Без измен. Покорю твое сердце

Глава 39 Тая

Слоняюсь по коридору, но держусь рядом с охраной. При малейшем постороннем звуке жмусь ближе к двери.

Я доехала до больницы, но так и не решилась зайти в палату к Максиму и Ване. После высказанного сыном не готова пока с ним говорить.

Крепко сжимая в руке телефон, смотрю на выход из отделения и дрожу от страха. Если гады, что за мной гонятся, поднимутся, то я должна успеть спрятаться в палате.

Бежать больше некуда.

Звук открывающейся двери отражается на моих нервах хлеще, чем скрип пенопласта по стеклу. Я напряжена до предела.

— Слава! — вижу Бессонова и без оглядки бросаюсь к нему.

Он меня крепко обнимает, прижимает к себе и гладит по спине, успокаивая.

— Все в порядке. Мы всех поймали. Больше тебе ничего не грозит, — заверяет меня.

— Это был Володя, да? Антон его отпустил? — спрашиваю. Я не могу поверить в то, что все позади.

— Нет. Камилла, — Слава удивляет ответом. — Но давай не будем об этом. Все под контролем и больше подобного не повторится.

— Я не позволю, — авторитетно заявляет Антон, подходя к нам. Исходящая от него энергетика сбивает с ног. Он зол, но держится, и это вызывает невероятное уважение. — Таисия, прими мои искренние извинения. Я не мог тебя предупредить заранее, иначе бы они затаились и вылезли тогда, когда никто не ожидал.

— Ты был в курсе все это время? — ахаю. Мне дико не по себе.

Конечно, я знала, что Милославский суровый и беспринципный, но никогда б не подумала, что он вот так просто играет человеческими судьбами. Мне очень не понравилось быть приманкой при ловле на живца.

Взгляд, которым меня одарил Антон, говорит гораздо громче любых слов. Естественно, он был в курсе происходящего.

— Что с Ваней? Он здесь? — Слава кивает на дверь.

— Да, но я не заходила, — признаюсь. — Мы повздорили. Мне нужно время, чтобы осознать все, что Ваня высказал.

— Поговорим об этом дома, — тактично уходит от обсуждения щепетильной темы.

— Да, конечно, — киваю и краем глаза замечаю движение на лестничной клетке.

По инерции напрягаюсь, затем вижу Свету и выдыхаю.

— Тая? Что ты здесь делаешь? С мальчиками что-то случилось? — тут же взволнованно спрашивает и ускоряет шаг.

— Нет-нет, с ними все в полном порядке, — спешу ее успокоить.

Милославский поворачивается, видит маму Максима, и появившееся удивление на его глазах становится не описать словами.

— Лана? — произносит глухим, лишенным эмоций голосом. Он словно призрака увидел.

— Антон? — резко бледнеет она.

Останавливается. Бросает на меня полный ужаса взгляд, затем переводит его на Славу и лишь после него обратно на Милоса. Оглядывается, желая убежать.

— Пожалуй, нам лучше отойти в сторону, — приобнимая, Слава утягивает меня в палату к мальчишкам. Охрана пропускает нас без проблем.

— Мама? Папа? — Ваня подскакивает на ноги и испуганно смотрит на нас. — Что вы здесь делаете?

— А ты сам как думаешь? — хмыкает Слава.

Ваня стыдливо опускает глаза в пол.

— Приехали за мной, — озвучивает очевидный факт. Поднимает взгляд на нас. — Ругать будете? — морщится.

Молчу. Не вступаю в разговор.

— Мы побеседуем, — строгим тоном произносит Бессонов. Отходит от меня чуть в сторону, отводит Ваню и негромко с ним беседует.

— Максим, как ты себя чувствуешь? — интересуюсь у лежащего на кровати мальчика. — Тебе еще не разрешают вставать?

— Завтра придет врач и все скажет, — говорит, не скрывая надежды. — Сегодня сделали рентген.

— Буду держать за тебя кулачки, — обещаю Максиму. — Организм у тебя молодой, восстановишься быстро.

— Я плавать хочу, — признается. — Доктор сказал, что через месяц смогу приступить к тренировкам.

— О! Это здорово! — подбадриваю его. — Уже решил в какой бассейн перейдешь?

— С Ваней сегодня как раз думали на эту тему, — стреляет взглядом в сторону разговаривающих Бессоновых.

— И что надумали? — мне действительно интересно.

Макс и Ваня в одной команде, они с самого раннего детства занимаются вместе, и мне бы не хотелось их разделять.

— Пока не решили, — косится на телефон. — Вы маму не видели? Она должна была уже подняться. Может в лифте застряла?

— Нет, с ней все в порядке. Она в коридоре беседует со старым знакомым, — киваю на дверь. — Сейчас подойдет.

Мы еще некоторое время разговариваем в палате, затем Слава вызывает такси и, оставив Милославского со Светой в больнице, уезжаем. Как только возвращаемся в квартиру, Бессонов уводит сына в комнату. Их ждет серьезный разговор.

Я ухожу в душ. Настраиваю комфортную температуру, ступаю под теплые струи и, закрыв глаза, растворяюсь в ласковых прикосновениях горячей воды к коже. Смываю с себя весь страх и негатив.

Не знаю, сколько времени я так простояла, но когда устали ноги, нахожу затычку, ополаскиваю ванную и ложусь в нее. Набираю полную чашу воды, насыпаю соли и позволяю себе расслабиться.

Володя находится под следствием, Милославский вернул себе все украденные средства, переписал на себя фонд. С Камиллой он тоже разберется, ведь часть его денег перекочевала к ней.

Только вот Камилла добровольно не пришла и не сдалась ему, а это значит, что она пойдет под следствие вместе с Воронцовым. С которым, к слову, я совсем скоро разведусь.

— Ты здесь не уснула? — в ванную комнату заглядывает Слава.

Открываю глаза и вижу его стоящего в дверях. Мой мужчина в руках держит поднос, на котором стоят два бокала, бутылка вина, а на тарелке лежат красиво нарезанный сыр, виноград и шоколад.

— Нет, но уже близко, — признаюсь разнеженно. — Это мне? — киваю на поднос.

— Нам, — говорит твердо.

Ставит угощение на стиральную машину, раздевается.

— Не против, если я присоединюсь к тебе? — спрашивает, ступая в ванну.

Его пылающий взгляд посылает по коже разряд в двести двадцать. Хоть я лежу в воде, но все равно успеваю пропотеть.

Двигаюсь.

— Конечно, нет, — говорю, чуть приподнимаясь, и позволяю Славе лечь себе за спину. Удобно устраиваюсь на нем. — Ты с Ваней договорил?

— Как выйдешь, он тебе сам все скажет, — отвечает, открывая бутылку вина. Наливает напиток в бокалы. — За нас. До дна.