Дизайн своего мира

Глава 33. Все свои

– Вы всё поняли? – черноглазый «Иван Иванович» инструктировал Николая Миронова, которого снова привезли «на военный совет».

– Понял! – хмуро и сдержанно кивал Николай.

– Что-то вы выглядите недовольным! – Храмов усмехался, глядя на зажравшегося старшего «принца» блёклыми рыбьими глазами. – Ваша мечта скоро исполнится – вы получите свою корпорацию!

– Точнее то, что от неё останется, – буркнул Николай, старательно изображая человека, придушенного жабой.

– Вам кажется несправедливым ваша доля? – c явным интересом уточнил седоволосый. – Мал кусок пирога?

– Мне не очень понятно, что я кому буду должен, – Николай изобразил живой интерес.

Никак не мог человек, пошедший на такое дело не уточнить самое для него главное – сколько и чего ему достанется!

– Нуууу, чую Мироновский характер! – расхохотался Храмов, – Мы обсудим этот вопрос, не переживайте!

– Когда?

– Потом, Николай Петрович, потом… когда вы отыграете вашу роль.

– И стану вам не нужным?

– Да как же не нужным? Очень нужным – всё же будет оформлено на вас! – сладкая улыбка Храмова никоим образом не соответствовала ледяной усмешке в глазах.

– Итак… завтра мы отвозим вас к месту, где будет ваше «ДТП». Вы звоните отцу, только не таким тоном, как вы обычно разговариваете, а взволнованно, можно даже покричать… короче, зовёте его на помощь, описываете место, понятно?

– Да.

– Дальше он выезжает, разумеется, ещё бы.. Возможно, будет звонить вам по дороге, вы должны ему отвечать. Ясно?

– Конечно, – скупо отвечал Николай.

– Только не так, как вы сейчас отвечаете… с вами будут наши люди, если вам не хватит правдоподобности, они запросто могут вам помочь представить, что вы травмированы, пожал плечами Храмов.

– Вот только пугать меня не надо, – зло прищурился Николай.

– Да ну, что вы, Николай Петрович, кто ж вас пугает? Это я так… предупреждаю о возможном развитии событий! – рассмеялся Храмов.

А между тем, события вовсе не собирались развиваться по пути, в котором были так уверены господа Храмов и К.

Хак прислал Николаю план расположения камер и микрофонов в его доме и рабочем кабинете, поэтому, Николай общался с отцом и Хаком по старому Лизиному смартфону, когда спускался в погреб.

– Хорошо, что Валентина осенью напихала мне полный погреб всяких варений и солений, – машинально думал Николай, возвращаясь с очередной банкой и свежей информацией от Хантерова. – Скорее бы это всё закончилось.

Накануне он спросил у отца про человека, от которого у Храмова была информация об отцовском завещании.

– Не волнуйся – мой нотариус, как оказалось, слишком уж любит деньги – это случается. Самое забавное, что потерял он в результате несоизмеримо больше того, что получил – каждый выбирает для себя. Да и вообще не переживай – мы справимся. И я хотел у тебя спросить, могу ли рассчитывать на твой приезд к нам на Новый Год.

– Конечно! Главное, чтобы всё получилось!

Эта фраза крутилась в голове Николая всю дорогу до места предполагаемой аварии, когда он ехал в своей машине с сопровождающими на заднем сидении.

– Тут сворачиваем и немного ещё по дороге в лес. И ещё раз сворачивайте! Ну и что, что поворота нет? Съезжайте с обочины, тут невысоко!

Машина зарылась в снег, Николай остался сидеть в салоне, понимая, что теперь даже если захочет уехать – не сможет.

– Задним ходом тут точно не выехать, а развернуться снег не даст, завязну.

Отцу он позвонил, косясь на крайне серьёзного «говоруна», кивающего в такт его словам, а потом откинулся на спинку сидения, очень надеясь, что всё выйдет благополучно.

– За отца я могу не волноваться, но и самому пережить этот день было бы неплохо – если они поймут, что я их привёл в ловушку, могут и не церемониться.

Николай смотрел через лобовое стекло на серые облака, отчаянно быстро несущиеся по небу, на голые берёзовые ветки, словно пытающиеся их затормозить, потом пошёл снег…

Отец набирал ещё пару раз, прерывающимся от волнения голосом спрашивая, как он…

– Волнуется… Кто бы мог подумать, что Миронова так легко приманить? – хмыкнул пришедший от дороги Храмов. – Между нами, он очень интересный человек, даже жаль…

– Что жаль?

– Что он выбрал Хантерова, – Юрий Иванович прищёлкнул языком и коротко рассмеялся, – Я все эти годы всё думал, что я скажу твоему батьке, когда его встречу… Да не просто встречу, а так, чтобы он был ниже плинтуса… – он хохотнул, жестко прищурив глаза и переглянувшись с черноглазым «коллегой». – Правда, Кириллу я скажу гораздо больше!

– Они на подъезде! – булькнула рация в руке «говоруна».

– Декорацию готовь, – кивнул Храмов. – Ты, Коль, тут посиди пока, на порожке машины, и за голову возьмись. Делай как я говорю, а то без краски всё устроим! Натуральным путём, так сказать!

Он кивнул «говоруну» и тот разбрызгал из пластикового пузырька краску, кошмарно напоминающую кровь.

– Ну вот… а ещё чуть на руки и на волосы «пострадавшему сынуле», – руководил Храмов. – Прекрасно. Картина маслом по снегу и по Коле, – ядовито рассмеялся он. – Сиди-сиди, сынулик, ты мне живым и здоровым нужен, так что, не выступай! – его интонация изменилась кардинально – было понятно, что больше церемониться с Николаем никто не станет.

Два автомобиля съехали с шоссе и повернули на боковую дорогу, а когда поравнялись с увязшей в снегу машиной Николая, распахнулась дверца и оттуда торопливо выбрался…

– Отец! – Николай вскинулся было, но его чувствительно толкнул назад «говорун».

Миронов-старший торопливо шёл по уже утоптанной тропе к сыну, добрался до него, и тут Храмов, стоящий в пол оборота язвительно ухмыльнулся, увидев, как его люди окружили оба автомобиля, и разворачиваясь к идущему, широко распахнул руки, вроде как собираясь обнять старого друга.

– Пётр Иванович, сколько лет, сколько зим! Что, не ожидал меня тут увидеть? Забавно… а я так просто дождаться не мог! Вот, сыночка твоего привлёк себе в союзники. Да он и не против был, представляешь? Даже не возразил ни разу! А! Ты думаешь, что я его силой держал? Нет-нет, он сам радостно помчался тебя вызывать – наследства твоего очень уж хотелось. Наивный он… молодой… Ну, ладно, с ним я потом решу, что делать, а вот сейчас мы с тобой поедем в одно очень удобное место, и ты мне кое-какие бумаги подпишешь. Понял? И где это твой пёсик цепной? Я-то думал, он вперёд тебя примчится… Что ты молчишь-то всё время, а?

– Зато вы, Юрий Иванович, за двоих говорите, аж душа радуется! Да вы не смущайтесь, не смущайтесь, тут все свои! Вот и товарищи из МВД, СК и прокуратуры очень рады вас видеть! – голос Хантерова заставил Храмова застыть на месте.