердце

Глава 24 Тая

Внутри все трясется от гнева, но я упрямо продолжаю идти вперед. Голова вверх, подбородок высоко поднят, спина прямая настолько, что в нее словно кол воткнули.

Иду с виду уверенно и не оборачиваюсь, а у самой от страха поджилки трясутся.

— Садись в машину, — произносит Бессонов, едва я оказываюсь в поле его видимости.

Он серьезен, как никогда. В глазах бушует праведный гнев, они буквально горят от злости.

На вопросы нет ни времени, ни сил. Делаю то, что мне велят. Только стоит забраться в салон, как авто срывается в места.

— Адрес школы, где учится Степан, — рычит Слава.

— Может ты имел ввиду Ваня? — едва узнавая собственный голос, уточняю.

Бессонов одаривает меня крайне многозначительным взглядом, я едва успеваю сглотнуть. В горле вырастает ком, руки наливаются тяжестью.

— Адрес, — повторяет.

Называю.

До школы мы не просто едем, нарушая правила дорожного движения, мы мчим! Слава потерял рассудок, а я причин не понимаю.

Влетаем на территорию школы, останавливаемся перед охранником, он ни в какую не желает нас пропускать. Но разве Бессонова что сейчас остановит?

Слава расправляется с ним в два счета. Я начинаю бояться его, но виду не показываю.

Мне дико страшно.

— В каком кабинете у него уроки? — спрашивает, лихорадочно стреляя глазами по сторонам. Он мне напоминает обезумевшего от горя медведя.

Но свои мысли я держу при себе. Делаю то, что велят.

Это единственный шанс на спасение.

— Нам на второй этаж, — произношу, показывая на лестницу, поворачивая голову в нужную сторону, меняюсь в лице.

Вижу Ванечку, его реакцию, взгляд и мир в очередной раз застывает.

— Папка, — на выдохе произносит сын. Замирает на миг, а потом…

Швыряет рюкзак в сторону и срывается с места.

— Папка! Отец! Ты меня нашел!! — доносится, словно через толщу воды.

— Сын, — короткое и емкое слово сотней острых иголок врезается в кожу.

Смотрю на обнимающихся и не могу поверить глазам. Слава крепко прижимает к своей груди моего сына.

— Ты… — голос осип и не слушается. — Ты его знаешь? — спрашиваю у Вани.

Сынок поднимает на меня полные соленой влаги глаза и твердо кивает.

— Да. Это мой отец, — своими признанием выбивает почву из-под ног. — Мой настоящий отец, мам, — добавляет, окончательно лишая меня дара речи.

— Не раскидывай свои вещи, — к нам подходит парень, с которым Ваня спускался по лестнице до того, как заметил нас. Передает рюкзак.

— Спасибо, бро, — от души благодарит того мой мальчик.

— Степа — мой сын, Тай, — признается Бессонов. — Я его ищу уже больше восьми лет. Весь город перевернул, всю область перетряс, — признается.

Дышу, через раз судорожно хватая воздух.

— Как? — ахаю. Произошедшее не укладывается в голове. — Как такое возможно? — смотрю то на Славу, то на Ваню. От осознания произошедшего голова кругом идет. — Володя ведь искал родственников Ванечки, — сокрушенно качаю головой.

Мороз по коже.

— Так старательно искал, что не отправил ребенка ни в одно учебное или медицинское заведение, где смогут пробить его реальные данные, — произносит ровным, холодным голосом, от которого у меня по коже пробегают толпы мурашек.

Если бы Слава орал, кричал, размахивал кулаками и брызгал слюной, так страшно не было.

— Бать, нам уезжать нужно, — подает голос сын. Перевожу на него ошарашенный взгляд.

— Зачем? Почему спешка? — не понимаю.

— Этот скоро приедет, — кривясь, стреляет взглядом в сторону центральных дверей. Смотрит на смарт-часы. — Поздно, — добавляет убито. — Приехал.

Сталкиваемся взглядами с Бессоновым.

— Слав, — шепчу. У меня действительно нет слов, чтобы описать весь спектр испытываемых мною чувств.

