Дизайн своего мира

Глава 25. Очень и очень разумная девушка

Татьяна всегда была девушкой разумной, да и мама её так учила:

– Главное, мужика правильного найди! Пусть не богатого – с ними проблем не оберёшься! Ты смотри, чтобы был образованный, умеющий работать и зарабатывать, не алкоголик и без детей – у тебя свои будут, чего мужний доход-то разбазаривать? Да… и чтоб москвич!

Почему надо было именно москвича, мама не уточняла, а Таня и не спрашивала – мама плохого не посоветует! Надо, значит, надо!

По зрелому размышлению Танечка сделала вывод, что ловить москвичей проще всего в Москве – там их много бегает.

– Тем более, что и возможностей там больше! Чего уж там! – поддержала её мама. – Езжай, дочка. Только ты ж помни, да? Чтоб без детей был и не растратчик, как твой отец, который вечно возился то с какими-то родственниками, то с псами подзаборными, то ещё с чем. Всех ему было жааалко, всем помогал, – поморщилась хозяйственная дама. Она в своё время успешно вышла замуж за мужчину, который зарабатывал раз в пять больше, чем она, выстроил им два дома, но не считал нужным во всём и всегда слушаться супругу.

– Он, дурень этакий, никогда, ни-ког-да не отдавал мне свои сверхурочные – тратил как хотел, копить не желал. Так что смотри, чтобы твой и зарабатывать умел и сохранять, а не тратить, как твой отец на всякую пустую ерунду! – приговаривала она.

Список нужных мужекачеств прикладывался к каждому мужчине, с которым Танечку сводила московская жизнь, но всё попадались какие-то не те… не те…

– То образования нет – ну что там, простой водила… зачем он мне? То с «корочками», но лентяй, каких свет не видывал, то тратит всё, что зарабатывает, то… смешно сказать, с псиной своей тетёшкается, как с дитём малым! А ещё дети! Вот зачем их так рано заводить-то? Как ни посмотришь – во, ура – мужчина приличный, а у него уже двое-трое оглоедов!

Наличие у потенциальных кандидатов жён, Танечку ни разу не смущало.

– А что? Жена – не стена, подвинется как миленькая! А потом… ей-то без детей алики платить не надо!

Татьяна, как девушка красивая, видная, была уверена, что любого мужика уведёт как телка на верёвочке, главное, чтобы все качества по списку были в наличии!

– Дочь, ну как? – периодически уточняла мама.

– Не находятся такие, как надо! – рапортовала разумная Танюша. Она, кстати, вовсе не будучи бездельницей, тоже просто так время не тратила – училась сайты делать. Ладно, ладно, конечно, не так, как это серое и вялое, но даровитое ничтожество, которое все так превозносили – Лизка Добренко, но…

– Сляпать сайтик я могу! И вести его уже тоже умею! Всё копеечка! – радовалась Таня. – Рублик к рублику и накопится побольше!

Когда Лизка неожиданно свалила в отпуск и разыскивать жену пришёл её муж, Татьяна очень удивилась!

– Да ладно… какой мужиииик! Интересно, а он с образованием? А кем работает? А дети? Нет, у Лизки нету, я знаю, а вот у него? Может, у него первый брак был? Или так… какая-то ушлая подсуетилась с алиментами?

Интерес был обоюдный – Коленька старался разговорить Таню по интересующему его вопросу, а Танечка не теряла времени зря, и всё выяснила.

– Нашла! Точно нашла! – решила она. – Пусть дyрa-Лизка даже губёнки не раскатывает вернуться к Коле. Моё!

Для подманивания «дичи» был разработан план с поддельным номером Лизиного телефона и записью её голоса, а дальше… ну дальше дело техники.

Как говаривали у Тани в посёлке, «дурное дело нехитрое», так что затащить Колю к себе – в аккуратнейшую крохотную студию, которую Таня снимала, оказалось просто. А дальше… дальше Коля вдруг сообразил, что именно Танечки и не хватало в его жизни!

Сообразить-то сообразил, правда, не очень понятно, какой именно частью тела, но это уже детали, а вот дальше что?

– Ну, а что? – рассуждал Коля. – Найду Лизку, вытрясу из неё деньги – мама верно говорит, главное, чтобы свидетелей не было! Припугнуть её словами, тряхнуть за шкирку, главное, чтобы без следов. Даже если пожалуется – вот я, вот мама, оба говорим, что ничего такого не было! И кто её слушать будет? Мало ли что наболтала жена, которая подала на развод? Вот хотела мне навредить, поэтому и врёт почём зря!

В его воображении он уже получил из дрожащих рук ревущей Лизки всю упёртую ею сумму, вернул в банк и, раз уж с расширением не вышло, и покупка машины сорвалась, стал жить-поживать в отремонтированной двушечке как король!

