Четверг, вечер. На циферблате седьмой час. Температура с каждым днём становится всё жарче и жарче. Даже тропических ливней нет. Только в мае был типичный для наших краёв потоп.
Вот и сегодня жарко до одури. Хочется на время превратиться в туриста и отправиться на пляж, чтобы искупаться в вечернем морюшке, послушать, как волны шумят и перекатывают гальку, насладиться закатом. Хотя, как искупаться? Если только стояние по пояс в воде считается плаванием. Потом пойти на набережную, сесть где-то в кафешке с видом на воду, заказать свежевыловленную ставридку на гриле. А после освежиться «Мохито». Летом всегда тянет на лёгкую пищу и холодные напитки. Зима — другое дело. За милую душу забежать в дождливый февральский день в кафешку у моря с видом на зимний шторм, заказать сочных хинкали или хачапури-лодочку, а ещё чашечку Кабардинского чая.
Да и не отдыхающая я. Не люблю, когда людей в городе много, а на ближайшем пляже лечь можно только кому-то на голову. А ещё дел полно. Завтра перед началом рабочего дня приедет клиентка, и сейчас мне нужно приготовить целую коробку капкейков с розовой начинкой на вечеринку по случаю оглашения пола ребёнка. А ещё мама названивала с утра, напоминая, что в субботу за мной приедет Гена и удивляясь, отчего же я не скачу до потолка от счастья.
И вот, мечтая скорее оказаться под прохладным душем, а потом под вентилятором на кухне, я захожу в подъезд. Подниматься по лестнице нет никакого желания, поэтому захожу в лифт. Уже между шестым и седьмым слышу недовольный гул голосов. А когда двери лифта раскрываются, я буквально вваливаюсь в толпящихся на нашей лестничной клетке людей. Кого тут только нет! Удивительно разношёрстная компания.
— Ой-ей, ещё одна краля нарисовалась! — пробежавшись по мне сальным взглядом, выдаёт низкорослый лысый мужичонка в красном пиджаке на голое тело.
На шее у него здоровенная золотая цепочка с подвеской в форме знака доллара, а ниже приличный такой чёрный, кудрявый шерстяной грудной покров.
— Девуля, мы тут первые со Лауркой в очереди, — продолжает он. Та самая Лаурка лет сорока пяти тут же является моему взгляду, обвивая локоть своего спутника и поправляя леопардовый кусок ткани, который отдалённо напоминает платье. — Но ты ничего, можешь к нам присоединиться!
— Итицка сила! Ишь ты, малахольный! Первый он! Это мы с Митрошей первыми приехали! А даже если не первыми, то у нас деточки! Неужели отнимешь у детей и многодетной матери шанс пожить у моря? Ты что, эгоист бесплодный? Своих нет? С таким отношением и не будет! — горланит грузная женщина в броском сарафане в цветочек и шляпе с огромными полями.
— Дунечка, зайка моя, успокойся! Поехали в гостиницу, в которую и собирались? — пытается успокоить её муж.
— Ага, щас! Бегу, спотыкаюсь, волосы назад! — ещё больше злится женщина. — Где ж ты найдёшь хатку-то за двести рубчиков? Раз сдают так дёшево, значит, многодетной мамочке уступят и сдадут бесплатно!
В спор тут же вступает мужчина с кавказским акцентом, эмоционально жестикулируя руками и доказывая, что именно он с ещё семью мужчинами первый в очереди на аренду квартиры Золотарёва. Начинается настоящий скандал с громкими криками. Многодетная мать избивает авоськой со сливами женщину в леопардовом платье, пока та пытается в ответ вцепиться ей в волосы длиннющими ногтями со стразами. Муж многодетной матери, берётся за сердце, оседая на ступеньку, под плачь их младшего сына. Мужчина в красном пиджаке хватает за грудки мужчину-кавказца.
Заветная дверь собственной квартиры чуть ли не светится божественным, спасительным светом. По стеночке прокрадываюсь между ними и юркаю к себе. Только захлопнув дверь и защёлкнув на два замка и засов, выдыхаю. Вот это я учудила! Демид меня точно убьёт! Теперь и носу из квартиры высунуть страшно!
Пытаюсь отвлечься, начиная замешивать тесто для капкейков, вставив наушники в уши. Решаюсь выключить музыку только через пару часов. Подхожу к двери, прислушиваюсь: тихо. Значит, сосед всех разогнал. И точно знает, кто устроил ему эту подлянку. Предложение мамы выйти замуж за Гену и нарожать ему кучу детишек в станице Кабардинская, становится привлекательнее с каждой минутой. Мне надо бежать. Лучше всего, на другую планету!