Бог из машины

Ep. 17. Отпуск

– …их.

Режущий яркий свет пронзил глаза; Монах тут же зажмурился.

– Они будут в порядке? – спросил женский голос.

– Да. У второго пациента осложнения вследствие аллергической реакции, но он будет в порядке.

– Хорошо.

Снова тишина и небытие.

Снова звуки.

Послышался щелчок сомкнувшихся дверей. Он медленно открыл глаза, прищуриваясь и прикрывая источник света рукой. Наконец-то свет перестал резать, и он приподнялся, осматривая палату, в которой оказался. Размеренное пиликание фонокардиографа отбивало молотом по голове. Рядом он заметил напарника, нижняя часть тела которого была скрыта под каким-то непонятным медицинским аппаратом.

Стоило свесить с кровати ноги, как двери едва слышно щелкнули и разошлись пропуская внутрь высокую статную девушку распущенными белыми волосами до плеч и слегка суженными глазами. Она строго взглянула на него, после чего тень облегчения пронеслась по ее лицу.

«Главная», – сразу смекнул он.

– Рада, что вы проснулись. Как вы себя чувствуете? – слабая улыбка коснулась лица, будто большее ей запрещал какой-то ее собственный регламент.

– Нормально.

– Хорошо, – вздохнула она. – Честно говоря, вы были в настолько плохом состоянии, что в какой-то момент я потеряла надежду… Ох. Совсем забыла представиться. Меня зовут Мара Юэ, а вас..?

Монах ненадолго задумался.

– Монах, – бросил он.

– Ох, интересное имя. Вам, наверное, некомфортно, но знайте – с вашим другом все будет в порядке. У нас отличная команда медиков, и мы…

– Что вы хотите?

Выражение лица девушки снова стало прежним: строгим и отдающим презрением.

– Ха, – медленно произнесла она. – Обычно люди спрашивают, кто мы или где они.

– Вы спасли, за это спасибо, остальное интересует не так сильно.

– И зря, – с нажимом произнесла она, и голос снова расслабился: – Мы – «Сяонянь», некоммерческая организация помощи в чрезвычайных ситуациях. Помогаем в беде космическим путешественникам, торговцам, жертвам разбоя и так далее. Волонтеры, если угодно.

– И как, хорошо платят?

– Достойно.

– Может, тоже податься, – задумчиво произнес Монах.

– Где мы? – послышался хриплый голос.

– Господин?

– Чэнь.

– Господин Чэнь, вы очнулись, – женщина соскочила с койки и подошла к нему. – Вы в надежных руках. Вы серьезно пострадали в аварии, но дайте некоторое время нашей замечательной команде, и вы поправитесь.

– Что за авария? Монах, а ты целехонький, да?

– Садитесь, аккуратно, – женщина помогла ему приподняться, из-под аппарата показались полные заживающих ушибов и порезов ноги. – В вас врезался корабль, и вы серьезно пострадали.

– Моя Красотка в порядке?

– Прошу прощения?

– Корабль. Он цел?

– Он… – она отвела глаза. – В целом не очень целый…

– Что это значит?

– Не беспокойтесь, хорошая мастерская сможет полностью его восстановить, он же у вас застрахован?

– Блин.

Настроение Чэнь Рэна мгновенно испортилось, и он схватился за ноющий бок.

– Кто это был? Вы видели их? Что вообще произошло? Ничего не помню.

– Господин Чэнь, пожалуйста, успокойтесь, – женщина села перед ним, заглядывая в его глаза. Он всмотрелся в ответ, поддаваясь притягательности этих прекрасных голубых, как океан, и таких же бездонных глаз. Затем кивнул головой, улыбаясь:

– Ладно, вы правы, госпожа. Бывает.

– Зовите меня Юэ.

– А я… просто Рэн.

Монах решил прервать нелицеприятные нежности:

– Что дальше?

– Мы направляемся к орбитальной станции DST-34-3. Там вы продолжите лечение при необходимости, а также сможете отремонтировать ваш корабль. Планетарная служба безопасности уже занимается расследованием.

– Доставьте нас и корабль на планету. Координаты вам передам.

– Мы постараемся сделать то, что в наших силах, но гарантировать, к сожалению, не могу, – ответила Мара Юэ, удивляясь повелительному тону. – Мне пора возвращаться к своим обязанностям. Через пару часов мои коллеги осмотрят вас, чтобы убедиться, что вы можете встать с постели. До тех пор, пожалуйста, оставайтесь тут и отдыхайте.

Осмотрев молодых людей, врачи ушли, не сообщив подробностей, что начало нервировать Монаха. Но вскоре в покои снова зашла Мара Юэ, и еще больше его занервировала встречная улыбка напарника.

– Отличные новости – ваши темпы выздоровления поистине удивляют! Особенно ваши, господин Монах. Вы можете встать, я проведу вас до ваших комнат, где вы сможете принять душ, переодеться и отдохнуть от этих назойливых пищащих приборов.

Двери раздвинулись, представляя взору длинный и просторный коридор полуовальной формы с закручивающейся в спираль вдоль белесых стен с шероховатой текстурой. Прикрытые одним лишь медицинским балахоном, они шли, рассматривая узоры, пока Мара Юэ рассказывала:

– Мы приготовили для вас две комнаты – небольшие, но со всеми необходимыми удобствами. Если что-то понадобится – обслуживающий персонал тут же принесет это. На стене найдете многофункциональную коммуникационную панель. Также мы подготовили для вас новый комплект одежды… Сюда. Ну вот, проходите. Ваша старая одежда сильно пострадала, но, так как у нас нет права распоряжаться вашей собственностью без вашего согласия, мы сложили ее в комнате. Вы можете ее выкинуть или же сдать нам на починку. Обед будет через час. Вы сможете пройти в столовую по указателям. Располагайтесь.