– Да не просто как король, а с Таней! – осознал он, какой вишенки ему для счастья не хватало. – Красивая, сочная, яркая, всё при ней, смелая, хозяйка прекрасная. Короче – это то, что надо!

Именно так и думал Коленька до рокового звонка из банка.

После звонка и разговора с гaдoм-Владиком, рассыпавшиеся в прах планы похрустывали под Колиными ногами, мечта о жизни в его двушке с сочной Танечкой таяла на глазах и уносилась прочь, но добили его слова матери!

– Какое? Какое ей замужество? Она что, умом двинулась? – Коленька, немного придя в себя, заметался по своей комнате в материнской квартире. – Сбрендила? Да кому она нужна? Ей же скоро на пенсию пора!

Нет, если бы он смолчал, то, может и обошлось бы, но Коленька, привыкший выступать перед Лизой и отчитывать её не сдерживаясь, отправился вразумлять мать.

– Че-го? Что ты там ляпнул? – Надежда Максимовна холодно и ядовито усмехнулась. – Знаешь, милый мой, а ведь ты у меня откровенно глуп! Ладно, я особенно и не собиралась… но сейчас думаю, а почему бы и нет?

– Почему бы и нет что? – не понял сынуля, срезанный матушкой на взлёте рассуждений.

– Схожу-ка я на свидание!

– Тыыыы? Да с кем? С каким-то дедком? Глубоким пенсионером?

– Отчего же дедком? Ему до пенсии ещё далеко, и вообще – он сам себе начальник, магазинами владеет, – она посмотрела в лицо сыну, – Может и замуж за него пойду, а что, мальчик мой? Я тебя вырастила, небось не пожалуешься, но это ж не означает, что я жизнь должна на тебя гробить!

– Да что ты выдумываешь? Не верю!

– Я выдумываю?

Надежда Максимовна взяла смартфон, и набрала номер, забитый в списке контактов как «Сергей Сергеевич Ф.»

– И да, мой хороший, ты можешь, конечно, отказаться от уплаты долга в надежде, что банк заставит платить меня, но учти – я тогда и пальцем не пошевелю, чтобы тебе помогать. Ту двушку продам, отдам банку его долю, а на остальное куплю себе дачу! Так что только посмей мне дурью маяться, тащить в эту мою квартиру свою Таньку или не платить банку. Понял?

Через пять минут после материнского демарша Коля мчался сломя голову по улице, названивая Танечке.

– Можно я приеду? – запыхавшись спросил он, когда дева его мечты подняла трубку.

– Ну, конечно, можно, милый! – проворковала довольная Татьяна.

– Явно у него что-то случилось, а это лучший повод выслушать, посочувствовать, приманить поближе и… и зацепить ещё сильнее! – рассуждала Танечка, стремительно размешивая тесто для оладий, которые так понравились Коле в прошлый раз. Вот уж что-что, а готовить она умела отлично.

Коле даже оладьи в глотку не лезли – он сидел за столом с остекленевшими глазами и держался за голову, словно боясь, что она отвалится.

– Что? Что мне теперь делать? Если она кого-то приведёт… А потом… я же теперь не смогу с тобой быть.

– Почему это? – насторожилась Таня, которая только-только собралась докладывать матери, что задание выполнено, редкая дичь выслежена и заарканена.

– Тань, давай я тебе всю историю расскажу… – решился Коля.

Нет, конечно, он всё не рассказал – что он, совсем дyрaк, что ли?

По его версии мать стала хозяйкой новой квартиры, которую Коля купил на свои кровно заработанные и сэкономленные средства, чтобы её не делить с Лизкой при разводе. Лизка украла кредитные деньги и смылась. Но банк взял и изменил условия кредитования, и ему придётся отдавать в два раза больше. А в довершении всего, мать, узнав о том, что у сына появилась Танечка, взбрыкнула и собралась встречаться с каким-то мужиком!

– Погоди-погоди… то есть обе квартиры в собственности у твоей матери?

– Да, – обречённо признался Коленька, вдруг осознавший, что Тане это может и не понравиться.

– И на тебе кредит?

– Да, – слова падали, как тяжеленные глыбы в ледяную, маслянистую и тёмную воду.

– И деньги у тебя yкрaла Лизка? – Таня подозревала, что тут что-то не так – если бы было всё так просто, то Лизку сейчас не муж бы разыскивал, а пoлиция, но, будучи девушкой разумной, не стала расспрашивать Добренко сейчас – успеется ещё.

– Да! – едва слышно ответил Коля, ещё тише описав угрозы матери. – Тань, я всё понимаю… я… я, наверное, пойду, да?

– Чего это ещё? Что ты там себя выдумал?

– У меня же ничего нет!

– У тебя есть ты! Мне этого достаточно! – решительно заявила Танечка, со скоростью суперсовременного компьютера просчитывающая возможное развитие событий.

