Чужие в крепости. Обратный путь к себе

Двадцатая глава. Первая оттепель

Прошла неделя с того визита. Ожидание официальных документов из суда напоминало странное затишье после долгой болезни.

Я не чувствовала ни радости, ни торжества. Был лишь странный, непривычный покой. Как будто я много лет несла тяжелый груз, а теперь просто перестала это делать.

Я вышла из метро и направилась к цветочной лавке. Воздух был холодным, но в нем уже угадывалась первая, едва заметная весть о приближающейся весне.

Я шла, глядя под ноги, и вдруг мои глаза зацепились за маленький, ярко-желтый цветок, пробивающийся сквозь трещину в асфальте у стены дома. Крокус.

Я остановилась как вкопанная. Просто смотрела на этот хрупкий росток, полыхающий жизнью посреди серого бетона и зимней грязи.

И вдруг что-то щелкнуло внутри. Не громко. Тихо, как поворачивающийся ключ в давно заржавевшем замке.

Я не заплакала. Не засмеялась. Просто стояла и смотрела, как этот кусочек желтого цвета раскалывает мою внутреннюю зиму.

Впервые за многие месяцы я увидела не утрату, а возможность. Не конец, а начало. Хрупкое, неуверенное, но — начало.

Я пришла в лавку. Хозяйка, женщина лет пятидесяти с добрыми глазами и вечно перепачканной в земле фартуке, встретила меня улыбкой.

— Айла, доброе утро! — сказала она.

— Сегодня привезли тюльпаны. Посмотри, какие нежные.

Я подошла к ведерку с цветами. Они были белыми, с розоватыми прожилками, и свернутые бутоны напоминали детские кулачки.

— Они красивые, — сказала я, и в голосе моем прозвучало что-то новое. Не отстраненность, а настоящее, живое чувство.

— Бери себе парочку, — махнула рукой хозяйка.

— Пусть порадуют.

Я не стала отказываться. Аккуратно выбрала три стебелька, завернула их в бумагу. Держала в руке, как самое ценное сокровище.

Весь день прошел в обычных хлопотах. Я составляла букеты, обрезала стебли, поливала растения. Но сегодня все было иначе.

Я гладила бархатистые лепестки роз, вдыхала терпкий аромат эвкалипта и чувствовала… что-то. Очень слабое, очень далекое. Подобие радости.

Вечером я шла домой с тюльпанами в руке. Я зашла в маленький магазинчик у дома, купила себе кусочек шоколадного торта. Не потому, что был праздник. А просто потому, что захотелось.

Дома я поставила тюльпаны в вазу, поставила ее на стол в гостиной. Потом села, заварила чай, отломила кусочек торта. Он был сладким. По-настоящему сладким. Я почувствовала вкус.

Я сидела и смотрела на цветы. Они медленно расправляли лепестки, наполняя комнату тихой, едва уловимой жизнью. И я поняла, что смотрю на них и улыбаюсь. Просто так.

Это не было счастьем. Слишком громкое слово. Это была первая оттепель. Первый лучик солнца, пробившийся сквозь сплошную серую пелену туч. Он не растопил весь лед. Не высушил все слезы. Но он был.

Я взяла телефон. Прокрутила список контактов. Остановилась на имени подруги, с которой почти перестала общаться из-за Магомеда. Он считал ее «неподходящим обществом». Я набрала сообщение:

«Привет. Давно не виделись. Как ты?»

Отправила. Не из отчаяния. Не потому, что мне было одиноко. А потому, что я вспомнила о ней. И мне захотелось услышать ее голос.

Ответ пришел почти сразу:

«Айла! Я так тебе рада!»

Я отложила телефон, допила чай и посмотрела в окно. На улице зажигались фонари. Впервые за долгое время я смотрела на этот город не как на чужой и враждебный, а как на место, где, возможно, когда-нибудь я снова найду свой дом.

Пусть сегодня это была всего лишь комната с тремя тюльпанами на столе. Но это было мое пространство. И в нем начиналась весна.