Целительница из дома брошенных жен (СИ)

Глава 58

Истошно заржали лошади, раздался и тут же оборвался крик Наэля. Я пришла в себя, пытаясь понять, где верх, а где низ. Кажется, карета упала на бок, и я валялась прямо на поломанной дверце, чьи щепки больно врезались в кожу. Но это, возможно и спасло нам жизнь, закрыв от взрывной волны.

Затылок отозвался острой болью, и я застонала, вглядываясь в глубину салона. Ох, только бы не сотрясение... Надо выбираться отсюда.

Снаружи все так же кто-то кричал, слышались выстрелы и какое-то шипение. А с другой стороны закряхтел Роджер, и я выдохнула, радуясь, что он тоже жив. Осталось только понять, что с Наэлем — уж больно жутко он кричал.

— Госпожа, вы как? — хрипло позвал меня Роджер, и в его голосе прозвучала боль.

Пошевелив конечностями, я прислушалась к себе. Вроде все цело, не тошнит, и голова не кружится. Кажется, повезло отделаться только головной болью и синяками. А вот моему провожатому, похоже, меньше повезло.

— Дай, гляну! — потребовала я, когда мужчина попытался сесть и скривился от боли.

Как я и думала, Роджеру досталось, и у него оказалась трещина в ребре и пару гематом. В этот раз исцеление далось мне просто, ведь по сравнению с тем, что я вытворяла до этого, какая-то трещина казалась совсем пустяком.

— Спасибо, госпожа, — благодарно поклонился мужчина, в глазах которого появилось восхищение.

Спустя пару минут мы уже выбрались наружу через вторую дверь, которую едва смогли открыть. Картина, что предстала перед моими глазами, вызвала дурноту: развороченная мостовая, трупы повсюду, и окровавленное тело Наэля возле поверженных лошадей.

Охнув, я бросилась к нему, надеясь, что его все еще можно спасти. Несмотря на то, что я повидала многое, все равно стало не по себе. Он же из-за меня пострадал.

Вот только поза его, словно у сломанной куклы говорила сама за себя. И пульса я у Наэля не нащупала, а магическое зрение не показало ничего, кроме черноты.

— Ох матушка моя, как же так? — растерянно пробормотал вояка, глядя на нашего возницу. — Что творится-то...

А в городе и правда творилось черти что: повсюду гремели взрывы, люди спешно прятались по домам, захлопывая ставни, бешено лаяли собаки в подворотнях, и над крышами домов виднелось зарево пожаров.

И если я сначала думала, что первый взрыв — дело рук Дорсена и остальных, кому я перешла дорогу, то теперь стало ясно, что кто-то из противоборствующих сторон решил сделать первый шаг. А нам просто не повезло — не заверни я в приют, и мы успели бы убраться из города. А Наэль был бы жив...

Стоны и крики вдалеке заставили меня прекратить самобичевание.

— Кажется, там кто-то ранен, госпожа, — отстраненно заметил Роджер, выглядя слегка пришибленным. — Что будем делать? Здесь опасно оставаться, но без лошадей мы далеко не уедем.

Собравшись с мыслями, я посмотрела на него решительно.

— Значит, поможем несчастным, а там может придумаем что-то или где-нибудь укроемся. Идем, Роджер!

Я быстро зашагала туда, где возле стены скорчился какой-то почтенный господин, а рядом с ним его спутница, схватившись за живот.

— Подождите! — воскликнул военный, опередив меня. — Если с вами что-то случится, господин Ксантри с меня шкуру спустит!

Я лишь усмехнулась. Вряд ли этот тип любит кого-то, кроме себя. И тот поцелуй был лишь сиюминутным порывом, я уверена. А я... Кажется, Мадлен была права на мой счет — я слишком много стала смотреть на Арчибальда. И хорошо это или плохо, я еще не решила.