— Потом, — отмахивается от моих слов. Поворачивается к сыну. — Не нужно пока ему знать про нас, — выносит вердикт. — Где второй выход? Ты знаешь.

Ваня-Степа кивает.

— Идите за мной, — показывает на коридор первого этажа. — Ромыч, поможешь? — обращается к стоящему неподалеку от нас другу.

— Пфф, — фыркает он. — Естественно! — заявляет с победоносной ухмылкой. — Когда начинаем? — спрашивает, отходя от нас в сторону и подходя вплотную к стене.

Мальчики озорно переглядываются, я ничего не понимаю.

— Сейчас! — дает команду мой сын, его друг кивает и…

Происходящее далее похоже на чей-то дурацкий сон. В голове не укладывается.

Улыбаясь от уха до уха и выглядит как самый счастливый человек на планете, Рома разбивает защитное стекло и нажимает на кнопку оповещения о пожаре. Пространство вокруг нас заливает громкий визг сирены, школьники вываливаются из кабинетов и бегут к выходам. Если бы не реакция моих мужчин, меня снесли и затоптали.

— Держись за меня! Не отпускай, — рявкает Слава.

Четко выполняю его указание.

Крепко обняв меня за талию, Бессонов, словно бур, движется сквозь истерящую и паникующую толпу. Ваня-Степа, перекрикивая стоящий вокруг нас гомон, указывает направление.

Мы движемся исключительно вперед, а оказавшись на улице, резко берем в сторону. Отходим от здания на безопасное расстояние.

— Всегда мечтал об этом, — с лучезарной улыбкой признается сын.

— Мечтать нужно о более масштабном, — подмигивая, подмечает Бессонов.

Он осматривается по сторонам и, оценив обстановку, ведет нас к ближайшему выходу со школьного двора.

— Там заперто, — предупреждаю его.

— Сейчас откроют, — заявляет с уверенностью.

— Все-то ты знаешь, — скептически хмыкаю, но только стоит подойти к воротам, как те открываются, и на территорию школы одна за одной на высокой скорости въезжают пожарные машины.

От ора спецсигнала звенит в ушах, но обращать внимание на ерунду времени нет. Прошмыгнув за забор, мы быстрым шагом направляемся к припаркованной за территорией школы машине.

— Садитесь, — Слава открывает двери. Ваня-Степа без лишних слов залезает назад, я хочу сесть рядом с ним, но брошенный Славой взгляд заставляет застыть на месте. — Ты поедешь рядом со мной, — чеканит, не оставляя мне выбора.

Киваю.

— Володя! — выдыхаю, испуганно замечая машину почти бывшего мужа. — Его люди! Смотри! — показываю на сопровождающие его три черных тонированных внедорожника.

Мороз пробегает по коже.

На фоне этих ужасных авто белоснежный седан бизнесс-класса выглядит изысканно и элегантно. Разница колоссальна.

Выбора нет, нам нужно будет проехать мимо них. Вжимаюсь в спинку кресла и обхватываю ремень безопасности руками. Мне страшно.

— Не бойся. Все будет в порядке, — бросает Слава и плотно стискивает челюсть. Едет вперед.

Володя нас замечает. Столкновение взглядов, как удар молнии, вышибает дух напрочь.

Воронцов ступает на проезжую часть. Бессонов прет на него. Противостояние переходит все мыслимые и немыслимые границы.

— Ты его задавишь! Ты его задавишь! — верещу, не в силах сдержать страх.

— Мама! Тише! — отзывается Ванечка.

— Не высовывайся! — не поворачивая головы в сторону сына, рычит Бессонов. — Он не должен увидеть тебя.

— Понял-принял, — мигом отзывается сын. — Я невидимка, — хихикает.

Володя стоит посреди проезжей части, Слава увеличивает скорость и едет вперед, расстояние между нами сокращается слишком быстро.

Мои нервы не выдерживают напряжения, закрыв глаза руками, визжу, меня всю колотит от дичайшего страха.

Рывок вправо, меня швыряет влево, затем чувствую, как резко выравнивается траектория движения автомобиля. Удара не случается.

Судорожно выдыхаю.