Монах вошел в свою комнату. Двери плавно сомкнулись за спиной. Глубокая тишина растеклась бальзамом по ушам.

Комната была вытянута, как яйцо, и скорее походила спасательную капсулу, только значительно большего размера. На стене висел голограммный экран, рядом с ним – панель с различными сенсорными кнопками, красиво обрамленными led-подсветкой. Рядом с дверью располагалась аналогичная панель. Монах провел по одной из градиентных кнопок, и тон освещения перелился в глубокую фуксию. Провел еще немного, и тон ушел в киноварь, от чего комната сразу показалась чересчур зловещей, так что он вернул обратно на светло-бирюзовый панг.

Наигравшись, он подошел к кровати, рядом с которой стояла тумбочка, выбивающаяся из общего стиля своим раритетным видом. Из обыкновенного дерева, с позолоченными и прихотливо извитыми ручками. На тумбочке лежала его одежда пальто, кофта, кожаные штаны. Рядом стояли покрытые пылью берцы. Трубка и остальные вещи были на месте. Убедившись в сохранности своего имущества, он осмотрел помещение в поисках душевой. Прошло время, прежде чем он заметил квадратное со скошенными краями углубление в стене напротив кровати с едва заметной надписью. Нажал, и стена разошлась, представляя взору душевую. То, насколько ванная комната была сокрыта от глаз за белой стеной, не могло не удивить.

Он скинул с себя клеенку и вошел. На тумбе уже обыкновенного, вписывающегося в интерьер стиля рядом с раковиной лежал подготовленный комплект одежды.

Холодная вода обрушилась на тело. Он приоткрыл рот, ловя мороз, дыхание стало глубоким. Как давно он не пользовался нормальной душевой, особенно такой, где вода не подогревалась бы автоматически.

Смыв с себя мыло, он просканировал тело армсмартом.

Длинные брови нахмурились: каким-то образом, несмотря на заключение о быстром выздоровлении, на теле проступали многочисленные раны. Среди них множество было зафиксировано браслетом, как рецидив травм, полученных в прошлом. Он пригляделся: те не кровоточили, не зудели и не были воспалены. Явление озадачило его. Усиленная DAO-регенерация обычно не оставляла следов, но сейчас сильно выступали даже те раны, что ранее были совершенно незаметны. На фоне этого он был рад увидеть, что его едва заметная выпуклость в верхней части пресса не являлась раной, а потому стала даже менее заметной на общем фоне. Предчувствие подсказывало, что это еще может сыграть свою роль.

Продрогший, но взбодрившийся Монах вышел из душевой и натянул на себя подготовленную одежду. Она представляла собой почти те же самые черные кожаные штаны и термокофту точно его размера. Взглянув на время, он обнаружил, что игры со светом и водные процедуры заняли у него практически весь свободный час. Протер тряпкой берцы, надел, зашнуровал, накинул на себя продырявленное, но все же еще живое кожаное пальто, вышел из комнаты и постучался в дверь напарника.

Тонкий белесый дымок потек вдоль окна. После молчаливого обеда Эксцентричный Монах не смог удержаться от того, чтобы воспользоваться по назначению уцелевшей трубкой. По ту сторону от прочного, как титан, стекловолокна где-то далеко рождались и умирали звезды. Глубокая затяжка, и грандиозный вид каждого такого рождения заполнил воображение.

Знакомый легкий стук шагов раздался позади и вывел из транса.

– Только пришел в себя и сразу за свою гадость?

Монах решил не отвечать на вопрос, но вместо этого поинтересовался:

– Как твои раны?

– Жить буду. Говорят, мне повезло. Но вот что странно – у меня как будто проступили раны, которые я точно получил настолько давно, что на этих местах должны были остаться только шрамы. А они прямо кровоточили и покрылись ссадинами. Мне сказали, что это нормально и это пройдет, но что-то как-то не очень убедительно… Блин, что произошло вообще? Ничего не могу вспомнить, сколько ни пытался. Наверное, действительно врезались в нас, пока мы ужирались. Завязывать надо с этим.

– Значит, и у тебя это проявилось… это настораживает.

– Ты о чем?

– Раны, я тоже заметил их у себя.

– Хм, ну, может, тогда действительно это просто последствия аварии.

– Или чего-то еще.

– Ладно, пора взять перерыв от расследований, а то это уже превращается в паранойю. Думаю, нам надо, что называется, отдохнуть.

Эксцентричный Монах, делая очередную затяжку, недоуменно выгнул бровь, не веря своим ушам. Сам экс-надзиратель Делец Чэнь Рэн не хочет ничего расследовать…

– Все устраивает вас, господа? Обед понравился? – прервала молчание Мара Юэ. Чэнь Рэн тут же выпрямился и улыбнулся.

– Да, спасибо!

– Путь предстоит долгий, – она взглянула на браслет, – 120 часов по земным, 31 по улуньянским и…

– Мы земляне, – сухо прервал Эксцентричный Монах.

– Аа, – понимающе протянула женщина. – Понимаю. Ну тогда пять дней. Поэтому завтра я проведу вам экскурсию по нашему прекрасному кораблю. Кстати, господин Чэнь, наша команда бортовых инженеров осмотрела ваше судно и сообщила, что они смогут привести его в рабочее состояние в течение трех-четырех суток.

– Камень с души, госпожа Мара!

– Рада помочь, Рэн. Ну все, господа. Желаю вам легкого путешествия и приятного отдыха. Чувствуйте себя как дома.

«Кажется, я начинаю понимать, в чем тут дело».