Бывшие. Ненавижу, но люблю

Глава 19

Щёки загораются, а я столбенею. Что ему нужно? Всё-таки хочет отомстить за четверг? Бог ты мой, надо было сразу бежать! Купилась на его помощь и добродушное поведение, как наивная дурочка, а теперь попала прямиком в лапы хищника!

Сердце в груди бьётся настолько громко, что отдаёт набатом в ушах. Лицо Дёма почти равняется с моим, а я уже прижата к собственной двери. Испуганно жмурюсь и сжимаюсь. Даже если закричу, никто меня не спасёт! Одни соседи в отпуске, другие, как я видела, куда-то отправились гулять. Этот мерзкий тип меня сейчас прямо тут изнасилует! Спасите, помогите!

Но ничего не происходит. Адский соседушка не спешит меня целовать или насиловать. А я различаю только глухое движение ведра у ног. Набравшись смелости, приоткрывая левый глаз, с опаской гляжу на Демида, который делает шаг назад от меня, усмехаясь и подкидывая в ладони… Нектарин⁈

— Справедливая плата, как думаешь?

Он продолжает усмехаться, хитро прищурившись. А в его бесстыжих глазах нет и крошечного намёка на раскаяние. Так и хочется пнуть его! Напугал, сволочь!

Дём ведь специально. Конечно же! Готова поклясться, что нарочно себя так повёл, а теперь как ни в чём не бывало, протирает спелый крупный фрукт футболкой, снова демонстрируя свой великолепный пресс. Ещё и радуется, как ребёнок.

Гадкий сосед! Я уже было поверила, что он может быть нормальным! Но нет, Демид — болван, которому нравится выводить меня из себя.

Невыносимый, мерзкий нахал!

Один только взгляд на его самодовольное лицо, без зазрения совести кусающее нектарин на моих глазах, и я снова вскипаю от гнева.

«Да чтоб ты подавился», — мысленно желаю ему, поднимая свои пожитки с огорода и спешно разворачиваясь, отпирая дверь. И тут же хлопаю ей со всей дури прямо перед лицом Золотарёва. И даже не успев запереться, слышу звонок телефона. Чёрт, мама!

— Доченька, что ты устроила? Почему ко мне прибежала соседка и обозвала тебя падшей женщиной⁈ Ты что, обидела Генку?

— Падшей женщиной⁈ — в бешенстве выкрикиваю я. — Обидела Генку? Мам! Да твой Геночка, что б ты знала, предлагал познакомиться поближе у нас в квартире почти с ходу!

— Да он пошутил! Гена хороший парень! А ты точно опозорила нас! Как теперь в глаза соседям смотреть⁈

Дальше я слушать не намерена. Просто сбрасываю вызов. Ещё обвинения в свой адрес я не выслушивала. Да, поступила с Жуликовым неправильно, надо было набраться смелости и сразу маме отказать. Но и он не «хороший парень», раз ещё не добравшись до дома, натравил свою мать на мою.

От злости на старшую Журавлёву, которая даже не поинтересовалась моей версией событий, и в каком-то неожиданным даже для себя порыве я стаскиваю с себя сумку и кидаю на ни в чём не повинный комод.

— Вот ты истеричка, конечно.

Этот голос я не спутаю ни с каким другим. Даже если мне закроют глаза, и заставят слушать одновременно сотню человек, я точно отличу Демида. Совсем не заметила, когда он успел открыть дверь, которую я сама забыла запереть и переступить мой порог.

— Тебе здесь что, мёдом намазано? — поворачиваюсь лицом к соседу и смотрю прямо в глаза, пытаясь понять причину визита. — Мама в детстве не учила, что входить в чужую квартиру без приглашения неприлично? Что нужно?

Медленным, таким медленным, что уже жутко раздражающим движением Дём закрывает за собой дверь, приближаясь ко мне.

— Тебя в прошлом году правила приличия не смутили, Птичка. А я пришёл посмотреть, почему ты орёшь на весь подъезд, как психованная.

— Это я-то психованная? — негодую в ответ.

Нет, ну это уже ни в какие рамки не лезет! Сначала он приходит в квартиру без разрешения, а теперь ещё и обзывается. Да вы офигели, однако, господин Золотарёв.

— Я не пойму, ты вломился сюда, чтобы меня оскорблять? Спасибо, оскорбил, а теперь вали!

— Хватит нервничать, Журавлёва, я к тебе не просто так пришёл.

— Даю три секунды, — шиплю я сквозь зубы, раздражённо фыркая от его смешков.

— Ты же хочешь, чтобы я продал квартиру и уехал навсегда? У меня для тебя есть интересное предложение, Настя.