Бывшие. Ненавижу, но люблю

Глава 36

— Ты действительно меня настолько ненавидишь? — окидывая гневным взглядом платформу на железнодорожном вокзале, серчает Демид.

Его крупная, высокая фигура отчего-то так несуразно смотрится тут, как будто это место действительно ему совсем не подходит. А спортивный рюкзак, который я вручила соседу с нужными вещами абсолютно не вписывается в его стильный образ из светлых рваных джинсовых шорт и серо-голубой футболки.

— И что тебе не нравится, Дём?

— А что тут может нравиться? — презрительно кривится он. — Железный жаркий портал в ад, в который сейчас набьются неприятные людишки?

Вот оно! Та самая реакция, которой я и добивалась, покупая билеты даже не на «Ласточку», а на самую недорогую и простую электричку «Кубань». Моё возмездие за то, что он вчера шлялся неизвестно где! Довольно сцепляю пальцы в замок, хитро подмигивая Золотарёву:

— Ты же хотел, чтобы я тебя удивила. А ещё хотел, что б было что вспомнить, — делаю театральную паузу, приподнимая указательный палец вверх, а потом тоном, как у местного зазывалы на экскурсии продолжаю: — Дабы узреть лучший вид на море, идеальнее этого маршрута не найти! Всего час двадцать в пути, и почти всё время прямо по побережью, по самой низкой цене!

Я не вру. Вид правда великолепный. Я пару раз ездила к родителям на электричках Сочи-Туапсе. Но сегодня мы выйдем на станции Лесной, в микрорайоне Нижняя хобза.

— Самовнушение — отличная вещь, но меня ты не убедишь, Птичка. Тут даже кондиционера нет!

— О, не знала, что ты такой неженка, Золотарёв. А ведь простые смертные так каждый день на работу ездят, — хихикаю я.

Снова эта презрительная ухмылочка. Та самая эмоция, которая, кажется, не сходит с лица моего соседушки. Особенно, если вывести его из зоны комфорта. И сейчас Демид смотрит на меня с таким выражением лица, что я не понимаю, хочется заехать ему кулаком по лицу, или жарко поцеловать.

— Доиграешься, Журавлёва, — сузив глаза, чуть ли не шипит Дём.

Но в вагон послушно заходит. Сам ведь предложил эту сделку. Дать заднюю ему гордость не позволит.

Народу в электричке много. Кто-то едет на дикие пляжи, как можно дальше от города. Кто-то, приехав в Сочи, с чемоданами продолжают свой путь в бюджетные гостевые дома, разбросанные по побережью. Кто-то на свои загородные участки. Как и мы, собственно говоря. Золотарёву ещё предстоит помучаться сегодня.

Спустя час двадцать его недовольного ворчания, один стаканчик американо со льдом и несколько моих отправившихся в лучший мир нервных клеток, мы выходим на платформе Лесной, что стоит прямо у пляжной линии. Сегодня снова жарко. Солнце припекает, парит, как перед дождём, но небо почти безоблачное. На море небольшие волны, вода переливается множеством ярких оттенков синего, отражая солнышко, а вдалеке можно разглядеть несколько кораблей.

— Решила устроить нам свидание на диком пляже, м? — он мягко касается моего плеча, от чего я слегка вздрагиваю.

— Не совсем. Но пикник предусмотрен, — я задумчиво накручиваю прядь волос на пальцы. — Но сначала нужно потрудиться, чтобы его заслужить. Ведь кто не работает, тот не ест, верно?

— Ни слова больше, Настя, — отвернувшись и пройдя вперёд пару шагов, цедит Дём.

— Иначе что? — коварно улыбнувшись, спрашиваю я.

— Доиграешься. Я уже вроде бы предупреждал. Свяжу и отшлёпаю, — его взгляд, брошенный через плечо, устремляется на меня. И он такой пугающе серьёзный, что я даже не сомневаюсь, что так и будет. Потому нервно сглатываю и пресекаю желание дальше язвить. — Но для начала объясни, зачем мы притащились в эту глушь.

— Идём. Скоро всё сам поймёшь.