Целительница из дома брошенных жен (СИ)

Глава 38

Ксантри даже не соизволил поздороваться, лишь слегка приподнял шляпу. Ну да, в последний раз они с Дональдом не слишком-то поладили.

Тот сразу выпрямился, вздернув подбородок, и с надменным видом, будто был не иначе как царственной особой, снисходительно произнес:

— Благодарю за помощь, но я и сам в состоянии защитить свою невесту.

А потом парень демонстративно приобнял меня, и я заметила вспыхнувшую в глазах Арчибальда злость. Ну и какого черта, Ксантри? Только не говори, что ревнуешь — только этого мне не хватало.

Впрочем, взгляд мужчины почти сразу стал холодным, и я не могла с уверенностью сказать, что это мне не померещилось.

Герцог оглядел Дональда с высокомерием и с ледяной усмешкой выдал:

— Ты и себя-то защитить не в состоянии.

Парень покрылся пунцовыми пятнами, и его кулаки сжались. Но ответить Ксантри он не успел: тот резко развернулся, щелкнув каблуками, и скрылся в толпе, оставив за собой последнее слово.

— Вот же ублюдок! — прошипел Дональд, дернувшись следом за ним

Я ухватила его за рукав, с трудом удержав на месте.

— Перестань, он же специально тебя провоцирует.

Парень шумно выдохнул и кивнул мне.

— Ты права, прости. Тем более что он действительно нам помог. Знать бы еще, зачем.

Я пожала плечами, глядя с задумчивостью вслед Ксантри. Да, последнее время он стал слишком часто мелькать у меня перед глазами, и я сильно сомневалась, что это все из-за моей персоны. Не тот человек Арчибальд, чтобы заинтересоваться такой, как я — скорей в нем взыграло уязвленное самолюбие.

Встреча с Ксантри смазала всю радость от победы, и я вышла с ипподрома в задумчивости.

— Ну что, в кабаре? — предложил Дональд, открыв передо мной дверь машины. — Пропустим по бокалу-другому, потанцуем?

Он произнес это небрежно, как само собой разумеющееся, но я заметила, с каким напряжением он ждет моего ответа.

Эх, Донни, ну что с тобой делать...

— Поехали, — выдавила я из себя улыбку, мыслями находясь далеко отсюда.

И даже солидный куш, что мы сегодня урвали, и что приятно грел кошелек, больше не вызывал у меня такого восторга.

В этот раз парень ехал на удивление медленно и спокойно, будто тоже о чем-то крепко задумался. А может понял, что уже достаточно впечатлил меня.

Очередной вечер в кабаре был в самом разгаре: играл легкий джаз, шумели зрители, разгоряченные весельем и тем, что было у них в бокалах, и старался вовсю джаз-бэнд, извлекая из инструментов задорную музыку.

Как я помнила из земной истории, такую разновидность джаза аристократы недолюбливали, считая ее вульгарной и недалекой. Однако ж все равно не гнушались шастать вот под таким местам и отрываться на полную катушку. Прямо как здешние аристо.

И сегодня я стала свидетелем почти чуда — сама Мадлен вышла на сцену, чтобы порадовать посетителей глубоким тягучим и очаровывающим голосом.

— Хороша, чертовка, — хмыкнул Дональд, отодвигая передо мной стул.

Я уселась за столик, не отрывая глаз от сцены, где в ослепительном алом платье зажигала зал хозяйка этого места.

Мужчины смотрели на нее, открыв рот, их спутницы скрипели зубами от злости, но тоже наслаждались красивой песней о любви какого-то гангстера к простой уличной торговке.

Мадлен закончила петь, и зал взорвался аплодисментами, а на сцену полетели цветы. Я улыбнулась, хлопая в ладоши вслед за остальными: она это заслужила как никто другой. Песня аж до дрожи пробрала.

Мадлен заметила нас с Дональдом и подмигнула мне многозначительно, заставив покраснеть. А потом скрылась за кулисами, и снова отчего-то зазвучала медленная музыка, только без слов.

— Потанцуем? — тут же поднялся с места парень, протягивая руку.

Я покосилась на оркестровый помост, возле которого стояла Мадлен, глядя на нас с усмешкой, и мысленно чертыхнулась. Вот же сводница!

— Потанцуем, отчего ж не потанцевать, — вздохнула я, понимая, что дело идет к серьезным отношениям, а я все еще не уверена, надо ли это мне.

Танцпол заполонили парочки, двигаясь в медленном, но ритмичном танце, и я замешкала, не уверенная, что смогу это повторить.

— Не бойся, я поведу, — шепнул Дональд насмешливо, кладя руку мне на талию. — А если упадешь, подхвачу.

— Веди уже, джентльмен, — ворчливо отозвалась я, пряча за недовольством смущение.

И парень действительно повел меня в танце, умело, четко, следуя ритму музыки, и ни раз не споткнувшись даже когда я наступила ему на ногу.

— Прости, — прошептала я, краснея.

— Не стоит, — хмыкнул мужчина.

Наши глаза встретились, прямо как в каком-то бульварном романчике, и я застыла растерянно, когда Дональд вдруг потянулся ко мне с поцелуем. Музыка стихла, и он замер всего в паре сантиметров от моих губ.

— Скажи только слово, и я остановлюсь, — выдохнул парень, обжигая дыханием.

— Я не... — начала я, и осеклась, решившись, наконец.

Да какого черта, Мэри? Чего ты боишься? Упустишь свой шанс, а потом будешь жалеть.

Дональд нахмурился, восприняв мое жалкое лепетание, как отказ. Но его глаза стали круглыми, когда я сама подалась к нему, легко коснувшись его губ своими.

— Давай попробуем, — робко улыбнулась я ему, отстраняясь.

Парень сперва опешил, но тут же довольно ухмыльнулся и притянул меня к себе, целуя уже по-настоящему.