– Даже если его мамаша решит продать двушку и купить дачку – это не страшно! Коля будет без кредита, жить пока можно тут, ну или снимем квартирку побольше – он хорошо зарабатывает, а потом-то я её приручу! А как внуки пойдут – никуда она не денется! Сын-то один! А можно будет ещё и поиграть в женскую солидарность, мол, как он мог так вас оскорбить? Свидание в её возрасте, это конечно полный бред, но родить она уже никого не родит, замуж выйдет? Да и подумаешь… Муж – дело такое, с властной-то бабой мало кто уживётся, так что сегодня он есть, а завтра уже только пятки засверкали! Ничего страшного – это не парочка алиментных хвостов, от которых до восемнадцати лет не отделаться, да и потом будут на наследство претендовать.

Правда, на этом размышления пришлось закруглить – Коля был в счастливом трансе и требовал повторить, подтвердить и вообще суетился.

– Разумная женщина в хозяйстве найдёт применение любому! Готовьтесь, Надежда Максимовна, у вас будет прекрасная невестка! – решила Танечка глубокой ночью, когда Николай, слегка подзабыв, что ещё не разведён, позвал её замуж.

Маме она позвонила утром, выпроводив Коленьку на работу, и спешно собираясь на свою.

– Мам, я нашла! Правда, у него мать квартиру отжала, но он москвич, образован, хорошо зарабатывает, умеет экономить, без детей. Да, предложение уже сделал. Да, с будущей свекровью я разберусь, куда ж она от меня денется. Нет, он один в семье. Да, я тоже так думаю, выхода у неё не будет!

Примерно такую же фразу бормотала Валентина, собираясь с завтраком к Николаю.

Накануне, после того как он показал себя непонятливым упёртым ослом, Валентина жаждала высказать всё, что о нём думает!

Жаждала, да не смогла – позвонила дочка, попросила приехать в посёлок – посидеть с внуками. Пришлось вызывать такси, ехать, отложив разговор на потом.

– Ничего-ничего, я ему завтра всё выскажу! Он у меня никудашеньки не денется!

Николай, понятия не имеющий о грозе, пролетевшей над его головой в сторону ближайшего посёлка, приехал с работы, забрал Виня, даже спасибо Лизе сказал – не забыл.

А потом, уточнив, когда будет готова следующая этикетка, ушёл домой – устал, как собака… нет, не как собака-такса, которая вообще редко устаёт, а как нормальная такая ездовая собака, тянущая кучу груза.

Утром он узрел соседку и ничего не понял.

– Интересно… у неё вчера был день рождения, а я забыл? – машинально подумал Миронов.

– Доброе утро? – он поздоровался с осторожной вопросительной интонацией.

– Доброе? Ну, может, оно и доброе, Николай, но не для тебя!

– А что так? – стрессоустойчивость Николая была прокачана в экстремальных условиях питерского офиса и кучи красоток вокруг.

– Ты что? Так вчера ничего и не понял? – грозно сощурилась Валентина, и Винь на всякий случай уполз под кресло.

– Как ничего? Понял как раз! Газ у нас до зимы точно будет! Нашли они как ветку протянуть покороче.

– Да ты что? – обрадовалась мгновенно просиявшая Валентина, а потом, припомнив, о чём вообще была речь, вернула на физиономию грозное выражение. – Это хорошо, конечно, но я не про газ.

– А про что?

– А про то, что у тебя Лизу уведут, а ты и не заметишь! Вон, вчера… я ж тебе прислала фотки! Приехал такой… крутился как уж на сковородке…

– Кто-то из её заказчиков? – подобрался Николай.

– Каких заказчиков? Ты о чём?

– Я? Я о том, что она сейчас мне заказ выполняет – этикетки, а потом сайт, ну, это когда она из отпуска выйдет! А вы о чём?

Немая сцена, во время которой Валентина, покрасневшая как спелый помидор, разъярённая тупостью непонимающего своё счастье соседа, потрясала воздетыми к потолку руками, Винь потихоньку ощупывал носом стену за креслом, уточняя, нельзя ли просочиться поглубже, а Николай флегматично ел омлет, была позднее описана Фёдором:

– Ханума на встрече с монолитом!

Фёдор, подозревая, что Валя собирается поглубже внедриться туда, куда её Николай не просил лезть, хотел её перехватить, отвлёкся, не успел, и прибыл к шапочному разбору.

– Можно? – он осторожно постучал, открыл дверь и осторожно просунул голову в дом.

– Да, Фёдор Семёнович, заходите! Омлет будете? – абсолютно спокойно поинтересовался Николай. Он вообще делал вид, что для него вполне обыденно завтракать в присутствии временно онемевшей фурии.

– Нет, спасибо, я уже завтракал. Валь, а Валь, а ты чего такая? – Фёдор аккуратно отодвинул от подруги детства два стула и убрал подальше пустую сковороду, в которой к Миронову ехал омлет. – Случилось чё?